Железный конь

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Железный конь
The Iron Horse
Жанр

вестерн, драма

Режиссёр

Джон Форд (в титрах не указан)

Продюсер

Джон Форд

Автор
сценария

Чарльз Кеньон
Джон Расселл
Чарльз Дарнтон

В главных
ролях

Джордж О'Брайен
Мэдж Беллами

Оператор

Джордж Шнайдерман

Кинокомпания

Fox Film Corporation

Длительность

133 мин.

Страна

США США

Год

1924

IMDb

ID 0015016

К:Фильмы 1924 года

«Железный конь» (англ. The Iron Horse) — немой вестерн Джона Форда. Премьера состоялась 28 августа 1924 г.





Сюжет

Спрингфилд, Иллинойс. Землемер Брэндон мечтает о строительстве железной дороги на запад, но подрядчик Марш настроен скептически. Брэндон со своим сыном Дэви выезжает на местность, где обнаруживает новый путь, который охватит 200 миль в нужном направлении. Появляется группа шайеннов. Один из них, белый ренегат с двумя пальцами на правой руке, убивает и скальпирует Брэндона. Дэви хоронит отца.

Действие переносится в 1862 г. Линкольн утверждает строительство новых железнодорожных путей. Основным подрядчиком выступает Марш, его дочь Мириам помолвлена с главным инженером Джессоном. Строительные бригады китайцев, итальянцев, ирландцев постоянно отражают нападения индейцев. Когда поезд, везущий вознаграждение, попадает в индейскую засаду, итальянцы объявляют забастовку. Мириам убеждает их вернуться на работу…

В ролях

Исторический контекст

В фильме дана идеализированная картина сооружения Первой трансконтинентальной железной дороги. Кульминационная сцена — прибытие т. н. «золотого костыля» на Промонтори-саммит 10 мая 1869 г. В интертитрах сообщается, что в съёмках задействованы два локомотива, участвовавших в этом историческом событии; на самом деле локомотивы были размонтированы до 1910 г.

Награды и номинации

Напишите отзыв о статье "Железный конь"

Ссылки

Отрывок, характеризующий Железный конь

Что произвело это необычайное событие? Какие были причины его? Историки с наивной уверенностью говорят, что причинами этого события были обида, нанесенная герцогу Ольденбургскому, несоблюдение континентальной системы, властолюбие Наполеона, твердость Александра, ошибки дипломатов и т. п.
Следовательно, стоило только Меттерниху, Румянцеву или Талейрану, между выходом и раутом, хорошенько постараться и написать поискуснее бумажку или Наполеону написать к Александру: Monsieur mon frere, je consens a rendre le duche au duc d'Oldenbourg, [Государь брат мой, я соглашаюсь возвратить герцогство Ольденбургскому герцогу.] – и войны бы не было.
Понятно, что таким представлялось дело современникам. Понятно, что Наполеону казалось, что причиной войны были интриги Англии (как он и говорил это на острове Св. Елены); понятно, что членам английской палаты казалось, что причиной войны было властолюбие Наполеона; что принцу Ольденбургскому казалось, что причиной войны было совершенное против него насилие; что купцам казалось, что причиной войны была континентальная система, разорявшая Европу, что старым солдатам и генералам казалось, что главной причиной была необходимость употребить их в дело; легитимистам того времени то, что необходимо было восстановить les bons principes [хорошие принципы], а дипломатам того времени то, что все произошло оттого, что союз России с Австрией в 1809 году не был достаточно искусно скрыт от Наполеона и что неловко был написан memorandum за № 178. Понятно, что эти и еще бесчисленное, бесконечное количество причин, количество которых зависит от бесчисленного различия точек зрения, представлялось современникам; но для нас – потомков, созерцающих во всем его объеме громадность совершившегося события и вникающих в его простой и страшный смысл, причины эти представляются недостаточными. Для нас непонятно, чтобы миллионы людей христиан убивали и мучили друг друга, потому что Наполеон был властолюбив, Александр тверд, политика Англии хитра и герцог Ольденбургский обижен. Нельзя понять, какую связь имеют эти обстоятельства с самым фактом убийства и насилия; почему вследствие того, что герцог обижен, тысячи людей с другого края Европы убивали и разоряли людей Смоленской и Московской губерний и были убиваемы ими.
Для нас, потомков, – не историков, не увлеченных процессом изыскания и потому с незатемненным здравым смыслом созерцающих событие, причины его представляются в неисчислимом количестве. Чем больше мы углубляемся в изыскание причин, тем больше нам их открывается, и всякая отдельно взятая причина или целый ряд причин представляются нам одинаково справедливыми сами по себе, и одинаково ложными по своей ничтожности в сравнении с громадностью события, и одинаково ложными по недействительности своей (без участия всех других совпавших причин) произвести совершившееся событие. Такой же причиной, как отказ Наполеона отвести свои войска за Вислу и отдать назад герцогство Ольденбургское, представляется нам и желание или нежелание первого французского капрала поступить на вторичную службу: ибо, ежели бы он не захотел идти на службу и не захотел бы другой, и третий, и тысячный капрал и солдат, настолько менее людей было бы в войске Наполеона, и войны не могло бы быть.