Заря (тип речных судов)

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Теплоход «Заря»
Проект, г.

1964

Обозначение проекта

946

Выпускался, гг.

1965—1981 ?

Экземпляры

порядка 200

Водоизмещение пустого, т

19,8

Полное водоизмещение, т

30

Макс. скорость, км/ч

45

Вместимость, чел
Мест для сидения

66

Полная вместимость

86

Основные размерения
Длина, м

22,4

Ширина, м

4,06

Высота со сложенной мачтой, мм

3

Осадка неподвижного, м

0,5

Осадка на ходу, м

0,4

Двигатели
Обозначение по ГОСТ

12ЧН18/20

Марка

М400

Число

1

Мощность, кВт (л.с.)

589 (800)

Теплоход «Заря-Р»
Проект, г.

1969

Обозначение проекта

Р-83

Выпускался, гг.

1971—1985 (?)

Экземпляры

порядка 200

Водоизмещение пустого, т

21

Полное водоизмещение, т

31

Макс. скорость, км/ч

43

Вместимость, чел
Мест для сидения

66

Полная вместимость

86

Основные размерения
Длина, м

23,9

Ширина, м

4,16

Высота со сложенной мачтой, мм

3,2

Осадка неподвижного, м

0,55

Осадка на ходу, м

0,5

Двигатели
Обозначение по ГОСТ

12ЧН18/20

Марка

М401

Число

1

Мощность, кВт (л.с.)

1000

Теплоходы «Заря» — серия советских пассажирских скоростных глиссирующих речных судов с водомётным движителем для перевозки пассажиров и их багажа по малым рекам в светлое время суток. Вместимость — 60—86 пассажиров, экипаж — 2—3 человека. Скорость движения — 40—45 км/ч.





Конструкция

Разработку проектов судов выполнили в ЦНИИ им. академика Крылова (гидродинамика, движительно-рулевой комплекс), ЦТКБ Минречфлота СССР (общая разработка проекта, разработка конструкции судна), экспериментально-исследовательский завод ЛИВТа (строительство опытных образцов) при участии специалистов Московского судостроительного и судоремонтного завода (разработка технологии производства). Руководитель проекта А. А. Оскольский.

При начале разработки теплохода в 1962 году в его конструкцию был заложен ряд конструктивных особенностей, не имеющих на тот момент аналогов в отечественной и мировой практике:

  • Комбинированные обводы — в носовой части — обратная килеватость («морские сани»), а в кормовой части — нормальная килеватость. Согласно замыслу конструкторов такая форма должна была облегчить судну прохождение мелководных каменистых участков.
  • Широкое использование стеклопластика, что позволяло существенно облегчить конструкцию.
  • Одноступенчатый водомёт без спрямляющего аппарата. В экспериментах со спрямляющим аппаратом было получено столь незначительное увеличение скорости, что установка его оказалась нецелесообразной.
  • Воздушная смазка днища. Хотя патенты на такой способ снижения сопротивления движению судна существовали ещё в XIX веке, практическое применение на серийном судне состоялось впервые в мире.
  • Возможность причаливания к отлогому берегу.

Корпус судна выполнен из алюминиево-магниевого сплава АМг-5. Многие элементы надстройки выполнены из стеклопластика.

Благодаря таким обводам форме днища и низкой осадке (0,5 м) имеется возможность производить причаливание к берегу в местах, не оборудованных причальными сооружениями. При этом спуск трапа не требуется, так как теплоход выходит носом на берег. Для снижения гидродинамического сопротивления используется воздушная смазка днища.

Двигатель дизельный типа 12ЧН18/20 (аббревиатура расшифровывается следующим образом 12 — число цилиндров, Ч — четырёхтактный, Н — наддувный, 18 — диаметр цилиндра 18 см, 20 — ход поршня 20 см). Марка двигателя М400 на судах первой серии, позже М401.

Движитель — полупогружной одноступенчатый водомёт без спрямляющего аппарата с заслонками, выполняющими функции гидрореверса. В отличие от многих водометных судов, где заслонки выполняют ещё и функции руля, у теплоходов типа «Заря» имеется отдельный двухперьевой руль, установленный в струе водомёта.

Пассажирский салон автобусного типа с трёхместными сиденьями вдоль каждого борта. Число сидячих пассажиров 60 (в вариантах теплохода без багажного отделения — 66). Допускается перевозка стоячих пассажиров при продолжительности рейса менее 2 часов.

Рулевая рубка в передней части теплохода.

Производство

Строились по двум проектам: 946 (с 1965 по 1981 гг.) и Р-83 (с 1971 по 1985 гг.) на Московском судостроительном и судоремонтном заводе. В рамках каждого проекта имелись модификации.

Заводом выпускались суда номерные без имени собственного («Заря-1», «Заря-2» и т. д.). Суда проекта Р-83 имели название серии «Заря-Р», причем при указании номера буква «Р» записывалась после цифр, например «Заря-207Р», «Заря-317Р», «Заря-343Р». Позже некоторые суда получили имена собственные.

По данным официального сайта Московского судостроительного и судоремонтного завода за годы производства было выпущено 556 единиц теплоходов типа «Заря» всех проектов[1]

За сравнительно долгий период выпуска суда каждого из проектов подвергались модернизации. Так существует четыре серии судов пр. 946 и две серии — проекта Р-83.

Серии проекта 946:

  • Первая серия (примерно до 1970 г.) — двигатель М-50, «мокрый выхлоп», классические обводы типа «морские сани» — отсутствие продольного редана в носовой части, одноканальный воздухозаборник штампованный из алюминиевого сплава, в салоне отсутствует кассовое помещение, в задней части салона имеется багажное отделение, отсутствует леерное ограждение, в носовой части имеются откидные подножки для посадки и высадки пассажиров, КВ-радиостанция и установка радиофикации салона на электронных лампах, УКВ-радиостанция отсутствует, бортовая сеть 12 В;
Внешние изображения
[fleetphoto.ru/photo/34246/ «Заря-39» — представитель судов первой серии]
[fleetphoto.ru/photo/33567/ «Заря-55» — судно второй серии]
[fleetphoto.ru/photo/43250/ «Заря-179» — четвёртая серия]
  • Вторая серия (примерно 1971—1973 годы) — двигатель М-400, появился продольный редан в носовой части, двухканальный воздухозаборник, формованный из стеклопластика, изменена схема вентиляции машинного отделения, напряжение бортовой сети увеличено до 24 В, появилась сеть 220/380 В для питания нагревателей масла и воды, получающая питание от причального сооружения;
  • Третья серия (примерно 1973—1974 годы) — двигатель М-401, изменена схема управления им, число основных окон салона увеличено до 7, багажного отделения в салоне нет, носовые откидные подножки убраны, КВ-радиостанция и установка радиофикации салона на полупроводниках;
  • Четвёртая серия (примерно с 1974 года по конец выпуска) — увеличен продольный редан в носовой части (переход от схемы «морские сани» к схеме тримаран, аналогичной проекту Р-83), двигатель М-401, на части судов выхлоп атмосферный (по аналогии с проектом Р-83), вновь изменена схема вентиляции машинного отделения, в салоне появилось кассовое помещение и буфет, на части судов стала применяться «купейная» компоновка салона, изменена схема вентиляции салона, появилась УКВ-радиостанция, появился генератор 220/380 В.

Серии проекта Р-83:

  • Ранняя серия — оборудование в целом повторяет суда пр. 946 3 и 4 серий;
  • Поздняя серия — электрическое и электронное оборудование нового поколения. В установке радиофикации салона появился кассетный магнитофон, появились эхолот и радар (на части судов), появилась система кондиционирования воздуха (на части судов), появились спасательные плоты.

Распространение

В СССР были в эксплуатации во всех речных пароходствах, кроме Кубанского. Работали теплоходы и вне системы пароходств: в районных управлениях малых рек Свердловской и Ленинградской областей, Коми АССР, Бурятской АССР, а также эксплуатировались на внутригородских водных маршрутах в Орле (эксплуатант — Орловское трамвайно-троллейбусное управление) в городской черте, где уровень мелкой здесь реки Оки искусственно повышен и Ижевске на Ижевском пруду. Поставлялись в Чехословакию, Китай[2], Румынию, и, возможно, в другие страны. В частности, есть фотография теплохода «Заря» в ФРГ, но под советским флагом наряду с германским (см. фото)[3].

К:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)

Основные места базирования

В Московском регионе

На Верхней Волге

На Средней Волге

На Нижней Волге

  • Волгоград — до конца 1990-х годов — не менее 10 судов

На Оке

  • Рязань
  • Муром
  • Орёл — 1 судно (с 1981 года, в середине 1990-х годов был законсервирован. В 2014 году — вновь введён в строй, выполняя функции прогулочного корабля)

На Дону

  • Калач-на-Дону — до середины 1990-х годов — 2 судна
  • Ростов-на-Дону — до начала 1990-х не менее 5 судов на обслуживании маршрутов нижней части Северского Донца.

На Северо-Западе России

  • Санкт-Петербург — до середины 1980-х годов — не менее 6 судов
  • Великий Новгород (ранее Новгород) — 3 судна на всю область (в том числе на Валдайском озере «Заря-211»)
  • Архангельск
  • Онега («Заря-340Р»)
  • Порог (Онежский район) — до начала 1990-х годов — не менее 4 судов (в настоящее время — 1 судно: «Заря-311Р»)
  • Череповец — не менее 5 судов
  • Вологда — не менее 5 судов
  • Великий Устюг — не менее 5 судов
  • Петрозаводск (бассейн Онежского озера) — 2 судна
  • Сыктывкар
  • Печора

На Ангаре

  • Иркутск — не менее 2 судов

На Каме, Вятке, Белой

  • Чайковский — не менее 4 судов
  • Березники — не менее 6 судов
  • Пермь — не менее 6 судов
  • Уфа — не менее 5 судов
  • Киров — не менее 3 судов

На Иртыше, Тоболе и Тавде

  • Тобольск — не менее 6 судов
  • Омск — не менее 6 судов
  • Тавда — не менее 4 судов (до 1991 года). На 2015 год корпус «Заря-21» стоит на берегу, «Заря-205Р» в эксплуатации, обслуживала линию Таборы-Новоселово. В 2015 году стоит, видимо в рабочем состоянии.

На Конде

  • по маршруту Междуреченский — Кондинское — Ханты-Мансийск (не менее 2-х судов)
  • По маршруту Урай — Половинка — Междуреченский (не менее 2 судов)


На Оби, Томи, Бии, Васюгане

  • Барнаул — в середине 1980-х — 10 судов (в настоящее время — 3 судна: «Заря-317Р», «Заря-335Р», «Радуга»)
  • Новосибирск — не менее 8 судов
  • Томск и Северск — не менее 8 судов (в настоящее время в Томске — 2 судна, в Северске — 2 судна)
  • Каргасок — 2 судна
  • Сургут — не менее 4 судов
  • Нижневартовск — не менее 7 судов
  • Кемерово — не менее 6 судов
  • Новокузнецк — не менее 4 судов
  • Бийск — в середине 80-х — 5 судов (в настоящее время — 2 судна, которые с 2009 года не эксплуатируются: «Заря-144», «Заря-164»)

На Енисее

  • Красноярск — не менее 10 судов

На Лене, Вилюе, Алдане

  • Якутск — не менее 6 судов
  • Пеледуй — не менее 4 судов
  • Ленск — не менее 4 судов
  • Олекминск — не менее 3 судов
  • Усть-Кут — не менее 4 судов
  • Нюрба — не менее 2 судов (действуют в настоящее время)
  • Усть-Мая — 1 судно

На Соже

  • Гомель — не менее 9 судов (до середины 1990-х гг.)

На Припяти

  • Мозырь — 1 судно

На Шилке

  • Забайкальский край г. Сретенск — не менее 2 судов (действуют в настоящее время)

На Норилке — озеро Лама

  • Красноярский край г. Норильск — не менее 6 судов (действуют в настоящее время)

На Амуре

Социальное значение теплоходов типа «Заря»

Появления на реках СССР теплоходов типа «Заря» произвело настоящую транспортную революцию в районах с неразвитой дорожной сетью и мелководными реками, не оборудованными причалами (Сибирь, Урал, Дальний Восток и Северо-Запад России). Традиционными видами транспорта для жителей этих районов были лодки. Речные суда традиционного типа обладали малой скоростью и не могли подходить для посадки/высадки пассажиров к необорудованному берегу. «Зори» обеспечили надёжную связь между маленькими посёлками на берегах рек и райцентрами (городами), перевозили туристов, грибников, дачников.

Основные достоинства и недостатки

Основные достоинства теплоходов типа «Заря» — сочетание высокой скорости, достаточной пассажировместимости и высокой проходимости (за счёт малой осадки и водомёта).
Теплоходы типа «Заря» часто эксплуатировались в очень жёстких условиях (мелководье, перекаты, удары о камни, лесосплавные реки, перегрузка, отсутствие должного техобслуживания и ГСМ требуемого сорта), но тем не менее служили очень долго, а некоторые суда, выпущенные ещё в начале 1970-х годов, служат до сих пор.

Однако с перечисленными достоинствами были связаны и принципиальные недостатки.

Для достижения высокой скорости требовался мощный лёгкий высокофорсированный двигатель. Как известно, такие двигатели обладают небольшим моторесурсом. Двигатели М-400 с механическим нагнетателем, применяемые на судах первых серий, не могли отработать и одной навигации. Более поздние модификации двигателя М-401 с газотурбинным наддувом работали дольше, но всё равно существенно меньше, чем на тихоходных судах. Большая мощность двигателя обуславливала и большой расход топлива.

Теплоходы «Заря» проекта 946 были некомфортабельными. Это опять-таки связано с необходимостью достижения высоких удельных показателей. Глиссирующий режим движения обуславливал сильную тряску при ходе на волнении. Салон был довольно тесным, вентиляция его была неэффективной. Уровень шума, создаваемого в салоне двигателем, был настолько высок, что разговаривать без повышения голоса было невозможно.

На теплоходах проекта Р-83 условия для пассажиров были существенно улучшены. Уровень шума в салоне был существенно снижен за счёт применения звукоизоляции машинного отделения. Тримаранные обводы носовой части корпуса существенно смягчали удары волн. Была применена система вентиляции и кондиционирования салона.

С экологической точки зрения теплоходы «Заря» не выдерживали никакой критики. Двигатель М-400 был очень несовершенным. Чадящие выхлопные газы двигателя на теплоходах проекта 946 смешивались с водой (система «мокрого выхлопа») и выбрасывались за борт, откуда в воду попадали несгоревшие остатки нефтепродуктов. За теплоходом всегда тянулся шлейф сизого дыма — в цилиндры двигателя, по причине примитивной конструкции поршневых колец, попадало масло. Высокая крутая волна, создаваемая теплоходом, приводила к размыванию берегов, гибели мальков рыбы. По этой причине эксплуатация теплоходов типа «Заря» в середине 1980-х годов на ряде рек Европейской части России (в частности, на Оке) была прекращена. Теплоходы были переданы на сибирские реки (где берега более прочные).

По современным представлениям теплоходы типа «Заря» небезопасны в эксплуатации. При отказе единственного двигателя теплоход полностью лишался управления. Это приводило к авариям, таким как навал на опоры моста или другие суда. Известны случаи аварий по указанной причине, произошедшие в Ленинграде (навал на другое судно) в 1972 году, в Бийске (попадание постороннего предмета в водомёт теплохода «Заря-89» вызвало его отказ, что привело к навалу на опору моста) в 1989 году, в Красноярске («Заря-277Р», удар об устой моста) в 2001 году. Компоновка теплохода (отсутствие открытых палуб, узкие проходы в зоне рубочных дверей) не позволяла быстро выполнить эвакуацию пассажиров в случае аварии. Теплоходы не были оборудованы спасательными средствами. Однако эксплуатация преимущественно на малых неглубоких реках частично снижала указанные риски.

Расположение рулевой рубки в носовой части судна ограничивало обзор назад, что затрудняло выполнение манёвров на заднем ходу. По этой причине экипажи часто дооборудовали свои теплоходы автомобильными зеркалами заднего вида. Кроме того, при движении на волнении члены экипажа, сидящие в рубке, испытывали значительные перегрузки от ударов волн, что обуславливало повышенную утомляемость, затрудняло управление и визуальное наблюдение за судоходной обстановкой.

Указанные недостатки стали очевидными уже в 1980-х годах. Поэтому выпуск теплоходов типа «Заря», начиная с 1981 года, был существенно сокращён. Для их замены были разработаны суда типа «Линда». Однако общий экономический упадок в СССР не позволил пустить эти суда в серию. Кроме того, заводом проводились работы и по модернизации имеющихся «Зорь». В частности, были изготовлены опытные суда с импортными дизельными двигателями MAN и Дойц. Эти же двигатели на часть судов были установлены при капитальном ремонте.

Современное состояние

В настоящее время эксплуатация большинства теплоходов типа «Заря» уже прекращена. Многие «Зори» разрезаны на металлолом. В строю остаётся не более сорока судов этой серии. На реке Тавда используется один теплоход «Заря-207Р» выше с. Таборы, но с постройкой автодороги эксплуатация, видимо, прекратится. Часть из них оборудованы менее мощными двигателями, обеспечивающими скорость 10—15 км/ч. Привезённый из Днепропетровска и переоборудованный теплоход типа «Заря» (теплоход «Ласточка») одно время ходил по харьковским рекам, однако при невыясненных обстоятельствах сгорел 1 апреля 2005 года. Сейчас данные теплоходы эксплуатируются, в основном, в труднодоступных районах для перевозки пассажиров (например, Томская область), или в качестве прогулочных судов (например, на озере Неро), или на паромных переправах (например, в Ярославской области). Техническое состояние уцелевших экземпляров различное, от очень хорошего (например «Заря-339Р» в городе Северске, «Заря Югры» в городе Нижневартовске), до очень плохого.

Часть списанных теплоходов используются в качестве кафе (как плавучих, так и на берегу), плавучих дач (как правило, несамоходных), причальных сооружений, понтонов. При таких переделках, как правило, с судов срезается надстройка.

Несмотря на все недостатки, теплоход «Заря» является важной вехой в истории развития отечественного транспорта.

Напишите отзыв о статье "Заря (тип речных судов)"

Примечания

  1. [www.mssz.ru/about/history.html История завода]
  2. [www.hljhw.gov.cn/news/list.asp?tid=21&id=102 Советские речные суда в Китае. «Заря» на нижней на странице фотографии]
  3. [fleetphoto.ru/photo/48249/ Фото: «Судоимпорт (Sudoimport)», Тип Заря, проект 946, 946А — Водный транспорт]. Проверено 21 января 2013. [www.webcitation.org/6EFJD8r03 Архивировано из первоисточника 7 февраля 2013].

Ссылки

  • [www.riverfleet.ru/fleet/7583/ Список всех построенных судов типа «Заря» по состоянию на сентябрь 2013 г. на сайте речного флота]

Отрывок, характеризующий Заря (тип речных судов)

На другой день приехал государь. Несколько человек дворовых Ростовых отпросились пойти поглядеть царя. В это утро Петя долго одевался, причесывался и устроивал воротнички так, как у больших. Он хмурился перед зеркалом, делал жесты, пожимал плечами и, наконец, никому не сказавши, надел фуражку и вышел из дома с заднего крыльца, стараясь не быть замеченным. Петя решился идти прямо к тому месту, где был государь, и прямо объяснить какому нибудь камергеру (Пете казалось, что государя всегда окружают камергеры), что он, граф Ростов, несмотря на свою молодость, желает служить отечеству, что молодость не может быть препятствием для преданности и что он готов… Петя, в то время как он собирался, приготовил много прекрасных слов, которые он скажет камергеру.
Петя рассчитывал на успех своего представления государю именно потому, что он ребенок (Петя думал даже, как все удивятся его молодости), а вместе с тем в устройстве своих воротничков, в прическе и в степенной медлительной походке он хотел представить из себя старого человека. Но чем дальше он шел, чем больше он развлекался все прибывающим и прибывающим у Кремля народом, тем больше он забывал соблюдение степенности и медлительности, свойственных взрослым людям. Подходя к Кремлю, он уже стал заботиться о том, чтобы его не затолкали, и решительно, с угрожающим видом выставил по бокам локти. Но в Троицких воротах, несмотря на всю его решительность, люди, которые, вероятно, не знали, с какой патриотической целью он шел в Кремль, так прижали его к стене, что он должен был покориться и остановиться, пока в ворота с гудящим под сводами звуком проезжали экипажи. Около Пети стояла баба с лакеем, два купца и отставной солдат. Постояв несколько времени в воротах, Петя, не дождавшись того, чтобы все экипажи проехали, прежде других хотел тронуться дальше и начал решительно работать локтями; но баба, стоявшая против него, на которую он первую направил свои локти, сердито крикнула на него:
– Что, барчук, толкаешься, видишь – все стоят. Что ж лезть то!
– Так и все полезут, – сказал лакей и, тоже начав работать локтями, затискал Петю в вонючий угол ворот.
Петя отер руками пот, покрывавший его лицо, и поправил размочившиеся от пота воротнички, которые он так хорошо, как у больших, устроил дома.
Петя чувствовал, что он имеет непрезентабельный вид, и боялся, что ежели таким он представится камергерам, то его не допустят до государя. Но оправиться и перейти в другое место не было никакой возможности от тесноты. Один из проезжавших генералов был знакомый Ростовых. Петя хотел просить его помощи, но счел, что это было бы противно мужеству. Когда все экипажи проехали, толпа хлынула и вынесла и Петю на площадь, которая была вся занята народом. Не только по площади, но на откосах, на крышах, везде был народ. Только что Петя очутился на площади, он явственно услыхал наполнявшие весь Кремль звуки колоколов и радостного народного говора.
Одно время на площади было просторнее, но вдруг все головы открылись, все бросилось еще куда то вперед. Петю сдавили так, что он не мог дышать, и все закричало: «Ура! урра! ура!Петя поднимался на цыпочки, толкался, щипался, но ничего не мог видеть, кроме народа вокруг себя.
На всех лицах было одно общее выражение умиления и восторга. Одна купчиха, стоявшая подле Пети, рыдала, и слезы текли у нее из глаз.
– Отец, ангел, батюшка! – приговаривала она, отирая пальцем слезы.
– Ура! – кричали со всех сторон. С минуту толпа простояла на одном месте; но потом опять бросилась вперед.
Петя, сам себя не помня, стиснув зубы и зверски выкатив глаза, бросился вперед, работая локтями и крича «ура!», как будто он готов был и себя и всех убить в эту минуту, но с боков его лезли точно такие же зверские лица с такими же криками «ура!».
«Так вот что такое государь! – думал Петя. – Нет, нельзя мне самому подать ему прошение, это слишком смело!Несмотря на то, он все так же отчаянно пробивался вперед, и из за спин передних ему мелькнуло пустое пространство с устланным красным сукном ходом; но в это время толпа заколебалась назад (спереди полицейские отталкивали надвинувшихся слишком близко к шествию; государь проходил из дворца в Успенский собор), и Петя неожиданно получил в бок такой удар по ребрам и так был придавлен, что вдруг в глазах его все помутилось и он потерял сознание. Когда он пришел в себя, какое то духовное лицо, с пучком седевших волос назади, в потертой синей рясе, вероятно, дьячок, одной рукой держал его под мышку, другой охранял от напиравшей толпы.
– Барчонка задавили! – говорил дьячок. – Что ж так!.. легче… задавили, задавили!
Государь прошел в Успенский собор. Толпа опять разровнялась, и дьячок вывел Петю, бледного и не дышащего, к царь пушке. Несколько лиц пожалели Петю, и вдруг вся толпа обратилась к нему, и уже вокруг него произошла давка. Те, которые стояли ближе, услуживали ему, расстегивали его сюртучок, усаживали на возвышение пушки и укоряли кого то, – тех, кто раздавил его.
– Этак до смерти раздавить можно. Что же это! Душегубство делать! Вишь, сердечный, как скатерть белый стал, – говорили голоса.
Петя скоро опомнился, краска вернулась ему в лицо, боль прошла, и за эту временную неприятность он получил место на пушке, с которой он надеялся увидать долженствующего пройти назад государя. Петя уже не думал теперь о подаче прошения. Уже только ему бы увидать его – и то он бы считал себя счастливым!
Во время службы в Успенском соборе – соединенного молебствия по случаю приезда государя и благодарственной молитвы за заключение мира с турками – толпа пораспространилась; появились покрикивающие продавцы квасу, пряников, мака, до которого был особенно охотник Петя, и послышались обыкновенные разговоры. Одна купчиха показывала свою разорванную шаль и сообщала, как дорого она была куплена; другая говорила, что нынче все шелковые материи дороги стали. Дьячок, спаситель Пети, разговаривал с чиновником о том, кто и кто служит нынче с преосвященным. Дьячок несколько раз повторял слово соборне, которого не понимал Петя. Два молодые мещанина шутили с дворовыми девушками, грызущими орехи. Все эти разговоры, в особенности шуточки с девушками, для Пети в его возрасте имевшие особенную привлекательность, все эти разговоры теперь не занимали Петю; ou сидел на своем возвышении пушки, все так же волнуясь при мысли о государе и о своей любви к нему. Совпадение чувства боли и страха, когда его сдавили, с чувством восторга еще более усилило в нем сознание важности этой минуты.
Вдруг с набережной послышались пушечные выстрелы (это стреляли в ознаменование мира с турками), и толпа стремительно бросилась к набережной – смотреть, как стреляют. Петя тоже хотел бежать туда, но дьячок, взявший под свое покровительство барчонка, не пустил его. Еще продолжались выстрелы, когда из Успенского собора выбежали офицеры, генералы, камергеры, потом уже не так поспешно вышли еще другие, опять снялись шапки с голов, и те, которые убежали смотреть пушки, бежали назад. Наконец вышли еще четверо мужчин в мундирах и лентах из дверей собора. «Ура! Ура! – опять закричала толпа.
– Который? Который? – плачущим голосом спрашивал вокруг себя Петя, но никто не отвечал ему; все были слишком увлечены, и Петя, выбрав одного из этих четырех лиц, которого он из за слез, выступивших ему от радости на глаза, не мог ясно разглядеть, сосредоточил на него весь свой восторг, хотя это был не государь, закричал «ура!неистовым голосом и решил, что завтра же, чего бы это ему ни стоило, он будет военным.
Толпа побежала за государем, проводила его до дворца и стала расходиться. Было уже поздно, и Петя ничего не ел, и пот лил с него градом; но он не уходил домой и вместе с уменьшившейся, но еще довольно большой толпой стоял перед дворцом, во время обеда государя, глядя в окна дворца, ожидая еще чего то и завидуя одинаково и сановникам, подъезжавшим к крыльцу – к обеду государя, и камер лакеям, служившим за столом и мелькавшим в окнах.
За обедом государя Валуев сказал, оглянувшись в окно:
– Народ все еще надеется увидать ваше величество.
Обед уже кончился, государь встал и, доедая бисквит, вышел на балкон. Народ, с Петей в середине, бросился к балкону.
– Ангел, отец! Ура, батюшка!.. – кричали народ и Петя, и опять бабы и некоторые мужчины послабее, в том числе и Петя, заплакали от счастия. Довольно большой обломок бисквита, который держал в руке государь, отломившись, упал на перилы балкона, с перил на землю. Ближе всех стоявший кучер в поддевке бросился к этому кусочку бисквита и схватил его. Некоторые из толпы бросились к кучеру. Заметив это, государь велел подать себе тарелку бисквитов и стал кидать бисквиты с балкона. Глаза Пети налились кровью, опасность быть задавленным еще более возбуждала его, он бросился на бисквиты. Он не знал зачем, но нужно было взять один бисквит из рук царя, и нужно было не поддаться. Он бросился и сбил с ног старушку, ловившую бисквит. Но старушка не считала себя побежденною, хотя и лежала на земле (старушка ловила бисквиты и не попадала руками). Петя коленкой отбил ее руку, схватил бисквит и, как будто боясь опоздать, опять закричал «ура!», уже охриплым голосом.
Государь ушел, и после этого большая часть народа стала расходиться.
– Вот я говорил, что еще подождать – так и вышло, – с разных сторон радостно говорили в народе.
Как ни счастлив был Петя, но ему все таки грустно было идти домой и знать, что все наслаждение этого дня кончилось. Из Кремля Петя пошел не домой, а к своему товарищу Оболенскому, которому было пятнадцать лет и который тоже поступал в полк. Вернувшись домой, он решительно и твердо объявил, что ежели его не пустят, то он убежит. И на другой день, хотя и не совсем еще сдавшись, но граф Илья Андреич поехал узнавать, как бы пристроить Петю куда нибудь побезопаснее.


15 го числа утром, на третий день после этого, у Слободского дворца стояло бесчисленное количество экипажей.
Залы были полны. В первой были дворяне в мундирах, во второй купцы с медалями, в бородах и синих кафтанах. По зале Дворянского собрания шел гул и движение. У одного большого стола, под портретом государя, сидели на стульях с высокими спинками важнейшие вельможи; но большинство дворян ходило по зале.
Все дворяне, те самые, которых каждый день видал Пьер то в клубе, то в их домах, – все были в мундирах, кто в екатерининских, кто в павловских, кто в новых александровских, кто в общем дворянском, и этот общий характер мундира придавал что то странное и фантастическое этим старым и молодым, самым разнообразным и знакомым лицам. Особенно поразительны были старики, подслеповатые, беззубые, плешивые, оплывшие желтым жиром или сморщенные, худые. Они большей частью сидели на местах и молчали, и ежели ходили и говорили, то пристроивались к кому нибудь помоложе. Так же как на лицах толпы, которую на площади видел Петя, на всех этих лицах была поразительна черта противоположности: общего ожидания чего то торжественного и обыкновенного, вчерашнего – бостонной партии, Петрушки повара, здоровья Зинаиды Дмитриевны и т. п.
Пьер, с раннего утра стянутый в неловком, сделавшемся ему узким дворянском мундире, был в залах. Он был в волнении: необыкновенное собрание не только дворянства, но и купечества – сословий, etats generaux – вызвало в нем целый ряд давно оставленных, но глубоко врезавшихся в его душе мыслей о Contrat social [Общественный договор] и французской революции. Замеченные им в воззвании слова, что государь прибудет в столицу для совещания с своим народом, утверждали его в этом взгляде. И он, полагая, что в этом смысле приближается что то важное, то, чего он ждал давно, ходил, присматривался, прислушивался к говору, но нигде не находил выражения тех мыслей, которые занимали его.
Был прочтен манифест государя, вызвавший восторг, и потом все разбрелись, разговаривая. Кроме обычных интересов, Пьер слышал толки о том, где стоять предводителям в то время, как войдет государь, когда дать бал государю, разделиться ли по уездам или всей губернией… и т. д.; но как скоро дело касалось войны и того, для чего было собрано дворянство, толки были нерешительны и неопределенны. Все больше желали слушать, чем говорить.
Один мужчина средних лет, мужественный, красивый, в отставном морском мундире, говорил в одной из зал, и около него столпились. Пьер подошел к образовавшемуся кружку около говоруна и стал прислушиваться. Граф Илья Андреич в своем екатерининском, воеводском кафтане, ходивший с приятной улыбкой между толпой, со всеми знакомый, подошел тоже к этой группе и стал слушать с своей доброй улыбкой, как он всегда слушал, в знак согласия с говорившим одобрительно кивая головой. Отставной моряк говорил очень смело; это видно было по выражению лиц, его слушавших, и по тому, что известные Пьеру за самых покорных и тихих людей неодобрительно отходили от него или противоречили. Пьер протолкался в середину кружка, прислушался и убедился, что говоривший действительно был либерал, но совсем в другом смысле, чем думал Пьер. Моряк говорил тем особенно звучным, певучим, дворянским баритоном, с приятным грассированием и сокращением согласных, тем голосом, которым покрикивают: «Чеаек, трубку!», и тому подобное. Он говорил с привычкой разгула и власти в голосе.
– Что ж, что смоляне предложили ополченцев госуаю. Разве нам смоляне указ? Ежели буародное дворянство Московской губернии найдет нужным, оно может выказать свою преданность государю импературу другими средствами. Разве мы забыли ополченье в седьмом году! Только что нажились кутейники да воры грабители…
Граф Илья Андреич, сладко улыбаясь, одобрительно кивал головой.
– И что же, разве наши ополченцы составили пользу для государства? Никакой! только разорили наши хозяйства. Лучше еще набор… а то вернется к вам ни солдат, ни мужик, и только один разврат. Дворяне не жалеют своего живота, мы сами поголовно пойдем, возьмем еще рекрут, и всем нам только клич кликни гусай (он так выговаривал государь), мы все умрем за него, – прибавил оратор одушевляясь.
Илья Андреич проглатывал слюни от удовольствия и толкал Пьера, но Пьеру захотелось также говорить. Он выдвинулся вперед, чувствуя себя одушевленным, сам не зная еще чем и сам не зная еще, что он скажет. Он только что открыл рот, чтобы говорить, как один сенатор, совершенно без зубов, с умным и сердитым лицом, стоявший близко от оратора, перебил Пьера. С видимой привычкой вести прения и держать вопросы, он заговорил тихо, но слышно:
– Я полагаю, милостивый государь, – шамкая беззубым ртом, сказал сенатор, – что мы призваны сюда не для того, чтобы обсуждать, что удобнее для государства в настоящую минуту – набор или ополчение. Мы призваны для того, чтобы отвечать на то воззвание, которым нас удостоил государь император. А судить о том, что удобнее – набор или ополчение, мы предоставим судить высшей власти…
Пьер вдруг нашел исход своему одушевлению. Он ожесточился против сенатора, вносящего эту правильность и узкость воззрений в предстоящие занятия дворянства. Пьер выступил вперед и остановил его. Он сам не знал, что он будет говорить, но начал оживленно, изредка прорываясь французскими словами и книжно выражаясь по русски.
– Извините меня, ваше превосходительство, – начал он (Пьер был хорошо знаком с этим сенатором, но считал здесь необходимым обращаться к нему официально), – хотя я не согласен с господином… (Пьер запнулся. Ему хотелось сказать mon tres honorable preopinant), [мой многоуважаемый оппонент,] – с господином… que je n'ai pas L'honneur de connaitre; [которого я не имею чести знать] но я полагаю, что сословие дворянства, кроме выражения своего сочувствия и восторга, призвано также для того, чтобы и обсудить те меры, которыми мы можем помочь отечеству. Я полагаю, – говорил он, воодушевляясь, – что государь был бы сам недоволен, ежели бы он нашел в нас только владельцев мужиков, которых мы отдаем ему, и… chair a canon [мясо для пушек], которую мы из себя делаем, но не нашел бы в нас со… со… совета.
Многие поотошли от кружка, заметив презрительную улыбку сенатора и то, что Пьер говорит вольно; только Илья Андреич был доволен речью Пьера, как он был доволен речью моряка, сенатора и вообще всегда тою речью, которую он последнею слышал.
– Я полагаю, что прежде чем обсуждать эти вопросы, – продолжал Пьер, – мы должны спросить у государя, почтительнейше просить его величество коммюникировать нам, сколько у нас войска, в каком положении находятся наши войска и армии, и тогда…
Но Пьер не успел договорить этих слов, как с трех сторон вдруг напали на него. Сильнее всех напал на него давно знакомый ему, всегда хорошо расположенный к нему игрок в бостон, Степан Степанович Апраксин. Степан Степанович был в мундире, и, от мундира ли, или от других причин, Пьер увидал перед собой совсем другого человека. Степан Степанович, с вдруг проявившейся старческой злобой на лице, закричал на Пьера:
– Во первых, доложу вам, что мы не имеем права спрашивать об этом государя, а во вторых, ежели было бы такое право у российского дворянства, то государь не может нам ответить. Войска движутся сообразно с движениями неприятеля – войска убывают и прибывают…
Другой голос человека, среднего роста, лет сорока, которого Пьер в прежние времена видал у цыган и знал за нехорошего игрока в карты и который, тоже измененный в мундире, придвинулся к Пьеру, перебил Апраксина.
– Да и не время рассуждать, – говорил голос этого дворянина, – а нужно действовать: война в России. Враг наш идет, чтобы погубить Россию, чтобы поругать могилы наших отцов, чтоб увезти жен, детей. – Дворянин ударил себя в грудь. – Мы все встанем, все поголовно пойдем, все за царя батюшку! – кричал он, выкатывая кровью налившиеся глаза. Несколько одобряющих голосов послышалось из толпы. – Мы русские и не пожалеем крови своей для защиты веры, престола и отечества. А бредни надо оставить, ежели мы сыны отечества. Мы покажем Европе, как Россия восстает за Россию, – кричал дворянин.
Пьер хотел возражать, но не мог сказать ни слова. Он чувствовал, что звук его слов, независимо от того, какую они заключали мысль, был менее слышен, чем звук слов оживленного дворянина.
Илья Андреич одобривал сзади кружка; некоторые бойко поворачивались плечом к оратору при конце фразы и говорили:
– Вот так, так! Это так!
Пьер хотел сказать, что он не прочь ни от пожертвований ни деньгами, ни мужиками, ни собой, но что надо бы знать состояние дел, чтобы помогать ему, но он не мог говорить. Много голосов кричало и говорило вместе, так что Илья Андреич не успевал кивать всем; и группа увеличивалась, распадалась, опять сходилась и двинулась вся, гудя говором, в большую залу, к большому столу. Пьеру не только не удавалось говорить, но его грубо перебивали, отталкивали, отворачивались от него, как от общего врага. Это не оттого происходило, что недовольны были смыслом его речи, – ее и забыли после большого количества речей, последовавших за ней, – но для одушевления толпы нужно было иметь ощутительный предмет любви и ощутительный предмет ненависти. Пьер сделался последним. Много ораторов говорило после оживленного дворянина, и все говорили в том же тоне. Многие говорили прекрасно и оригинально.