Забайкальские казаки

Поделись знанием:
(перенаправлено с «Забайкальское казачье войско»)
Перейти к: навигация, поиск
Забайкальское казачье войско
Принадлежность: Казаки
Расселение: Забайкалье

Казак времен русско-японской войны (плакат)
Старшинство с 20 августа 1655 года
Войсковой штаб Чита
Дата войскового круга 17 марта
Численность (в 1916 г. 14,5 тыс.)
Святой покровитель преподобный Алексий

Забайка́льские казаки́ или Забайка́льское каза́чье во́йско — иррегулярное войско в XVII—XX веках в Российской империи, на территории Забайкалья. Войсковой штаб — в Чите.

Старшинство с 20 августа 1655 года. Войсковой праздник и войсковой круг — 17 марта, в день преподобного Алексия, человека Божьего.





Знамя

Знамя Забайкальского казачьего войска представляло собой полотнище войсковых цветов с изображением лика Спаса Нерукотворного. На знамени была надпись: «С нами Бог».

Цвета

Забайкальские казаки традиционно носили жёлтые лампасы, погоны , верх папахи, клапаны шинелей и околыши фуражек, и тёмно-зелёные мундир и чекмень[3].

Цвет погона, лампаса и околыша фуражки определялся тем, в конном полку или артиллерийской батарее служит казак. Полковые погоны были жёлтого цвета, «батарейные» — красного[4]. Так казаки, нёсшие службу на Батарейной горе города Верхнеудинска, носили лампасы и околыши красного цвета.

Войсковые части

В начале 1905 года была проведена мобилизация. На действительной службе состояли следующие казачьи части[5]:

№ п/п Войсковая часть Офицеров Строевых Нестроевых
Первоочередные части
1. 1-й Верхнеудинский конный полк 47 923 63
2. 1-й Читинский конный полк 36 766 50
3. 1-й Аргунский конный полк 33 894 57
4. 1-й Нерчинский конный полк 3 855 46
5. 1-я Забайкальская казачья батарея 7 266 18
6. 2-я Забайкальская казачья батарея 9 271 15
Льготные части
1. 2-й Верхнеудинский конный полк 38 928 84
2. 3-й Верхнеудинский конный полк 29 913 63
3. 2-й Аргунский конный полк 37 905 75
4. 2-й Читинский конный полк 37 920 77
5. 2-й Нерчинский конный полк 32 938 65
6. 3-я Забайкальская казачья батарея 6 259 16
7. 4-я Забайкальская казачья батарея 10 258 18
8. 4-й Забайкальский пеший батальон 15 520 83
9. 5-й Забайкальский пеший батальон 13 565 80
10. 6-й Забайкальский пеший батальон 24 572 68
Кадровые части
1. 1-я Запасная конная сотня 4 253 -
2. 2-я Запасная конная сотня 3 216 -
3. Артиллерийский запасной взвод 2 83 -
4. Пешая запасная сотня 3 311 -
Нештатные части
1. 20 конных отрядов 7 1904 96
2. Три отдельных конских запаса - 349 -
3. Конвой при штабе 1-й Сибирской дивизии 1 22 -

1-й Нерчинский казачий полк носил имя Его императорского высочества наследника цесаревича. Старшинство полка, особое от войска, не установлено. Полковой праздник — общий с войском. Боевые награды и отличия полка: 1) полковое знамя простое, первоначально пожаловано русскому 3-му полку Забайкальского казачьего войска 6 декабря 1852 года, 2) четыре серебряные Георгиевские трубы с надписью «За Эюр, Хинган и Цицикар в 1900 году» — в 1-й и 2-й сотнях. Получены 19 февраля 1903 года.

У конных полков 1-го Верхнеудинского, 1-го Читинского, 1-го Аргунского старшинство, особое от войска, не установлено. Полковой праздник — общий с войском. 1-я Забайкальская казачья батарея носила имя Его императорского высочества наследника цесаревича. Романов Алексей Николаевич (1904—1918) — вечный шеф батареи с 6 мая 1910 года.

Для 1-й и 2-й Забайкальских казачьих батарей старшинство, особое от войска, не установлено. Полковой праздник — общий с войском. Так же в составе войска существовал Казачий конвой российского охранного отряда в Пекине.

Отличием Забайкальского казачьего войска от других казачьих войск было преобладание среди высшего офицерского состава армейских офицеров. На 1 января 1904 года среди генералов, штаб- и обер-офицеров Забайкальского казачьего войска представителей невойскового сословия было 53,5 % (в Донском казачьем войске этот показатель составлял 0,9 %)[6].

История

Служилые люди, вёрстанные в казачью службу, появились в Забайкалье около 1639 года. С 40-х годов XVII века енисейские и другие сибирские казаки основали все первоначальные забайкальские зимовья и остроги, произвели разведку путей из Предбайкалья до берегов Амура. В начале XVIII века по образцу казачьего войска были организованы иррегулярные воинские формирования бурят и тунгусов (эвенки), которые позже слились с казаками. В 1764 году численность бурятских казаков составляла 2400 человек в составе 6 полков, численность казаков-тунгусов — 1 пятисотенный полк. Отличительной особенностью забайкальских казаков был тот факт, что наряду с православием часть из них (буряты) исповедовала буддизм[7].

Забайкальское казачье войско было образовано 17 марта 1851 года приказом императора Николая I, по предложению генерал-губернатора Восточной Сибири Н. Н. Муравьева-Амурского, на территории Забайкалья из части сибирских казаков, бурятских и эвенкийских военных формирований, а также крестьянского населения некоторых районов, в составе трёх конных полков и трёх пеших бригад (1-й, 2-й, 3-й русские полки, 4-й тунгусский (эвенкийский) полк, 5-й и 6-й бурятские полки). Войско несло внутреннюю службу и охраняло государственную границу России с Китаем.

На момент образования в составе Забайкальского казачьего войска числились 48 169 душ мужского пола[8]. Из них большинство (27 136 душ мужского пола) были горнозаводскими крестьянами[9].

В 1854 году забайкальские казаки осуществили амурский сплав и основали пограничные посты вдоль границы с Китаем. В 1858 году из Забайкальского войска было выделено Амурское казачье войско. В начале XX века забайкальские казаки выставляли в мирное время одну гвардейскую полусотню, 4 конных полка и две батареи; в Первую мировую войну войско выставило одну гвардейскую полусотню, 9 конных полков, 4 батареи и три запасные сотни.

В начале XX века забайкальские казаки (как и российское казачество в целом) находились в сложном положении. Роль конницы в боевом деле падала. Казаки имели большие земельные наделы, но воинская повинность была очень обременительной. В начале XX века казаки не получали в России за службу денег или провиантского довольствия, а только земельный надел. При этом казаки должны были являться на службу со своим обмундированием, своими лошадьми и собственным вооружением (кроме огнестрельного). Снаряжение казака в начале XX века стоило около 330 рублей (включая стоимость коня)[10]. Регулярная армия все это получала за счет казны. О том, насколько обременительны были эти траты говорят следующие цифры — в начале XX века средний годовой доход на душу мужского населения в казачьих хозяйствах составлял 33 руб. 58 коп.[10]. Это было очень скромной суммой — годовой доход прислуги на Дальнем Востоке в начале XX века составлял 50 — 100 руб., годовое содержание арестанта обходилось в 113 рублей, а необеспеченными считали людей, имевших годовой доход менее 36 руб.[10]. Само Забайкальское казачье войско несло целый ряд повинностей, которые в 1872 году были переведены в денежную форму. В итоге население Забайкальского казачьего войска стало платить в казну ежегодно 70 тыс. руб. денежной общевойсковой подати, 1,5 тыс. руб. на содержание перевозов главных почтовых трактов по войсковой территории и 6,5 тыс. руб. на содержание и ремонт помещений для войсковых учреждений[11]. Также из-за какой-то ошибки забайкальские казаки (в отличие от других казачьих войск) с 1875 по 1906 годы незаконно заплатили подушный сбор на общую сумму в 362 145 руб. (эти деньги так и не были возвращены войску)[12]. Уровень жизни забайкальских казаков в начале XX века был невысок, их хозяйства зачастую имели только по одной лошади, которая в мирное время использовалась в гражданских целях, а в военное - как кавалерийская. На 1 января 1904 года в Забайкальском войске числились 31995 нижних чинов и только 34257 строевых лошадей[13].

Забайкальские казаки участвовали в подавлении Ихэтуаньского восстания 1899—1901 годов в Китае, в Русско-японской 1904—1905 годов и Первой мировой войнах. В 1916 году население Забайкальского казачьего войска составляло 265 тысяч человек, из них на военной службе состояло 14,5 тысяч.

После свержения монархии в России в Забайкальском войске уже в марте 1917 года произошел раскол по вопросу о сохранении казачества как сословия. I съезд Забайкальского казачьего войска, прошедший в марте 1917 года в Чите, принял решение о ликвидации казачества и обращении казаков в граждан[14]. Однако многие казаки (в том числе фронтовые части) не признали этого решения и начали активную агитацию за сохранение казачества[15]

Во время Гражданской войны часть казачества активно воевала против большевиков под руководством атамана Г. М. Семёнова и барона Унгерна. Некоторые казаки поддержали красных.

В 1920 году Забайкальское войско, как и прочие казачьи войска в Советской России, было ликвидировано. После поражения атамана Семёнова примерно 15 % казаков вместе с семьями ушли в Маньчжурию, где обосновались, создав свои станицы (Трехречье). В Китае они поначалу тревожили набегами советскую границу, а затем замкнулись и жили своим бытом до 1945 года (наступления Советской Армии). Позднее некоторые из них эмигрировали в Австралию (Квинсленд)[16][17]. Часть казаков в 1960-е годы вернулась в СССР и была поселена в Казахстане[18]. Потомки смешанных браков остались в Китае[19]

Образование

В 1859 году в ведение Забайкальского казачьего войска была передана Русско-монгольская войсковая школа. Кроме этой школы, войско содержало: полковые, батальонные и поселковые школы.

В 1872 году, по официальным данным, существовало:

  • 6 полковых школ (включая русско-монгольскую);
  • 12 батальонных школ (Кайдаловская, Шелопугинская, Красноярская, Донинская, Аргунская, Сретенская, Ломовская, Ундинская, Новотроицкая, Торгинская, Кударинская, Харацайская);
  • около 200 поселковых школ.

Полковые школы содержались на средства окружного интендантского управления. Батальонные школы содержались на средства войскового правления, которое ежегодно отпускало на содержание 12 школ 1165 рублей, 44 копейки. 10 беднейшим ученикам батальонных школ выделялось по 8 рублей каждому. В полковые и батальонные школы поступали ученики, окончившие поселковые школы. Поселковые школы содержались родителями учеников, или всеми жителями посёлка.

По приказу Государственного Совета, Высочайше утверждённому 31 мая 1872 года, в ведение Министерства народного просвещения были переданы полковые и батальонные школы[20].

Современность

В эпоху советской Перестройки началось возрождение забайкальского казачества. В 1990 году в Москве был созван Большой казачий круг, на котором в числе прочих было принято решение о воссоздании Забайкальского казачьего войска[21].

В 1991 году был образован ансамбль песни и пляски «Забайкальские казаки»[22].

С 1993 года атаманом Забайкальского казачьего войска был Александр Васильевич Богданов[23].

В 2010 году в Чите был избран атаманом Забайкальского казачьего войска Сергей Бобров[24].

30 марта 2011 года забайкальские казаки отметили 160-летие своего войска[25].

30 марта 2014 года атаманом Забайкальского казачьего войска был избран заместитель председателя правительства Забайкальского края Геннадий Чупин[26].

Структура

Во главе Забайкальского казачьего войска стоял наказной атаман, подчинявшийся генерал-губернатору Сибири. Атаман совмещал права начальника дивизии и губернатора. При нём было учреждено два комитета: войсковое дежурство (для ведения военных дел) и войсковое правление (для ведения хозяйственных дел). Высшей формой организации казаков была бригада (всего было 6 бригад), которая делилась на полки (500—600 бойцов), а те на сотни.

Полки назывались по имени центрального поселения: Аргунский, Верхнеудинский, Читинский, Нерчинский[27].

[www.aukazak.com.au/prikaz/ По приказу атамана] ЗКВО С. Г. Боброва в июне 2011 года в Австралии образованно Отдельское казачье общество «Посольский Австралийский Отдел» из числа диаспоры потомков казаков-переселенцев из Забайкалья. Основная деятельность общества — развитие дружбы и сотрудничества между народами; укрепление связей с казачеством за рубежом; культурное, духовное и нравственное воспитания молодёжи, сохранение и развитие казачьих традиций и обычаев за рубежом.

Территориальное расположение

1-й отдел

Аракиретская станица, Атамано-Николаевская (Харацайская) станица, Боргойская станица, Верхнеудинская станица, Гыгетуйская станица, Желтуринская станица, Кударинская станица, Мензинская станица, Мурочинская станица, Селенгинская станица, Усть-Урлукская станица, Харьястская станица, Цаган-Усунская станица, Цакирская станица, Шарагольская станица, Янгажинская станица.

2-й отдел

Акшинская станица, Быркинская станица, Букукунская станица, Верхнеульхунская станица, Донинская станица, Дуроевская станица, Дурулгуевская станица, Зоргольская станица, Калгинская станица, Мангутская станица, Манкечурская станица, Могойтуевская станица, Улятуевская станица, Цаган-Олуевская станица, Чиндантская 2-я станица, Чиндант-Гродековская станица.

3-й отдел

Ботовская станица, Жидкинская станица, Ильдиканская станица, Кайдаловская станица, Кулаковская станица, Куларская станица, Куенгинская станица, Курлыченская станица, Ломовская станица, Маккавеевская станица, Митрофановская станица — (г. Шилка), Новотроицкая станица, Размахнинская станица, Сретенская станица, Титовская станица, Торгинская станица, Ундинская станица, Усть-Теленгуйская станица.

4-й отдел

Актагучинская станица, Аргунская станица, Аркиинская станица, Богдатская станица, Больше-Зерентуйская станица, Догинская станица (рядом с Газимурским заводом), Копунская станица, Красноярская станица, Олочинская станица, Онон-Борзинская станица, Усть-Уровская станица, Чалбучинская станица, Шелопугинская станица.

[www.aukazak.com.au/ 5-й отдел (Австралийский отдел)]

Художественная литература

См. также

Напишите отзыв о статье "Забайкальские казаки"

Примечания

  1. Илл. 481. Пешие батальоны Забайкальского Казачьего Войска и Конные: Иркутский и Енисейский Казачьи полки, 21 октября 1867. (В парадной форме). // Перемены в обмундировании и вооружении войск Российской Императорской армии с восшествия на престол Государя Императора Александра Николаевича (с дополнениями) : Составлено по Высочайшему повелению / Сост. Александр II (император российский), илл. Балашов Петр Иванович и Пиратский Карл Карлович. — СПб.: Военная типография, 1857—1881. — До 500 экз. — Тетради 1—111 : (С рисунками № 1—661). — 47×35 см.
  2. Илл. 123. Казачьи Войска. 1 и 2) Обер-Офицеры: Оренбургского и Семиреченского войска ( форма парадная и чекмень ). 3) Урядник Забайкальского войска ( парадная форма ) и 4) Рядовой Амурского войска ( в шинели ). ( приказ по воен. вед. 1892 г. № 305 ) // Иллюстрированное описание перемен в обмундировании и снаряжении войск Императорской Российской армии за 1881–1900 гг.: в 3 т.: в 21 вып.: 187 рис. / Сост. в Техн. ком. Гл. интендантского упр. — СПб.: Картографическое заведение А.Ильина, 1881–1900.
  3. [kazak.by/index.php/about/history/113-colors-cossack-troops-russia Цвета казачьих войск России]
  4. В. Апрелков, статья «Сотники лихие, вахмистры седые», газета «Казачий караул», ст. 7 от 20.03.1991, Чита
  5. Е.О. Мышко. Часть I // Забайкалье в XX - начале XXI вв. — Чита: ФГУП «Читинская областная типография», 2007. — С. 33-34. — 196 с. — 3696 экз.
  6. Голик А. А. Государственная политика России в отношении дальневосточного казачества в 1851—1917 гг. Диссертация на соискание ученой степени кандидата исторических наук. — СПб., 2015. — С. 94. Режим доступа: disser.spbu.ru/disser/dissertatsii-dopushchennye-k-zashchite-i-svedeniya-o-zashchite/details/12/630.html
  7. [www.apn.ru/publications/article19169.htm Казаки яицкие и забайкальские, а также антибольшевистские евреи]
  8. Голик А. А. Государственная политика России в отношении дальневосточного казачества в 1851—1917 гг. Диссертация на соискание ученой степени кандидата исторических наук. — СПб., 2015. — С. 68. Режим доступа: disser.spbu.ru/disser/dissertatsii-dopushchennye-k-zashchite-i-svedeniya-o-zashchite/details/12/630.html
  9. Голик А. А. Государственная политика России в отношении дальневосточного казачества в 1851—1917 гг. Диссертация на соискание ученой степени кандидата исторических наук. — СПб., 2015. — С. 69. Режим доступа: disser.spbu.ru/disser/dissertatsii-dopushchennye-k-zashchite-i-svedeniya-o-zashchite/details/12/630.html
  10. 1 2 3 Голик А. А. Государственная политика России в отношении дальневосточного казачества в 1851—1917 гг. Диссертация на соискание ученой степени кандидата исторических наук. — СПб., 2015. — С. 98. Режим доступа: disser.spbu.ru/disser/dissertatsii-dopushchennye-k-zashchite-i-svedeniya-o-zashchite/details/12/630.html
  11. Голик А. А. Государственная политика России в отношении дальневосточного казачества в 1851—1917 гг. Диссертация на соискание ученой степени кандидата исторических наук. — СПб., 2015. — С. 101. Режим доступа: disser.spbu.ru/disser/dissertatsii-dopushchennye-k-zashchite-i-svedeniya-o-zashchite/details/12/630.html
  12. Голик А. А. Государственная политика России в отношении дальневосточного казачества в 1851—1917 гг. Диссертация на соискание ученой степени кандидата исторических наук. — СПб., 2015. — С. 106. Режим доступа: disser.spbu.ru/disser/dissertatsii-dopushchennye-k-zashchite-i-svedeniya-o-zashchite/details/12/630.html
  13. Голик А. А. Государственная политика России в отношении дальневосточного казачества в 1851—1917 гг. Диссертация на соискание ученой степени кандидата исторических наук. — СПб., 2015. — С. 159. Режим доступа: disser.spbu.ru/disser/dissertatsii-dopushchennye-k-zashchite-i-svedeniya-o-zashchite/details/12/630.html
  14. Голик А. А. Государственная политика России в отношении дальневосточного казачества в 1851—1917 гг. Диссертация на соискание ученой степени кандидата исторических наук. — СПб., 2015. — С. 178 - 179. Режим доступа: disser.spbu.ru/disser/dissertatsii-dopushchennye-k-zashchite-i-svedeniya-o-zashchite/details/12/630.html
  15. Голик А. А. Государственная политика России в отношении дальневосточного казачества в 1851—1917 гг. Диссертация на соискание ученой степени кандидата исторических наук. — СПб., 2015. — С. 179 - 180. Режим доступа: disser.spbu.ru/disser/dissertatsii-dopushchennye-k-zashchite-i-svedeniya-o-zashchite/details/12/630.html
  16. [www.kazak-chita.ru/ataman/borba.html АНТИБОЛЬШЕВИЦКОЕ ДВИЖЕНИЕ В ЗАБАЙКАЛЬСКОМ ВОЙСКЕ]
  17. [sites.google.com/site/olegdankir/Poriadnik/vse-formirovania/kazaki/avstralijskie-kazaki Австралийские казаки]
  18. [www.china-voyage.com/2011/04/zabajkalskie-kazaki-v-kitae/ Забайкальские казаки в Китае]
  19. [www.memorial.krsk.ru/work/konkurs/7/Porvatova.htm Реэмигранты из Китая в нашем селе]
  20. А. Линьков Из истории народного образования в Забайкальской области до 1872 года // Сибирский архив. Журнал археологии, истории и этнографии Сибири. – Минусинск, №3-4, декабрь 1914, стр. 166-174
  21. [www.library.chita.ru/memorial/index.php?do=static&page=publication_zfb_kazachestvo История забайкальского казачества по редким изданиям из фондов областной библиотеки им. А. С. Пушкина]
  22. [chita.rfn.ru/rnews.html?id=6149 Государственный ансамбль песни и пляски «Забайкальские казаки»]
  23. [ez.chita.ru/encycl/person/?id=931 Энциклопедия Забайкалья: Богданов А. В.]
  24. [www.itartass-sib.ru/index.php?option=com_content&view=article&id=15768:zabajkalskie-kazaki-vybrali-novogo-atamana&catid=298:zabajkalskij-kraj&Itemid=169 Забайкальские казаки выбрали нового атамана]
  25. [chita.rfn.ru/rnews.html?id=41972&cid=7 Забайкальские казаки отмечают 160-летие своего войска]
  26. Правительство Забайкальского края. [www.забайкальскийкрай.рф/news/2014/03/30/17174.html Геннадий Чупин избран атаманом Забайкальского казачьего войска] (30 марта 2014 года). Проверено 6 мая 2014.
  27. [evgrsaveliev.narod.ru/tribes/tribes_27.html Забайкальское казачье Войско]

Литература

  • Авилов Р. С. Дальневосточное казачество в конце XIX в. в воспоминаниях барона А. П. Будберга. // Ойкумена. Регионоведческие исследования. — 2015. — № 2. — С. 28 — 41.
  • Забайкальское казачество: Сборник документов. — Чита, 1991. — 60 с. — 3000 экз.

Ссылки

  • [passion-don.org/tribes/tribes_27.html Евграф Савельев. Племенной и общественный состав казачества. Забайкальское казачье войско.]

Отрывок, характеризующий Забайкальские казаки

В противность той жуткости, которая чувствовалась между пехотными солдатами прикрытия, здесь, на батарее, где небольшое количество людей, занятых делом, бело ограничено, отделено от других канавой, – здесь чувствовалось одинаковое и общее всем, как бы семейное оживление.
Появление невоенной фигуры Пьера в белой шляпе сначала неприятно поразило этих людей. Солдаты, проходя мимо его, удивленно и даже испуганно косились на его фигуру. Старший артиллерийский офицер, высокий, с длинными ногами, рябой человек, как будто для того, чтобы посмотреть на действие крайнего орудия, подошел к Пьеру и любопытно посмотрел на него.
Молоденький круглолицый офицерик, еще совершенный ребенок, очевидно, только что выпущенный из корпуса, распоряжаясь весьма старательно порученными ему двумя пушками, строго обратился к Пьеру.
– Господин, позвольте вас попросить с дороги, – сказал он ему, – здесь нельзя.
Солдаты неодобрительно покачивали головами, глядя на Пьера. Но когда все убедились, что этот человек в белой шляпе не только не делал ничего дурного, но или смирно сидел на откосе вала, или с робкой улыбкой, учтиво сторонясь перед солдатами, прохаживался по батарее под выстрелами так же спокойно, как по бульвару, тогда понемногу чувство недоброжелательного недоуменья к нему стало переходить в ласковое и шутливое участие, подобное тому, которое солдаты имеют к своим животным: собакам, петухам, козлам и вообще животным, живущим при воинских командах. Солдаты эти сейчас же мысленно приняли Пьера в свою семью, присвоили себе и дали ему прозвище. «Наш барин» прозвали его и про него ласково смеялись между собой.
Одно ядро взрыло землю в двух шагах от Пьера. Он, обчищая взбрызнутую ядром землю с платья, с улыбкой оглянулся вокруг себя.
– И как это вы не боитесь, барин, право! – обратился к Пьеру краснорожий широкий солдат, оскаливая крепкие белые зубы.
– А ты разве боишься? – спросил Пьер.
– А то как же? – отвечал солдат. – Ведь она не помилует. Она шмякнет, так кишки вон. Нельзя не бояться, – сказал он, смеясь.
Несколько солдат с веселыми и ласковыми лицами остановились подле Пьера. Они как будто не ожидали того, чтобы он говорил, как все, и это открытие обрадовало их.
– Наше дело солдатское. А вот барин, так удивительно. Вот так барин!
– По местам! – крикнул молоденький офицер на собравшихся вокруг Пьера солдат. Молоденький офицер этот, видимо, исполнял свою должность в первый или во второй раз и потому с особенной отчетливостью и форменностью обращался и с солдатами и с начальником.
Перекатная пальба пушек и ружей усиливалась по всему полю, в особенности влево, там, где были флеши Багратиона, но из за дыма выстрелов с того места, где был Пьер, нельзя было почти ничего видеть. Притом, наблюдения за тем, как бы семейным (отделенным от всех других) кружком людей, находившихся на батарее, поглощали все внимание Пьера. Первое его бессознательно радостное возбуждение, произведенное видом и звуками поля сражения, заменилось теперь, в особенности после вида этого одиноко лежащего солдата на лугу, другим чувством. Сидя теперь на откосе канавы, он наблюдал окружавшие его лица.
К десяти часам уже человек двадцать унесли с батареи; два орудия были разбиты, чаще и чаще на батарею попадали снаряды и залетали, жужжа и свистя, дальние пули. Но люди, бывшие на батарее, как будто не замечали этого; со всех сторон слышался веселый говор и шутки.
– Чиненка! – кричал солдат на приближающуюся, летевшую со свистом гранату. – Не сюда! К пехотным! – с хохотом прибавлял другой, заметив, что граната перелетела и попала в ряды прикрытия.
– Что, знакомая? – смеялся другой солдат на присевшего мужика под пролетевшим ядром.
Несколько солдат собрались у вала, разглядывая то, что делалось впереди.
– И цепь сняли, видишь, назад прошли, – говорили они, указывая через вал.
– Свое дело гляди, – крикнул на них старый унтер офицер. – Назад прошли, значит, назади дело есть. – И унтер офицер, взяв за плечо одного из солдат, толкнул его коленкой. Послышался хохот.
– К пятому орудию накатывай! – кричали с одной стороны.
– Разом, дружнее, по бурлацки, – слышались веселые крики переменявших пушку.
– Ай, нашему барину чуть шляпку не сбила, – показывая зубы, смеялся на Пьера краснорожий шутник. – Эх, нескладная, – укоризненно прибавил он на ядро, попавшее в колесо и ногу человека.
– Ну вы, лисицы! – смеялся другой на изгибающихся ополченцев, входивших на батарею за раненым.
– Аль не вкусна каша? Ах, вороны, заколянились! – кричали на ополченцев, замявшихся перед солдатом с оторванной ногой.
– Тое кое, малый, – передразнивали мужиков. – Страсть не любят.
Пьер замечал, как после каждого попавшего ядра, после каждой потери все более и более разгоралось общее оживление.
Как из придвигающейся грозовой тучи, чаще и чаще, светлее и светлее вспыхивали на лицах всех этих людей (как бы в отпор совершающегося) молнии скрытого, разгорающегося огня.
Пьер не смотрел вперед на поле сражения и не интересовался знать о том, что там делалось: он весь был поглощен в созерцание этого, все более и более разгорающегося огня, который точно так же (он чувствовал) разгорался и в его душе.
В десять часов пехотные солдаты, бывшие впереди батареи в кустах и по речке Каменке, отступили. С батареи видно было, как они пробегали назад мимо нее, неся на ружьях раненых. Какой то генерал со свитой вошел на курган и, поговорив с полковником, сердито посмотрев на Пьера, сошел опять вниз, приказав прикрытию пехоты, стоявшему позади батареи, лечь, чтобы менее подвергаться выстрелам. Вслед за этим в рядах пехоты, правее батареи, послышался барабан, командные крики, и с батареи видно было, как ряды пехоты двинулись вперед.
Пьер смотрел через вал. Одно лицо особенно бросилось ему в глаза. Это был офицер, который с бледным молодым лицом шел задом, неся опущенную шпагу, и беспокойно оглядывался.
Ряды пехотных солдат скрылись в дыму, послышался их протяжный крик и частая стрельба ружей. Через несколько минут толпы раненых и носилок прошли оттуда. На батарею еще чаще стали попадать снаряды. Несколько человек лежали неубранные. Около пушек хлопотливее и оживленнее двигались солдаты. Никто уже не обращал внимания на Пьера. Раза два на него сердито крикнули за то, что он был на дороге. Старший офицер, с нахмуренным лицом, большими, быстрыми шагами переходил от одного орудия к другому. Молоденький офицерик, еще больше разрумянившись, еще старательнее командовал солдатами. Солдаты подавали заряды, поворачивались, заряжали и делали свое дело с напряженным щегольством. Они на ходу подпрыгивали, как на пружинах.
Грозовая туча надвинулась, и ярко во всех лицах горел тот огонь, за разгоранием которого следил Пьер. Он стоял подле старшего офицера. Молоденький офицерик подбежал, с рукой к киверу, к старшему.
– Имею честь доложить, господин полковник, зарядов имеется только восемь, прикажете ли продолжать огонь? – спросил он.
– Картечь! – не отвечая, крикнул старший офицер, смотревший через вал.
Вдруг что то случилось; офицерик ахнул и, свернувшись, сел на землю, как на лету подстреленная птица. Все сделалось странно, неясно и пасмурно в глазах Пьера.
Одно за другим свистели ядра и бились в бруствер, в солдат, в пушки. Пьер, прежде не слыхавший этих звуков, теперь только слышал одни эти звуки. Сбоку батареи, справа, с криком «ура» бежали солдаты не вперед, а назад, как показалось Пьеру.
Ядро ударило в самый край вала, перед которым стоял Пьер, ссыпало землю, и в глазах его мелькнул черный мячик, и в то же мгновенье шлепнуло во что то. Ополченцы, вошедшие было на батарею, побежали назад.
– Все картечью! – кричал офицер.
Унтер офицер подбежал к старшему офицеру и испуганным шепотом (как за обедом докладывает дворецкий хозяину, что нет больше требуемого вина) сказал, что зарядов больше не было.
– Разбойники, что делают! – закричал офицер, оборачиваясь к Пьеру. Лицо старшего офицера было красно и потно, нахмуренные глаза блестели. – Беги к резервам, приводи ящики! – крикнул он, сердито обходя взглядом Пьера и обращаясь к своему солдату.
– Я пойду, – сказал Пьер. Офицер, не отвечая ему, большими шагами пошел в другую сторону.
– Не стрелять… Выжидай! – кричал он.
Солдат, которому приказано было идти за зарядами, столкнулся с Пьером.
– Эх, барин, не место тебе тут, – сказал он и побежал вниз. Пьер побежал за солдатом, обходя то место, на котором сидел молоденький офицерик.
Одно, другое, третье ядро пролетало над ним, ударялось впереди, с боков, сзади. Пьер сбежал вниз. «Куда я?» – вдруг вспомнил он, уже подбегая к зеленым ящикам. Он остановился в нерешительности, идти ему назад или вперед. Вдруг страшный толчок откинул его назад, на землю. В то же мгновенье блеск большого огня осветил его, и в то же мгновенье раздался оглушающий, зазвеневший в ушах гром, треск и свист.
Пьер, очнувшись, сидел на заду, опираясь руками о землю; ящика, около которого он был, не было; только валялись зеленые обожженные доски и тряпки на выжженной траве, и лошадь, трепля обломками оглобель, проскакала от него, а другая, так же как и сам Пьер, лежала на земле и пронзительно, протяжно визжала.


Пьер, не помня себя от страха, вскочил и побежал назад на батарею, как на единственное убежище от всех ужасов, окружавших его.
В то время как Пьер входил в окоп, он заметил, что на батарее выстрелов не слышно было, но какие то люди что то делали там. Пьер не успел понять того, какие это были люди. Он увидел старшего полковника, задом к нему лежащего на валу, как будто рассматривающего что то внизу, и видел одного, замеченного им, солдата, который, прорываясь вперед от людей, державших его за руку, кричал: «Братцы!» – и видел еще что то странное.
Но он не успел еще сообразить того, что полковник был убит, что кричавший «братцы!» был пленный, что в глазах его был заколон штыком в спину другой солдат. Едва он вбежал в окоп, как худощавый, желтый, с потным лицом человек в синем мундире, со шпагой в руке, набежал на него, крича что то. Пьер, инстинктивно обороняясь от толчка, так как они, не видав, разбежались друг против друга, выставил руки и схватил этого человека (это был французский офицер) одной рукой за плечо, другой за гордо. Офицер, выпустив шпагу, схватил Пьера за шиворот.
Несколько секунд они оба испуганными глазами смотрели на чуждые друг другу лица, и оба были в недоумении о том, что они сделали и что им делать. «Я ли взят в плен или он взят в плен мною? – думал каждый из них. Но, очевидно, французский офицер более склонялся к мысли, что в плен взят он, потому что сильная рука Пьера, движимая невольным страхом, все крепче и крепче сжимала его горло. Француз что то хотел сказать, как вдруг над самой головой их низко и страшно просвистело ядро, и Пьеру показалось, что голова французского офицера оторвана: так быстро он согнул ее.
Пьер тоже нагнул голову и отпустил руки. Не думая более о том, кто кого взял в плен, француз побежал назад на батарею, а Пьер под гору, спотыкаясь на убитых и раненых, которые, казалось ему, ловят его за ноги. Но не успел он сойти вниз, как навстречу ему показались плотные толпы бегущих русских солдат, которые, падая, спотыкаясь и крича, весело и бурно бежали на батарею. (Это была та атака, которую себе приписывал Ермолов, говоря, что только его храбрости и счастью возможно было сделать этот подвиг, и та атака, в которой он будто бы кидал на курган Георгиевские кресты, бывшие у него в кармане.)
Французы, занявшие батарею, побежали. Наши войска с криками «ура» так далеко за батарею прогнали французов, что трудно было остановить их.
С батареи свезли пленных, в том числе раненого французского генерала, которого окружили офицеры. Толпы раненых, знакомых и незнакомых Пьеру, русских и французов, с изуродованными страданием лицами, шли, ползли и на носилках неслись с батареи. Пьер вошел на курган, где он провел более часа времени, и из того семейного кружка, который принял его к себе, он не нашел никого. Много было тут мертвых, незнакомых ему. Но некоторых он узнал. Молоденький офицерик сидел, все так же свернувшись, у края вала, в луже крови. Краснорожий солдат еще дергался, но его не убирали.
Пьер побежал вниз.
«Нет, теперь они оставят это, теперь они ужаснутся того, что они сделали!» – думал Пьер, бесцельно направляясь за толпами носилок, двигавшихся с поля сражения.
Но солнце, застилаемое дымом, стояло еще высоко, и впереди, и в особенности налево у Семеновского, кипело что то в дыму, и гул выстрелов, стрельба и канонада не только не ослабевали, но усиливались до отчаянности, как человек, который, надрываясь, кричит из последних сил.


Главное действие Бородинского сражения произошло на пространстве тысячи сажен между Бородиным и флешами Багратиона. (Вне этого пространства с одной стороны была сделана русскими в половине дня демонстрация кавалерией Уварова, с другой стороны, за Утицей, было столкновение Понятовского с Тучковым; но это были два отдельные и слабые действия в сравнении с тем, что происходило в середине поля сражения.) На поле между Бородиным и флешами, у леса, на открытом и видном с обеих сторон протяжении, произошло главное действие сражения, самым простым, бесхитростным образом.
Сражение началось канонадой с обеих сторон из нескольких сотен орудий.
Потом, когда дым застлал все поле, в этом дыму двинулись (со стороны французов) справа две дивизии, Дессе и Компана, на флеши, и слева полки вице короля на Бородино.
От Шевардинского редута, на котором стоял Наполеон, флеши находились на расстоянии версты, а Бородино более чем в двух верстах расстояния по прямой линии, и поэтому Наполеон не мог видеть того, что происходило там, тем более что дым, сливаясь с туманом, скрывал всю местность. Солдаты дивизии Дессе, направленные на флеши, были видны только до тех пор, пока они не спустились под овраг, отделявший их от флеш. Как скоро они спустились в овраг, дым выстрелов орудийных и ружейных на флешах стал так густ, что застлал весь подъем той стороны оврага. Сквозь дым мелькало там что то черное – вероятно, люди, и иногда блеск штыков. Но двигались ли они или стояли, были ли это французы или русские, нельзя было видеть с Шевардинского редута.
Солнце взошло светло и било косыми лучами прямо в лицо Наполеона, смотревшего из под руки на флеши. Дым стлался перед флешами, и то казалось, что дым двигался, то казалось, что войска двигались. Слышны были иногда из за выстрелов крики людей, но нельзя было знать, что они там делали.
Наполеон, стоя на кургане, смотрел в трубу, и в маленький круг трубы он видел дым и людей, иногда своих, иногда русских; но где было то, что он видел, он не знал, когда смотрел опять простым глазом.
Он сошел с кургана и стал взад и вперед ходить перед ним.
Изредка он останавливался, прислушивался к выстрелам и вглядывался в поле сражения.
Не только с того места внизу, где он стоял, не только с кургана, на котором стояли теперь некоторые его генералы, но и с самых флешей, на которых находились теперь вместе и попеременно то русские, то французские, мертвые, раненые и живые, испуганные или обезумевшие солдаты, нельзя было понять того, что делалось на этом месте. В продолжение нескольких часов на этом месте, среди неумолкаемой стрельбы, ружейной и пушечной, то появлялись одни русские, то одни французские, то пехотные, то кавалерийские солдаты; появлялись, падали, стреляли, сталкивались, не зная, что делать друг с другом, кричали и бежали назад.
С поля сражения беспрестанно прискакивали к Наполеону его посланные адъютанты и ординарцы его маршалов с докладами о ходе дела; но все эти доклады были ложны: и потому, что в жару сражения невозможно сказать, что происходит в данную минуту, и потому, что многие адъютапты не доезжали до настоящего места сражения, а передавали то, что они слышали от других; и еще потому, что пока проезжал адъютант те две три версты, которые отделяли его от Наполеона, обстоятельства изменялись и известие, которое он вез, уже становилось неверно. Так от вице короля прискакал адъютант с известием, что Бородино занято и мост на Колоче в руках французов. Адъютант спрашивал у Наполеона, прикажет ли он пореходить войскам? Наполеон приказал выстроиться на той стороне и ждать; но не только в то время как Наполеон отдавал это приказание, но даже когда адъютант только что отъехал от Бородина, мост уже был отбит и сожжен русскими, в той самой схватке, в которой участвовал Пьер в самом начале сраженья.
Прискакавший с флеш с бледным испуганным лицом адъютант донес Наполеону, что атака отбита и что Компан ранен и Даву убит, а между тем флеши были заняты другой частью войск, в то время как адъютанту говорили, что французы были отбиты, и Даву был жив и только слегка контужен. Соображаясь с таковыми необходимо ложными донесениями, Наполеон делал свои распоряжения, которые или уже были исполнены прежде, чем он делал их, или же не могли быть и не были исполняемы.
Маршалы и генералы, находившиеся в более близком расстоянии от поля сражения, но так же, как и Наполеон, не участвовавшие в самом сражении и только изредка заезжавшие под огонь пуль, не спрашиваясь Наполеона, делали свои распоряжения и отдавали свои приказания о том, куда и откуда стрелять, и куда скакать конным, и куда бежать пешим солдатам. Но даже и их распоряжения, точно так же как распоряжения Наполеона, точно так же в самой малой степени и редко приводились в исполнение. Большей частью выходило противное тому, что они приказывали. Солдаты, которым велено было идти вперед, подпав под картечный выстрел, бежали назад; солдаты, которым велено было стоять на месте, вдруг, видя против себя неожиданно показавшихся русских, иногда бежали назад, иногда бросались вперед, и конница скакала без приказания догонять бегущих русских. Так, два полка кавалерии поскакали через Семеновский овраг и только что въехали на гору, повернулись и во весь дух поскакали назад. Так же двигались и пехотные солдаты, иногда забегая совсем не туда, куда им велено было. Все распоряжение о том, куда и когда подвинуть пушки, когда послать пеших солдат – стрелять, когда конных – топтать русских пеших, – все эти распоряжения делали сами ближайшие начальники частей, бывшие в рядах, не спрашиваясь даже Нея, Даву и Мюрата, не только Наполеона. Они не боялись взыскания за неисполнение приказания или за самовольное распоряжение, потому что в сражении дело касается самого дорогого для человека – собственной жизни, и иногда кажется, что спасение заключается в бегстве назад, иногда в бегстве вперед, и сообразно с настроением минуты поступали эти люди, находившиеся в самом пылу сражения. В сущности же, все эти движения вперед и назад не облегчали и не изменяли положения войск. Все их набегания и наскакивания друг на друга почти не производили им вреда, а вред, смерть и увечья наносили ядра и пули, летавшие везде по тому пространству, по которому метались эти люди. Как только эти люди выходили из того пространства, по которому летали ядра и пули, так их тотчас же стоявшие сзади начальники формировали, подчиняли дисциплине и под влиянием этой дисциплины вводили опять в область огня, в которой они опять (под влиянием страха смерти) теряли дисциплину и метались по случайному настроению толпы.


Генералы Наполеона – Даву, Ней и Мюрат, находившиеся в близости этой области огня и даже иногда заезжавшие в нее, несколько раз вводили в эту область огня стройные и огромные массы войск. Но противно тому, что неизменно совершалось во всех прежних сражениях, вместо ожидаемого известия о бегстве неприятеля, стройные массы войск возвращались оттуда расстроенными, испуганными толпами. Они вновь устроивали их, но людей все становилось меньше. В половине дня Мюрат послал к Наполеону своего адъютанта с требованием подкрепления.
Наполеон сидел под курганом и пил пунш, когда к нему прискакал адъютант Мюрата с уверениями, что русские будут разбиты, ежели его величество даст еще дивизию.
– Подкрепления? – сказал Наполеон с строгим удивлением, как бы не понимая его слов и глядя на красивого мальчика адъютанта с длинными завитыми черными волосами (так же, как носил волоса Мюрат). «Подкрепления! – подумал Наполеон. – Какого они просят подкрепления, когда у них в руках половина армии, направленной на слабое, неукрепленное крыло русских!»
– Dites au roi de Naples, – строго сказал Наполеон, – qu'il n'est pas midi et que je ne vois pas encore clair sur mon echiquier. Allez… [Скажите неаполитанскому королю, что теперь еще не полдень и что я еще не ясно вижу на своей шахматной доске. Ступайте…]
Красивый мальчик адъютанта с длинными волосами, не отпуская руки от шляпы, тяжело вздохнув, поскакал опять туда, где убивали людей.
Наполеон встал и, подозвав Коленкура и Бертье, стал разговаривать с ними о делах, не касающихся сражения.
В середине разговора, который начинал занимать Наполеона, глаза Бертье обратились на генерала с свитой, который на потной лошади скакал к кургану. Это был Бельяр. Он, слезши с лошади, быстрыми шагами подошел к императору и смело, громким голосом стал доказывать необходимость подкреплений. Он клялся честью, что русские погибли, ежели император даст еще дивизию.