Дусятос

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Город
Дусятос
лит. Dusetos
Герб
Страна
Литва
Уезд
Утенский
Район
Координаты
Первое упоминание
Прежние названия
Дусяты
Город с
Население
794 человек (2010)
Часовой пояс
Телефонный код
+370 385
Почтовый индекс
LT-32029
Показать/скрыть карты

<imagemap>: неверное или отсутствующее изображение

Ду́сятос (лит. Dusetos; до 1917 года рус. Дусяты) — город в Зарасайском районе Утенского уезда Литвы, является административным центром Дусятского староства. Один из самых маленьких городов Литвы. Население 794 человека (2010 год)[1].





География

Расположен в 30 км от города Зарасай и в 134 км от Вильнюса на берегу озера Сартай[2].

История

Впервые упоминается в 1520 году. При разделе Речи Посполитой в XVIII веке отошёл к Российской Империи. Во время Первой мировой войны был оккупирован немецкой армией. До 1917 года носил название Дусяты[2].

С 1918 года по 1940 год входил в состав Литвы.

С 1940 года по 1991 года в составе Литовской ССР, СССР. Права города получил в 1950 году[2]. С 1950 по 1959 год был центром Дусетского района.

С 1991 года в составе Литвы. С 1995 года является центром одноимённого староства. В 1999 году получил герб.

Население

Динамика населения Дусятоса
Год 1811 1897 1923 1959 1970 1979 1989 2001 2010
жителей 907 1 278 1 164 1 806 1 600 1 357 1 184 914 794

Экономика

В городе находится конный завод[2].

Достопримечательности

  • Костёл Пресвятой Троицы (Švč. Trejybės bažnyčia; 1888)
  • Парк скульптур, открытый в 2008 году[1]

Галерея

Напишите отзыв о статье "Дусятос"

Примечания

  1. 1 2 [www.zarasai.lt/informacija-dusetu_151 Дусятос на сайте Зарасайского района]  (лит.)
  2. 1 2 3 4 [www.vseslova.ru/index.php?dictionary=bes&word=dusetos БЭС]

Ссылки



К:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)

Отрывок, характеризующий Дусятос

– Граф, – сказал Телянин, приближаясь к юнкеру.
– Не трогайте меня, – проговорил Ростов, отстраняясь. – Ежели вам нужда, возьмите эти деньги. – Он швырнул ему кошелек и выбежал из трактира.


Вечером того же дня на квартире Денисова шел оживленный разговор офицеров эскадрона.
– А я говорю вам, Ростов, что вам надо извиниться перед полковым командиром, – говорил, обращаясь к пунцово красному, взволнованному Ростову, высокий штаб ротмистр, с седеющими волосами, огромными усами и крупными чертами морщинистого лица.
Штаб ротмистр Кирстен был два раза разжалован в солдаты зa дела чести и два раза выслуживался.
– Я никому не позволю себе говорить, что я лгу! – вскрикнул Ростов. – Он сказал мне, что я лгу, а я сказал ему, что он лжет. Так с тем и останется. На дежурство может меня назначать хоть каждый день и под арест сажать, а извиняться меня никто не заставит, потому что ежели он, как полковой командир, считает недостойным себя дать мне удовлетворение, так…
– Да вы постойте, батюшка; вы послушайте меня, – перебил штаб ротмистр своим басистым голосом, спокойно разглаживая свои длинные усы. – Вы при других офицерах говорите полковому командиру, что офицер украл…
– Я не виноват, что разговор зашел при других офицерах. Может быть, не надо было говорить при них, да я не дипломат. Я затем в гусары и пошел, думал, что здесь не нужно тонкостей, а он мне говорит, что я лгу… так пусть даст мне удовлетворение…
– Это всё хорошо, никто не думает, что вы трус, да не в том дело. Спросите у Денисова, похоже это на что нибудь, чтобы юнкер требовал удовлетворения у полкового командира?
Денисов, закусив ус, с мрачным видом слушал разговор, видимо не желая вступаться в него. На вопрос штаб ротмистра он отрицательно покачал головой.
– Вы при офицерах говорите полковому командиру про эту пакость, – продолжал штаб ротмистр. – Богданыч (Богданычем называли полкового командира) вас осадил.
– Не осадил, а сказал, что я неправду говорю.
– Ну да, и вы наговорили ему глупостей, и надо извиниться.
– Ни за что! – крикнул Ростов.
– Не думал я этого от вас, – серьезно и строго сказал штаб ротмистр. – Вы не хотите извиниться, а вы, батюшка, не только перед ним, а перед всем полком, перед всеми нами, вы кругом виноваты. А вот как: кабы вы подумали да посоветовались, как обойтись с этим делом, а то вы прямо, да при офицерах, и бухнули. Что теперь делать полковому командиру? Надо отдать под суд офицера и замарать весь полк? Из за одного негодяя весь полк осрамить? Так, что ли, по вашему? А по нашему, не так. И Богданыч молодец, он вам сказал, что вы неправду говорите. Неприятно, да что делать, батюшка, сами наскочили. А теперь, как дело хотят замять, так вы из за фанаберии какой то не хотите извиниться, а хотите всё рассказать. Вам обидно, что вы подежурите, да что вам извиниться перед старым и честным офицером! Какой бы там ни был Богданыч, а всё честный и храбрый, старый полковник, так вам обидно; а замарать полк вам ничего? – Голос штаб ротмистра начинал дрожать. – Вы, батюшка, в полку без году неделя; нынче здесь, завтра перешли куда в адъютантики; вам наплевать, что говорить будут: «между павлоградскими офицерами воры!» А нам не всё равно. Так, что ли, Денисов? Не всё равно?