Знаки препинания

Поделись знанием:
(перенаправлено с «Знак препинания»)
Перейти к: навигация, поиск
,
Знаки препинания
Пунктуация
апостроф (’ ')
скобки ([ ], ( ), { }, ⟨ ⟩)
двоеточие (:)
запятая (,)
тире (, –, —, ―)
многоточие (…, ..., . . .)
восклицательный знак (!)
точка (.)
дефис ()
дефис-минус (-)
вопросительный знак (?)
кавычки („ “, « », “ ”, ‘ ’, ‹ ›)
точка с запятой (;)
Словоразделители
пробел ( ) ( ) ( )

Зна́ки препина́ния — элементы письменности, выполняющие вспомогательные функции разделения (выделения) смысловых отрезков текста, предложений, словосочетаний, слов, частей слова, указания на грамматические и логические отношения между словами, указания на коммуникативный тип предложения, его эмоциональную окраску, законченность, а также некоторые иные функции.

Знаки препинания, синтаксически оформляющие текст, облегчают его зрительное восприятие и понимание, а при воспроизведении текста вслух помогают осуществить его интонационное оформление (интонация, смысловые паузы, логические ударения).

А. П. Чехов в письме Н. А. Хлопову повествовал: «Знаки препинания, служащие нотами при чтении, расставлены у Вас, как пуговицы на мундире гоголевского городничего. Изобилие многоточий и отсутствие точек. Эти пустяки, по моему мнению, испортят Вам музыку»[1].





Типы и функции знаков препинания

В современной кириллической, латинской, арабской, еврейской, индийской письменности выделяются знаки препинания, выполняющие следующие функции:

  • выделение законченных смысловых отрезков текста — предложений — с одновременным указанием на их коммуникативный тип, эмоциональную окраску, степень законченности (точка, вопросительный и восклицательный знаки, многоточие);
  • указание на отношения между частями предложения (запятая, точка с запятой, двоеточие, тире);
  • выделение прямой речи, цитат (кавычки);
  • указание на эмоциональное отношение к отдельным словам и словосочетаниям (кавычки, вопросительный и восклицательный знаки, заключённые в скобки);
  • указание на пропуски текста (многоточие);
  • знаки сокращений слов (точка, дефис, косая черта и другие).

Знаки препинания бывают одиночными и парными. К парным знакам препинания относятся две запятые и два тире (употребляемые при обособлении частей предложения как единые знаки), скобки и кавычки.

В качестве особого знака препинания выделяется красная строка, служащая для разделения крупных смысловых отрезков текста, перехода к новой «теме» повествования, а также пробел, отделяющий слова друг от друга.

Знаки препинания в русском языке

До конца XV века тексты на русском языке писались или без промежутков между словами, или делились на нерасчленённые отрезки. Примерно в 1480-е годы появилась точка, в 1520-е — запятая. Появившаяся позднее точка с запятой вначале употреблялась также в значении знака вопроса. Следующими знаками препинания стали вопросительный и восклицательный знаки.

В «Грамматике» Мелетия Смотрицкого (1619 год) появился первый парный знак препинания — круглые скобки.

К концу XVIII века получили употребление тире (одним из первых его начал применять Николай Михайлович Карамзин), кавычки и многоточие (впервые в России употребленное этим же автором).

Роль пунктуации

В истории отечественного языкознания сложились три основных направления в оценке роли и принципов русской пунктуации: логическое, синтаксическое и интонационное. Теоретик логического, или смыслового направления, Ф. И. Буслаев, сформулировал назначение пунктуации следующим образом: «Так как посредством языка одно лицо передает свои мысли и чувствования другому, то и знаки препинания имеют двоякое назначение:

  1. способствуют ясности в изложении мыслей, отделяя одно предложение от другого или одну часть его от другой, и
  2. выражают ощущения лица говорящего и его отношение к слушающему».

Во второй половине ХХ столетия наряду с этими традиционными направлениями наметилось и коммуникативное понимание роли пунктуации — «возможность подчеркивания в письменном тексте с помощью знаков препинания коммуникативной значимости слова/группы слов». Решению коммуникативной задачи подчинена и основная функция пунктуации (традиционно понимаемой как система графических неалфавитных знаков — знаков препинания, — участвующих в переводе устной речи в письменную) — при помощи членения и графической организации письменного текста «передать читающему смысл написанного таким, каким он воспроизводится пишущим»К:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)[источник не указан 3712 дней].

История

Система знаков препинания европейских языков восходит к александрийским грамматикам III веков до н. э. (Аристофан Византийский, Аристарх, Дионисий Фракийский) и получила современный вид в конце XV века (система Альда Мануция)К:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)[источник не указан 3712 дней]. В других системах письма древности и современности знаки препинания иные. Наиболее распространены знаки словораздела (пробел во многих системах и «:» в эфиопском письме) и знаки границ предложения (вертикальная линия в индийском письме для санскрит и в тибетском, «::» в эфиопском и другие). В XX веке европейская система знаков препинания проникает в др. системы письма. Так, она полностью или с модификациями заимствована японским, китайским и корейским письмом и частично (скобки, многоточие, а в некоторых системах — вопросительные и восклицательные знаки, кавычки) проникла в тибетское, эфиопское, бирмское, тайское, лаосское, кхмерское письмо[2].

См. также

Напишите отзыв о статье "Знаки препинания"

Примечания

  1. Чехов А. П. Письмо Хлопову Н. А., 13 февраля 1888 г. Москва // Полное собрание сочинений и писем: В 30 т. Письма: В 12 т. / Тексты подгот. и примеч. сост. Н. И. Гитович, А. М. Малахова, Н. А. Роскина; Ред. второго тома Л. Д. Опульская. — М.: Наука, 1975. — Т. 2. Письма, 1887 — сентябрь 1888. — С. 199—201.
  2. Знаки препинания // Большая советская энциклопедия : [в 30 т.] / гл. ред. А. М. Прохоров. — 3-е изд. — М. : Советская энциклопедия, 1969—1978.</span>
  3. </ol>

Ссылки

  • [www.gramota.ru/spravka/rules Правила пунктуации] — на справочно-информационном портале русского языка «Грамота.ру»

Отрывок, характеризующий Знаки препинания

Невозможно это было, во первых, потому что, так как из опыта видно, что движение колонн на пяти верстах в одном сражении никогда не совпадает с планами, то вероятность того, чтобы Чичагов, Кутузов и Витгенштейн сошлись вовремя в назначенное место, была столь ничтожна, что она равнялась невозможности, как то и думал Кутузов, еще при получении плана сказавший, что диверсии на большие расстояния не приносят желаемых результатов.
Во вторых, невозможно было потому, что, для того чтобы парализировать ту силу инерции, с которой двигалось назад войско Наполеона, надо было без сравнения большие войска, чем те, которые имели русские.
В третьих, невозможно это было потому, что военное слово отрезать не имеет никакого смысла. Отрезать можно кусок хлеба, но не армию. Отрезать армию – перегородить ей дорогу – никак нельзя, ибо места кругом всегда много, где можно обойти, и есть ночь, во время которой ничего не видно, в чем могли бы убедиться военные ученые хоть из примеров Красного и Березины. Взять же в плен никак нельзя без того, чтобы тот, кого берут в плен, на это не согласился, как нельзя поймать ласточку, хотя и можно взять ее, когда она сядет на руку. Взять в плен можно того, кто сдается, как немцы, по правилам стратегии и тактики. Но французские войска совершенно справедливо не находили этого удобным, так как одинаковая голодная и холодная смерть ожидала их на бегстве и в плену.
В четвертых же, и главное, это было невозможно потому, что никогда, с тех пор как существует мир, не было войны при тех страшных условиях, при которых она происходила в 1812 году, и русские войска в преследовании французов напрягли все свои силы и не могли сделать большего, не уничтожившись сами.
В движении русской армии от Тарутина до Красного выбыло пятьдесят тысяч больными и отсталыми, то есть число, равное населению большого губернского города. Половина людей выбыла из армии без сражений.
И об этом то периоде кампании, когда войска без сапог и шуб, с неполным провиантом, без водки, по месяцам ночуют в снегу и при пятнадцати градусах мороза; когда дня только семь и восемь часов, а остальное ночь, во время которой не может быть влияния дисциплины; когда, не так как в сраженье, на несколько часов только люди вводятся в область смерти, где уже нет дисциплины, а когда люди по месяцам живут, всякую минуту борясь с смертью от голода и холода; когда в месяц погибает половина армии, – об этом то периоде кампании нам рассказывают историки, как Милорадович должен был сделать фланговый марш туда то, а Тормасов туда то и как Чичагов должен был передвинуться туда то (передвинуться выше колена в снегу), и как тот опрокинул и отрезал, и т. д., и т. д.
Русские, умиравшие наполовину, сделали все, что можно сделать и должно было сделать для достижения достойной народа цели, и не виноваты в том, что другие русские люди, сидевшие в теплых комнатах, предполагали сделать то, что было невозможно.
Все это странное, непонятное теперь противоречие факта с описанием истории происходит только оттого, что историки, писавшие об этом событии, писали историю прекрасных чувств и слов разных генералов, а не историю событий.
Для них кажутся очень занимательны слова Милорадовича, награды, которые получил тот и этот генерал, и их предположения; а вопрос о тех пятидесяти тысячах, которые остались по госпиталям и могилам, даже не интересует их, потому что не подлежит их изучению.
А между тем стоит только отвернуться от изучения рапортов и генеральных планов, а вникнуть в движение тех сотен тысяч людей, принимавших прямое, непосредственное участие в событии, и все, казавшиеся прежде неразрешимыми, вопросы вдруг с необыкновенной легкостью и простотой получают несомненное разрешение.
Цель отрезывания Наполеона с армией никогда не существовала, кроме как в воображении десятка людей. Она не могла существовать, потому что она была бессмысленна, и достижение ее было невозможно.
Цель народа была одна: очистить свою землю от нашествия. Цель эта достигалась, во первых, сама собою, так как французы бежали, и потому следовало только не останавливать это движение. Во вторых, цель эта достигалась действиями народной войны, уничтожавшей французов, и, в третьих, тем, что большая русская армия шла следом за французами, готовая употребить силу в случае остановки движения французов.
Русская армия должна была действовать, как кнут на бегущее животное. И опытный погонщик знал, что самое выгодное держать кнут поднятым, угрожая им, а не по голове стегать бегущее животное.



Когда человек видит умирающее животное, ужас охватывает его: то, что есть он сам, – сущность его, в его глазах очевидно уничтожается – перестает быть. Но когда умирающее есть человек, и человек любимый – ощущаемый, тогда, кроме ужаса перед уничтожением жизни, чувствуется разрыв и духовная рана, которая, так же как и рана физическая, иногда убивает, иногда залечивается, но всегда болит и боится внешнего раздражающего прикосновения.
После смерти князя Андрея Наташа и княжна Марья одинаково чувствовали это. Они, нравственно согнувшись и зажмурившись от грозного, нависшего над ними облака смерти, не смели взглянуть в лицо жизни. Они осторожно берегли свои открытые раны от оскорбительных, болезненных прикосновений. Все: быстро проехавший экипаж по улице, напоминание об обеде, вопрос девушки о платье, которое надо приготовить; еще хуже, слово неискреннего, слабого участия болезненно раздражало рану, казалось оскорблением и нарушало ту необходимую тишину, в которой они обе старались прислушиваться к незамолкшему еще в их воображении страшному, строгому хору, и мешало вглядываться в те таинственные бесконечные дали, которые на мгновение открылись перед ними.