Ж

Поделись знанием:
(перенаправлено с «Ж (буква)»)
Перейти к: навигация, поиск
К:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)

Ж, ж (название: жэ) — буква всех славянских кириллических алфавитов (восьмая в русском, белорусском, сербском и македонском, седьмая в болгарском и девятая в украинском); используется также в письменностях некоторых неславянских народов, где на её основе были даже построены новые буквы, наподобие Ӂ или Җ. В старо- и церковнославянской азбуках называется «живѣ́те» (то есть «живите», повелительное наклонение от «жити») и является седьмой по счёту; в кириллице выглядит как и числового значения не имеет, в глаголице выглядит как Ⰶ и имеет числовое значение 7.

Не имеет аналога в греческом алфавите; кириллическую форму считаютК:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)[источник не указан 1130 дней] переделкой из глаголической, а последнюю — заимствованной из коптской письменности, из знака «джанджа» (Ϫ, ϫ); имеются, впрочем, и версии, возводящие глаголическое начертание к неким лигатурам, составленным из греческих букв, а кириллическое к монограмме имени Иисуса Христа. Существует также версия, что буква Ж могла произойти от древнеанглийского варианта руны йераК:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)[источник не указан 1130 дней].





В русском языке

В русском языке буква Ж обозначает звонкий фрикативный постальвеолярный согласный. По сравнению со звуком [ʒ], встречающимся в европейских языках (английское [ʒ] в measure, французское j в jamais и т. д.), русский согласный звучит твёрже, из-за чего его иногда считают[кто?] ретрофлексным и обозначают как [ʐ]. Параллельный глухой согласный обозначается буквой Ш.

Произношение

При произнесении твёрдых согласных [Ш] и [Ж] губы раскрыты, между зубами расстояние 1—2 мм, кончик языка лопатообразно приподнят по направлению к передней части нёба за альвеолы верхних передних зубов, но не касается твердого нёба; боковые края языка касаются верхних коренных зубов и несколько приподняты, образуя в языке лёгкую впадину. При произнесении глухого [Ш] голосовые связки не вибрируют, в то время как при звуке [Ж] работают не только голосовые связки, но и вибрирует кончик языка.

История звуков, обозначаемых этой буквой

В историческом отношении славянский звук [ж] является всегда вторичным, произошедшим из других согласных путём палатализации (смягчения) их перед следующими палатальными гласными и согласным j. Это смягчение ведёт своё начало ещё из общеславянского периода. Несмотря на своё происхождение с помощью палатализации, [ж] в большинстве современных великорусских говоров непалатально (твёрдо). Кроме [ж], возникшего путём палатализации, в современном русском [ж] получается путём ассимиляции из спирантов [з] и [с]: изжарить [ижжарить], сжечь [жжечь], с женой [жженой] и т. п.

Случаи «мягкого» произношения звука

В русской фонетике в некоторых говорах также встречается долгий звонкий мягкий вариант звука [ж]: /ʑ:/, отдельной буквой не представимый (для соответствующего глухого звука существует буква Щ): до[ж’ж’]и (дожди), дро[ж’ж’]и (дрожжи), по[ж’ж’]е (позже), е[ж’ж’]у (езжу), «ви[ж’ж’]ять», «дребе[ж’ж’]ять», «бре[ж’ж’]ить». Однако следует отметить, что данный звук не всегда считается нормативным.

Правописание гласных после Ж

В русском языке выбор между написаниями жа/жя, жо/жё, жу/жю, жи/жы, же/жэ определется не произношением, а формальными правилами и соображениями этимологического и исторического порядка. Традиционны написания жа, жу, жи, же; противоположные им жя, жю, жы, жэ в исконно русских словах невозможны, хотя могут встречаться в заимствованиях (например: жюри, Джяла, Кажым, Чжэцзян), а также в сложных словах (межэтнический). Выбор между написаниями жо и жё определяют достаточно сложные правила: так, в начале слов в основном пишется жё (жёлтый, жёлудь, жёрнов, жёсткий и т. д.), буквосочетание жо в начале слов встречается только в заимствованиях (жокей, жожоба) и некоторых формах имён собственных (Жора, Жостово). В заимствованных словах, оканчивающихся на -ор/-ёр также пишется жё: дирижёр, монтажёр, тренажёр (исключение: мажор).

В составе диграфа ДЖ

В украинском, белорусском и болгарском языках буква Ж используется также в составе диграфа дж, обозначающего звонкую аффрикату, парную к глухой [ч] (в сербском и македонском алфавитах вместо написания дж используется отдельная буква Џ).

В неславянских языках

В узбекском кириллическом алфавите, использовавшемся в 1940—1993 годах, так же как и в киргизской кириллице, из-за того что звук [ʒ] встречается лишь в редких иноязычных заимствованиях, буква Ж обозначает аффрикату [ʤ]. В современной узбекской латинице Ж заменили на букву J. В монгольском языке буквой Ж обозначают глухую аффрикату [ʧ], а буквой Ч — глухую придыхательную аффрикату [ʧʰ]. В дунганской кириллице Ж используется для ретрофлексной [ʐ], схожая конвенция применяется в транскрипции китайского языка на русский язык (в пиньине они обе соответствуют букве r).

Транскрипция

Кириллическая буква Ж в письменностях с латинской основой передаётся по-разному, в зависимости от языка: в чешском, словацком, словенском, хорватском (и латинском варианте сербского) применяется буква Ž (она же обычно используется для транслитерации «вообще»), в польском — более древний её вариант Ż; в романских языках — G или J с последующими e или i, в германских — диграфы zh (англ.) или sh (нем.) и др.

Таблица кодов

Кодировка Регистр Десятич-
ный код
16-рич-
ный код
Восьмерич-
ный код
Двоичный код
Юникод Прописная 1046 0416 002026 00000100 00010110
Строчная 1078 0436 002066 00000100 00110110
ISO 8859-5 Прописная 182 B6 266 10110110
Строчная 214 D6 326 11010110
KOI 8 Прописная 246 F6 366 11110110
Строчная 214 D6 326 11010110
Windows 1251 Прописная 198 C6 306 11000110
Строчная 230 E6 346 11100110

В HTML прописную букву Ж можно записать как Ж или Ж, а строчную ж — как ж или ж.

Напишите отзыв о статье "Ж"

Литература

Отрывок, характеризующий Ж



Бородинское сражение с последовавшими за ним занятием Москвы и бегством французов, без новых сражений, – есть одно из самых поучительных явлений истории.
Все историки согласны в том, что внешняя деятельность государств и народов, в их столкновениях между собой, выражается войнами; что непосредственно, вследствие больших или меньших успехов военных, увеличивается или уменьшается политическая сила государств и народов.
Как ни странны исторические описания того, как какой нибудь король или император, поссорившись с другим императором или королем, собрал войско, сразился с войском врага, одержал победу, убил три, пять, десять тысяч человек и вследствие того покорил государство и целый народ в несколько миллионов; как ни непонятно, почему поражение одной армии, одной сотой всех сил народа, заставило покориться народ, – все факты истории (насколько она нам известна) подтверждают справедливость того, что большие или меньшие успехи войска одного народа против войска другого народа суть причины или, по крайней мере, существенные признаки увеличения или уменьшения силы народов. Войско одержало победу, и тотчас же увеличились права победившего народа в ущерб побежденному. Войско понесло поражение, и тотчас же по степени поражения народ лишается прав, а при совершенном поражении своего войска совершенно покоряется.
Так было (по истории) с древнейших времен и до настоящего времени. Все войны Наполеона служат подтверждением этого правила. По степени поражения австрийских войск – Австрия лишается своих прав, и увеличиваются права и силы Франции. Победа французов под Иеной и Ауерштетом уничтожает самостоятельное существование Пруссии.
Но вдруг в 1812 м году французами одержана победа под Москвой, Москва взята, и вслед за тем, без новых сражений, не Россия перестала существовать, а перестала существовать шестисоттысячная армия, потом наполеоновская Франция. Натянуть факты на правила истории, сказать, что поле сражения в Бородине осталось за русскими, что после Москвы были сражения, уничтожившие армию Наполеона, – невозможно.
После Бородинской победы французов не было ни одного не только генерального, но сколько нибудь значительного сражения, и французская армия перестала существовать. Что это значит? Ежели бы это был пример из истории Китая, мы бы могли сказать, что это явление не историческое (лазейка историков, когда что не подходит под их мерку); ежели бы дело касалось столкновения непродолжительного, в котором участвовали бы малые количества войск, мы бы могли принять это явление за исключение; но событие это совершилось на глазах наших отцов, для которых решался вопрос жизни и смерти отечества, и война эта была величайшая из всех известных войн…
Период кампании 1812 года от Бородинского сражения до изгнания французов доказал, что выигранное сражение не только не есть причина завоевания, но даже и не постоянный признак завоевания; доказал, что сила, решающая участь народов, лежит не в завоевателях, даже на в армиях и сражениях, а в чем то другом.
Французские историки, описывая положение французского войска перед выходом из Москвы, утверждают, что все в Великой армии было в порядке, исключая кавалерии, артиллерии и обозов, да не было фуража для корма лошадей и рогатого скота. Этому бедствию не могло помочь ничто, потому что окрестные мужики жгли свое сено и не давали французам.
Выигранное сражение не принесло обычных результатов, потому что мужики Карп и Влас, которые после выступления французов приехали в Москву с подводами грабить город и вообще не выказывали лично геройских чувств, и все бесчисленное количество таких мужиков не везли сена в Москву за хорошие деньги, которые им предлагали, а жгли его.

Представим себе двух людей, вышедших на поединок с шпагами по всем правилам фехтовального искусства: фехтование продолжалось довольно долгое время; вдруг один из противников, почувствовав себя раненым – поняв, что дело это не шутка, а касается его жизни, бросил свою шпагу и, взяв первую попавшуюся дубину, начал ворочать ею. Но представим себе, что противник, так разумно употребивший лучшее и простейшее средство для достижения цели, вместе с тем воодушевленный преданиями рыцарства, захотел бы скрыть сущность дела и настаивал бы на том, что он по всем правилам искусства победил на шпагах. Можно себе представить, какая путаница и неясность произошла бы от такого описания происшедшего поединка.
Фехтовальщик, требовавший борьбы по правилам искусства, были французы; его противник, бросивший шпагу и поднявший дубину, были русские; люди, старающиеся объяснить все по правилам фехтования, – историки, которые писали об этом событии.
Со времени пожара Смоленска началась война, не подходящая ни под какие прежние предания войн. Сожжение городов и деревень, отступление после сражений, удар Бородина и опять отступление, оставление и пожар Москвы, ловля мародеров, переимка транспортов, партизанская война – все это были отступления от правил.
Наполеон чувствовал это, и с самого того времени, когда он в правильной позе фехтовальщика остановился в Москве и вместо шпаги противника увидал поднятую над собой дубину, он не переставал жаловаться Кутузову и императору Александру на то, что война велась противно всем правилам (как будто существовали какие то правила для того, чтобы убивать людей). Несмотря на жалобы французов о неисполнении правил, несмотря на то, что русским, высшим по положению людям казалось почему то стыдным драться дубиной, а хотелось по всем правилам стать в позицию en quarte или en tierce [четвертую, третью], сделать искусное выпадение в prime [первую] и т. д., – дубина народной войны поднялась со всей своей грозной и величественной силой и, не спрашивая ничьих вкусов и правил, с глупой простотой, но с целесообразностью, не разбирая ничего, поднималась, опускалась и гвоздила французов до тех пор, пока не погибло все нашествие.
И благо тому народу, который не как французы в 1813 году, отсалютовав по всем правилам искусства и перевернув шпагу эфесом, грациозно и учтиво передает ее великодушному победителю, а благо тому народу, который в минуту испытания, не спрашивая о том, как по правилам поступали другие в подобных случаях, с простотою и легкостью поднимает первую попавшуюся дубину и гвоздит ею до тех пор, пока в душе его чувство оскорбления и мести не заменяется презрением и жалостью.


Одним из самых осязательных и выгодных отступлений от так называемых правил войны есть действие разрозненных людей против людей, жмущихся в кучу. Такого рода действия всегда проявляются в войне, принимающей народный характер. Действия эти состоят в том, что, вместо того чтобы становиться толпой против толпы, люди расходятся врозь, нападают поодиночке и тотчас же бегут, когда на них нападают большими силами, а потом опять нападают, когда представляется случай. Это делали гверильясы в Испании; это делали горцы на Кавказе; это делали русские в 1812 м году.
Войну такого рода назвали партизанскою и полагали, что, назвав ее так, объяснили ее значение. Между тем такого рода война не только не подходит ни под какие правила, но прямо противоположна известному и признанному за непогрешимое тактическому правилу. Правило это говорит, что атакующий должен сосредоточивать свои войска с тем, чтобы в момент боя быть сильнее противника.
Партизанская война (всегда успешная, как показывает история) прямо противуположна этому правилу.
Противоречие это происходит оттого, что военная наука принимает силу войск тождественною с их числительностию. Военная наука говорит, что чем больше войска, тем больше силы. Les gros bataillons ont toujours raison. [Право всегда на стороне больших армий.]