Доверительная собственность

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск

Доверительная собственность (или траст — от англ. trust — доверие) в общем праве — это система отношений, при которой имущество, первоначально принадлежащее учредителю, передается в распоряжение доверительного собственника (управляющего или попечителя), но доход с него получают выгодоприобретатели (бенефициары). Учредитель (который может одновременно быть и выгодоприобретателем и/или управляющим) в рамках специального соглашения передает принадлежащие ему ценности под контроль попечителя, который обязан совершать с ними операции, приносящие выгодоприобретателям максимальную прибыль или соответствующие другим инструкциям учредителя.[1]





Особенности траста

Особенность траста как иной формы держания собственности в том, что имущество траста не принадлежит ни учредителю (он теряет право собственности на него с момента передачи имущества управляющему), ни управляющему (он только управляет этим имуществом и является формальным держателем титула на имущество), ни бенефициарам до даты прекращения траста. Можно сказать, что траст — это самостоятельный собственник, неразрывно связанный с его создателем (учредителем траста) и выгодоприобретателями.[2] В ряде стран, в том числе в России, переданное в доверительное управление имущество не считается отдельным видом собственности — имущество продолжает являться собственностью доверителя, на которое могут распространяться его обязательства.

Услуги попечителя оплачиваются выгодоприобретателями или учредителем траста, обычно в виде процента от полученной прибыли.

Объектом доверительной собственности может быть любое имущество, как движимое, так и недвижимое. Объекты интеллектуальной собственности также могут передаваться в траст. Исключается из этих отношений лишь имущество, прямо запрещаемое законодательством страны учреждения траста.

Учредитель вправе передать своё имущество как при жизни (прижизненный траст), так и предусмотреть такую передачу после своей смерти (завещательный траст). Попечитель несёт ответственность за выполнение условий трастового соглашения и, как правило, получает широкие полномочия по управлению имуществом учредителя, но также может получить особые инструкции по распределению трастового дохода и капитала между выгодоприобретателями при наступлении некоторых заведомо предусмотренных учредителем условий или определять, как будет определяться момент прекращения траста и распределения из него имущества бенефициарам. Такие условия, как правило, включаются учредителем в так называемое письмо-пожелание (англ. letter of wishes), адресуемое попечителю. Учредитель также вправе предусмотреть условия замены попечителя, оговорить вопрос о передаче этого права другому лицу и т. п.

Применение

Доверительная собственность может применяться для достижения следующих целей:

  1. Анонимность. В большинстве стран содержание завещания (после смерти завещателя) и имена владельцев недвижимости являются публичной информацией. Имена выгодоприобретателей траста обычно неизвестны, поэтому владение недвижимостью или распределение завещанного имущества через траст позволяют сохранить секретность.
  2. Совместное владение имуществом. Траст является удобным механизмом совместного владения имуществом (например, недвижимостью) несколькими владельцами.
  3. Сохранение капитала от растраты. Трасты могут быть использованы для защиты выгодоприобретателей (например, детей учредителя) от их неумения тратить деньги. Так, условия траста могут ограничивать использование денег или возраст, начиная с которого ребёнок получает право распоряжаться имуществом.
  4. Благотворительность. В некоторых странах всё имущество, обращённое на благотворительные цели, должно находиться в доверительном управлении.
  5. Пенсионные планы. Корпоративные пенсии зачастую организованы как траст, в котором предприятие является учредителем, а сотрудники — бенефициарами.
  6. Сложные корпоративные структуры. В области финансов и страхования, трасты зачастую используются как юридические лица наряду с компаниями.
  7. Сокрытие собственности. Траст предоставляет анонимность, при которой одно и то же лицо может быть учредителем и выгодоприобретателем (но не попечителем), тем самым получая всю выгоду от имущества, но скрывая его от кредиторов.
  8. Уклонение от налогов. Анонимность и разделение учредителя, выгодоприобретателей и попечителей делают траст удобным механизмом для уклонения от налогов. Так, попечитель во многих странах-офшорах не обязан сообщать о доходах траста налоговой инспекции (другой) страны, в которой проживают бенефициары. Эти же особенности траста используются и для отмывания денег. Иной способ уклонения от налогов с помощью траста возможен в случае прогрессивного подоходного налога, когда приносящее доход имущество формально принадлежит трасту (во многих странах эта лазейка закрыта, и ставка налога для траста очень высока). Также передача имущества через траст освобождает бенефициаров от уплаты налога на наследование, который существует практически во всех странах, применяющих трасты.
  9. Сокрытие доходов. Приобретение или перевод всего значимого имущества на имя траста позволяет заявить об отсутствии или недостаточном наличии собственных активов и претендовать, например, на использование меньшей ставки налогов или на получение помощи от государства.
  10. Сохранность имущества. При переводе имущества на траст учредитель траста теряет все права на данное имущество, если договор траста правильно составлен. Таким образом, это имущество становится недоступным для кредиторов учредителя траста, для притязаний при разделе имущества и позволяет обособить личное имущество от бизнес-активов. Последнее особенно важно в странах англосаксонской системы права, когда физическое лицо может признаваться банкротом лично с последующим взысканием личного имущества за долги.

История возникновения и развития трастов

История трастов Английского общего права уходит к временам Крестовых походов, когда рыцари, уходившие освобождать Иерусалим от неверных, оставляли своё имущество в руках доверенных родственников или других преданных попечителей, чтобы те управляли им на благо жены и детей рыцарей. Позднее, в средние века, перевод имущества в трасты стал применяться для защиты имущества знати от посягательств на него королей и кредиторов учредителей траста — управляющими траста назначалась церковь, а церковное имущество не подлежало конфискации (церковь подчинялась клерикальному праву, а не цивильному (общегражданскому) в отличие от имущества самих рыцарей и феодалов). Впоследствии церковь стала оказывать подобные услуги в качестве управляющего трастом самостоятельно, выгодно используя ту же защиту от конфискации церковного имущества в интересах учредителя траста[3]. Но многие трасты по возвращении рыцарей из походов отказывались вернуть переданное в траст имущество, чаще всего объясняя, что имело место дарение. Тогда король поручил лорд-канцлеру рассматривать такие споры по совести, а не писаному праву, что и породило возникновение права справедливости[4]. Именно поэтому трастовое право в подавляющем большинстве стран, входящих в Британское Содружество, состоит именно из английских прецедентов, получивших развитие при взаимодействии правовых систем метрополии и её бывших колоний.

Позже, в 16 веке, передача имущества бенефициарам через траст стала использоваться как альтернатива завещанию и как средство против налога на наследство. Таким образом, английские юристы не только разработали, но и усовершенствовали форму владения имуществом, в котором оно принадлежит трасту, но контролируется прежним владельцем. Фредерик Уильям Мейтленд (англ. Frederic William Maitland, 1850—1906), английский историк права, высказался что «идея трастового фонда, который превращается (инвестируется) сегодня в землю, потом в валюту, потом в акции, потом в облигации, кажется одной из примечательных идей современной английской юриспруденции».[5]

Преимущества и недостатки доверительного управления инвестициями

Если ограничиться только фондовым рынком, то попечитель выполняет ту же функцию, что и управляющий паевого инвестиционного фонда (ПИФа) — покупает/продаёт ценные бумаги и делает это таким образом, чтобы получить от них инвестиционный доход. Однако, у доверительного управления другое законодательное регулирование, нежели у ПИФов. Попечитель не обязан часть средств держать в ценных бумагах, можно использовать фьючерсы и опционы . Когда цены снижаются, есть возможность продать все ценные бумаги и переждать падение. Так же нет требований к диверсификации портфеля. Попечитель не может использовать маржинальную торговлю (в том числе играть на падении цены), поскольку это требует займа денег или ценных бумаг у брокера. Эти операции так же запрещены для ПИФов, так как существенно повышают риски потерь.

Потенциально, доверительное управление может быть выгоднее, чем ПИФ, но отсутствие требований к диверсификации и слишком сильное влияние «человеческого фактора» делает его более рискованным.

Общение с попечителем позволяет точнее и оперативнее выполнять пожелания доверителя, в то время, как ПИФы ограничены в своих действиях инвестиционной декларацией и вообще не обязаны выполнять пожелания клиентов.

Важный плюс — скорость ввода-вывода средств. В ПИФе, особенно в интервальном или закрытом, быстро купить или продать инвестиционный пай может оказаться трудно. В доверительном управлении управляющий покупает/продаёт акции по текущей цене и может обеспечить максимально быстрое движение средств.

Иногда брокерские компании предлагают услугу ПАММ-счёта для более удобного контроля над активами со стороны доверителей.

Доверительное управление на рынке Форекс

Доверительное управление может предполагать возможность инвестирования финансовых активов не только в ценные бумаги, но также в валюты разных стран.

Брокерские компании публикуют данные о том, что число клиентов, передавших свои активы в доверительное управление, ежегодно увеличивается на 30-40 %. Профессиональные спекулянты, торгующие для клиента, зарабатывают по 5-10 % в месяц, или почти 60-120 % чистого дохода в год. При этом входной порог для инвестора составляет 50-100 тыс. долларов.[6] Компании стали предлагать специализированные виды счетов, которые технически значительно упрощают процедуру как передачи средств в управление, так и возврат средств (см. ПАММ-счёт).

Однако нужно чётко понимать разницу, между конвертацией средств доверителя в ту или иную валюту (законодательно вполне допустимая операция и для её проведения достаточно иметь мультивалютный счёт в банке) и маржинальной торговлей на Форексе, при которой доверенные средства используются в качестве залога для получения кредита от брокера (потребуется залоговый счёт у брокера, законодательно запрещённая операция для попечителя).

Передача средств в доверительное управление Форекс-компаниям или частным трейдерам вообще противоречит российскому законодательству, так как зачастую ни компании, ни трейдеры не имеют лицензий на право осуществлять доверительное управление. Гражданский кодекс Российской Федерации в ст. 1013 не допускает доверительного управления исключительно денежными средствами, кроме законодательно предусмотренных случаев. По состоянию на 2010 год право управления денежными средствами имеют ПИФы и банки, имеющие соответствующие лицензии. При этом они не могут привлекать какие-либо кредиты под залог имущества, находящегося в управлении, в том числе с использованием механизмов маржинальной торговли.

Кодекс также предусматривает, что сделки с переданным в доверительное управление имуществом доверительный управляющий совершает от своего имени, указывая при этом, что он действует в качестве такого управляющего (ст. 1012 ГК РФ). При отсутствии указания о действии доверительного управляющего в этом качестве доверительный управляющий обязывается перед третьими лицами лично и отвечает перед ними только принадлежащим ему имуществом. Кроме того, доверительный управляющий несет ответственность перед учредителем управления в полном объёме причиненных убытков. Предлагаемые на форексе варианты счетов и договоров обычно нарушают эти нормы Гражданского Кодекса, что в спорных ситуациях не позволяет использовать юридическую защиту.

См. также

Напишите отзыв о статье "Доверительная собственность"

Литература

  • Д. В. Дождев. [web.archive.org/web/20120517035829/www.msses.ru/images/dozdev-int-model-trust.rtf МЕЖДУНАРОДНАЯ МОДЕЛЬ ТРАСТА И УНИТАРНАЯ КОНЦЕПЦИЯ ПРАВА СОБСТВЕННОСТИ] (недоступная ссылка с 24-05-2013 (4019 дней) — историякопия)
  • А. С. Захаров [daily.rbc.ru/opinions/economics/31/03/2015/551a97d79a7947c3a3bde391 Доверие по-русски: почему трасты не приживаются в нашей стране, РБК 31.03.2015]
  • Акт Бермудских островов [www.paragonadvice.ru/pdf/BERMUDA_Trusts_1989_Special_Provisions_Act_in_Russian_by_Paragon_Advice_Group.pdf «О трастах (специальные положения)» 1989 года (с изменениями в редакции 2009 года) 1989 : 62 ] (перевод А. С. Захарова)
  • Акт Британских Виргинских островов [www.paragonadvice.com/pdf/VISTA_bilingual_text.pdf «О специальных трастах Виргинских островов» № 10 от 2003 года] (перевод Д. В. Авдеева под редакцией А. С. Захарова)
  • Закон Каймановых островов [paragonadvice.com/pdf/STAR_1997_KY_Bilingual.pdf «О специальных трастах (альтернативном режиме)» 1997 года] (перевод А. С. Захарова)
  • Закон Республики Кипр [paragonadvice.com/matherials.shtml «О международных трастах» № 69/1992 от 1992 года] (перевод А. С. Захарова)
  • Закон Республики Панама [www.paragonadvice.ru/pdf/Panama_Trust_Law_in_Russian_by_Alexander_Zakharov.pdf «О трасте» № 1 от 1984 года] (перевод А. С. Захарова)

Примечания

  1. Free Legal Dictionary legal-dictionary.thefreedictionary.com/trust
  2. статья Финансовая безопасность через семейные трасты www.stateyki.org.ua/articles/finansovaya-bezopasnost-cherez-semeinye-trasty/
  3. Из истории траста trust-nz.com/trust-history.html
  4. А. С. Захаров, Доверие по-русски: почему трасты не приживаются в нашей стране, РБК 31.03.2015 daily.rbc.ru/opinions/economics/31/03/2015/551a97d79a7947c3a3bde391
  5. McCormack G. 2000, OEICs and trusts: the changing face of English investment law // The Company Lawyer. 2000. Vol. 21. P. 2 — 13. (англ.)
  6. Валютные спекулянты обещают помощь, Ведомости, № 62 (1344) 8 апреля 2005 г.

Отрывок, характеризующий Доверительная собственность

Солдаты, принесшие князя Андрея и снявшие с него попавшийся им золотой образок, навешенный на брата княжною Марьею, увидав ласковость, с которою обращался император с пленными, поспешили возвратить образок.
Князь Андрей не видал, кто и как надел его опять, но на груди его сверх мундира вдруг очутился образок на мелкой золотой цепочке.
«Хорошо бы это было, – подумал князь Андрей, взглянув на этот образок, который с таким чувством и благоговением навесила на него сестра, – хорошо бы это было, ежели бы всё было так ясно и просто, как оно кажется княжне Марье. Как хорошо бы было знать, где искать помощи в этой жизни и чего ждать после нее, там, за гробом! Как бы счастлив и спокоен я был, ежели бы мог сказать теперь: Господи, помилуй меня!… Но кому я скажу это! Или сила – неопределенная, непостижимая, к которой я не только не могу обращаться, но которой не могу выразить словами, – великое всё или ничего, – говорил он сам себе, – или это тот Бог, который вот здесь зашит, в этой ладонке, княжной Марьей? Ничего, ничего нет верного, кроме ничтожества всего того, что мне понятно, и величия чего то непонятного, но важнейшего!»
Носилки тронулись. При каждом толчке он опять чувствовал невыносимую боль; лихорадочное состояние усилилось, и он начинал бредить. Те мечтания об отце, жене, сестре и будущем сыне и нежность, которую он испытывал в ночь накануне сражения, фигура маленького, ничтожного Наполеона и над всем этим высокое небо, составляли главное основание его горячечных представлений.
Тихая жизнь и спокойное семейное счастие в Лысых Горах представлялись ему. Он уже наслаждался этим счастием, когда вдруг являлся маленький Напoлеон с своим безучастным, ограниченным и счастливым от несчастия других взглядом, и начинались сомнения, муки, и только небо обещало успокоение. К утру все мечтания смешались и слились в хаос и мрак беспамятства и забвения, которые гораздо вероятнее, по мнению самого Ларрея, доктора Наполеона, должны были разрешиться смертью, чем выздоровлением.
– C'est un sujet nerveux et bilieux, – сказал Ларрей, – il n'en rechappera pas. [Это человек нервный и желчный, он не выздоровеет.]
Князь Андрей, в числе других безнадежных раненых, был сдан на попечение жителей.


В начале 1806 года Николай Ростов вернулся в отпуск. Денисов ехал тоже домой в Воронеж, и Ростов уговорил его ехать с собой до Москвы и остановиться у них в доме. На предпоследней станции, встретив товарища, Денисов выпил с ним три бутылки вина и подъезжая к Москве, несмотря на ухабы дороги, не просыпался, лежа на дне перекладных саней, подле Ростова, который, по мере приближения к Москве, приходил все более и более в нетерпение.
«Скоро ли? Скоро ли? О, эти несносные улицы, лавки, калачи, фонари, извозчики!» думал Ростов, когда уже они записали свои отпуски на заставе и въехали в Москву.
– Денисов, приехали! Спит! – говорил он, всем телом подаваясь вперед, как будто он этим положением надеялся ускорить движение саней. Денисов не откликался.
– Вот он угол перекресток, где Захар извозчик стоит; вот он и Захар, и всё та же лошадь. Вот и лавочка, где пряники покупали. Скоро ли? Ну!
– К какому дому то? – спросил ямщик.
– Да вон на конце, к большому, как ты не видишь! Это наш дом, – говорил Ростов, – ведь это наш дом! Денисов! Денисов! Сейчас приедем.
Денисов поднял голову, откашлялся и ничего не ответил.
– Дмитрий, – обратился Ростов к лакею на облучке. – Ведь это у нас огонь?
– Так точно с и у папеньки в кабинете светится.
– Еще не ложились? А? как ты думаешь? Смотри же не забудь, тотчас достань мне новую венгерку, – прибавил Ростов, ощупывая новые усы. – Ну же пошел, – кричал он ямщику. – Да проснись же, Вася, – обращался он к Денисову, который опять опустил голову. – Да ну же, пошел, три целковых на водку, пошел! – закричал Ростов, когда уже сани были за три дома от подъезда. Ему казалось, что лошади не двигаются. Наконец сани взяли вправо к подъезду; над головой своей Ростов увидал знакомый карниз с отбитой штукатуркой, крыльцо, тротуарный столб. Он на ходу выскочил из саней и побежал в сени. Дом также стоял неподвижно, нерадушно, как будто ему дела не было до того, кто приехал в него. В сенях никого не было. «Боже мой! все ли благополучно?» подумал Ростов, с замиранием сердца останавливаясь на минуту и тотчас пускаясь бежать дальше по сеням и знакомым, покривившимся ступеням. Всё та же дверная ручка замка, за нечистоту которой сердилась графиня, также слабо отворялась. В передней горела одна сальная свеча.
Старик Михайла спал на ларе. Прокофий, выездной лакей, тот, который был так силен, что за задок поднимал карету, сидел и вязал из покромок лапти. Он взглянул на отворившуюся дверь, и равнодушное, сонное выражение его вдруг преобразилось в восторженно испуганное.
– Батюшки, светы! Граф молодой! – вскрикнул он, узнав молодого барина. – Что ж это? Голубчик мой! – И Прокофий, трясясь от волненья, бросился к двери в гостиную, вероятно для того, чтобы объявить, но видно опять раздумал, вернулся назад и припал к плечу молодого барина.
– Здоровы? – спросил Ростов, выдергивая у него свою руку.
– Слава Богу! Всё слава Богу! сейчас только покушали! Дай на себя посмотреть, ваше сиятельство!
– Всё совсем благополучно?
– Слава Богу, слава Богу!
Ростов, забыв совершенно о Денисове, не желая никому дать предупредить себя, скинул шубу и на цыпочках побежал в темную, большую залу. Всё то же, те же ломберные столы, та же люстра в чехле; но кто то уж видел молодого барина, и не успел он добежать до гостиной, как что то стремительно, как буря, вылетело из боковой двери и обняло и стало целовать его. Еще другое, третье такое же существо выскочило из другой, третьей двери; еще объятия, еще поцелуи, еще крики, слезы радости. Он не мог разобрать, где и кто папа, кто Наташа, кто Петя. Все кричали, говорили и целовали его в одно и то же время. Только матери не было в числе их – это он помнил.
– А я то, не знал… Николушка… друг мой!
– Вот он… наш то… Друг мой, Коля… Переменился! Нет свечей! Чаю!
– Да меня то поцелуй!
– Душенька… а меня то.
Соня, Наташа, Петя, Анна Михайловна, Вера, старый граф, обнимали его; и люди и горничные, наполнив комнаты, приговаривали и ахали.
Петя повис на его ногах. – А меня то! – кричал он. Наташа, после того, как она, пригнув его к себе, расцеловала всё его лицо, отскочила от него и держась за полу его венгерки, прыгала как коза всё на одном месте и пронзительно визжала.
Со всех сторон были блестящие слезами радости, любящие глаза, со всех сторон были губы, искавшие поцелуя.
Соня красная, как кумач, тоже держалась за его руку и вся сияла в блаженном взгляде, устремленном в его глаза, которых она ждала. Соне минуло уже 16 лет, и она была очень красива, особенно в эту минуту счастливого, восторженного оживления. Она смотрела на него, не спуская глаз, улыбаясь и задерживая дыхание. Он благодарно взглянул на нее; но всё еще ждал и искал кого то. Старая графиня еще не выходила. И вот послышались шаги в дверях. Шаги такие быстрые, что это не могли быть шаги его матери.
Но это была она в новом, незнакомом еще ему, сшитом без него платье. Все оставили его, и он побежал к ней. Когда они сошлись, она упала на его грудь рыдая. Она не могла поднять лица и только прижимала его к холодным снуркам его венгерки. Денисов, никем не замеченный, войдя в комнату, стоял тут же и, глядя на них, тер себе глаза.
– Василий Денисов, друг вашего сына, – сказал он, рекомендуясь графу, вопросительно смотревшему на него.
– Милости прошу. Знаю, знаю, – сказал граф, целуя и обнимая Денисова. – Николушка писал… Наташа, Вера, вот он Денисов.
Те же счастливые, восторженные лица обратились на мохнатую фигуру Денисова и окружили его.
– Голубчик, Денисов! – визгнула Наташа, не помнившая себя от восторга, подскочила к нему, обняла и поцеловала его. Все смутились поступком Наташи. Денисов тоже покраснел, но улыбнулся и взяв руку Наташи, поцеловал ее.
Денисова отвели в приготовленную для него комнату, а Ростовы все собрались в диванную около Николушки.
Старая графиня, не выпуская его руки, которую она всякую минуту целовала, сидела с ним рядом; остальные, столпившись вокруг них, ловили каждое его движенье, слово, взгляд, и не спускали с него восторженно влюбленных глаз. Брат и сестры спорили и перехватывали места друг у друга поближе к нему, и дрались за то, кому принести ему чай, платок, трубку.
Ростов был очень счастлив любовью, которую ему выказывали; но первая минута его встречи была так блаженна, что теперешнего его счастия ему казалось мало, и он всё ждал чего то еще, и еще, и еще.
На другое утро приезжие спали с дороги до 10 го часа.
В предшествующей комнате валялись сабли, сумки, ташки, раскрытые чемоданы, грязные сапоги. Вычищенные две пары со шпорами были только что поставлены у стенки. Слуги приносили умывальники, горячую воду для бритья и вычищенные платья. Пахло табаком и мужчинами.
– Гей, Г'ишка, т'убку! – крикнул хриплый голос Васьки Денисова. – Ростов, вставай!
Ростов, протирая слипавшиеся глаза, поднял спутанную голову с жаркой подушки.
– А что поздно? – Поздно, 10 й час, – отвечал Наташин голос, и в соседней комнате послышалось шуршанье крахмаленных платьев, шопот и смех девичьих голосов, и в чуть растворенную дверь мелькнуло что то голубое, ленты, черные волоса и веселые лица. Это была Наташа с Соней и Петей, которые пришли наведаться, не встал ли.
– Николенька, вставай! – опять послышался голос Наташи у двери.
– Сейчас!
В это время Петя, в первой комнате, увидав и схватив сабли, и испытывая тот восторг, который испытывают мальчики, при виде воинственного старшего брата, и забыв, что сестрам неприлично видеть раздетых мужчин, отворил дверь.
– Это твоя сабля? – кричал он. Девочки отскочили. Денисов с испуганными глазами спрятал свои мохнатые ноги в одеяло, оглядываясь за помощью на товарища. Дверь пропустила Петю и опять затворилась. За дверью послышался смех.
– Николенька, выходи в халате, – проговорил голос Наташи.
– Это твоя сабля? – спросил Петя, – или это ваша? – с подобострастным уважением обратился он к усатому, черному Денисову.
Ростов поспешно обулся, надел халат и вышел. Наташа надела один сапог с шпорой и влезала в другой. Соня кружилась и только что хотела раздуть платье и присесть, когда он вышел. Обе были в одинаковых, новеньких, голубых платьях – свежие, румяные, веселые. Соня убежала, а Наташа, взяв брата под руку, повела его в диванную, и у них начался разговор. Они не успевали спрашивать друг друга и отвечать на вопросы о тысячах мелочей, которые могли интересовать только их одних. Наташа смеялась при всяком слове, которое он говорил и которое она говорила, не потому, чтобы было смешно то, что они говорили, но потому, что ей было весело и она не в силах была удерживать своей радости, выражавшейся смехом.
– Ах, как хорошо, отлично! – приговаривала она ко всему. Ростов почувствовал, как под влиянием жарких лучей любви, в первый раз через полтора года, на душе его и на лице распускалась та детская улыбка, которою он ни разу не улыбался с тех пор, как выехал из дома.
– Нет, послушай, – сказала она, – ты теперь совсем мужчина? Я ужасно рада, что ты мой брат. – Она тронула его усы. – Мне хочется знать, какие вы мужчины? Такие ли, как мы? Нет?
– Отчего Соня убежала? – спрашивал Ростов.
– Да. Это еще целая история! Как ты будешь говорить с Соней? Ты или вы?
– Как случится, – сказал Ростов.
– Говори ей вы, пожалуйста, я тебе после скажу.
– Да что же?
– Ну я теперь скажу. Ты знаешь, что Соня мой друг, такой друг, что я руку сожгу для нее. Вот посмотри. – Она засучила свой кисейный рукав и показала на своей длинной, худой и нежной ручке под плечом, гораздо выше локтя (в том месте, которое закрыто бывает и бальными платьями) красную метину.
– Это я сожгла, чтобы доказать ей любовь. Просто линейку разожгла на огне, да и прижала.
Сидя в своей прежней классной комнате, на диване с подушечками на ручках, и глядя в эти отчаянно оживленные глаза Наташи, Ростов опять вошел в тот свой семейный, детский мир, который не имел ни для кого никакого смысла, кроме как для него, но который доставлял ему одни из лучших наслаждений в жизни; и сожжение руки линейкой, для показания любви, показалось ему не бесполезно: он понимал и не удивлялся этому.
– Так что же? только? – спросил он.
– Ну так дружны, так дружны! Это что, глупости – линейкой; но мы навсегда друзья. Она кого полюбит, так навсегда; а я этого не понимаю, я забуду сейчас.
– Ну так что же?
– Да, так она любит меня и тебя. – Наташа вдруг покраснела, – ну ты помнишь, перед отъездом… Так она говорит, что ты это всё забудь… Она сказала: я буду любить его всегда, а он пускай будет свободен. Ведь правда, что это отлично, благородно! – Да, да? очень благородно? да? – спрашивала Наташа так серьезно и взволнованно, что видно было, что то, что она говорила теперь, она прежде говорила со слезами.
Ростов задумался.
– Я ни в чем не беру назад своего слова, – сказал он. – И потом, Соня такая прелесть, что какой же дурак станет отказываться от своего счастия?
– Нет, нет, – закричала Наташа. – Мы про это уже с нею говорили. Мы знали, что ты это скажешь. Но это нельзя, потому что, понимаешь, ежели ты так говоришь – считаешь себя связанным словом, то выходит, что она как будто нарочно это сказала. Выходит, что ты всё таки насильно на ней женишься, и выходит совсем не то.
Ростов видел, что всё это было хорошо придумано ими. Соня и вчера поразила его своей красотой. Нынче, увидав ее мельком, она ему показалась еще лучше. Она была прелестная 16 тилетняя девочка, очевидно страстно его любящая (в этом он не сомневался ни на минуту). Отчего же ему было не любить ее теперь, и не жениться даже, думал Ростов, но теперь столько еще других радостей и занятий! «Да, они это прекрасно придумали», подумал он, «надо оставаться свободным».