Индокитайская война

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Первая Индокитайская война
Основной конфликт: Индокитайские войны

Солдат Иностранного легиона (1954)
Дата

19 декабря 194621 июля 1954

Место

Юго-Восточная Азия

Итог

Победа Демократической республики Вьетнам
Вывод французских войск из Вьетнама
Разделение Вьетнама

Противники
Французский Союз:

При поддержке:
Великобритания Великобритания
США США (с 1950)

Демократическая республика Вьетнам
Патет Лао (с 1950)
При поддержке:
СССР
КНР (с 1949)
ПНР ПНР

ГДР ГДР

Командующие
Жак Филипп Леклерк
(1945—1946)
Жан Этьен Валлюи
(1946—1948)
Рожэ Блэзо
(1948—1949)
Марсель Морис Карпантье
(1949—1950)
Жан де Латр де Тассиньи
(1950—1951)
Рауль Салан
(1952—1953)
Анри Наварр
(1953—1954)
Во Нгуен Зиап
Хо Ши Мин
Суфанувонг
Силы сторон
Французские ВС: 190000
Местные вспомогательные подразделения: 55000
Армия Государства Вьетнам: 150000
Всего: ~400000
Главные силы: 125000
Региональные силы: ~75000
Ополчение: ~250000
Всего: 450000
Потери
Франция: 75 581 погибших, 64 127 ранены, 40 000 попали в плен

Государство Вьетнам: 18 714 погибших[1][2]

175 000—500 000[2][3]
 
Индокитайские войны
Первая Индокитайская война
Дьенбьенфу
Вторая Индокитайская война
ВьетнамЛаосКамбоджа
Третья Индокитайская война
Камбоджийско-вьетнамскаяКитайско-вьетнамская (1979)
Китайско-вьетнамские столкновения (1979-1990)[vi]

Первая Индокитайская война (часто именуется просто как «Индокитайская война») — война Франции за сохранение своих колоний в Индокитае в 1946—1954 годах.

Основные события войны происходили на территории Вьетнама, где 2 сентября 1945 года, после победы на выборах в Национальное собрание, патриотическим движением «Вьетминь» была провозглашена Демократическая Республика Вьетнам. Также боевые действия велись на территории Камбоджи и Лаоса, однако здесь они не оказали значительного влияния на ход войны. В 1949 году со своей стороны Франция объявила о создании на всей территории Вьетнама так называемого «Государства Вьетнам».

В самом Вьетнаме Первая Индокитайская война известна как «Война Сопротивления» — война вьетнамских националистов и коммунистов, объединённых под эгидой военно-политического движения «Вьетминь», против французской колониальной администрации в 19451954 г.г.

Франция вела войну при поддержке со стороны местных союзников, США и Великобритании. Демократическая Республика Вьетнам вела войну при поддержке Китая и СССР. Первая Индокитайская война закончилась разделением вьетнамской территории по 17-й параллели на два независимых государства: Демократическую Республику Вьетнам (столица — Ханой) на севере и Государство Вьетнам (столица — Сайгон) на юге.





История войны

Предпосылки

После капитуляции Франции, 22 сентября 1940 года Французский Индокитай был оккупирован японскими войсками[4]. В этот период вьетнамские коммунисты предприняли несколько попыток поднять восстание: в сентябре-октябре 1940 года — в уезде Бакшон (север Вьетнама), в ноябре-декабре 1940 года — на юге Вьетнама и в январе 1941 года — в уезде Долыонг (центральный Вьетнам), которые были подавлены французскими[5] войсками. В результате, коммунистические организации в южном и центральном Вьетнаме понесли значительные потери[6].

В мае 1941 года была создана организация «Вьетминь». Первые опорные пункты Вьетминя были созданы активистами компартии Индокитая в провинции Каобанг и в уезде Бакшон провинции Лангшон. Именно здесь в конце 1941 года были сформированы первые ополченческие отряды спасения родины. Кроме того, до марта 1942 года в уезде Бакшон действовал крупный партизанский отряд[7].

Основным районом деятельности Вьетминя в 1941—1942 годы стал Вьетбак[en] — горно-лесистая местность на севере Вьетнама, примыкавшая к границе с Китаем. Здесь были созданы первые опорные базы, велось обучение кадров[8].

В ноябре 1943 года, в связи с возросшей активностью Вьетминя, японцами была предпринята масштабная карательная операция в район дислокации основных сил Вьетминя. К концу 1943 года в столкновениях с японскими силами слабовооружённые отряды Вьетминя (на вооружении партизан имелись старые кремнёвые ружья, холодное оружие и бамбуковые пики) понесли серьёзные потери[9].

В 1944 году Вьетминь контролировал провинции Лангшон, Каобанг, Баккан, Тхайнгуен, Туйенкуанг, Бакзянг и Виньйен на севере Вьетнама, где началось создание административных органов управления. 7 мая 1944 года руководство Вьетминя отдало приказ о подготовке к вооружённому восстанию[10].

В декабре 1944 года началось создание отрядов регулярной армии. 22 декабря 1944 года был создан первый отряд регулярных сил, которым командовал Во Нгуен Зяп. 24 и 25 декабря 1944 года отряд совершил первые боевые операции: были атакованы и захвачены два поста французских колониальных войск — в Нангане (вьетн. Nà Ngần) и в Файкхате (вьетн. Phai Khắt) в уезде Нгуенбинь в провинции Каобанг[11].

1945

9 марта 1945 года командование японских войск в Индокитае предъявило ультиматум французским войскам с требованием сдать оружие, а на следующий день, 10 марта 1945 года, окружив места дислокации французских сил, начало их разоружение и интернирование. Из 37 тыс. французских колониальных войск (7 тыс. французов и 30 тыс. туземных военнослужащих), находившихся в это время в Индокитае, к границе с Китаем удалось прорваться 5 тысячам. Эти события изменили соотношение сил в регионе[12].

В апреле 1945 года активизируется подготовка военных отрядов Вьетминя (которые к этому времени уже достигли 1 тыс. бойцов), было создано главное военное командование и школы для подготовки командных кадров[12].

10 апреля 1945 года вьетнамскими силами был окружён и уничтожен японский гарнизон в провинции Тхайнгуен (80 солдат)[13]. В дальнейшем ими были разгромлены или разоружены другие посты и гарнизоны японских и колониальных войск[13].

Капитуляция Японии и окончание Второй Мировой войны вновь изменило соотношение сил в Индокитае.

13 августа 1945 года Вьетминь объявил о начале восстания[12].

19 августа 1945 года силы Вьетминя заняли Ханой и в дальнейшем установили власть над большей частью территории Вьетнама, не встречая сколько-нибудь значительного сопротивления. Тем не менее, поскольку Франция стремилась восстановить свой контроль над Индокитаем, столкновение стало неизбежным.

13 сентября 1945 года в Сайгоне началась высадка английской 20-й дивизии (англ.), командир которой принял капитуляцию японских войск в Индокитае, освободил ранее интернированных японцами чиновников французской колониальной администрации и военнослужащих французских колониальных войск, передал вооружение для 1,5 тысяч французских военнослужащих. Кроме того, Дуглас Грейси объявил, что он не признаёт деятельность органов Вьетминя[14].

Кроме того, по распоряжению Грейси английские солдаты взяли под охрану ряд ключевых объектов в Сайгоне, заменив ранее находившиеся здесь отряды Вьетминя. Несколько дней спустя англичане передали контроль над этими объектами французам[15].

22 сентября 1945 года французские вооружённые подразделения при содействии со стороны военнослужащих 20-й английской дивизии атаковали вьетнамские силы в Сайгоне и захватили административные здания[14].

В дальнейшем на территорию Вьетнама к северу от 16-й параллели выдвинулся 200-тысячный экспедиционный корпус гоминьдана[14][16]

1946

28 февраля 1946 года подразделения гоминьдана начали отход из Индокитая[16]

6 марта 1946 года Франция признала независимость Демократической республики Вьетнам в составе Индокитайской федерации и Французского союза[17].

В конце марта 1946 года британские войска покинули Индокитай (за исключением одной роты, оставленной для охраны союзной миссии в Сайгоне), но последние шесть британских солдат во Вьетнаме погибли в июне 1946 года, когда подразделение британской армии попало в засаду партизан[18]

20 ноября 1946 года в порту Хайфон с французского военного корабля была обстреляна вьетнамская лодка. 21 ноября французское командование направило руководству Вьетминя ультиматум с требованием очистить от своего присутствия Хайфон. После невыполнения этих условий, 23 ноября 1946 года французские военные корабли начали массированный обстрел города, в результате которого погибли по меньшей мере шесть тысяч жителей Хайфона[19][20]. Есть и иные оценки: 2000 человек[21] или, по данным председателя муниципального комитета Хайфона Ву Нгок Уя (1981) — от 500 до 1000 человек[22].

Ход войны

1946—1947

В декабре 1946 года руководство Вьетминя приняло решение о переходе к стратегии продолжительной народной войны, направленной на истощение сил противника[23].

19 декабря 1946 года французское командование потребовало разоружения сил Вьетминя в Хайфоне. Используя большой перевес в вооружении, французские войска выбили вьетнамских коммунистов из крупных населённых пунктов Вьетнама.

19 декабря 1946 года французские силы атаковали Ханой, бои в городе продолжались до февраля 1947 года.

В январе-феврале 1947 года вьетнамские силы в течение нескольких недель блокировали Хюэ, предприняли несколько атак, но были вынуждены с потерями отступить[24].

К концу марта 1947 года французы контролировали основные города, дороги, связывавшие их между собой и прибрежную территорию. Основным опорным пунктом коммунистов вновь стал Вьетбак[en].

7 октября 1947 года французские силы начали наступление с целью разгромить этот партизанский район, однако их действия оказались безуспешными и привели, главным образом, к износу военной техники и снижению боевого духа солдат[23]. В то же время Вьетминь накапливал военные силы и совершенствовал их структуру, приводя её к обычной для регулярных войск.

1948—1949

В марте 1949 года было провозглашено создание Государства Вьетнам[23].

Осенью 1949 года силы Вьетминя впервые перешли в наступление, они разгромили гарнизоны в городах Донгкхе и Тхаткхе[23].

К концу 1949 года силы Вьетминя насчитывали около 40 тыс. бойцов (в том числе две пехотные дивизии и несколько отдельных полков регулярных сил, организованных по армейскому образцу)[23].

1950—1951

В сентябре 1950 года Вьетминь уничтожил несколько французских гарнизонов в районе китайской границы. Французские войска при этом потеряли около шести тысяч человек.

В бою под Каобангом 9 октября 1950 года французские силы потерпели ещё одно сокрушительное поражение. Французы потеряли 7 тысяч человек убитыми и ранеными, 500 военных машин, 125 миномётов, 13 гаубиц, 3 броневзвода и 9000 единиц стрелкового оружия. 21 октября 1950 года французские войска были вынуждены оставить большую часть Северного Вьетнама и перейти к обороне. В декабре 1950 года французские войска начинают строительство укреплений в дельте реки Ка[24][25].

22 декабря 1950 года Франция признала суверенитет Вьетнама в рамках Французского союза[24].

В 1950 г. во Вьетнам, на помощь французам, прибыли первые 35 американских военных советников. К 1952 г. их количество выросло до двухсот.

С января по июнь 1951 года силы Вьетминя под командованием генерала Во Нгуен Зяпа предприняли Всеобщее контрнаступление, закончившееся провалом. В трёх крупных сражениях вьетнамские силы были разгромлены колониальными войсками, потеряв 20 тысяч человек[26].

В марте 1951 года был создан Объединенный фронт народов Индокитая[23].

1952 год

Весной 1952 года колониальные войска перешли к обороне и укрепились в наиболее экономически важных пунктах северного Вьетнама. Южный Вьетнам в это время оставался относительно спокойным для французов местом. Вьетнамцы, будучи по итогам 1951 года уверены в своём военном преимуществе, предприняли ряд безуспешных наступлений на позиции французов. Эти сражения привели к большим потерям нападавших от тяжёлого вооружения французов (напалм, тяжёлая артиллерия, речные и морские боевые корабли).

В конце 1952 года французы предприняли наступательную операцию и захватили городок Хоабинь, расположенный в сорока километрах от линии оборонительных рубежей. Но в начале 1953 года в связи с проблемами снабжения войск (вьетнамцы блокировали дорогу и речной путь, сбивали транспортные самолёты противника) гарнизон пришлось эвакуировать с большими потерями. Осенью 1952 года Вьетминь предпринял наступление на редкие укрепления французов вдоль западной границы Вьетнама. Колониальные войска безуспешно пытались отвлечь внимание вьетнамцев от этих укреплений наступлением на базы снабжения во Вьетбаке. Сил для проведения эффективной наступательной операции у французов было мало, и им пришлось отступить, не добившись поставленных задач.

1953—1954

В результате проведения в начале 1953 года крупнейшей за всю войну военно-морской операции, французские силы захватили крупную базу вьетнамцев на берегу бухты Куинён[24].

Весной 1953 года войска вьетнамских коммунистов вторглись в соседний Лаос, уничтожая французские колониальные и лаосские гарнизоны. Эта операция вскрыла слабое место французских колониальных сил. С одной стороны, французы пытались защитить Лаос, с другой — военные базы в районе Ханоя не могли оказать существенной помощи атакуемым. Чтобы вернуть утраченную инициативу и защитить Лаос от вьетнамских коммунистов, в конце 1953 года французские войска высадили в населённый пункт Дьенбьенфу свыше 10 тысяч солдат, впоследствии их количество было увеличено до 15 тысяч[27]. Целью гарнизона было препятствовать работе системы снабжения войск Вьетминя в северном Лаосе. Параллельно намечалась операция по борьбе с партизанами в центральном Вьетнаме.

В конце 1953 года численность французских сил в Индокитае составляла 190 тыс. военнослужащих французской армии и Иностранного легиона, а также 150 тыс. военнослужащих баодаевской армии. Общая численность сил коммунистов оценивалась в 425 тыс. солдат и партизан, однако на стороне Франции было превосходство в тяжелом вооружении, технике и авиации[28].

4 декабря 1953 года правительство ДРВ приняло закон об аграрной реформе, в соответствии с которым упразднялось право собственности на землю, установленные колониальными властями, а земли, принадлежавшие французам и их сторонникам, подлежали конфискации и перераспределению. Только в период до окончания войны в 11 провинциях южного и центрального Вьетнама 311 тыс. безземельных вьетнамских крестьян получили 227 тыс. гектаров земли. Проведение земельной реформы увеличило поддержку правительства ДРВ среди крестьян[29].

20 января 1954 года французские войска начали наступательную операцию «Атланте», в основном силами вьетнамских профранцузских формирований; воевали они плохо, несли большие потери в боях и вследствие дезертирства, и до середины марта, несмотря на переброску подкреплений, никаких положительных сдвигов в Аннаме не было достигнуто.

6-7 марта 1954 года вьетнамские диверсанты уничтожили 78 французских самолётов на аэродромах Гиа-Лам и Кат-Би в Тонкинской долине. Из строя была выведена половина транспортной авиации, имевшейся у военного командования Франции в Индокитае, в результате вместо 200 тонн грузов в день окружённая группировка в Дьенбьенфу начала получать не более 120 тонн грузов в день[30].

В декабре 1953 — январе 1954 года Вьетминь сконцентрировал около Дьенбьенфу четыре дивизии, тогда как французы ожидали максимум две. При этом военные действия малой интенсивности шли в центральном Вьетнаме и в Лаосе; инициатива на этих театрах военных действий принадлежала вьетнамским коммунистам, целью операций являлось отвлечение французских сил от гарнизона Дьенбьенфу. Для снабжения своих сил партизаны прорубили новую 100-километровую трассу через джунгли и соорудили в 55 км от точки приложения сил перевалочную базу. Было мобилизовано 100 тыс. кули, перенесших за время кампании одного риса 20 тыс. тонн. При этом французское снабжение по воздуху Дьенбьенфу было недостаточным для гарнизона. Преимущество вьетнамских партизан в числе и снабжении около Дьенбьенфу позволило им выиграть решающую битву против французских войск.

Сражение за Дьенбьенфу продолжалось 54 дня, с 13 марта по 7 мая 1954 года, в результате французский гарнизон капитулировал (в день капитуляции сдались 10 863 военнослужащих)[31]

Результаты

По результатам переговоров, прошедших после поражения французов под Дьенбьенфу, французские войска покинули Индокитай, а Вьетнам временно разделялся на две части по 17-й параллели (где создавалась демилитаризованная зона), с перегруппировкой Вьетнамской народной армии на север и сил Французского Союза на юг. Затем, в июле 1956 года, предполагалось проведение свободных выборов в обеих частях страны с целью определения будущего политического режима и воссоединения страны.

Военные расходы Франции на ведение войны в Индокитае (включая военную помощь США) составили свыше 3270 млрд. франков[32].

Характеристики войны

Иностранная военная поддержка Франции

Великобритания

Великобритания начала поставки вооружения, снаряжения и военного имущества для французских войск в Индокитае уже осенью 1945 года, общая стоимость поставленного вооружения составила 17,5 млн фунтов стерлингов[14]. В общей сложности, англичане передали французским силам в Индокитае 12 тыс. единиц стрелкового оружия[33].

США

Правительство Франции получило от США значительные объёмы военной, материальной и финансовой помощи для ведения войны в Индокитае. В конце 1949 года между Францией и США было подписано соглашение о военной помощи («Mutual Defense Assistance Act»).

Уже в начале мая 1950 года по программе военной помощи США направили грузовики, самолёты и средства связи для французских войск в Индокитае, в это же время было достигнуто соглашение о поставке из США в Индокитай лёгких танков[34].

В июне 1950 года в Сайгон прибыла американская военная миссия MAAG (Military Aid Advisory Group)[35], численность которой первоначально составляла 80 граждан США, но вскоре была увеличена[36]. 29 июня 1950 года из США были отправлены первые 8 военно-транспортных самолётов с грузом оружия для французской армии в Индокитае[37]

29 января 1952 года было объявлено о том, что в Индокитай из США прибыло 100-е судно с грузом военного назначения для французских войск, и общий объём грузов, доставленных в Индокитай из США по программе военной помощи в период с августа 1950 года, превысил 100 тыс. тонн[38].

28 мая 1952 года было объявлено о том, что в Индокитай из США прибыло 150-е судно с грузом военного назначения для французских войск[39].

13 июля 1952 года французские власти объявили о том, что полученная из США военная помощь теперь составляет 40 % от объёма всех поставок для французских войск в Индокитае[40].

В 1953 году американская помощь Франции возросла до 385 млн долларов (что составляло 60 % военных расходов Франции в Индокитае). Поставки американского вооружения французскому экспедиционному корпусу в 1953 году достигли 25 тысяч тонн в месяц[14]. В 1954 году военная помощь США составляла 80 % военных расходов Франции в Индокитае[23].

  • в частности, в сентябре 1953 года США передали Франции авианосец CVL-24 «Belleau Wood», который принимал участие в боевых действиях в Индокитае.

Только по данным из открытой американской печати, в период с 1950 года до 28 марта 1954 года США передали Франции 360 военных самолётов, 390 военных кораблей, 1400 танков, бронемашин и иной бронетехники, 175 тыс. единиц стрелкового оружия, а в январе 1954 года — направили в Индокитай 250 специалистов ВВС США для обслуживания самолётов американского производства, а 11 марта 1954 года из Гонконга в Сайгон прибыли 24 пилота для управления самолётами C-119[41].

В дальнейшем, получение военной помощи продолжалось: 23 марта 1954 года начальник французского генерального штаба генерал Эли заключил в Вашингтоне договор на поставку из США во французский Индокитай 25 бомбардировщиков B-26[42], 8 апреля 1954 года в Индокитай прибыли первые из 25 бомбардировщиков B-26[43], переданные США для французских войск в Индокитае, а также транспортные самолёты DC-3 «дакота», переброшенные с базы на Филиппинах[44].

18 апреля 1954 года американский авианосец «USS Saipan» доставил в порт Дананг 25 самолётов AU-1 «Corsair» для авиации ВМС Франции[45].

20 апреля 1954 года министр обороны США Вильсон сообщил, что по просьбе правительства Франции транспортные самолёты ВВС США начали переброску дополнительных подразделений французской армии из Франции в Индокитай[46].

Американские пилоты, нанятые компанией «Civil Air Transport» (фактическим владельцем которой являлось ЦРУ США) осуществляли снабжение окружённого в Дьенбьенфу французского гарнизона. В ходе этой операции, получившей название «Operation SQUAW II», в период с 13 марта до 6 мая 1954 года самолёты с американскими экипажами совершили 682 самолёто-вылетов в район Дьенбьенфу[47]. В ходе операции были убиты два американских пилота[48].

2 октября 1954 года было объявлено, что объём помощи, которую США предоставили Франции на ведение войны в Индокитае, составил 700 млн долларов США[49]

Отражение в культуре и искусстве

События и участники войны в Индокитае отражены в культуре и искусстве Вьетнама и других стран мира.

В кино

Тема Первой Индокитайской войны затрагивается в фильмах разных стран:

и др.

В компьютерных играх

  • «7 5 54» — вьетнамская компьютерная игра о событиях Первой Индокитайской войны.

Напишите отзыв о статье "Индокитайская война"

Примечания

  1. Spencer Tucker, Encyclopedia of the Vietnam War (1998)К:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)[источник не указан 2558 дней]
  2. 1 2 Clodfelter, Michael, Vietnam in Military Statistics (1995)К:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)[источник не указан 2558 дней]
  3. T. Lomperis, From People’s War to People’s Rule (1996)К:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)[источник не указан 2558 дней]
  4. The New Encyclopedia Britannica. 15th edition. Macropedia. Vol.27. Chicago, 1994. p.789-790
  5. Truong, Truong V. Vietnam War: The New Legion, Volume 1. Victoria BC: Trafford. 2010. p.355
  6. Всемирная история / редколл., отв. ред. В. П. Курасов. том 10. М., «Мысль», 1965. стр.164
  7. История Второй Мировой войны 1939—1945 (в 12 томах) / редколл., гл. ред. А. А. Гречко. том 4. М., Воениздат, 1975. стр.468
  8. История Второй Мировой войны 1939—1945 (в 12 томах) / редколл., гл. ред. А. А. Гречко. том 5. М., Воениздат, 1975. стр.237
  9. История Второй Мировой войны 1939—1945 (в 12 томах) / редколл., гл. ред. А. А. Гречко. том 7. М., Воениздат, 1976. стр.463
  10. История Второй Мировой войны 1939—1945 (в 12 томах) / редколл., гл. ред. А. А. Гречко. том 8. М., Воениздат, 1977. стр.303-305
  11. История Второй Мировой войны 1939—1945 (в 12 томах) / редколл., гл. ред. А. А. Гречко. том 9. М., Воениздат, 1978. стр.327
  12. 1 2 3 История Второй Мировой войны 1939—1945 (в 12 томах) / редколл., гл. ред. А. А. Гречко. Т. 11. — М.: Воениздат, 1980. — С. 109—114
  13. 1 2 [indochine54.free.fr/vm/early.html Early Days: The Development of the Viet Minh Military Machine]
  14. 1 2 3 4 5 История Второй Мировой войны 1939—1945 (в 12 томах) / редколл., гл. ред. А. А. Гречко. Т. 11. — М.: Воениздат, 1980. — С. 392.
  15. Dennis J. Duncanson. General Gracey and the Vietminh // Journal of the Royal Central Asian Society Vol. 55, № 3 (October 1968), p. 296
  16. 1 2 Larry H. Addington. America’s war in Vietnam: a short narrative history. Indiana University Press. 2000. p.30.
  17. Р. Эрнест Дюпюи, Тревор Н. Дюпюи. Всемирная история войн (в 4-х тт.). Книга 4 (1925—1997). СПб., М., «Полигон — АСТ», 1998. стр.623
  18. Peter Dennis. Troubled Days of Peace. New York: St. Martin’s, 1987. p. 173
  19. The New Encyclopedia Britannica. 15th edition. Micropedia. Vol.12. Chicago, 1994. p.359-360
  20. Barnet, Richard J. Intervention and Revolution: The United States in the Third World. World Publishing. 1968 стр.185 ISBN 0-529-02014-9.
  21. John Prados. The Smaller Dragon Strikes // MHQ: The Quarterly Journal of Military History. August 2007, Volume 20, Number 1 стр.50.
  22. The Encyclopedia of the Vietnam War. A Political, Social, and Military History. — ABC-CLIO, 2011. — P. 444
  23. 1 2 3 4 5 6 7 Советская военная энциклопедия. / ред. Н. В. Огарков. том 5. М., Воениздат, 1978. стр.544-545
  24. 1 2 3 4 Р. Эрнест Дюпюи, Тревор Н. Дюпюи. Всемирная история войн (в 4-х тт.). Книга 4 (1925—1997). СПб., М., «Полигон — АСТ», 1998. стр.625
  25. Thi, Lam Quang, Hell in An Loc, The 1972 Easter Invasion and the Battle that Saved South Viet Nam, University of North Texas Press, Denton, Texas, 2009. стр.9
  26. Дэвидсон Ф. Война во Вьетнаме (1946—1975). — М.: Изографус, Эксмо, 2002. — С. 113—130.
  27. Р. Эрнест Дюпюи, Тревор Н. Дюпюи. Всемирная история войн (в 4-х тт.). Книга 4 (1925—1997). СПб., М., «Полигон — АСТ», 1998. стр.626-627
  28. Сергей Балмасов. Дьен-Бьен-Фу: подвиг и Голгофа французского Иностранного легиона // журнал «Солдат удачи», № 12 (111), декабрь 2003. стр.37-40
  29. Е. П. Глазунов, М. П. Исаев. Страны Индокитая: путь борьбы и победы. М., «Мысль», 1984. стр.27, 29
  30. Сергей Балмасов. Дьен-Бьен-Фу: подвиг и Голгофа французского Иностранного легиона // журнал «Солдат удачи», № 1 (112), январь 2004. стр.35-39
  31. Дьенбьенфу // Большая Российская Энциклопедия / редколл., гл. ред. Ю. С. Осипов. том 9. М., «Научное издание „Большая российская энциклопедия“», 2007. стр.461
  32. Р. Эрнест Дюпюи, Тревор Н. Дюпюи. Всемирная история войн (в 4-х тт.). Книга 4 (1925—1997). СПб., М., «Полигон — АСТ», 1998. стр.627
  33. R. Shaplen. The Lost Revolution: The U.S. in Vietnam, 1946—1966. New York, Harper Colophon Books, 1966. page 6-7
  34. Trucks ahd planes due for Indo-China; U.S. aid officials state small tanks suitable for guerrilla war will also be sent // «The New York Times» от 9 мая 1950
  35. Ильинский М. М. [militera.lib.ru/research/ilyinsky_mm/02.html Индокитай: Пепел четырёх войн (1939—1979 гг.).] — М.: Вече, 2000.
  36. Richard W. Stewart. Deepening Involvement 1945—1965. Washington, United States Army Center of Military History, 2012. page 10-11
  37. «On June 29, 1950, eight military transport planes flew to Vietnam delivering weapons to the beleaguered French army, the first direct American military aid to the anticommunist cause in Vietnam… Over the next few years the United States would provide $ 3 billion in aid to the French in Vietnam, funding 80 percent of their war effort»
    Maurice Isserman. Vietnam War. — Facts On File Inc., 2003. — P. 33.
  38. U.S. aid to Vietnam now 100,000 tons; 100th ship with equipment for forces fighting Vietminh unloads in Indo-China // «The New York Times» от 29 января 1952
  39. «The recent heavy flow of United States military aid to Indo-China was emphasized here today by a ceremony that marked the arrival the 150th shipload of United States military supplies to reach an Indo-Chinese port.»
    Tillman Durdin. Indo-Chinese get 50th U.S. aid cargo; French and Vietnam leaders voice gratitude for arms help at dock ceremony // «The New York Times» от 29 мая 1952. page 4
  40. «Jean Letourneau, French Resident Minister for the Associated States of Indo-China, said today that United States military aid to the French Union forces in Indo-China now amounted to 40 per cent of the total material supplies in the Indo- China war against the Vietminh forces.»
    French say U.S. aid in Indo-China is up; Letourneau declares figure is 40 % of total supplies in war against Vietminh // «The New York Times» от 13 июля 1952. page 2
  41. В. Рогов. Вмешательство США ведёт к расширению войны в Индо-Китае // «Известия», № 75 (11454) от 28 марта 1954. стр.4
  42. США усиливают вмешательство в войну в Индо-Китае // «Известия», № 71 (11450) от 24 марта 1954. стр.4
  43. Прибытие американских бомбардировщиков в Индо-Китай // «Известия», № 84 (11463) от 9 апреля 1954. стр.4
  44. Французские газеты о американском вмешательстве в военные действия в Индо-Китае // «Известия», № 85 (11463) от 10 апреля 1954. стр.4
  45. [www.ninesisters.com/saipan-images5.htm USS Saipan (CVL-48) Delivers Aircraft to Da Nang, Indochina (Vietnam)]
  46. Вмешательство США в войну в Индо-Китае // «Известия», № 95 (11474) от 22 апреля 1954. стр.10
  47. [www.air-america.org/News/CAT_Pilots_Receive_French_Award.shtml CAT PILOTS TO BE HONORED BY FRANCE] // «Air America»
  48. «The men were serving as civilian employees of Civil Air Transport, an airline whose undeclared owner was the CIA. … The pilots of Civil Air Transport flew a variety of deeply covert and often hazardous missions for the CIA … One of their many missions was to drop supplies to outnumbered and outgunned French soldiers in the valley of Dien Bien Phu. … Two of the 37 pilots, James B. McGovern and Wallace A. Buford, were killed in action»
    [ambafrance-us.org/IMG/pdf/nff/NFF0502.pdf U.S. pilots honored for Indochina Service] // «News from France» от 2 марта 2005
  49. U.S. aid in Indochina will total $700,000,000 // «The New York Times» от 2 октября 1954

Ссылки

  • На Викискладе есть медиафайлы по теме Индокитайская война
  • [www.documen.tv/asset/Vietnam_Guerre_1_film.html VIÊTNAM: La première Guerre 1945—1954 (1)] 52' Documentary (фр.)
  • [www.documen.tv/asset/Vietnam_Guerre_2_film.html VIÊTNAM: La première Guerre 1945—1954 (2)] 52' Documentary (фр.)
  • [www.airwar.ru/history/locwar/vietnam/france/france.html Французская авиация в Индокитае]

См. также

Отрывок, характеризующий Индокитайская война

Но эти слова звучали жалобным, отчаянным криком и мольбой о прощении. Как только Ростов услыхал этот звук голоса, с души его свалился огромный камень сомнения. Он почувствовал радость и в то же мгновение ему стало жалко несчастного, стоявшего перед ним человека; но надо было до конца довести начатое дело.
– Здесь люди Бог знает что могут подумать, – бормотал Телянин, схватывая фуражку и направляясь в небольшую пустую комнату, – надо объясниться…
– Я это знаю, и я это докажу, – сказал Ростов.
– Я…
Испуганное, бледное лицо Телянина начало дрожать всеми мускулами; глаза всё так же бегали, но где то внизу, не поднимаясь до лица Ростова, и послышались всхлипыванья.
– Граф!… не губите молодого человека… вот эти несчастные деньги, возьмите их… – Он бросил их на стол. – У меня отец старик, мать!…
Ростов взял деньги, избегая взгляда Телянина, и, не говоря ни слова, пошел из комнаты. Но у двери он остановился и вернулся назад. – Боже мой, – сказал он со слезами на глазах, – как вы могли это сделать?
– Граф, – сказал Телянин, приближаясь к юнкеру.
– Не трогайте меня, – проговорил Ростов, отстраняясь. – Ежели вам нужда, возьмите эти деньги. – Он швырнул ему кошелек и выбежал из трактира.


Вечером того же дня на квартире Денисова шел оживленный разговор офицеров эскадрона.
– А я говорю вам, Ростов, что вам надо извиниться перед полковым командиром, – говорил, обращаясь к пунцово красному, взволнованному Ростову, высокий штаб ротмистр, с седеющими волосами, огромными усами и крупными чертами морщинистого лица.
Штаб ротмистр Кирстен был два раза разжалован в солдаты зa дела чести и два раза выслуживался.
– Я никому не позволю себе говорить, что я лгу! – вскрикнул Ростов. – Он сказал мне, что я лгу, а я сказал ему, что он лжет. Так с тем и останется. На дежурство может меня назначать хоть каждый день и под арест сажать, а извиняться меня никто не заставит, потому что ежели он, как полковой командир, считает недостойным себя дать мне удовлетворение, так…
– Да вы постойте, батюшка; вы послушайте меня, – перебил штаб ротмистр своим басистым голосом, спокойно разглаживая свои длинные усы. – Вы при других офицерах говорите полковому командиру, что офицер украл…
– Я не виноват, что разговор зашел при других офицерах. Может быть, не надо было говорить при них, да я не дипломат. Я затем в гусары и пошел, думал, что здесь не нужно тонкостей, а он мне говорит, что я лгу… так пусть даст мне удовлетворение…
– Это всё хорошо, никто не думает, что вы трус, да не в том дело. Спросите у Денисова, похоже это на что нибудь, чтобы юнкер требовал удовлетворения у полкового командира?
Денисов, закусив ус, с мрачным видом слушал разговор, видимо не желая вступаться в него. На вопрос штаб ротмистра он отрицательно покачал головой.
– Вы при офицерах говорите полковому командиру про эту пакость, – продолжал штаб ротмистр. – Богданыч (Богданычем называли полкового командира) вас осадил.
– Не осадил, а сказал, что я неправду говорю.
– Ну да, и вы наговорили ему глупостей, и надо извиниться.
– Ни за что! – крикнул Ростов.
– Не думал я этого от вас, – серьезно и строго сказал штаб ротмистр. – Вы не хотите извиниться, а вы, батюшка, не только перед ним, а перед всем полком, перед всеми нами, вы кругом виноваты. А вот как: кабы вы подумали да посоветовались, как обойтись с этим делом, а то вы прямо, да при офицерах, и бухнули. Что теперь делать полковому командиру? Надо отдать под суд офицера и замарать весь полк? Из за одного негодяя весь полк осрамить? Так, что ли, по вашему? А по нашему, не так. И Богданыч молодец, он вам сказал, что вы неправду говорите. Неприятно, да что делать, батюшка, сами наскочили. А теперь, как дело хотят замять, так вы из за фанаберии какой то не хотите извиниться, а хотите всё рассказать. Вам обидно, что вы подежурите, да что вам извиниться перед старым и честным офицером! Какой бы там ни был Богданыч, а всё честный и храбрый, старый полковник, так вам обидно; а замарать полк вам ничего? – Голос штаб ротмистра начинал дрожать. – Вы, батюшка, в полку без году неделя; нынче здесь, завтра перешли куда в адъютантики; вам наплевать, что говорить будут: «между павлоградскими офицерами воры!» А нам не всё равно. Так, что ли, Денисов? Не всё равно?
Денисов всё молчал и не шевелился, изредка взглядывая своими блестящими, черными глазами на Ростова.
– Вам своя фанаберия дорога, извиниться не хочется, – продолжал штаб ротмистр, – а нам, старикам, как мы выросли, да и умереть, Бог даст, приведется в полку, так нам честь полка дорога, и Богданыч это знает. Ох, как дорога, батюшка! А это нехорошо, нехорошо! Там обижайтесь или нет, а я всегда правду матку скажу. Нехорошо!
И штаб ротмистр встал и отвернулся от Ростова.
– Пг'авда, чог'т возьми! – закричал, вскакивая, Денисов. – Ну, Г'остов! Ну!
Ростов, краснея и бледнея, смотрел то на одного, то на другого офицера.
– Нет, господа, нет… вы не думайте… я очень понимаю, вы напрасно обо мне думаете так… я… для меня… я за честь полка.да что? это на деле я покажу, и для меня честь знамени…ну, всё равно, правда, я виноват!.. – Слезы стояли у него в глазах. – Я виноват, кругом виноват!… Ну, что вам еще?…
– Вот это так, граф, – поворачиваясь, крикнул штаб ротмистр, ударяя его большою рукою по плечу.
– Я тебе говог'ю, – закричал Денисов, – он малый славный.
– Так то лучше, граф, – повторил штаб ротмистр, как будто за его признание начиная величать его титулом. – Подите и извинитесь, ваше сиятельство, да с.
– Господа, всё сделаю, никто от меня слова не услышит, – умоляющим голосом проговорил Ростов, – но извиняться не могу, ей Богу, не могу, как хотите! Как я буду извиняться, точно маленький, прощенья просить?
Денисов засмеялся.
– Вам же хуже. Богданыч злопамятен, поплатитесь за упрямство, – сказал Кирстен.
– Ей Богу, не упрямство! Я не могу вам описать, какое чувство, не могу…
– Ну, ваша воля, – сказал штаб ротмистр. – Что ж, мерзавец то этот куда делся? – спросил он у Денисова.
– Сказался больным, завтг'а велено пг'иказом исключить, – проговорил Денисов.
– Это болезнь, иначе нельзя объяснить, – сказал штаб ротмистр.
– Уж там болезнь не болезнь, а не попадайся он мне на глаза – убью! – кровожадно прокричал Денисов.
В комнату вошел Жерков.
– Ты как? – обратились вдруг офицеры к вошедшему.
– Поход, господа. Мак в плен сдался и с армией, совсем.
– Врешь!
– Сам видел.
– Как? Мака живого видел? с руками, с ногами?
– Поход! Поход! Дать ему бутылку за такую новость. Ты как же сюда попал?
– Опять в полк выслали, за чорта, за Мака. Австрийской генерал пожаловался. Я его поздравил с приездом Мака…Ты что, Ростов, точно из бани?
– Тут, брат, у нас, такая каша второй день.
Вошел полковой адъютант и подтвердил известие, привезенное Жерковым. На завтра велено было выступать.
– Поход, господа!
– Ну, и слава Богу, засиделись.


Кутузов отступил к Вене, уничтожая за собой мосты на реках Инне (в Браунау) и Трауне (в Линце). 23 го октября .русские войска переходили реку Энс. Русские обозы, артиллерия и колонны войск в середине дня тянулись через город Энс, по сю и по ту сторону моста.
День был теплый, осенний и дождливый. Пространная перспектива, раскрывавшаяся с возвышения, где стояли русские батареи, защищавшие мост, то вдруг затягивалась кисейным занавесом косого дождя, то вдруг расширялась, и при свете солнца далеко и ясно становились видны предметы, точно покрытые лаком. Виднелся городок под ногами с своими белыми домами и красными крышами, собором и мостом, по обеим сторонам которого, толпясь, лилися массы русских войск. Виднелись на повороте Дуная суда, и остров, и замок с парком, окруженный водами впадения Энса в Дунай, виднелся левый скалистый и покрытый сосновым лесом берег Дуная с таинственною далью зеленых вершин и голубеющими ущельями. Виднелись башни монастыря, выдававшегося из за соснового, казавшегося нетронутым, дикого леса; далеко впереди на горе, по ту сторону Энса, виднелись разъезды неприятеля.
Между орудиями, на высоте, стояли спереди начальник ариергарда генерал с свитским офицером, рассматривая в трубу местность. Несколько позади сидел на хоботе орудия Несвицкий, посланный от главнокомандующего к ариергарду.
Казак, сопутствовавший Несвицкому, подал сумочку и фляжку, и Несвицкий угощал офицеров пирожками и настоящим доппелькюмелем. Офицеры радостно окружали его, кто на коленах, кто сидя по турецки на мокрой траве.
– Да, не дурак был этот австрийский князь, что тут замок выстроил. Славное место. Что же вы не едите, господа? – говорил Несвицкий.
– Покорно благодарю, князь, – отвечал один из офицеров, с удовольствием разговаривая с таким важным штабным чиновником. – Прекрасное место. Мы мимо самого парка проходили, двух оленей видели, и дом какой чудесный!
– Посмотрите, князь, – сказал другой, которому очень хотелось взять еще пирожок, но совестно было, и который поэтому притворялся, что он оглядывает местность, – посмотрите ка, уж забрались туда наши пехотные. Вон там, на лужку, за деревней, трое тащут что то. .Они проберут этот дворец, – сказал он с видимым одобрением.
– И то, и то, – сказал Несвицкий. – Нет, а чего бы я желал, – прибавил он, прожевывая пирожок в своем красивом влажном рте, – так это вон туда забраться.
Он указывал на монастырь с башнями, видневшийся на горе. Он улыбнулся, глаза его сузились и засветились.
– А ведь хорошо бы, господа!
Офицеры засмеялись.
– Хоть бы попугать этих монашенок. Итальянки, говорят, есть молоденькие. Право, пять лет жизни отдал бы!
– Им ведь и скучно, – смеясь, сказал офицер, который был посмелее.
Между тем свитский офицер, стоявший впереди, указывал что то генералу; генерал смотрел в зрительную трубку.
– Ну, так и есть, так и есть, – сердито сказал генерал, опуская трубку от глаз и пожимая плечами, – так и есть, станут бить по переправе. И что они там мешкают?
На той стороне простым глазом виден был неприятель и его батарея, из которой показался молочно белый дымок. Вслед за дымком раздался дальний выстрел, и видно было, как наши войска заспешили на переправе.
Несвицкий, отдуваясь, поднялся и, улыбаясь, подошел к генералу.
– Не угодно ли закусить вашему превосходительству? – сказал он.
– Нехорошо дело, – сказал генерал, не отвечая ему, – замешкались наши.
– Не съездить ли, ваше превосходительство? – сказал Несвицкий.
– Да, съездите, пожалуйста, – сказал генерал, повторяя то, что уже раз подробно было приказано, – и скажите гусарам, чтобы они последние перешли и зажгли мост, как я приказывал, да чтобы горючие материалы на мосту еще осмотреть.
– Очень хорошо, – отвечал Несвицкий.
Он кликнул казака с лошадью, велел убрать сумочку и фляжку и легко перекинул свое тяжелое тело на седло.
– Право, заеду к монашенкам, – сказал он офицерам, с улыбкою глядевшим на него, и поехал по вьющейся тропинке под гору.
– Нут ка, куда донесет, капитан, хватите ка! – сказал генерал, обращаясь к артиллеристу. – Позабавьтесь от скуки.
– Прислуга к орудиям! – скомандовал офицер.
И через минуту весело выбежали от костров артиллеристы и зарядили.
– Первое! – послышалась команда.
Бойко отскочил 1 й номер. Металлически, оглушая, зазвенело орудие, и через головы всех наших под горой, свистя, пролетела граната и, далеко не долетев до неприятеля, дымком показала место своего падения и лопнула.
Лица солдат и офицеров повеселели при этом звуке; все поднялись и занялись наблюдениями над видными, как на ладони, движениями внизу наших войск и впереди – движениями приближавшегося неприятеля. Солнце в ту же минуту совсем вышло из за туч, и этот красивый звук одинокого выстрела и блеск яркого солнца слились в одно бодрое и веселое впечатление.


Над мостом уже пролетели два неприятельские ядра, и на мосту была давка. В средине моста, слезши с лошади, прижатый своим толстым телом к перилам, стоял князь Несвицкий.
Он, смеючись, оглядывался назад на своего казака, который с двумя лошадьми в поводу стоял несколько шагов позади его.
Только что князь Несвицкий хотел двинуться вперед, как опять солдаты и повозки напирали на него и опять прижимали его к перилам, и ему ничего не оставалось, как улыбаться.
– Экой ты, братец, мой! – говорил казак фурштатскому солдату с повозкой, напиравшему на толпившуюся v самых колес и лошадей пехоту, – экой ты! Нет, чтобы подождать: видишь, генералу проехать.
Но фурштат, не обращая внимания на наименование генерала, кричал на солдат, запружавших ему дорогу: – Эй! землячки! держись влево, постой! – Но землячки, теснясь плечо с плечом, цепляясь штыками и не прерываясь, двигались по мосту одною сплошною массой. Поглядев за перила вниз, князь Несвицкий видел быстрые, шумные, невысокие волны Энса, которые, сливаясь, рябея и загибаясь около свай моста, перегоняли одна другую. Поглядев на мост, он видел столь же однообразные живые волны солдат, кутасы, кивера с чехлами, ранцы, штыки, длинные ружья и из под киверов лица с широкими скулами, ввалившимися щеками и беззаботно усталыми выражениями и движущиеся ноги по натасканной на доски моста липкой грязи. Иногда между однообразными волнами солдат, как взбрызг белой пены в волнах Энса, протискивался между солдатами офицер в плаще, с своею отличною от солдат физиономией; иногда, как щепка, вьющаяся по реке, уносился по мосту волнами пехоты пеший гусар, денщик или житель; иногда, как бревно, плывущее по реке, окруженная со всех сторон, проплывала по мосту ротная или офицерская, наложенная доверху и прикрытая кожами, повозка.
– Вишь, их, как плотину, прорвало, – безнадежно останавливаясь, говорил казак. – Много ль вас еще там?
– Мелион без одного! – подмигивая говорил близко проходивший в прорванной шинели веселый солдат и скрывался; за ним проходил другой, старый солдат.
– Как он (он – неприятель) таперича по мосту примется зажаривать, – говорил мрачно старый солдат, обращаясь к товарищу, – забудешь чесаться.
И солдат проходил. За ним другой солдат ехал на повозке.
– Куда, чорт, подвертки запихал? – говорил денщик, бегом следуя за повозкой и шаря в задке.
И этот проходил с повозкой. За этим шли веселые и, видимо, выпившие солдаты.
– Как он его, милый человек, полыхнет прикладом то в самые зубы… – радостно говорил один солдат в высоко подоткнутой шинели, широко размахивая рукой.
– То то оно, сладкая ветчина то. – отвечал другой с хохотом.
И они прошли, так что Несвицкий не узнал, кого ударили в зубы и к чему относилась ветчина.
– Эк торопятся, что он холодную пустил, так и думаешь, всех перебьют. – говорил унтер офицер сердито и укоризненно.
– Как оно пролетит мимо меня, дяденька, ядро то, – говорил, едва удерживаясь от смеха, с огромным ртом молодой солдат, – я так и обмер. Право, ей Богу, так испужался, беда! – говорил этот солдат, как будто хвастаясь тем, что он испугался. И этот проходил. За ним следовала повозка, непохожая на все проезжавшие до сих пор. Это был немецкий форшпан на паре, нагруженный, казалось, целым домом; за форшпаном, который вез немец, привязана была красивая, пестрая, с огромным вымем, корова. На перинах сидела женщина с грудным ребенком, старуха и молодая, багроворумяная, здоровая девушка немка. Видно, по особому разрешению были пропущены эти выселявшиеся жители. Глаза всех солдат обратились на женщин, и, пока проезжала повозка, двигаясь шаг за шагом, и, все замечания солдат относились только к двум женщинам. На всех лицах была почти одна и та же улыбка непристойных мыслей об этой женщине.
– Ишь, колбаса то, тоже убирается!
– Продай матушку, – ударяя на последнем слоге, говорил другой солдат, обращаясь к немцу, который, опустив глаза, сердито и испуганно шел широким шагом.
– Эк убралась как! То то черти!
– Вот бы тебе к ним стоять, Федотов.
– Видали, брат!
– Куда вы? – спрашивал пехотный офицер, евший яблоко, тоже полуулыбаясь и глядя на красивую девушку.
Немец, закрыв глаза, показывал, что не понимает.
– Хочешь, возьми себе, – говорил офицер, подавая девушке яблоко. Девушка улыбнулась и взяла. Несвицкий, как и все, бывшие на мосту, не спускал глаз с женщин, пока они не проехали. Когда они проехали, опять шли такие же солдаты, с такими же разговорами, и, наконец, все остановились. Как это часто бывает, на выезде моста замялись лошади в ротной повозке, и вся толпа должна была ждать.
– И что становятся? Порядку то нет! – говорили солдаты. – Куда прешь? Чорт! Нет того, чтобы подождать. Хуже того будет, как он мост подожжет. Вишь, и офицера то приперли, – говорили с разных сторон остановившиеся толпы, оглядывая друг друга, и всё жались вперед к выходу.
Оглянувшись под мост на воды Энса, Несвицкий вдруг услышал еще новый для него звук, быстро приближающегося… чего то большого и чего то шлепнувшегося в воду.
– Ишь ты, куда фатает! – строго сказал близко стоявший солдат, оглядываясь на звук.
– Подбадривает, чтобы скорей проходили, – сказал другой неспокойно.
Толпа опять тронулась. Несвицкий понял, что это было ядро.
– Эй, казак, подавай лошадь! – сказал он. – Ну, вы! сторонись! посторонись! дорогу!
Он с большим усилием добрался до лошади. Не переставая кричать, он тронулся вперед. Солдаты пожались, чтобы дать ему дорогу, но снова опять нажали на него так, что отдавили ему ногу, и ближайшие не были виноваты, потому что их давили еще сильнее.
– Несвицкий! Несвицкий! Ты, г'ожа! – послышался в это время сзади хриплый голос.
Несвицкий оглянулся и увидал в пятнадцати шагах отделенного от него живою массой двигающейся пехоты красного, черного, лохматого, в фуражке на затылке и в молодецки накинутом на плече ментике Ваську Денисова.
– Вели ты им, чег'тям, дьяволам, дать дог'огу, – кричал. Денисов, видимо находясь в припадке горячности, блестя и поводя своими черными, как уголь, глазами в воспаленных белках и махая невынутою из ножен саблей, которую он держал такою же красною, как и лицо, голою маленькою рукой.
– Э! Вася! – отвечал радостно Несвицкий. – Да ты что?
– Эскадг'ону пг'ойти нельзя, – кричал Васька Денисов, злобно открывая белые зубы, шпоря своего красивого вороного, кровного Бедуина, который, мигая ушами от штыков, на которые он натыкался, фыркая, брызгая вокруг себя пеной с мундштука, звеня, бил копытами по доскам моста и, казалось, готов был перепрыгнуть через перила моста, ежели бы ему позволил седок. – Что это? как баг'аны! точь в точь баг'аны! Пг'очь… дай дог'огу!… Стой там! ты повозка, чог'т! Саблей изг'ублю! – кричал он, действительно вынимая наголо саблю и начиная махать ею.
Солдаты с испуганными лицами нажались друг на друга, и Денисов присоединился к Несвицкому.
– Что же ты не пьян нынче? – сказал Несвицкий Денисову, когда он подъехал к нему.
– И напиться то вг'емени не дадут! – отвечал Васька Денисов. – Целый день то туда, то сюда таскают полк. Дг'аться – так дг'аться. А то чог'т знает что такое!
– Каким ты щеголем нынче! – оглядывая его новый ментик и вальтрап, сказал Несвицкий.
Денисов улыбнулся, достал из ташки платок, распространявший запах духов, и сунул в нос Несвицкому.
– Нельзя, в дело иду! выбг'ился, зубы вычистил и надушился.
Осанистая фигура Несвицкого, сопровождаемая казаком, и решительность Денисова, махавшего саблей и отчаянно кричавшего, подействовали так, что они протискались на ту сторону моста и остановили пехоту. Несвицкий нашел у выезда полковника, которому ему надо было передать приказание, и, исполнив свое поручение, поехал назад.
Расчистив дорогу, Денисов остановился у входа на мост. Небрежно сдерживая рвавшегося к своим и бившего ногой жеребца, он смотрел на двигавшийся ему навстречу эскадрон.
По доскам моста раздались прозрачные звуки копыт, как будто скакало несколько лошадей, и эскадрон, с офицерами впереди по четыре человека в ряд, растянулся по мосту и стал выходить на ту сторону.
Остановленные пехотные солдаты, толпясь в растоптанной у моста грязи, с тем особенным недоброжелательным чувством отчужденности и насмешки, с каким встречаются обыкновенно различные роды войск, смотрели на чистых, щеголеватых гусар, стройно проходивших мимо их.
– Нарядные ребята! Только бы на Подновинское!
– Что от них проку! Только напоказ и водят! – говорил другой.
– Пехота, не пыли! – шутил гусар, под которым лошадь, заиграв, брызнула грязью в пехотинца.
– Прогонял бы тебя с ранцем перехода два, шнурки то бы повытерлись, – обтирая рукавом грязь с лица, говорил пехотинец; – а то не человек, а птица сидит!
– То то бы тебя, Зикин, на коня посадить, ловок бы ты был, – шутил ефрейтор над худым, скрюченным от тяжести ранца солдатиком.
– Дубинку промеж ног возьми, вот тебе и конь буде, – отозвался гусар.


Остальная пехота поспешно проходила по мосту, спираясь воронкой у входа. Наконец повозки все прошли, давка стала меньше, и последний батальон вступил на мост. Одни гусары эскадрона Денисова оставались по ту сторону моста против неприятеля. Неприятель, вдалеке видный с противоположной горы, снизу, от моста, не был еще виден, так как из лощины, по которой текла река, горизонт оканчивался противоположным возвышением не дальше полуверсты. Впереди была пустыня, по которой кое где шевелились кучки наших разъездных казаков. Вдруг на противоположном возвышении дороги показались войска в синих капотах и артиллерия. Это были французы. Разъезд казаков рысью отошел под гору. Все офицеры и люди эскадрона Денисова, хотя и старались говорить о постороннем и смотреть по сторонам, не переставали думать только о том, что было там, на горе, и беспрестанно всё вглядывались в выходившие на горизонт пятна, которые они признавали за неприятельские войска. Погода после полудня опять прояснилась, солнце ярко спускалось над Дунаем и окружающими его темными горами. Было тихо, и с той горы изредка долетали звуки рожков и криков неприятеля. Между эскадроном и неприятелями уже никого не было, кроме мелких разъездов. Пустое пространство, саженей в триста, отделяло их от него. Неприятель перестал стрелять, и тем яснее чувствовалась та строгая, грозная, неприступная и неуловимая черта, которая разделяет два неприятельские войска.
«Один шаг за эту черту, напоминающую черту, отделяющую живых от мертвых, и – неизвестность страдания и смерть. И что там? кто там? там, за этим полем, и деревом, и крышей, освещенной солнцем? Никто не знает, и хочется знать; и страшно перейти эту черту, и хочется перейти ее; и знаешь, что рано или поздно придется перейти ее и узнать, что там, по той стороне черты, как и неизбежно узнать, что там, по ту сторону смерти. А сам силен, здоров, весел и раздражен и окружен такими здоровыми и раздраженно оживленными людьми». Так ежели и не думает, то чувствует всякий человек, находящийся в виду неприятеля, и чувство это придает особенный блеск и радостную резкость впечатлений всему происходящему в эти минуты.
На бугре у неприятеля показался дымок выстрела, и ядро, свистя, пролетело над головами гусарского эскадрона. Офицеры, стоявшие вместе, разъехались по местам. Гусары старательно стали выравнивать лошадей. В эскадроне всё замолкло. Все поглядывали вперед на неприятеля и на эскадронного командира, ожидая команды. Пролетело другое, третье ядро. Очевидно, что стреляли по гусарам; но ядро, равномерно быстро свистя, пролетало над головами гусар и ударялось где то сзади. Гусары не оглядывались, но при каждом звуке пролетающего ядра, будто по команде, весь эскадрон с своими однообразно разнообразными лицами, сдерживая дыханье, пока летело ядро, приподнимался на стременах и снова опускался. Солдаты, не поворачивая головы, косились друг на друга, с любопытством высматривая впечатление товарища. На каждом лице, от Денисова до горниста, показалась около губ и подбородка одна общая черта борьбы, раздраженности и волнения. Вахмистр хмурился, оглядывая солдат, как будто угрожая наказанием. Юнкер Миронов нагибался при каждом пролете ядра. Ростов, стоя на левом фланге на своем тронутом ногами, но видном Грачике, имел счастливый вид ученика, вызванного перед большою публикой к экзамену, в котором он уверен, что отличится. Он ясно и светло оглядывался на всех, как бы прося обратить внимание на то, как он спокойно стоит под ядрами. Но и в его лице та же черта чего то нового и строгого, против его воли, показывалась около рта.
– Кто там кланяется? Юнкег' Миг'онов! Hexoг'oшo, на меня смотг'ите! – закричал Денисов, которому не стоялось на месте и который вертелся на лошади перед эскадроном.
Курносое и черноволосатое лицо Васьки Денисова и вся его маленькая сбитая фигурка с его жилистою (с короткими пальцами, покрытыми волосами) кистью руки, в которой он держал ефес вынутой наголо сабли, было точно такое же, как и всегда, особенно к вечеру, после выпитых двух бутылок. Он был только более обыкновенного красен и, задрав свою мохнатую голову кверху, как птицы, когда они пьют, безжалостно вдавив своими маленькими ногами шпоры в бока доброго Бедуина, он, будто падая назад, поскакал к другому флангу эскадрона и хриплым голосом закричал, чтоб осмотрели пистолеты. Он подъехал к Кирстену. Штаб ротмистр, на широкой и степенной кобыле, шагом ехал навстречу Денисову. Штаб ротмистр, с своими длинными усами, был серьезен, как и всегда, только глаза его блестели больше обыкновенного.
– Да что? – сказал он Денисову, – не дойдет дело до драки. Вот увидишь, назад уйдем.
– Чог'т их знает, что делают – проворчал Денисов. – А! Г'остов! – крикнул он юнкеру, заметив его веселое лицо. – Ну, дождался.
И он улыбнулся одобрительно, видимо радуясь на юнкера.
Ростов почувствовал себя совершенно счастливым. В это время начальник показался на мосту. Денисов поскакал к нему.
– Ваше пг'евосходительство! позвольте атаковать! я их опг'окину.
– Какие тут атаки, – сказал начальник скучливым голосом, морщась, как от докучливой мухи. – И зачем вы тут стоите? Видите, фланкеры отступают. Ведите назад эскадрон.
Эскадрон перешел мост и вышел из под выстрелов, не потеряв ни одного человека. Вслед за ним перешел и второй эскадрон, бывший в цепи, и последние казаки очистили ту сторону.
Два эскадрона павлоградцев, перейдя мост, один за другим, пошли назад на гору. Полковой командир Карл Богданович Шуберт подъехал к эскадрону Денисова и ехал шагом недалеко от Ростова, не обращая на него никакого внимания, несмотря на то, что после бывшего столкновения за Телянина, они виделись теперь в первый раз. Ростов, чувствуя себя во фронте во власти человека, перед которым он теперь считал себя виноватым, не спускал глаз с атлетической спины, белокурого затылка и красной шеи полкового командира. Ростову то казалось, что Богданыч только притворяется невнимательным, и что вся цель его теперь состоит в том, чтоб испытать храбрость юнкера, и он выпрямлялся и весело оглядывался; то ему казалось, что Богданыч нарочно едет близко, чтобы показать Ростову свою храбрость. То ему думалось, что враг его теперь нарочно пошлет эскадрон в отчаянную атаку, чтобы наказать его, Ростова. То думалось, что после атаки он подойдет к нему и великодушно протянет ему, раненому, руку примирения.