Извинения отца

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск

«Извинения отца» (яп. 父の詫び状 тити-но вабидзё) — сборник эссе японской писательницы Мукоды Кунико, опубликованный в 1978 г. В 1986 году книга была экранизирована.  





Создание сборника и общее содержание 

Начиная с 1952 года Мукода Кунико училась сценарному мастерству под началом Итикавы Сабуро и с 60-х годов начала работать как самостоятельный сценарист телесериалов. Она создала множество хитов, среди которых, например, был знаменитый сериал «Пора!» (яп. 時間ですよ дзикан дэсу ё), и в 70-х стала самым популярным телесценаристом. В 1975 г. её госпитализировали с раком груди. Благодаря тому, что рак был выявлен на ранней стадии, Мукоду успешно прооперировали и на следующий год выписали. Однако позже выяснилось, что при операции во время переливания крови ей занесли гепатит, и в результате лечения у неё временно отнялась правая рука. 

Как раз в это время Мукоде поступил заказ на серию эссе от журнала «Гиндза хякутэн» (яп. 銀座百点). Мукоде захотелось попробовать себя в новом качестве и она приняла заказ, решившись писать левой рукой. В итоге она создала больше 20-ти эссе, основанных по большей части на своих воспоминаниях о детстве и семье. Эссе из этой серии публиковались в течение двух лет, с февраля 1976 года по июнь 1978 г., в журнале "Гиндза хякутэн". Дебют Мукоды как эссеиста был одобрительно встречен читателями, и вскорости после окончания публикаций в журнале был выпущен сборник "Извинения отца", куда вошли эссе из серии. В этом сборнике нашли яркое отражение реалии японской семьи эпохи Сёва[1], и он по сей день считается главным эссеистическим сборником Мукоды Кунико. 

Эссе, вошедшие в сборник

  • 1. 父の詫び状
  • 2. 身体髪膚
  • 3. 隣りの神様
  • 4. 記念写真
  • 5. お辞儀
  • 6. 子供たちの夜
  • 7. ストライキ
  • 8. 細長い海
  • 9. ごはん
  • 10. お軽寛平
  • 11. あだ桜
  • 12. 車中の皆様
  • 13. ねずみ花火
  • 14.チーコとグランデ
  • 15. 海苔巻の端っこ
  • 16. 学生アイス
  • 17.魚の目は泪
  • 18. 隣りの匂い
  • 19. 兎と亀
  • 20. お八つの時間
  • 21. わが拾遺集
  • 22. 昔カレー
  • 23. 鼻筋紳士録
  • 24. 薩摩揚
  • 25. 卵とわたし

Публикации

Напишите отзыв о статье "Извинения отца"

Литература

Примечания

  1. Однако по утверждению эссеиста Такадзима Тосио, семья Мукоды до войны считалась довольно обеспеченной, поэтому образ "простой довоенной семьи", как говорят о её произведениях в последние годы, является обманчивым. Вина в этом, по его словам, лежит на авторе, который создал такой миф, возможно, неосознанно. («Рождение сказки — в поисках Мукоды Кунико», Исоппуся, 2000 г. ISBN 978-4900963139)

Отрывок, характеризующий Извинения отца

– Mot d'ordre! – не отвечая, сказал часовой, загораживая дорогу.
– Quand un officier fait sa ronde, les sentinelles ne demandent pas le mot d'ordre… – крикнул Долохов, вдруг вспыхнув, наезжая лошадью на часового. – Je vous demande si le colonel est ici? [Когда офицер объезжает цепь, часовые не спрашивают отзыва… Я спрашиваю, тут ли полковник?]
И, не дожидаясь ответа от посторонившегося часового, Долохов шагом поехал в гору.
Заметив черную тень человека, переходящего через дорогу, Долохов остановил этого человека и спросил, где командир и офицеры? Человек этот, с мешком на плече, солдат, остановился, близко подошел к лошади Долохова, дотрогиваясь до нее рукою, и просто и дружелюбно рассказал, что командир и офицеры были выше на горе, с правой стороны, на дворе фермы (так он называл господскую усадьбу).
Проехав по дороге, с обеих сторон которой звучал от костров французский говор, Долохов повернул во двор господского дома. Проехав в ворота, он слез с лошади и подошел к большому пылавшему костру, вокруг которого, громко разговаривая, сидело несколько человек. В котелке с краю варилось что то, и солдат в колпаке и синей шинели, стоя на коленях, ярко освещенный огнем, мешал в нем шомполом.
– Oh, c'est un dur a cuire, [С этим чертом не сладишь.] – говорил один из офицеров, сидевших в тени с противоположной стороны костра.
– Il les fera marcher les lapins… [Он их проберет…] – со смехом сказал другой. Оба замолкли, вглядываясь в темноту на звук шагов Долохова и Пети, подходивших к костру с своими лошадьми.
– Bonjour, messieurs! [Здравствуйте, господа!] – громко, отчетливо выговорил Долохов.
Офицеры зашевелились в тени костра, и один, высокий офицер с длинной шеей, обойдя огонь, подошел к Долохову.
– C'est vous, Clement? – сказал он. – D'ou, diable… [Это вы, Клеман? Откуда, черт…] – но он не докончил, узнав свою ошибку, и, слегка нахмурившись, как с незнакомым, поздоровался с Долоховым, спрашивая его, чем он может служить. Долохов рассказал, что он с товарищем догонял свой полк, и спросил, обращаясь ко всем вообще, не знали ли офицеры чего нибудь о шестом полку. Никто ничего не знал; и Пете показалось, что офицеры враждебно и подозрительно стали осматривать его и Долохова. Несколько секунд все молчали.
– Si vous comptez sur la soupe du soir, vous venez trop tard, [Если вы рассчитываете на ужин, то вы опоздали.] – сказал с сдержанным смехом голос из за костра.
Долохов отвечал, что они сыты и что им надо в ночь же ехать дальше.
Он отдал лошадей солдату, мешавшему в котелке, и на корточках присел у костра рядом с офицером с длинной шеей. Офицер этот, не спуская глаз, смотрел на Долохова и переспросил его еще раз: какого он был полка? Долохов не отвечал, как будто не слыхал вопроса, и, закуривая коротенькую французскую трубку, которую он достал из кармана, спрашивал офицеров о том, в какой степени безопасна дорога от казаков впереди их.