Зайцева, Ольга Алексеевна

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Ольга Зайцева 

Ольга Зайцева в Кремле (март 2010 года)
Общая информация
Полное имя

Ольга Алексеевна Зайцева

Прозвище

Зайка

Гражданство

Россия Россия

Дата рождения

16 мая 1978(1978-05-16) (46 лет)

Место рождения

Москва, СССР

Рост/Вес

169см 64кг

Семейное положение

разведена

Профессия

специалист по физической культуре и спорту

Образование

высшее, Российский государственный университет физической культуры, спорта и туризма

Титулы
Олимпийский чемпион

2 2006, 2010

Чемпион мира

3 2005, 2009

Кубок мира, массовый старт

1 2004—2005

Точность стрельбы
По данным за

2011—2012

Общая точность

87%

Лёжа

88%

Стоя

86%

Карьера (Кубок мира)
Побед

13

Подиумов

46 ( x 13 + x 15 + x 18)

Подиумов в эстафетах

28 ( x 16 + x 7 + x 5)

Медали

Олимпийские игры
Золото Турин 2006 эстафета 4×6 км
Золото Ванкувер 2010 эстафета 4×6 км
Серебро Ванкувер 2010 масс-старт 12,5 км
Серебро Сочи 2014 эстафета 4×6 км
Чемпионаты мира
Серебро Хохфильцен 2005 спринт 7,5 км
Бронза Хохфильцен 2005 преследование 10 км
Золото Хохфильцен 2005 эстафета 4×6 км
Серебро Ханты-Мансийск 2005 смешанная эстафета
Бронза Пхёнчхан 2009 спринт 7,5 км
Бронза Пхёнчхан 2009 преследование 10 км
Золото Пхёнчхан 2009 эстафета 4×6 км
Золото Пхёнчхан 2009 масс-старт 12,5 км
Чемпионаты Европы
Серебро Оте-Морьен 2001 эстафета 4×7,5 км
Универсиады
Серебро Попрад-Татры 1999 эстафета 3×7,5 км
Серебро Закопане 2001 спринт 7,5 км
Бронза Закопане 2001 преследование 10 км
Золото Закопане 2001 эстафета 3×7,5 км
Летний биатлон (лыжероллеры)
Чемпионаты мира
Золото Уфа 2012 смешанная эстафета
Золото Уфа 2012 спринт 7,5 км
Серебро Уфа 2012 преследование 10 км
Государственные и ведомственные награды

О́льга Алексе́евна За́йцева (16 мая 1978, Москва, СССР)[1] — российская биатлонистка, двукратная олимпийская чемпионка в эстафете (2006 и 2010), трёхкратная чемпионка мира, заслуженный мастер спорта России, член сборной России в 2001—2014 годах.

С января 2015 года — и. о. главного тренера сборных России по биатлону.





Биография

Ольга Зайцева родилась в Москве 16 мая 1978 года. Отец Ольги — лётчик гражданской авиации Алексей Николаевич Зайцев, мать — воспитательница детского сада Александра Дмитриевна Зайцева[2]. Ольга увлеклась лыжами с 1987 года, учась в общеобразовательной школе. По примеру старших сестёр она с 1991 года стала заниматься в московской СДЮШОР № 43 под руководством С. В. Нестеровой, а впоследствии у Е. В. Чукедовой[2].

В биатлон Ольга попала во многом случайно[2]. В школьной команде не хватало биатлонисток для соревнований, и тренер школьной биатлонной команды предложил Ольге попробовать свои силы[2]. Юная спортсменка за пару недель научилась основам стрельбы и выступила на соревнованиях — сначала в Красногорске, а затем и на Всероссийской зимней спартакиаде в Перми[2]. В 1994 году Ольга полностью переходит в биатлон[2].

В 1993 году после 8 класса Зайцева поступает в Московский колледж профессионального образования и спорта. В период с 1992 по 1994 годов Ольга выезжает на соревнования по биатлону, проводимые в России вместе с Е. В. Чукедовой и В. Н. Изотовым.

В 1996 году Ольга Зайцева получает красный диплом о среднем образовании по специальности «учитель физической культуры» и поступает в Российскую государственную академию физической культуры. Благодаря усердным тренировкам её включают в состав юниорской сборной страны, и она отправляется на юниорский чемпионат мира в Контиолахти, где завоёвывает серебряную награду. А в следующем году, на юниорском первенстве в Италии, она становится чемпионкой в командной гонке. В 1999 году Зайцева успешно отбирается в сборную команду страны, правда, поначалу во второй состав. С того же года Ольга начинает свою трудовую деятельность и совмещает учёбу и тренировки со службой в органах внутренних дел Подольского УВД в должности милиционера ОБППСМ.

После ухода из СДЮШОР № 43 тренера-преподавателя А. И. Суслова с 2000 года Ольга продолжила заниматься биатлоном под руководством старшей сестры — Оксаны Алексеевны Рочевой (урожд. Зайцева), она переводится на работу в Федеральную службу налоговой полиции РФ, становится специалистом I категории и выступает на соревнованиях за ЦС «Динамо». В 2000 году Зайцевой присваивают звание мастера спорта международного класса, и она дебютирует в Кубке Европы. В 2001 году Ольга выиграла серебро на чемпионате Европы и получила заслуженное место в основном составе сборной. А успешный дебют Зайцевой в Кубке мира позволил ей попасть на Олимпиаду-2002, где она приняла участие в индивидуальной гонке.

В 2003 году Ольга становится служащей Федеральной службы Российской Федерации по контролю за оборотом наркотиков (тогда Государственный комитет Российской Федерации по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ) и получает звание капитана[2]. В сезоне 2003—2004 Ольга стала четвёртой по итогам сезона в общем зачёте Кубка мира и показала лучший результат среди российских спортсменок.

Долгое время Ольга считалась «декабристкой» — пик формы у неё приходился на декабрь, а затем начинался спад[2]. Однако к сезону 2004—2005 она смогла преодолеть это, выйдя на пик формы как раз к чемпионату мира. Зайцева собрала полный комплект медалей — золото, серебро и бронзу, где по итогам чемпионата мира по биатлону получила звание «Заслуженный мастер спорта». В сезоне 2005—2007 Ольга не смогла стать лучшей из российской сборной по итогам сезона, но выиграла первую в карьере золотую олимпийскую медаль. Зайцева выступила на третьем этапе в эстафете и смогла оторваться от преследовательниц.

После олимпийского сезона Ольга решила сделать перерыв. Она вышла замуж и родила ребёнка[3]. В 2007 году Зайцева приняла решение возвратиться в биатлон[4]. В этот период огромную помощь оказала мама Ольги — Александра Дмитриевна, которая присматривала за внуком Александром, пока Ольга выполняла тренировки. Сначала она долго не могла отобраться в сборнуюК:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)[источник не указан 4123 дня], а затем, когда попала на Кубок мира, выступала достаточно слабоК:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)[источник не указан 4123 дня], только несколько раз попав в цветочную церемонию (восемь лучших участников).

Перед чемпионатом мира-2009 разразился допинг-скандал: в употреблении запрещённых препаратов были уличены Дмитрий Ярошенко, Альбина Ахатова и лидер сборной Екатерина Юрьева. В таких обстоятельствах было принято решение поставить Ольгу на все гонки[5] и ввести в состав эстафеты. Мало кто верил в успех[5], так как лидеры сборной были отстранены от соревнований. Однако произошла сенсация[5]. В первой же гонке Зайцева выиграла бронзовую медаль, а в следующей гонке повторила своё достижение. В эстафете Ольге доверили последний этап. Сама гонка складывалась не лучшим образом. Россия получила 22-й стартовый номер, пришлось стартовать с третьей линии. Впрочем, выступавшая на первом этапе Светлана Слепцова блестяще справилась со своей задачей, передав эстафету второй. Но бежавшая на втором этапе Анна Булыгина не смогла удержать преимущество и опустилась на несколько позиций ниже. Ольга Медведцева также не смогла значительно сократить разрыв. Справиться с этим смогла только Ольга Зайцева. Отстреляв быстро и точно на «лёжке», она вывела команду на первую позицию. К заключительной стрельбе на стадион одновременно пришли Ольга Зайцева, Кати Вильхельм и Сандрин Байи. Быстро начав стрелять, Зайцева допустила промах и воспользовалась запасными патронами. Однако у соперников также произошла заминка, которой Ольга удачно воспользовалась. Обе её преследовательницы отправились на штрафные круги, а Зайцева в это время пошла к финишу. Это была победа с преимуществом в 1 минуту 15,1 секунд. А на следующий день Ольга выиграла золотую медаль в масс-старте. Таким образом, в четырёх гонках из шести она выиграла медали, причём две из них были золотые. После чемпионата мира Зайцева одержала ещё несколько побед на этапах Кубка мира. В итоге, в общем зачёте генеральной классификации она заняла шестое место, показав лучший результат среди российских спортсменок.

В сезоне 2009—2010 Ольга выступала менее успешно, однако выиграла серебряную медаль в масс-старте и золото в эстафете на Олимпиаде в Ванкувере. По итогам сезона она заняла восьмое место в общем зачёте Кубка мира[6].

Сезон 2011/12

13 марта 2011 года, после неудачного выступления женской сборной в эстафетной гонке (9-е место) на домашнем чемпионате мира, Ольга Зайцева заявила об окончании спортивной карьеры по итогам сезона 2010/11[7], однако, вскоре на своём сайте опубликовала сообщение, что ещё обдумает данное решение[8]. 25 мая 2011 года на пресс-конференции сообщила о своём намерении продолжить карьеру[9]. Затем Ольга Зайцева заявила о намерении продолжить карьеру в биатлоне до Олимпийских игр в Сочи[10].

22 июня 2011 года Ольга Зайцева, залечивавшая повреждение плеча, присоединилась к женской сборной по биатлону и приступила к занятиям на сборе в немецком Рупольдинге[11]. 8 ноября 2011 года Зайцева стала победительницей квалификационных соревнований сборной России в финском Муонио на этапы Кубка мира и Кубка IBU. Зайцева не допустила ни одного промаха и пробежала 7,5-километровую дистанцию за 24,08.[12]

9 декабря 2011 года на втором этапе Кубка мира в австрийском Хохфильцене Ольга Зайцева заняла третье место.[13] В гонке преследования на этом же этапе Ольга Зайцева заняла второе место, проиграв 0,3 секунды Дарье Домрачевой[14].

16 декабря 2011 года Ольга Зайцева стала победительницей спринтерской гонки на третьем этапе Кубка мира в Хохфильцене, допустив один промах на втором огневом рубеже[15]. Победа в спринтерской гонке позволила Ольге Зайцевой подняться на 4 место в общем зачёте Кубка мира[16]. 17 декабря 2011 года Зайцева стала победительницей гонки преследования на 10 километров в рамках третьего этапа Кубка мира, не допустив ни одного промаха на четырёх огневых рубежах. Для Зайцевой это золото стало вторым подряд в сезоне 2011/12[17] и одиннадцатой индивидуальной победой за время своего выступления в Кубке мира, таким образом, Ольга Зайцева стала самой титулованной россиянкой в истории проведения данных соревнований[18].

6 января 2012 года Ольга Зайцева заняла 3 место в спринтерской гонке на четвёртом этапе Кубка мира в Оберхофе[19]

13 января 2012 года Ольга Зайцева победила в спринтерской гонке на 7,5 километра на пятом этапе Кубке мира по биатлону в чешском Нове-Место-на-Мораве[20] После победы в спринтерской гонке на пятом этапе Кубка мира в Нове-Место Зайцева вернулась на третью строчку в общем зачёте Кубка мира, сократив отставание от белорусской спортсменки Дарьи Домрачевой до 7 очков[21]. Этап в Антерсельве Зайцева провела неудачно (не попав в очки в спринте), вследствие чего опустилась на пятое место в общем зачёте. 4 февраля Ольга Зайцева заняла второе место в гонке преследования на 7 этапе кубка мира по биатлону в Холменколлене[6].

24 января 2015 года объявила о завершении спортивной карьеры (при этом прекратила выступления после завершения сезона 2013—2014), и была назначена исполняющим обязанности главного тренера женской сборной России по биатлону.

Личная жизнь

30 сентября 2006 года вышла замуж за бывшего члена сборной Словакии по летнему биатлону Милана Августина (1972 г.р.). Бракосочетание прошло в словацком городке Доманижа, в узком семейном кругу[22]. 17 марта 2007 года у них родился сын Александр[3]. В августе 2013 года объявила о разводе со своим мужем[23]. «Иногда жизнь складывается не так, как мы её планируем. Это было сложное решение, и я надеюсь на понимание окружающих — после объявления о разводе не буду обсуждать этот шаг», — привёл слова Зайцевой официальный сайт СБР.
В октябре 2015 у неё родился второй сын, Степан[24].

Сёстры: Елена (1976 г.р.) и Оксана (25 ноября 1973), которая является её личным тренером[25].

Спортивные достижения

Результаты

Кубок IBU (Европы)

x 1 + x 1 + x 0

Сезон ОЗ ИГЗ СЗ ГПЗ
2000/01  ?  ?
2004/05 24-я 12-я 28-я
2007/08 67-я 26-я 79-я

Кубок мира

Сезон Дисциплина Этапы Итог (очки/место)
(по дисциплинам)
Итог (очки/место)
(общий)
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10
2001/02 ИГ - - - - - -
ОИ
37
- - - - - 79 42
Спринт - - -
Обе
24

Руп
16
- -
Эст
29
-
Хол
43
24 44
ГП - - -
Обе
16

Руп
11
- -
Эст
39
-
Хол
35
39 36
Масс-старт - - -
Обе
15
- - - - - - 16 39
2002/03 ИГ - - - - - - - -
Эст
1

ЧМ
32
50 14 296 19
Спринт
Эст
1

Эст
17

Бре
32

Обе
24

Руп
26
-
Лах
15

Хол
40

Эст
35
- 103 23
ГП
Эст
2

Эст
12

Бре
16

Обе
16

Руп
17
- -
Хол
25

Эст
8
- 133 12
Масс-старт - - - - -
Ант
28

Лах
24
- - - 10 36
Смешанная эстафета - - - -
Руп
1
- - - - - 1
Эстафета
Эст
3
-
Бре
5
- - - -
Хол
1
- - 1
2003/04 ИГ - -
Бре
17
- - -
ЧМ
49
- - - 14 30 489 10
Спринт
Лах
9

Хох
7

Бре
18

Пок
14
-
Ант
5
-
Лей
17

Фор
3

Хол
10
208 11
ГП
Лах
5

Хох
3

Бре
5
- - - -
Лей
14

Фор
10

Хол
15
209 9
Масс-старт - - -
Пок
НФ
-
Ант
21

ЧМ
20
-
Фор
28
- 55 19
2004/05 ИГ -
Хол
47
- - -
Ант
13
- - - - 20 36 752 4
Спринт
Бей
8

Хол
1

Эст
2

Обр
16

Руп
12

Чез
ДК
-
Пок
4

ЧМ
2

Хан
4
292 3
ГП
Бей
16

Хол
2

Эст
1

Обр
7

Руп
6
- -
Пок
3

ЧМ
3

Хан
3
290 3
Масс-старт - -
Эст
2

Обр
6
- - -
Пок
4

ЧМ
17

Хан
1
136 1
Эстафета
Бей
1
- -
Обр
2

Руп
1
- - -
ЧМ
1
- 200 1
Смешанная эстафета - - - - - - - -
ЧМ
2
- 36 2
2005/06 ИГ -
Хох
2

Оср
13
- - - - - - - 66 8 443 15
Спринт
Эст
5

Хох
14

Оср
17

Обр
14

Руп
7

Ант
7

ОИ
9
-
Лах
27

Хол
46
165 15
ГП
Эст
1
-
Оср
9

Обр
15

Руп
11

Ант
16

ОИ
19
-
Лах
25
- 135 14
Масс-старт - - - - -
Ант
16

ОИ
15
-
Лах
11
- 77 14
Эстафета
Эст
-

Хох
2
-
Обр
-

Руп
1
-
ОИ
1
- - - 189 1
Смешанная эстафета - - - - - - - - - - - -
2008/09 ИГ
Эст
28

Хох
9

ЧМ
14

Ван
2
113 5 834 6
Спринт
Эст
36

Хох
29

Хох
11

Обе
17

Руп
7

Ант
27

ЧМ
3

Ван
3

Тро
1

Хан
7
313 7
ГП
Эст
23

Хох
13

Руп
8

Ант
22

ЧМ
3

Тро
2

Хан
7
237 6
Масс-старт
Обе
15

Ант
7

ЧМ
1

Тро
9

Хан
8
162 4
Эстафета
Хох
-

Хох
-

Обе
DSQ

Руп
DSQ

ЧМ
1

Ван
3
108 17
Смешанная эстафета
ЧМ
5
40 5
2009/10 ИГ
Эст
42
- - - -
Ант
4

ОИ
26
- - - 58 24 719 8
Спринт
Эст
12

Хох
3

Пок
63
-
Руп
17

Ант
8

ОИ
7

Кон
2

Хол
16

Хан
10
281 7
Преследование -
Хох
3
- - -
Ант
5

ОИ
7

Кон
5

Хол
4
- 207 3
Масс-старт - - -
Обе
6

Руп
15
-
ОИ
2
-
Хол
22

Хан
7
154 5
Эстафета
Эст
2

Хох
1
-
Обе
-

Руп
2
-
ОИ
1
- - - 234 1
Смешанная эстафета - - - - - - -
Лах
-
-
Хан
4
83 3
2010/11 ИГ
Эст
6
-
Пок
5
-
Руп
1
- - - - - 138 3 642 12
Спринт
Эст
8

Хох
47

Пок
3

Обе
37

Руп
4

Ант
3
- -
ЧМ
4

Хол
19
242 13
Преследование
Эст
6

Хох
19
- -
Руп
5
- - -
ЧМ
12

Хол
39
131 17
Масс-старт - - -
Обе
17
-
Ант
20
- -
ЧМ
6

Хол
3
131 11
Эстафета -
Хох
4
-
Обе
5
-
Ант
1
- -
ЧМ
8
- 175 4
Смешанная эстафета - -
Пок
4
- - - - -
ЧМ
6
- 129 4
2011/12 ИГ
Эст
14
- - -
Нов
4
- - -
ЧМ
6
- 108 6 857 6
Спринт
Эст
29

Хох
3

Хох
1

Обе
3

Нов
1

Ант
48

Хол
6

Кон
4

ЧМ
16
- 334 5
Преследование
Эст
15

Хох
2

Хох
1
-
Нов
5
-
Хол
2

Кон
4

ЧМ
7
- 313 5
Масс-старт - - -
Обе
4
-
Ант
7

Хол
18
-
ЧМ
ДК
- 102 17
Эстафета -
Хох
3
-
Обе
1
-
Ант
3
- -
ЧМ
7
- 156 3
Смешанная эстафета - -
Хох
1
- - - - -
ЧМ
5
- 100 1
2012/13 ИГ
Эст
26
- - - - -
ЧМ
6
-
Соч
2
- 107 4 718 11
Спринт
Эст
4

Хох
52

Пок
46

Обе
5

Руп
17

Ант
9

ЧМ
4

Хол
-

Соч
10

Хан
19
235 13
Преследование
Эст
22

Хох
21

Пок
11

Обе
1
-
Ант
15

ЧМ
4

Хол
-
-
Хан
13
226 9
Масс-старт - -
Пок
4
-
Руп
3
-
ЧМ
5

Хол
-
-
Хан
22
150 10
Эстафета -
Хох
3
-
Обе
5

Руп
2

Ант
2

ЧМ
4
-
Соч
6
- 279 4
Смешанная эстафета
Эст
1
- - - - -
ЧМ
6
- - - 98 2
2013/14 ИГ
Эст
17
- - -
Руп
59
-
ОИ
15
- - - 24 28 455 12
Спринт
Эст
2

Хох
8

Анси
31

Обе
-
-
Ант
-

ОИ
28

Пок
32

Кон
2

Хол
38
202 8

Кон
6
Преследование
Эст
-

Хох
10

Анси
7

Обе
-

Руп
43

Ант
-

ОИ
11

Пок
42

Кон
3

Хол
15
141 17
Масс-старт - - -
Обе
-
- -
ОИ
24

Пок
3
-
Хол
5
88 7
Эстафета -
Хох
4

Анси
-
-
Руп
1

Ант
-

ОИ
2
- - - 141 3
Смешанная эстафета
Эст
6
- - - - -
ОИ
4
- - - 38 6
Примечание: НФ — стартовала в гонке, но не финишировала. ДК — дисквалификация.
Жёлтым цветом выделены победные гонки. Зелёным выделены победные малые хрустальные глобусы.

По состоянию на 24 марта 2014 года

Награды и звания

Тренеры

  • Первые тренеры — Нестерова С. В., Чукедова Е. В., Суслов А. И.
  • Личный тренер — Оксана Рочева.
  • Тренеры в сборной: Вольфганг Пихлер — старший тренер, Павел Ростовцев — стрелковая подготовка, Николай Загурский — руководитель группы КНГ.

Напишите отзыв о статье "Зайцева, Ольга Алексеевна"

Примечания

  1. [rg.ru/project/kartasbornoy/personclick.html#olgazajjceva Ольга Зайцева — самая известная российская биатлонистка нашего времени] (рус.). Российская газета.
  2. 1 2 3 4 5 6 7 8 [www.zajceva.ru/bio/ Биография Ольги Зайцевой] (рус.) (HTML). Официальный сайт Ольги Зайцевой. Проверено 12 марта 2013. [www.webcitation.org/6F94ocwlp Архивировано из первоисточника 15 марта 2013].
  3. 1 2 [www.gazeta.ru/sport/2007/03/kz_1492837.shtml Сын чемпионки]
  4. Андрей Краснов. [www.skisport.ru/news/index.php?news=5370 Ольга Зайцева вернулась в биатлон на этапе Кубка Европы в Австрии] (рус.) (HTML), Лыжный спорт (7 декабря 2007 года). Проверено 12 марта 2013.
  5. 1 2 3 Алексей Козин. [www.interfax.ru/sport/txt.asp?id=63386 «Золото» дали, «золото» взяли] (рус.) (HTML), Интерфакс (16 февраля 2009 года). Проверено 12 марта 2013.
  6. 1 2 3 [www.biathlonworld.com.ua/profile/olga-zaitseva/ Ольга Зайцева]. Новости биатлона. Проверено 12 марта 2013. [www.webcitation.org/6F94pMfg7 Архивировано из первоисточника 15 марта 2013].
  7. [www.biathlonrus.com/news/2011/35427/ Ольга Зайцева: «Решение завершить карьеру — вполне обдуманное»]
  8. [www.zajceva.ru/articles/2011/03_16_oficialnoe-obrashenie-olgi-zajcevoj-k-bolelshikam/ Официальное обращение Ольги Зайцевой к болельщикам!]
  9. [www.allsportinfo.ru/index.php?id=49960 Ольга Зайцева: после долгих раздумий я приняла решение продолжить карьеру до 2014 года]
  10. [www.championat.com/other/news-821164-zajceva-prodolzhu-kareru-do-2014-goda.html Зайцева: продолжу карьеру до 2014 года]
  11. [www.championat.com/other/news-844684-zajceva-pristupit-k-trenirovkam-s-osnovnym-sostavom-22-ijunja.html Зайцева приступит к тренировкам с основным составом 22 июня]
  12. [www.championat.com/other/news-984349-zajceva-vyigrala-otborochnyj-sprint-v-munio-na-jetapy-kubka-mira.html Зайцева выиграла отборочный спринт в Муонио на этапы Кубка мира]
  13. [www.championat.com/other/news-1018029-nojner-vyigrala-sprint-v-khokhfilcene-zajceva-zavoevala-bronzu.html Нойнер выиграла спринт в Хохфильцене, Зайцева завоевала бронзу]
  14. [www.championat.com/other/news-1018983-domracheva-vyrvala-pobedu-v-gonke-presledovanija-u-zajcevoj-i-nojner.html Домрачева вырвала победу в гонке преследования у Зайцевой и Нойнер]
  15. [www.championat.com/other/news-1025029-zajceva-vyigrala-sprinterskuju-gonku-v-khokhfilcene.html Зайцева выиграла спринтерскую гонку в Хохфильцене]
  16. [www.championat.com/other/news-1025309-nojner-ukrepila-liderstvo-v-kubke-mira-zajceva--4-ja.html Нойнер укрепила лидерство в Кубке мира, Зайцева — 4-я]
  17. [www.championat.com/other/news-1026005-zajceva-oformila-zolotoj-dubl-v-khokhfilcene-vyigrav-gonku-presledovanija.html Зайцева оформила золотой дубль в Хохфильцене, выиграв гонку преследования]
  18. [www.championat.com/other/news-1026267-zajceva-stala-samoj-titulovannoj-rossijankoj-v-istorii-kubka-mira.html Зайцева стала самой титулованной россиянкой в истории Кубка мира]
  19. [www.championat.com/other/news-1042783-nojner-vyigrala-sprint-v-oberkhofe-zajceva--tretja.html Нойнер выиграла спринт в Оберхофе, Зайцева — третья]
  20. [www.championat.com/other/news-1049817-zajceva-pobedila-v-sprinte-na-jetape-kubke-mira-po-biatlonu-v-nove-mesto.html Зайцева победила в спринте на этапе Кубка мира по биатлону в Нове-Место]
  21. [www.championat.com/other/news-1050009-zajceva-podnjalas-na-trete-mesto-v-obshhem-zachjote-kubka-mira-vilukhina--11-ja.html Зайцева поднялась на третье место в общем зачёте Кубка мира, Вилухина — 11-я]
  22. [www.gazeta.ru/sport/2006/10/kz_909002.shtml Зайцева вышла замуж] // gazeta.ru
  23. [www.eurosport.ru/biathlon/story_sto3869727.shtml Ольга Зайцева развелась с мужем] (рус.). Евроспорт (4 августа 2013). [www.webcitation.org/6IqhfJbfs Архивировано из первоисточника 13 августа 2013].
  24. [www.sport-express.ru/biathlon/news/928357/ У Зайцевой родился второй сын]
  25. Георгий Настенко. [www.trud.ru/article/21-01-2010/235253_oksana_zajtseva_olja_byla_doveskom_i_jabedoj.html Оксана Рочева: «Ольга Зайцева бережёт всех своих зайцев»] (рус.) (HTML). Труд (21 января 2010). Проверено 12 марта 2013. [www.webcitation.org/6F94qnzQ2 Архивировано из первоисточника 15 марта 2013].
  26. [document.kremlin.ru/doc.asp?ID=57547&PSC=1&PT=1&Page=1 Указ Президента Российской Федерации от 5 марта 2010 года № 278 «О награждении государственными наградами Российской Федерации»]
  27. [news.kremlin.ru/acts/20334 Указ о награждении государственными наградами чемпионов и призёров XXII Олимпийских зимних игр 2014 года] (рус.). Kremlin.ru (24 февраля 2014). Проверено 25 февраля 2014.
    [sport.mail.ru/sochi/news/17102591/?frommail=1 Путин встретился с членами сборной России]
  28. [graph.document.kremlin.ru/doc.asp?ID=38156&PSC=1&PT=3&Page=2 Указ Президента Российской Федерации от 22 февраля 2007 года № 204]
  29. [graph.document.kremlin.ru/doc.asp?ID=15779&PSC=1&PT=3&Page=3 Указ Президента Российской Федерации от 17 января 2003 года № 43]

Ссылки

  • [www.zajceva.ru/ Официальный сайт] (недоступная ссылка с 28-09-2016 (2825 дней))
  • [www.biathlonworld.com.ua/profile/olga-zaitseva/ Ольга Зайцева] на сайте «Новости биатлона»
  • Ольга Зайцева в «Твиттере»

  • [services.biathlonresults.com/athletes.aspx?IbuId=BTRUS21605197801 Профиль IBU] (англ.)
  • [www.biathlonrus.com/team/main/olga-zaitseva/ Профиль на сайте СБР]
  • [www.infosport.ru/xml/t/person.xml?id=1763 Профиль спортсмена на сайте Национальной информационной сети «Спортивная Россия»]
  • [www.cska.ru/sportsmens.php?littera=%C7&sm_id=344 Профиль на сайте ЦСКА]
  • [www.biastat.com/bw_index.php?view_category=athlet_info&ID=423 Профиль на www.biastat.com]
  • [www.biathlon.com.ua/profile.php?id=348 Профиль на www.biathlon.com]
  • Зайцева, Ольга — статья в Лентапедии. 2012 год.
  • Вячеслав Кубицкий. [www.youtube.com/watch?v=QvNt3WHgvEc Беги, Зайка, беги!] (документальный фильм). ООО «Студия „Единственный дубль“», постпродакшн: студия «Акцент». (2010). Проверено 3 декабря 2011.

/small> |

Отрывок, характеризующий Зайцева, Ольга Алексеевна

Захар сдержал лошадей и обернул свое уже объиндевевшее до бровей лицо.
Николай пустил своих лошадей; Захар, вытянув вперед руки, чмокнул и пустил своих.
– Ну держись, барин, – проговорил он. – Еще быстрее рядом полетели тройки, и быстро переменялись ноги скачущих лошадей. Николай стал забирать вперед. Захар, не переменяя положения вытянутых рук, приподнял одну руку с вожжами.
– Врешь, барин, – прокричал он Николаю. Николай в скок пустил всех лошадей и перегнал Захара. Лошади засыпали мелким, сухим снегом лица седоков, рядом с ними звучали частые переборы и путались быстро движущиеся ноги, и тени перегоняемой тройки. Свист полозьев по снегу и женские взвизги слышались с разных сторон.
Опять остановив лошадей, Николай оглянулся кругом себя. Кругом была всё та же пропитанная насквозь лунным светом волшебная равнина с рассыпанными по ней звездами.
«Захар кричит, чтобы я взял налево; а зачем налево? думал Николай. Разве мы к Мелюковым едем, разве это Мелюковка? Мы Бог знает где едем, и Бог знает, что с нами делается – и очень странно и хорошо то, что с нами делается». Он оглянулся в сани.
– Посмотри, у него и усы и ресницы, всё белое, – сказал один из сидевших странных, хорошеньких и чужих людей с тонкими усами и бровями.
«Этот, кажется, была Наташа, подумал Николай, а эта m me Schoss; а может быть и нет, а это черкес с усами не знаю кто, но я люблю ее».
– Не холодно ли вам? – спросил он. Они не отвечали и засмеялись. Диммлер из задних саней что то кричал, вероятно смешное, но нельзя было расслышать, что он кричал.
– Да, да, – смеясь отвечали голоса.
– Однако вот какой то волшебный лес с переливающимися черными тенями и блестками алмазов и с какой то анфиладой мраморных ступеней, и какие то серебряные крыши волшебных зданий, и пронзительный визг каких то зверей. «А ежели и в самом деле это Мелюковка, то еще страннее то, что мы ехали Бог знает где, и приехали в Мелюковку», думал Николай.
Действительно это была Мелюковка, и на подъезд выбежали девки и лакеи со свечами и радостными лицами.
– Кто такой? – спрашивали с подъезда.
– Графские наряженные, по лошадям вижу, – отвечали голоса.


Пелагея Даниловна Мелюкова, широкая, энергическая женщина, в очках и распашном капоте, сидела в гостиной, окруженная дочерьми, которым она старалась не дать скучать. Они тихо лили воск и смотрели на тени выходивших фигур, когда зашумели в передней шаги и голоса приезжих.
Гусары, барыни, ведьмы, паясы, медведи, прокашливаясь и обтирая заиндевевшие от мороза лица в передней, вошли в залу, где поспешно зажигали свечи. Паяц – Диммлер с барыней – Николаем открыли пляску. Окруженные кричавшими детьми, ряженые, закрывая лица и меняя голоса, раскланивались перед хозяйкой и расстанавливались по комнате.
– Ах, узнать нельзя! А Наташа то! Посмотрите, на кого она похожа! Право, напоминает кого то. Эдуард то Карлыч как хорош! Я не узнала. Да как танцует! Ах, батюшки, и черкес какой то; право, как идет Сонюшке. Это еще кто? Ну, утешили! Столы то примите, Никита, Ваня. А мы так тихо сидели!
– Ха ха ха!… Гусар то, гусар то! Точно мальчик, и ноги!… Я видеть не могу… – слышались голоса.
Наташа, любимица молодых Мелюковых, с ними вместе исчезла в задние комнаты, куда была потребована пробка и разные халаты и мужские платья, которые в растворенную дверь принимали от лакея оголенные девичьи руки. Через десять минут вся молодежь семейства Мелюковых присоединилась к ряженым.
Пелагея Даниловна, распорядившись очисткой места для гостей и угощениями для господ и дворовых, не снимая очков, с сдерживаемой улыбкой, ходила между ряжеными, близко глядя им в лица и никого не узнавая. Она не узнавала не только Ростовых и Диммлера, но и никак не могла узнать ни своих дочерей, ни тех мужниных халатов и мундиров, которые были на них.
– А это чья такая? – говорила она, обращаясь к своей гувернантке и глядя в лицо своей дочери, представлявшей казанского татарина. – Кажется, из Ростовых кто то. Ну и вы, господин гусар, в каком полку служите? – спрашивала она Наташу. – Турке то, турке пастилы подай, – говорила она обносившему буфетчику: – это их законом не запрещено.
Иногда, глядя на странные, но смешные па, которые выделывали танцующие, решившие раз навсегда, что они наряженные, что никто их не узнает и потому не конфузившиеся, – Пелагея Даниловна закрывалась платком, и всё тучное тело ее тряслось от неудержимого доброго, старушечьего смеха. – Сашинет то моя, Сашинет то! – говорила она.
После русских плясок и хороводов Пелагея Даниловна соединила всех дворовых и господ вместе, в один большой круг; принесли кольцо, веревочку и рублик, и устроились общие игры.
Через час все костюмы измялись и расстроились. Пробочные усы и брови размазались по вспотевшим, разгоревшимся и веселым лицам. Пелагея Даниловна стала узнавать ряженых, восхищалась тем, как хорошо были сделаны костюмы, как шли они особенно к барышням, и благодарила всех за то, что так повеселили ее. Гостей позвали ужинать в гостиную, а в зале распорядились угощением дворовых.
– Нет, в бане гадать, вот это страшно! – говорила за ужином старая девушка, жившая у Мелюковых.
– Отчего же? – спросила старшая дочь Мелюковых.
– Да не пойдете, тут надо храбрость…
– Я пойду, – сказала Соня.
– Расскажите, как это было с барышней? – сказала вторая Мелюкова.
– Да вот так то, пошла одна барышня, – сказала старая девушка, – взяла петуха, два прибора – как следует, села. Посидела, только слышит, вдруг едет… с колокольцами, с бубенцами подъехали сани; слышит, идет. Входит совсем в образе человеческом, как есть офицер, пришел и сел с ней за прибор.
– А! А!… – закричала Наташа, с ужасом выкатывая глаза.
– Да как же, он так и говорит?
– Да, как человек, всё как должно быть, и стал, и стал уговаривать, а ей бы надо занять его разговором до петухов; а она заробела; – только заробела и закрылась руками. Он ее и подхватил. Хорошо, что тут девушки прибежали…
– Ну, что пугать их! – сказала Пелагея Даниловна.
– Мамаша, ведь вы сами гадали… – сказала дочь.
– А как это в амбаре гадают? – спросила Соня.
– Да вот хоть бы теперь, пойдут к амбару, да и слушают. Что услышите: заколачивает, стучит – дурно, а пересыпает хлеб – это к добру; а то бывает…
– Мама расскажите, что с вами было в амбаре?
Пелагея Даниловна улыбнулась.
– Да что, я уж забыла… – сказала она. – Ведь вы никто не пойдете?
– Нет, я пойду; Пепагея Даниловна, пустите меня, я пойду, – сказала Соня.
– Ну что ж, коли не боишься.
– Луиза Ивановна, можно мне? – спросила Соня.
Играли ли в колечко, в веревочку или рублик, разговаривали ли, как теперь, Николай не отходил от Сони и совсем новыми глазами смотрел на нее. Ему казалось, что он нынче только в первый раз, благодаря этим пробочным усам, вполне узнал ее. Соня действительно этот вечер была весела, оживлена и хороша, какой никогда еще не видал ее Николай.
«Так вот она какая, а я то дурак!» думал он, глядя на ее блестящие глаза и счастливую, восторженную, из под усов делающую ямочки на щеках, улыбку, которой он не видал прежде.
– Я ничего не боюсь, – сказала Соня. – Можно сейчас? – Она встала. Соне рассказали, где амбар, как ей молча стоять и слушать, и подали ей шубку. Она накинула ее себе на голову и взглянула на Николая.
«Что за прелесть эта девочка!» подумал он. «И об чем я думал до сих пор!»
Соня вышла в коридор, чтобы итти в амбар. Николай поспешно пошел на парадное крыльцо, говоря, что ему жарко. Действительно в доме было душно от столпившегося народа.
На дворе был тот же неподвижный холод, тот же месяц, только было еще светлее. Свет был так силен и звезд на снеге было так много, что на небо не хотелось смотреть, и настоящих звезд было незаметно. На небе было черно и скучно, на земле было весело.
«Дурак я, дурак! Чего ждал до сих пор?» подумал Николай и, сбежав на крыльцо, он обошел угол дома по той тропинке, которая вела к заднему крыльцу. Он знал, что здесь пойдет Соня. На половине дороги стояли сложенные сажени дров, на них был снег, от них падала тень; через них и с боку их, переплетаясь, падали тени старых голых лип на снег и дорожку. Дорожка вела к амбару. Рубленная стена амбара и крыша, покрытая снегом, как высеченная из какого то драгоценного камня, блестели в месячном свете. В саду треснуло дерево, и опять всё совершенно затихло. Грудь, казалось, дышала не воздухом, а какой то вечно молодой силой и радостью.
С девичьего крыльца застучали ноги по ступенькам, скрыпнуло звонко на последней, на которую был нанесен снег, и голос старой девушки сказал:
– Прямо, прямо, вот по дорожке, барышня. Только не оглядываться.
– Я не боюсь, – отвечал голос Сони, и по дорожке, по направлению к Николаю, завизжали, засвистели в тоненьких башмачках ножки Сони.
Соня шла закутавшись в шубку. Она была уже в двух шагах, когда увидала его; она увидала его тоже не таким, каким она знала и какого всегда немножко боялась. Он был в женском платье со спутанными волосами и с счастливой и новой для Сони улыбкой. Соня быстро подбежала к нему.
«Совсем другая, и всё та же», думал Николай, глядя на ее лицо, всё освещенное лунным светом. Он продел руки под шубку, прикрывавшую ее голову, обнял, прижал к себе и поцеловал в губы, над которыми были усы и от которых пахло жженой пробкой. Соня в самую середину губ поцеловала его и, выпростав маленькие руки, с обеих сторон взяла его за щеки.
– Соня!… Nicolas!… – только сказали они. Они подбежали к амбару и вернулись назад каждый с своего крыльца.


Когда все поехали назад от Пелагеи Даниловны, Наташа, всегда всё видевшая и замечавшая, устроила так размещение, что Луиза Ивановна и она сели в сани с Диммлером, а Соня села с Николаем и девушками.
Николай, уже не перегоняясь, ровно ехал в обратный путь, и всё вглядываясь в этом странном, лунном свете в Соню, отыскивал при этом всё переменяющем свете, из под бровей и усов свою ту прежнюю и теперешнюю Соню, с которой он решил уже никогда не разлучаться. Он вглядывался, и когда узнавал всё ту же и другую и вспоминал, слышав этот запах пробки, смешанный с чувством поцелуя, он полной грудью вдыхал в себя морозный воздух и, глядя на уходящую землю и блестящее небо, он чувствовал себя опять в волшебном царстве.
– Соня, тебе хорошо? – изредка спрашивал он.
– Да, – отвечала Соня. – А тебе ?
На середине дороги Николай дал подержать лошадей кучеру, на минутку подбежал к саням Наташи и стал на отвод.
– Наташа, – сказал он ей шопотом по французски, – знаешь, я решился насчет Сони.
– Ты ей сказал? – спросила Наташа, вся вдруг просияв от радости.
– Ах, какая ты странная с этими усами и бровями, Наташа! Ты рада?
– Я так рада, так рада! Я уж сердилась на тебя. Я тебе не говорила, но ты дурно с ней поступал. Это такое сердце, Nicolas. Как я рада! Я бываю гадкая, но мне совестно было быть одной счастливой без Сони, – продолжала Наташа. – Теперь я так рада, ну, беги к ней.
– Нет, постой, ах какая ты смешная! – сказал Николай, всё всматриваясь в нее, и в сестре тоже находя что то новое, необыкновенное и обворожительно нежное, чего он прежде не видал в ней. – Наташа, что то волшебное. А?
– Да, – отвечала она, – ты прекрасно сделал.
«Если б я прежде видел ее такою, какою она теперь, – думал Николай, – я бы давно спросил, что сделать и сделал бы всё, что бы она ни велела, и всё бы было хорошо».
– Так ты рада, и я хорошо сделал?
– Ах, так хорошо! Я недавно с мамашей поссорилась за это. Мама сказала, что она тебя ловит. Как это можно говорить? Я с мама чуть не побранилась. И никому никогда не позволю ничего дурного про нее сказать и подумать, потому что в ней одно хорошее.
– Так хорошо? – сказал Николай, еще раз высматривая выражение лица сестры, чтобы узнать, правда ли это, и, скрыпя сапогами, он соскочил с отвода и побежал к своим саням. Всё тот же счастливый, улыбающийся черкес, с усиками и блестящими глазами, смотревший из под собольего капора, сидел там, и этот черкес был Соня, и эта Соня была наверное его будущая, счастливая и любящая жена.
Приехав домой и рассказав матери о том, как они провели время у Мелюковых, барышни ушли к себе. Раздевшись, но не стирая пробочных усов, они долго сидели, разговаривая о своем счастьи. Они говорили о том, как они будут жить замужем, как их мужья будут дружны и как они будут счастливы.
На Наташином столе стояли еще с вечера приготовленные Дуняшей зеркала. – Только когда всё это будет? Я боюсь, что никогда… Это было бы слишком хорошо! – сказала Наташа вставая и подходя к зеркалам.
– Садись, Наташа, может быть ты увидишь его, – сказала Соня. Наташа зажгла свечи и села. – Какого то с усами вижу, – сказала Наташа, видевшая свое лицо.
– Не надо смеяться, барышня, – сказала Дуняша.
Наташа нашла с помощью Сони и горничной положение зеркалу; лицо ее приняло серьезное выражение, и она замолкла. Долго она сидела, глядя на ряд уходящих свечей в зеркалах, предполагая (соображаясь с слышанными рассказами) то, что она увидит гроб, то, что увидит его, князя Андрея, в этом последнем, сливающемся, смутном квадрате. Но как ни готова она была принять малейшее пятно за образ человека или гроба, она ничего не видала. Она часто стала мигать и отошла от зеркала.
– Отчего другие видят, а я ничего не вижу? – сказала она. – Ну садись ты, Соня; нынче непременно тебе надо, – сказала она. – Только за меня… Мне так страшно нынче!
Соня села за зеркало, устроила положение, и стала смотреть.
– Вот Софья Александровна непременно увидят, – шопотом сказала Дуняша; – а вы всё смеетесь.
Соня слышала эти слова, и слышала, как Наташа шопотом сказала:
– И я знаю, что она увидит; она и прошлого года видела.
Минуты три все молчали. «Непременно!» прошептала Наташа и не докончила… Вдруг Соня отсторонила то зеркало, которое она держала, и закрыла глаза рукой.
– Ах, Наташа! – сказала она.
– Видела? Видела? Что видела? – вскрикнула Наташа, поддерживая зеркало.
Соня ничего не видала, она только что хотела замигать глазами и встать, когда услыхала голос Наташи, сказавшей «непременно»… Ей не хотелось обмануть ни Дуняшу, ни Наташу, и тяжело было сидеть. Она сама не знала, как и вследствие чего у нее вырвался крик, когда она закрыла глаза рукою.
– Его видела? – спросила Наташа, хватая ее за руку.
– Да. Постой… я… видела его, – невольно сказала Соня, еще не зная, кого разумела Наташа под словом его: его – Николая или его – Андрея.
«Но отчего же мне не сказать, что я видела? Ведь видят же другие! И кто же может уличить меня в том, что я видела или не видала?» мелькнуло в голове Сони.
– Да, я его видела, – сказала она.
– Как же? Как же? Стоит или лежит?
– Нет, я видела… То ничего не было, вдруг вижу, что он лежит.
– Андрей лежит? Он болен? – испуганно остановившимися глазами глядя на подругу, спрашивала Наташа.
– Нет, напротив, – напротив, веселое лицо, и он обернулся ко мне, – и в ту минуту как она говорила, ей самой казалось, что она видела то, что говорила.
– Ну а потом, Соня?…
– Тут я не рассмотрела, что то синее и красное…
– Соня! когда он вернется? Когда я увижу его! Боже мой, как я боюсь за него и за себя, и за всё мне страшно… – заговорила Наташа, и не отвечая ни слова на утешения Сони, легла в постель и долго после того, как потушили свечу, с открытыми глазами, неподвижно лежала на постели и смотрела на морозный, лунный свет сквозь замерзшие окна.


Вскоре после святок Николай объявил матери о своей любви к Соне и о твердом решении жениться на ней. Графиня, давно замечавшая то, что происходило между Соней и Николаем, и ожидавшая этого объяснения, молча выслушала его слова и сказала сыну, что он может жениться на ком хочет; но что ни она, ни отец не дадут ему благословения на такой брак. В первый раз Николай почувствовал, что мать недовольна им, что несмотря на всю свою любовь к нему, она не уступит ему. Она, холодно и не глядя на сына, послала за мужем; и, когда он пришел, графиня хотела коротко и холодно в присутствии Николая сообщить ему в чем дело, но не выдержала: заплакала слезами досады и вышла из комнаты. Старый граф стал нерешительно усовещивать Николая и просить его отказаться от своего намерения. Николай отвечал, что он не может изменить своему слову, и отец, вздохнув и очевидно смущенный, весьма скоро перервал свою речь и пошел к графине. При всех столкновениях с сыном, графа не оставляло сознание своей виноватости перед ним за расстройство дел, и потому он не мог сердиться на сына за отказ жениться на богатой невесте и за выбор бесприданной Сони, – он только при этом случае живее вспоминал то, что, ежели бы дела не были расстроены, нельзя было для Николая желать лучшей жены, чем Соня; и что виновен в расстройстве дел только один он с своим Митенькой и с своими непреодолимыми привычками.
Отец с матерью больше не говорили об этом деле с сыном; но несколько дней после этого, графиня позвала к себе Соню и с жестокостью, которой не ожидали ни та, ни другая, графиня упрекала племянницу в заманивании сына и в неблагодарности. Соня, молча с опущенными глазами, слушала жестокие слова графини и не понимала, чего от нее требуют. Она всем готова была пожертвовать для своих благодетелей. Мысль о самопожертвовании была любимой ее мыслью; но в этом случае она не могла понять, кому и чем ей надо жертвовать. Она не могла не любить графиню и всю семью Ростовых, но и не могла не любить Николая и не знать, что его счастие зависело от этой любви. Она была молчалива и грустна, и не отвечала. Николай не мог, как ему казалось, перенести долее этого положения и пошел объясниться с матерью. Николай то умолял мать простить его и Соню и согласиться на их брак, то угрожал матери тем, что, ежели Соню будут преследовать, то он сейчас же женится на ней тайно.
Графиня с холодностью, которой никогда не видал сын, отвечала ему, что он совершеннолетний, что князь Андрей женится без согласия отца, и что он может то же сделать, но что никогда она не признает эту интригантку своей дочерью.
Взорванный словом интригантка , Николай, возвысив голос, сказал матери, что он никогда не думал, чтобы она заставляла его продавать свои чувства, и что ежели это так, то он последний раз говорит… Но он не успел сказать того решительного слова, которого, судя по выражению его лица, с ужасом ждала мать и которое может быть навсегда бы осталось жестоким воспоминанием между ними. Он не успел договорить, потому что Наташа с бледным и серьезным лицом вошла в комнату от двери, у которой она подслушивала.
– Николинька, ты говоришь пустяки, замолчи, замолчи! Я тебе говорю, замолчи!.. – почти кричала она, чтобы заглушить его голос.
– Мама, голубчик, это совсем не оттого… душечка моя, бедная, – обращалась она к матери, которая, чувствуя себя на краю разрыва, с ужасом смотрела на сына, но, вследствие упрямства и увлечения борьбы, не хотела и не могла сдаться.
– Николинька, я тебе растолкую, ты уйди – вы послушайте, мама голубушка, – говорила она матери.
Слова ее были бессмысленны; но они достигли того результата, к которому она стремилась.
Графиня тяжело захлипав спрятала лицо на груди дочери, а Николай встал, схватился за голову и вышел из комнаты.
Наташа взялась за дело примирения и довела его до того, что Николай получил обещание от матери в том, что Соню не будут притеснять, и сам дал обещание, что он ничего не предпримет тайно от родителей.
С твердым намерением, устроив в полку свои дела, выйти в отставку, приехать и жениться на Соне, Николай, грустный и серьезный, в разладе с родными, но как ему казалось, страстно влюбленный, в начале января уехал в полк.
После отъезда Николая в доме Ростовых стало грустнее чем когда нибудь. Графиня от душевного расстройства сделалась больна.
Соня была печальна и от разлуки с Николаем и еще более от того враждебного тона, с которым не могла не обращаться с ней графиня. Граф более чем когда нибудь был озабочен дурным положением дел, требовавших каких нибудь решительных мер. Необходимо было продать московский дом и подмосковную, а для продажи дома нужно было ехать в Москву. Но здоровье графини заставляло со дня на день откладывать отъезд.
Наташа, легко и даже весело переносившая первое время разлуки с своим женихом, теперь с каждым днем становилась взволнованнее и нетерпеливее. Мысль о том, что так, даром, ни для кого пропадает ее лучшее время, которое бы она употребила на любовь к нему, неотступно мучила ее. Письма его большей частью сердили ее. Ей оскорбительно было думать, что тогда как она живет только мыслью о нем, он живет настоящею жизнью, видит новые места, новых людей, которые для него интересны. Чем занимательнее были его письма, тем ей было досаднее. Ее же письма к нему не только не доставляли ей утешения, но представлялись скучной и фальшивой обязанностью. Она не умела писать, потому что не могла постигнуть возможности выразить в письме правдиво хоть одну тысячную долю того, что она привыкла выражать голосом, улыбкой и взглядом. Она писала ему классически однообразные, сухие письма, которым сама не приписывала никакого значения и в которых, по брульонам, графиня поправляла ей орфографические ошибки.
Здоровье графини все не поправлялось; но откладывать поездку в Москву уже не было возможности. Нужно было делать приданое, нужно было продать дом, и притом князя Андрея ждали сперва в Москву, где в эту зиму жил князь Николай Андреич, и Наташа была уверена, что он уже приехал.
Графиня осталась в деревне, а граф, взяв с собой Соню и Наташу, в конце января поехал в Москву.



Пьер после сватовства князя Андрея и Наташи, без всякой очевидной причины, вдруг почувствовал невозможность продолжать прежнюю жизнь. Как ни твердо он был убежден в истинах, открытых ему его благодетелем, как ни радостно ему было то первое время увлечения внутренней работой самосовершенствования, которой он предался с таким жаром, после помолвки князя Андрея с Наташей и после смерти Иосифа Алексеевича, о которой он получил известие почти в то же время, – вся прелесть этой прежней жизни вдруг пропала для него. Остался один остов жизни: его дом с блестящею женой, пользовавшеюся теперь милостями одного важного лица, знакомство со всем Петербургом и служба с скучными формальностями. И эта прежняя жизнь вдруг с неожиданной мерзостью представилась Пьеру. Он перестал писать свой дневник, избегал общества братьев, стал опять ездить в клуб, стал опять много пить, опять сблизился с холостыми компаниями и начал вести такую жизнь, что графиня Елена Васильевна сочла нужным сделать ему строгое замечание. Пьер почувствовав, что она была права, и чтобы не компрометировать свою жену, уехал в Москву.
В Москве, как только он въехал в свой огромный дом с засохшими и засыхающими княжнами, с громадной дворней, как только он увидал – проехав по городу – эту Иверскую часовню с бесчисленными огнями свеч перед золотыми ризами, эту Кремлевскую площадь с незаезженным снегом, этих извозчиков и лачужки Сивцева Вражка, увидал стариков московских, ничего не желающих и никуда не спеша доживающих свой век, увидал старушек, московских барынь, московские балы и Московский Английский клуб, – он почувствовал себя дома, в тихом пристанище. Ему стало в Москве покойно, тепло, привычно и грязно, как в старом халате.
Московское общество всё, начиная от старух до детей, как своего давно жданного гостя, которого место всегда было готово и не занято, – приняло Пьера. Для московского света, Пьер был самым милым, добрым, умным веселым, великодушным чудаком, рассеянным и душевным, русским, старого покроя, барином. Кошелек его всегда был пуст, потому что открыт для всех.
Бенефисы, дурные картины, статуи, благотворительные общества, цыгане, школы, подписные обеды, кутежи, масоны, церкви, книги – никто и ничто не получало отказа, и ежели бы не два его друга, занявшие у него много денег и взявшие его под свою опеку, он бы всё роздал. В клубе не было ни обеда, ни вечера без него. Как только он приваливался на свое место на диване после двух бутылок Марго, его окружали, и завязывались толки, споры, шутки. Где ссорились, он – одной своей доброй улыбкой и кстати сказанной шуткой, мирил. Масонские столовые ложи были скучны и вялы, ежели его не было.
Когда после холостого ужина он, с доброй и сладкой улыбкой, сдаваясь на просьбы веселой компании, поднимался, чтобы ехать с ними, между молодежью раздавались радостные, торжественные крики. На балах он танцовал, если не доставало кавалера. Молодые дамы и барышни любили его за то, что он, не ухаживая ни за кем, был со всеми одинаково любезен, особенно после ужина. «Il est charmant, il n'a pas de seхе», [Он очень мил, но не имеет пола,] говорили про него.
Пьер был тем отставным добродушно доживающим свой век в Москве камергером, каких были сотни.
Как бы он ужаснулся, ежели бы семь лет тому назад, когда он только приехал из за границы, кто нибудь сказал бы ему, что ему ничего не нужно искать и выдумывать, что его колея давно пробита, определена предвечно, и что, как он ни вертись, он будет тем, чем были все в его положении. Он не мог бы поверить этому! Разве не он всей душой желал, то произвести республику в России, то самому быть Наполеоном, то философом, то тактиком, победителем Наполеона? Разве не он видел возможность и страстно желал переродить порочный род человеческий и самого себя довести до высшей степени совершенства? Разве не он учреждал и школы и больницы и отпускал своих крестьян на волю?
А вместо всего этого, вот он, богатый муж неверной жены, камергер в отставке, любящий покушать, выпить и расстегнувшись побранить легко правительство, член Московского Английского клуба и всеми любимый член московского общества. Он долго не мог помириться с той мыслью, что он есть тот самый отставной московский камергер, тип которого он так глубоко презирал семь лет тому назад.
Иногда он утешал себя мыслями, что это только так, покамест, он ведет эту жизнь; но потом его ужасала другая мысль, что так, покамест, уже сколько людей входили, как он, со всеми зубами и волосами в эту жизнь и в этот клуб и выходили оттуда без одного зуба и волоса.
В минуты гордости, когда он думал о своем положении, ему казалось, что он совсем другой, особенный от тех отставных камергеров, которых он презирал прежде, что те были пошлые и глупые, довольные и успокоенные своим положением, «а я и теперь всё недоволен, всё мне хочется сделать что то для человечества», – говорил он себе в минуты гордости. «А может быть и все те мои товарищи, точно так же, как и я, бились, искали какой то новой, своей дороги в жизни, и так же как и я силой обстановки, общества, породы, той стихийной силой, против которой не властен человек, были приведены туда же, куда и я», говорил он себе в минуты скромности, и поживши в Москве несколько времени, он не презирал уже, а начинал любить, уважать и жалеть, так же как и себя, своих по судьбе товарищей.
На Пьера не находили, как прежде, минуты отчаяния, хандры и отвращения к жизни; но та же болезнь, выражавшаяся прежде резкими припадками, была вогнана внутрь и ни на мгновенье не покидала его. «К чему? Зачем? Что такое творится на свете?» спрашивал он себя с недоумением по нескольку раз в день, невольно начиная вдумываться в смысл явлений жизни; но опытом зная, что на вопросы эти не было ответов, он поспешно старался отвернуться от них, брался за книгу, или спешил в клуб, или к Аполлону Николаевичу болтать о городских сплетнях.
«Елена Васильевна, никогда ничего не любившая кроме своего тела и одна из самых глупых женщин в мире, – думал Пьер – представляется людям верхом ума и утонченности, и перед ней преклоняются. Наполеон Бонапарт был презираем всеми до тех пор, пока он был велик, и с тех пор как он стал жалким комедиантом – император Франц добивается предложить ему свою дочь в незаконные супруги. Испанцы воссылают мольбы Богу через католическое духовенство в благодарность за то, что они победили 14 го июня французов, а французы воссылают мольбы через то же католическое духовенство о том, что они 14 го июня победили испанцев. Братья мои масоны клянутся кровью в том, что они всем готовы жертвовать для ближнего, а не платят по одному рублю на сборы бедных и интригуют Астрея против Ищущих манны, и хлопочут о настоящем Шотландском ковре и об акте, смысла которого не знает и тот, кто писал его, и которого никому не нужно. Все мы исповедуем христианский закон прощения обид и любви к ближнему – закон, вследствие которого мы воздвигли в Москве сорок сороков церквей, а вчера засекли кнутом бежавшего человека, и служитель того же самого закона любви и прощения, священник, давал целовать солдату крест перед казнью». Так думал Пьер, и эта вся, общая, всеми признаваемая ложь, как он ни привык к ней, как будто что то новое, всякий раз изумляла его. – «Я понимаю эту ложь и путаницу, думал он, – но как мне рассказать им всё, что я понимаю? Я пробовал и всегда находил, что и они в глубине души понимают то же, что и я, но стараются только не видеть ее . Стало быть так надо! Но мне то, мне куда деваться?» думал Пьер. Он испытывал несчастную способность многих, особенно русских людей, – способность видеть и верить в возможность добра и правды, и слишком ясно видеть зло и ложь жизни, для того чтобы быть в силах принимать в ней серьезное участие. Всякая область труда в глазах его соединялась со злом и обманом. Чем он ни пробовал быть, за что он ни брался – зло и ложь отталкивали его и загораживали ему все пути деятельности. А между тем надо было жить, надо было быть заняту. Слишком страшно было быть под гнетом этих неразрешимых вопросов жизни, и он отдавался первым увлечениям, чтобы только забыть их. Он ездил во всевозможные общества, много пил, покупал картины и строил, а главное читал.
Он читал и читал всё, что попадалось под руку, и читал так что, приехав домой, когда лакеи еще раздевали его, он, уже взяв книгу, читал – и от чтения переходил ко сну, и от сна к болтовне в гостиных и клубе, от болтовни к кутежу и женщинам, от кутежа опять к болтовне, чтению и вину. Пить вино для него становилось всё больше и больше физической и вместе нравственной потребностью. Несмотря на то, что доктора говорили ему, что с его корпуленцией, вино для него опасно, он очень много пил. Ему становилось вполне хорошо только тогда, когда он, сам не замечая как, опрокинув в свой большой рот несколько стаканов вина, испытывал приятную теплоту в теле, нежность ко всем своим ближним и готовность ума поверхностно отзываться на всякую мысль, не углубляясь в сущность ее. Только выпив бутылку и две вина, он смутно сознавал, что тот запутанный, страшный узел жизни, который ужасал его прежде, не так страшен, как ему казалось. С шумом в голове, болтая, слушая разговоры или читая после обеда и ужина, он беспрестанно видел этот узел, какой нибудь стороной его. Но только под влиянием вина он говорил себе: «Это ничего. Это я распутаю – вот у меня и готово объяснение. Но теперь некогда, – я после обдумаю всё это!» Но это после никогда не приходило.
Натощак, поутру, все прежние вопросы представлялись столь же неразрешимыми и страшными, и Пьер торопливо хватался за книгу и радовался, когда кто нибудь приходил к нему.
Иногда Пьер вспоминал о слышанном им рассказе о том, как на войне солдаты, находясь под выстрелами в прикрытии, когда им делать нечего, старательно изыскивают себе занятие, для того чтобы легче переносить опасность. И Пьеру все люди представлялись такими солдатами, спасающимися от жизни: кто честолюбием, кто картами, кто писанием законов, кто женщинами, кто игрушками, кто лошадьми, кто политикой, кто охотой, кто вином, кто государственными делами. «Нет ни ничтожного, ни важного, всё равно: только бы спастись от нее как умею»! думал Пьер. – «Только бы не видать ее , эту страшную ее ».


В начале зимы, князь Николай Андреич Болконский с дочерью приехали в Москву. По своему прошедшему, по своему уму и оригинальности, в особенности по ослаблению на ту пору восторга к царствованию императора Александра, и по тому анти французскому и патриотическому направлению, которое царствовало в то время в Москве, князь Николай Андреич сделался тотчас же предметом особенной почтительности москвичей и центром московской оппозиции правительству.
Князь очень постарел в этот год. В нем появились резкие признаки старости: неожиданные засыпанья, забывчивость ближайших по времени событий и памятливость к давнишним, и детское тщеславие, с которым он принимал роль главы московской оппозиции. Несмотря на то, когда старик, особенно по вечерам, выходил к чаю в своей шубке и пудренном парике, и начинал, затронутый кем нибудь, свои отрывистые рассказы о прошедшем, или еще более отрывистые и резкие суждения о настоящем, он возбуждал во всех своих гостях одинаковое чувство почтительного уважения. Для посетителей весь этот старинный дом с огромными трюмо, дореволюционной мебелью, этими лакеями в пудре, и сам прошлого века крутой и умный старик с его кроткою дочерью и хорошенькой француженкой, которые благоговели перед ним, – представлял величественно приятное зрелище. Но посетители не думали о том, что кроме этих двух трех часов, во время которых они видели хозяев, было еще 22 часа в сутки, во время которых шла тайная внутренняя жизнь дома.
В последнее время в Москве эта внутренняя жизнь сделалась очень тяжела для княжны Марьи. Она была лишена в Москве тех своих лучших радостей – бесед с божьими людьми и уединения, – которые освежали ее в Лысых Горах, и не имела никаких выгод и радостей столичной жизни. В свет она не ездила; все знали, что отец не пускает ее без себя, а сам он по нездоровью не мог ездить, и ее уже не приглашали на обеды и вечера. Надежду на замужество княжна Марья совсем оставила. Она видела ту холодность и озлобление, с которыми князь Николай Андреич принимал и спроваживал от себя молодых людей, могущих быть женихами, иногда являвшихся в их дом. Друзей у княжны Марьи не было: в этот приезд в Москву она разочаровалась в своих двух самых близких людях. М lle Bourienne, с которой она и прежде не могла быть вполне откровенна, теперь стала ей неприятна и она по некоторым причинам стала отдаляться от нее. Жюли, которая была в Москве и к которой княжна Марья писала пять лет сряду, оказалась совершенно чужою ей, когда княжна Марья вновь сошлась с нею лично. Жюли в это время, по случаю смерти братьев сделавшись одной из самых богатых невест в Москве, находилась во всем разгаре светских удовольствий. Она была окружена молодыми людьми, которые, как она думала, вдруг оценили ее достоинства. Жюли находилась в том периоде стареющейся светской барышни, которая чувствует, что наступил последний шанс замужества, и теперь или никогда должна решиться ее участь. Княжна Марья с грустной улыбкой вспоминала по четвергам, что ей теперь писать не к кому, так как Жюли, Жюли, от присутствия которой ей не было никакой радости, была здесь и виделась с нею каждую неделю. Она, как старый эмигрант, отказавшийся жениться на даме, у которой он проводил несколько лет свои вечера, жалела о том, что Жюли была здесь и ей некому писать. Княжне Марье в Москве не с кем было поговорить, некому поверить своего горя, а горя много прибавилось нового за это время. Срок возвращения князя Андрея и его женитьбы приближался, а его поручение приготовить к тому отца не только не было исполнено, но дело напротив казалось совсем испорчено, и напоминание о графине Ростовой выводило из себя старого князя, и так уже большую часть времени бывшего не в духе. Новое горе, прибавившееся в последнее время для княжны Марьи, были уроки, которые она давала шестилетнему племяннику. В своих отношениях с Николушкой она с ужасом узнавала в себе свойство раздражительности своего отца. Сколько раз она ни говорила себе, что не надо позволять себе горячиться уча племянника, почти всякий раз, как она садилась с указкой за французскую азбуку, ей так хотелось поскорее, полегче перелить из себя свое знание в ребенка, уже боявшегося, что вот вот тетя рассердится, что она при малейшем невнимании со стороны мальчика вздрагивала, торопилась, горячилась, возвышала голос, иногда дергала его за руку и ставила в угол. Поставив его в угол, она сама начинала плакать над своей злой, дурной натурой, и Николушка, подражая ей рыданьями, без позволенья выходил из угла, подходил к ней и отдергивал от лица ее мокрые руки, и утешал ее. Но более, более всего горя доставляла княжне раздражительность ее отца, всегда направленная против дочери и дошедшая в последнее время до жестокости. Ежели бы он заставлял ее все ночи класть поклоны, ежели бы он бил ее, заставлял таскать дрова и воду, – ей бы и в голову не пришло, что ее положение трудно; но этот любящий мучитель, самый жестокий от того, что он любил и за то мучил себя и ее, – умышленно умел не только оскорбить, унизить ее, но и доказать ей, что она всегда и во всем была виновата. В последнее время в нем появилась новая черта, более всего мучившая княжну Марью – это было его большее сближение с m lle Bourienne. Пришедшая ему, в первую минуту по получении известия о намерении своего сына, мысль шутка о том, что ежели Андрей женится, то и он сам женится на Bourienne, – видимо понравилась ему, и он с упорством последнее время (как казалось княжне Марье) только для того, чтобы ее оскорбить, выказывал особенную ласку к m lle Bоurienne и выказывал свое недовольство к дочери выказываньем любви к Bourienne.
Однажды в Москве, в присутствии княжны Марьи (ей казалось, что отец нарочно при ней это сделал), старый князь поцеловал у m lle Bourienne руку и, притянув ее к себе, обнял лаская. Княжна Марья вспыхнула и выбежала из комнаты. Через несколько минут m lle Bourienne вошла к княжне Марье, улыбаясь и что то весело рассказывая своим приятным голосом. Княжна Марья поспешно отерла слезы, решительными шагами подошла к Bourienne и, видимо сама того не зная, с гневной поспешностью и взрывами голоса, начала кричать на француженку: «Это гадко, низко, бесчеловечно пользоваться слабостью…» Она не договорила. «Уйдите вон из моей комнаты», прокричала она и зарыдала.
На другой день князь ни слова не сказал своей дочери; но она заметила, что за обедом он приказал подавать кушанье, начиная с m lle Bourienne. В конце обеда, когда буфетчик, по прежней привычке, опять подал кофе, начиная с княжны, князь вдруг пришел в бешенство, бросил костылем в Филиппа и тотчас же сделал распоряжение об отдаче его в солдаты. «Не слышат… два раза сказал!… не слышат!»
«Она – первый человек в этом доме; она – мой лучший друг, – кричал князь. – И ежели ты позволишь себе, – закричал он в гневе, в первый раз обращаясь к княжне Марье, – еще раз, как вчера ты осмелилась… забыться перед ней, то я тебе покажу, кто хозяин в доме. Вон! чтоб я не видал тебя; проси у ней прощенья!»
Княжна Марья просила прощенья у Амальи Евгеньевны и у отца за себя и за Филиппа буфетчика, который просил заступы.
В такие минуты в душе княжны Марьи собиралось чувство, похожее на гордость жертвы. И вдруг в такие то минуты, при ней, этот отец, которого она осуждала, или искал очки, ощупывая подле них и не видя, или забывал то, что сейчас было, или делал слабевшими ногами неверный шаг и оглядывался, не видал ли кто его слабости, или, что было хуже всего, он за обедом, когда не было гостей, возбуждавших его, вдруг задремывал, выпуская салфетку, и склонялся над тарелкой, трясущейся головой. «Он стар и слаб, а я смею осуждать его!» думала она с отвращением к самой себе в такие минуты.


В 1811 м году в Москве жил быстро вошедший в моду французский доктор, огромный ростом, красавец, любезный, как француз и, как говорили все в Москве, врач необыкновенного искусства – Метивье. Он был принят в домах высшего общества не как доктор, а как равный.
Князь Николай Андреич, смеявшийся над медициной, последнее время, по совету m lle Bourienne, допустил к себе этого доктора и привык к нему. Метивье раза два в неделю бывал у князя.
В Николин день, в именины князя, вся Москва была у подъезда его дома, но он никого не велел принимать; а только немногих, список которых он передал княжне Марье, велел звать к обеду.
Метивье, приехавший утром с поздравлением, в качестве доктора, нашел приличным de forcer la consigne [нарушить запрет], как он сказал княжне Марье, и вошел к князю. Случилось так, что в это именинное утро старый князь был в одном из своих самых дурных расположений духа. Он целое утро ходил по дому, придираясь ко всем и делая вид, что он не понимает того, что ему говорят, и что его не понимают. Княжна Марья твердо знала это состояние духа тихой и озабоченной ворчливости, которая обыкновенно разрешалась взрывом бешенства, и как перед заряженным, с взведенными курками, ружьем, ходила всё это утро, ожидая неизбежного выстрела. Утро до приезда доктора прошло благополучно. Пропустив доктора, княжна Марья села с книгой в гостиной у двери, от которой она могла слышать всё то, что происходило в кабинете.
Сначала она слышала один голос Метивье, потом голос отца, потом оба голоса заговорили вместе, дверь распахнулась и на пороге показалась испуганная, красивая фигура Метивье с его черным хохлом, и фигура князя в колпаке и халате с изуродованным бешенством лицом и опущенными зрачками глаз.
– Не понимаешь? – кричал князь, – а я понимаю! Французский шпион, Бонапартов раб, шпион, вон из моего дома – вон, я говорю, – и он захлопнул дверь.
Метивье пожимая плечами подошел к mademoiselle Bourienne, прибежавшей на крик из соседней комнаты.
– Князь не совсем здоров, – la bile et le transport au cerveau. Tranquillisez vous, je repasserai demain, [желчь и прилив к мозгу. Успокойтесь, я завтра зайду,] – сказал Метивье и, приложив палец к губам, поспешно вышел.
За дверью слышались шаги в туфлях и крики: «Шпионы, изменники, везде изменники! В своем доме нет минуты покоя!»