Дональд II (король Шотландии)

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Дональд II
гэльск. Dòmhnall mac Chòiseim,
англ. Donald II
<tr><td colspan="2" style="text-align: center; border-top: solid darkgray 1px;"></td></tr>

<tr><td colspan="2" style="text-align: center;">Дональд II, король Шотландии</td></tr>

король Альбы (Шотландии)
889 — 900
Предшественник: Гирик и Эохейд
Преемник: Константин II
король пиктов
889 — 900
Предшественник: Гирик и Эохейд
Преемник: титул исчез
 
Смерть: 900(0900)
Род: Макальпины
Отец: Константин I
Дети: сыновья: Евгений, Малькольм I

Дональд II Безумный (гэльск. Domnall mac Chòiseim, Domnall Dásachtach, англ. Donald II, Donald II the Madman; умер в 900) — король Альбы (Шотландии) с 889 года. Сын короля Константина I. Свой эпитет «Безумный» или «Сумасшедший» (Dásachtach) Дональд II получил в «Пророчестве Берхана», но причина его возникновения не известна.



Биография

Дональд II стал королём Альбы (Шотландии) после смерти или смещения Гирика (Giric mac Dúngail). Дата его вступления на престол точно неизвестна, но обычно помещается в 889 год. Во время правления Дональда викинги продолжали разорять Шотландию. Он сначала победил их в битве при Иннисибсолиане, но затем был разбит и погиб при Данноттаре.

В «Хронике королей Альбы» о нём сообщается так: «Дональд, сын Константина, держал королевство в течение 11 лет [889-900]».

Дональд II был последним правителем, которого упоминают с титулом «король пиктов».

Напишите отзыв о статье "Дональд II (король Шотландии)"

Литература

Ссылки

  • [www.fmg.ac/Projects/MedLands/SCOTLAND.htm#_Toc253996177 SCOTLAND, KINGS] (англ.). Foundation for Medieval Genealogy. Проверено 19 октября 2011. [www.webcitation.org/65NpqaiGR Архивировано из первоисточника 12 февраля 2012].

Отрывок, характеризующий Дональд II (король Шотландии)

– Да, как человек, всё как должно быть, и стал, и стал уговаривать, а ей бы надо занять его разговором до петухов; а она заробела; – только заробела и закрылась руками. Он ее и подхватил. Хорошо, что тут девушки прибежали…
– Ну, что пугать их! – сказала Пелагея Даниловна.
– Мамаша, ведь вы сами гадали… – сказала дочь.
– А как это в амбаре гадают? – спросила Соня.
– Да вот хоть бы теперь, пойдут к амбару, да и слушают. Что услышите: заколачивает, стучит – дурно, а пересыпает хлеб – это к добру; а то бывает…
– Мама расскажите, что с вами было в амбаре?
Пелагея Даниловна улыбнулась.
– Да что, я уж забыла… – сказала она. – Ведь вы никто не пойдете?
– Нет, я пойду; Пепагея Даниловна, пустите меня, я пойду, – сказала Соня.
– Ну что ж, коли не боишься.
– Луиза Ивановна, можно мне? – спросила Соня.
Играли ли в колечко, в веревочку или рублик, разговаривали ли, как теперь, Николай не отходил от Сони и совсем новыми глазами смотрел на нее. Ему казалось, что он нынче только в первый раз, благодаря этим пробочным усам, вполне узнал ее. Соня действительно этот вечер была весела, оживлена и хороша, какой никогда еще не видал ее Николай.
«Так вот она какая, а я то дурак!» думал он, глядя на ее блестящие глаза и счастливую, восторженную, из под усов делающую ямочки на щеках, улыбку, которой он не видал прежде.
– Я ничего не боюсь, – сказала Соня. – Можно сейчас? – Она встала. Соне рассказали, где амбар, как ей молча стоять и слушать, и подали ей шубку. Она накинула ее себе на голову и взглянула на Николая.
«Что за прелесть эта девочка!» подумал он. «И об чем я думал до сих пор!»
Соня вышла в коридор, чтобы итти в амбар. Николай поспешно пошел на парадное крыльцо, говоря, что ему жарко. Действительно в доме было душно от столпившегося народа.
На дворе был тот же неподвижный холод, тот же месяц, только было еще светлее. Свет был так силен и звезд на снеге было так много, что на небо не хотелось смотреть, и настоящих звезд было незаметно. На небе было черно и скучно, на земле было весело.
«Дурак я, дурак! Чего ждал до сих пор?» подумал Николай и, сбежав на крыльцо, он обошел угол дома по той тропинке, которая вела к заднему крыльцу. Он знал, что здесь пойдет Соня. На половине дороги стояли сложенные сажени дров, на них был снег, от них падала тень; через них и с боку их, переплетаясь, падали тени старых голых лип на снег и дорожку. Дорожка вела к амбару. Рубленная стена амбара и крыша, покрытая снегом, как высеченная из какого то драгоценного камня, блестели в месячном свете. В саду треснуло дерево, и опять всё совершенно затихло. Грудь, казалось, дышала не воздухом, а какой то вечно молодой силой и радостью.