Женская сборная Японии по хоккею на траве

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Женская сборная Японии по хоккею на траве
Прозвище

Японская сакура (англ. Sakura Japan)

Национальная федерация

Ассоциация хоккея на траве Японии
(Japan Hockey Association)

Конфедерация

AHF (Азия)

Гл. тренер

Yoo Seung-jin

Капитан

Miyuki Nakagawa

Рейтинг ФИХ

10 [1] (16.06.2014)

Основная
форма
Резервная
форма

Женская сборная Японии по хоккею на траве (прозвище «Японская сакура», англ. Sakura Japan) — женская сборная по хоккею на траве, представляющая Японию на международной арене. Управляющим органом сборной выступает Ассоциация хоккея на траве Японии (англ. Japan Hockey Association).

Сборная занимает (по состоянию на 16 июня 2014) 10-е место в рейтинге Международной федерации хоккея на траве (FIH)[1].





Результаты выступлений

Летние Олимпийские игры

  • 1980 — не участвовали
  • 1984 — не участвовали
  • 1988 — не участвовали
  • 1992 — не квалифицированы
  • 1996 — не участвовали
  • 2000 — не квалифицированы
  • 2004 — 8-е место
  • 2008 — 10-е место
  • 2012 — 9-е место

Чемпионат мира по хоккею на траве

  • 1974не участвовали
  • 1976не участвовали
  • 1978 — 6-е место
  • 1981 — 7-е место
  • 1983не квалифицированы
  • 1986не квалифицированы
  • 1990 — 11-е место
  • 1994не квалифицированы
  • 1998не квалифицированы
  • 2002 — 10-е место
  • 2006 — 5-е место
  • 2010 — 11-е место
  • 2014 — 10-е место

Азиатские игры

Чемпионат Азии

Мировая лига

Трофей чемпионов

  • 19872006не участвовали
  • 2007 — 5-е место
  • 2008 — 6-е место
  • 2009не участвовали
  • 2010не участвовали
  • 2011не участвовали
  • 2012 — 5-е место
  • 2014 — 8-е место

Champions Challenge

  • 2002не участвовали
  • 2003
  • 2005
  • 2007не участвовали

Текущий состав

Состав команды был объявлен перед чемпионатом мира 2014, прошедшем в мае-июне в Гааге, Нидерланды.

Главный тренер: Yoo Seung-jin

Игрок Поз. Возраст
1 Ryoko Oie GK 25
2 Shiho Sakai 24
3 Keiko Manabe 27
4 Kana Nomura 24
5 Miyuki Nakagawa (c) 27
6 Akiko Ota 27
7 Shiho Otsuka 24
8 Mayumi Ono 29
9 Shihori Oikawa 25
Игрок Поз. Возраст
10 Mazuki Arai 25
11 Akane Shibata 26
15 Ayaka Nishimura 25
16 Yuri Nagai 22
17 Hazuki Nagai 19
18 Yuka Yoshikawa GK 30
20 Yoshino Kasahara 23
22 Hazuki Yuda 24
23 Shoko Kanefuji 22

См. также

Напишите отзыв о статье "Женская сборная Японии по хоккею на траве"

Примечания

  1. 1 2 [www.fih.ch/en/fih/events/worldranking Мировой рейтинг ФИХ (мужские и женские сборные)]

Ссылки

  • [www.en.hockey.or.jp/national/ Сборные команды | Официальный сайт Ассоциации хоккея на траве Японии] (англ.)

Отрывок, характеризующий Женская сборная Японии по хоккею на траве



25 го утром Пьер выезжал из Можайска. На спуске с огромной крутой и кривой горы, ведущей из города, мимо стоящего на горе направо собора, в котором шла служба и благовестили, Пьер вылез из экипажа и пошел пешком. За ним спускался на горе какой то конный полк с песельниками впереди. Навстречу ему поднимался поезд телег с раненными во вчерашнем деле. Возчики мужики, крича на лошадей и хлеща их кнутами, перебегали с одной стороны на другую. Телеги, на которых лежали и сидели по три и по четыре солдата раненых, прыгали по набросанным в виде мостовой камням на крутом подъеме. Раненые, обвязанные тряпками, бледные, с поджатыми губами и нахмуренными бровями, держась за грядки, прыгали и толкались в телегах. Все почти с наивным детским любопытством смотрели на белую шляпу и зеленый фрак Пьера.
Кучер Пьера сердито кричал на обоз раненых, чтобы они держали к одной. Кавалерийский полк с песнями, спускаясь с горы, надвинулся на дрожки Пьера и стеснил дорогу. Пьер остановился, прижавшись к краю скопанной в горе дороги. Из за откоса горы солнце не доставало в углубление дороги, тут было холодно, сыро; над головой Пьера было яркое августовское утро, и весело разносился трезвон. Одна подвода с ранеными остановилась у края дороги подле самого Пьера. Возчик в лаптях, запыхавшись, подбежал к своей телеге, подсунул камень под задние нешиненые колеса и стал оправлять шлею на своей ставшей лошаденке.
Один раненый старый солдат с подвязанной рукой, шедший за телегой, взялся за нее здоровой рукой и оглянулся на Пьера.
– Что ж, землячок, тут положат нас, что ль? Али до Москвы? – сказал он.
Пьер так задумался, что не расслышал вопроса. Он смотрел то на кавалерийский, повстречавшийся теперь с поездом раненых полк, то на ту телегу, у которой он стоял и на которой сидели двое раненых и лежал один, и ему казалось, что тут, в них, заключается разрешение занимавшего его вопроса. Один из сидевших на телеге солдат был, вероятно, ранен в щеку. Вся голова его была обвязана тряпками, и одна щека раздулась с детскую голову. Рот и нос у него были на сторону. Этот солдат глядел на собор и крестился. Другой, молодой мальчик, рекрут, белокурый и белый, как бы совершенно без крови в тонком лице, с остановившейся доброй улыбкой смотрел на Пьера; третий лежал ничком, и лица его не было видно. Кавалеристы песельники проходили над самой телегой.
– Ах запропала… да ежова голова…
– Да на чужой стороне живучи… – выделывали они плясовую солдатскую песню. Как бы вторя им, но в другом роде веселья, перебивались в вышине металлические звуки трезвона. И, еще в другом роде веселья, обливали вершину противоположного откоса жаркие лучи солнца. Но под откосом, у телеги с ранеными, подле запыхавшейся лошаденки, у которой стоял Пьер, было сыро, пасмурно и грустно.
Солдат с распухшей щекой сердито глядел на песельников кавалеристов.
– Ох, щегольки! – проговорил он укоризненно.
– Нынче не то что солдат, а и мужичков видал! Мужичков и тех гонят, – сказал с грустной улыбкой солдат, стоявший за телегой и обращаясь к Пьеру. – Нынче не разбирают… Всем народом навалиться хотят, одью слово – Москва. Один конец сделать хотят. – Несмотря на неясность слов солдата, Пьер понял все то, что он хотел сказать, и одобрительно кивнул головой.
Дорога расчистилась, и Пьер сошел под гору и поехал дальше.
Пьер ехал, оглядываясь по обе стороны дороги, отыскивая знакомые лица и везде встречая только незнакомые военные лица разных родов войск, одинаково с удивлением смотревшие на его белую шляпу и зеленый фрак.
Проехав версты четыре, он встретил первого знакомого и радостно обратился к нему. Знакомый этот был один из начальствующих докторов в армии. Он в бричке ехал навстречу Пьеру, сидя рядом с молодым доктором, и, узнав Пьера, остановил своего казака, сидевшего на козлах вместо кучера.
– Граф! Ваше сиятельство, вы как тут? – спросил доктор.
– Да вот хотелось посмотреть…
– Да, да, будет что посмотреть…
Пьер слез и, остановившись, разговорился с доктором, объясняя ему свое намерение участвовать в сражении.
Доктор посоветовал Безухову прямо обратиться к светлейшему.
– Что же вам бог знает где находиться во время сражения, в безызвестности, – сказал он, переглянувшись с своим молодым товарищем, – а светлейший все таки знает вас и примет милостиво. Так, батюшка, и сделайте, – сказал доктор.
Доктор казался усталым и спешащим.
– Так вы думаете… А я еще хотел спросить вас, где же самая позиция? – сказал Пьер.
– Позиция? – сказал доктор. – Уж это не по моей части. Проедете Татаринову, там что то много копают. Там на курган войдете: оттуда видно, – сказал доктор.
– И видно оттуда?.. Ежели бы вы…
Но доктор перебил его и подвинулся к бричке.
– Я бы вас проводил, да, ей богу, – вот (доктор показал на горло) скачу к корпусному командиру. Ведь у нас как?.. Вы знаете, граф, завтра сражение: на сто тысяч войска малым числом двадцать тысяч раненых считать надо; а у нас ни носилок, ни коек, ни фельдшеров, ни лекарей на шесть тысяч нет. Десять тысяч телег есть, да ведь нужно и другое; как хочешь, так и делай.
Та странная мысль, что из числа тех тысяч людей живых, здоровых, молодых и старых, которые с веселым удивлением смотрели на его шляпу, было, наверное, двадцать тысяч обреченных на раны и смерть (может быть, те самые, которых он видел), – поразила Пьера.
Они, может быть, умрут завтра, зачем они думают о чем нибудь другом, кроме смерти? И ему вдруг по какой то тайной связи мыслей живо представился спуск с Можайской горы, телеги с ранеными, трезвон, косые лучи солнца и песня кавалеристов.
«Кавалеристы идут на сраженье, и встречают раненых, и ни на минуту не задумываются над тем, что их ждет, а идут мимо и подмигивают раненым. А из этих всех двадцать тысяч обречены на смерть, а они удивляются на мою шляпу! Странно!» – думал Пьер, направляясь дальше к Татариновой.
У помещичьего дома, на левой стороне дороги, стояли экипажи, фургоны, толпы денщиков и часовые. Тут стоял светлейший. Но в то время, как приехал Пьер, его не было, и почти никого не было из штабных. Все были на молебствии. Пьер поехал вперед к Горкам.