Зулуленд

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Зулуленд
англ. Zululand
Страна

ЮАР

Статус

Район

Входит в

Квазулу-Натал

Включает

5 местных муниципалитетов

Административный центр

Улунди

Население (2001)

902.890 чел.

Плотность

58,99 чел./км²

Национальный состав

Цветные 0,19%
Негры {{{Негров}}}%
Белые 1,71%
Азиаты 0,08%

Площадь

15.305,79 км²

Часовой пояс

+2

[www.zululand.org.za/ Официальный сайт]
Координаты: 28°19′ ю. ш. 31°25′ в. д. / 28.317° ю. ш. 31.417° в. д. / -28.317; 31.417 (G) [www.openstreetmap.org/?mlat=-28.317&mlon=31.417&zoom=10 (O)] (Я)

Зулуленд (англ. Zululand, «Земля зулусов») — район провинции Квазулу-Натал (ЮАР). Административный центр — Улунди. Другие крупные города — Мондло, Нцочане, Нонгома.





История

Первоначально, европейские колонисты-буры использовали название «Зулуленд» для обозначения всех земель к северу от реки Тугела, которые населяли зулусы[1].

В январе 1879 года британские войска пересекли пограничную реку и совершили вторжение на территорию королевства зулусов, началась англо-зулусская война, которая продолжалась до 28 августа 1879 года. После окончания войны страна зулусов была разделена между 13 вождями, которые подчинялись британским «резидентам», однако междоусобные столкновения между вождями стали причиной новой реформы — в 1883 году территорию королевства зулусов разделили на три части[2].

В 1887 году территория бывшего королевства зулусов была аннексирована Британской империей, в результате было создано новое административно-территориальное образование — округ Зулуленд, который был включён в состав в провинции Натал[3].

Территорию Зулуленда составляло пространство между рекой Тугела и рекой Умзимкулу общей площадью 27 тыс. кв.км[4].

По состоянию на начало 1960-х годов, население Зулуленда составляло 400 тыс. человек, большинство из них были зулусами. Основным занятием населения являлось ведение сельского хозяйства и работа на трансваальских рудниках. Также на территории округа имелось несколько сахарных плантаций, несколько сахарных заводов (владельцами которых являлись англичане) и производились лесозаготовки[5].

Современное состояние

Административное деление

В настоящее время территория Зулуленда составляет 15 306 кв.км. В состав района Зулуленд входят пять местных муниципалитетов:

По данным переписи 2001 года большинство населения района говорит на языке зулу.

Напишите отзыв о статье "Зулуленд"

Примечания

  1. Ч. Т. Биннс. Динузулу. Конец династии Чаки. М., «Наука», 1978. стр.4
  2. Ч. Т. Биннс. Динузулу. Конец династии Чаки. М., «Наука», 1978. стр.10
  3. Англо-зулусская война // Африка: энциклопедический справочник (в 2-х тт.). / редколл., гл. ред. А. А. Громыко. том 1. М., «Советская энциклопедия», 1986. стр.256
  4. Зулуленд // Большая Советская Энциклопедия. / редколл., гл. ред. Б. А. Введенский. 2-е изд. Т.17. М., Государственное научное издательство «Большая Советская энциклопедия», 1952. стр.242
  5. Зулуленд // Краткая географическая энциклопедия. / редколл., гл. ред. А. А. Григорьев. т.2, М., «Советская энциклопедия», 1961


Отрывок, характеризующий Зулуленд

Но как ни хлопотали все люди, к поздней ночи еще не все могло быть уложено. Графиня заснула, и граф, отложив отъезд до утра, пошел спать.
Соня, Наташа спали, не раздеваясь, в диванной. В эту ночь еще нового раненого провозили через Поварскую, и Мавра Кузминишна, стоявшая у ворот, заворотила его к Ростовым. Раненый этот, по соображениям Мавры Кузминишны, был очень значительный человек. Его везли в коляске, совершенно закрытой фартуком и с спущенным верхом. На козлах вместе с извозчиком сидел старик, почтенный камердинер. Сзади в повозке ехали доктор и два солдата.
– Пожалуйте к нам, пожалуйте. Господа уезжают, весь дом пустой, – сказала старушка, обращаясь к старому слуге.
– Да что, – отвечал камердинер, вздыхая, – и довезти не чаем! У нас и свой дом в Москве, да далеко, да и не живет никто.
– К нам милости просим, у наших господ всего много, пожалуйте, – говорила Мавра Кузминишна. – А что, очень нездоровы? – прибавила она.
Камердинер махнул рукой.
– Не чаем довезти! У доктора спросить надо. – И камердинер сошел с козел и подошел к повозке.
– Хорошо, – сказал доктор.
Камердинер подошел опять к коляске, заглянул в нее, покачал головой, велел кучеру заворачивать на двор и остановился подле Мавры Кузминишны.
– Господи Иисусе Христе! – проговорила она.
Мавра Кузминишна предлагала внести раненого в дом.
– Господа ничего не скажут… – говорила она. Но надо было избежать подъема на лестницу, и потому раненого внесли во флигель и положили в бывшей комнате m me Schoss. Раненый этот был князь Андрей Болконский.


Наступил последний день Москвы. Была ясная веселая осенняя погода. Было воскресенье. Как и в обыкновенные воскресенья, благовестили к обедне во всех церквах. Никто, казалось, еще не мог понять того, что ожидает Москву.
Только два указателя состояния общества выражали то положение, в котором была Москва: чернь, то есть сословие бедных людей, и цены на предметы. Фабричные, дворовые и мужики огромной толпой, в которую замешались чиновники, семинаристы, дворяне, в этот день рано утром вышли на Три Горы. Постояв там и не дождавшись Растопчина и убедившись в том, что Москва будет сдана, эта толпа рассыпалась по Москве, по питейным домам и трактирам. Цены в этот день тоже указывали на положение дел. Цены на оружие, на золото, на телеги и лошадей всё шли возвышаясь, а цены на бумажки и на городские вещи всё шли уменьшаясь, так что в середине дня были случаи, что дорогие товары, как сукна, извозчики вывозили исполу, а за мужицкую лошадь платили пятьсот рублей; мебель же, зеркала, бронзы отдавали даром.
В степенном и старом доме Ростовых распадение прежних условий жизни выразилось очень слабо. В отношении людей было только то, что в ночь пропало три человека из огромной дворни; но ничего не было украдено; и в отношении цен вещей оказалось то, что тридцать подвод, пришедшие из деревень, были огромное богатство, которому многие завидовали и за которые Ростовым предлагали огромные деньги. Мало того, что за эти подводы предлагали огромные деньги, с вечера и рано утром 1 го сентября на двор к Ростовым приходили посланные денщики и слуги от раненых офицеров и притаскивались сами раненые, помещенные у Ростовых и в соседних домах, и умоляли людей Ростовых похлопотать о том, чтоб им дали подводы для выезда из Москвы. Дворецкий, к которому обращались с такими просьбами, хотя и жалел раненых, решительно отказывал, говоря, что он даже и не посмеет доложить о том графу. Как ни жалки были остающиеся раненые, было очевидно, что, отдай одну подводу, не было причины не отдать другую, все – отдать и свои экипажи. Тридцать подвод не могли спасти всех раненых, а в общем бедствии нельзя было не думать о себе и своей семье. Так думал дворецкий за своего барина.