Оркестровка

Поделись знанием:
(перенаправлено с «Инструментовка»)
Перейти к: навигация, поиск

Оркестровка (то же, что инструментовка) — изложение музыки для исполнения её каким-либо составом оркестра или инструментальным ансамблем. Традиционная (принятая у многих композиторов XIXXX веков) практика инструментовки выглядит как переложение клавирного наброска (клавираусцуга) в нотный текст специального типа — партитуру. Процесс инструментовки требует от композитора (любого инструментатора) знания специфики музыкальных инструментов — их технических возможностей, исполнительских приёмов, устройства. Чем глубже это знание, тем ярче и выразительней звучит оркестровая партитура. Признанными мастерами инструментовки были романтики Гектор Берлиоз и Рихард Вагнер, импрессионисты Клод Дебюсси и Морис Равель, Николай Римский-Корсаков, Рихард Штраус, Игорь Стравинский, Сергей Прокофьев, Дмитрий Шостакович, Эдисон Денисов, Николай Корндорф и другие композиторы.

Понятие инструментовки входит в понятие аранжировки, то есть инструментовки в широком смысле — для любого состава инструментов, в том числе электронных, а также голосов.



Важнейшие исследования и пособия по оркестровке

Напишите отзыв о статье "Оркестровка"

Литература

  • Барсова И. А. Очерки по истории партитурной нотации (XVI — первая половина XVIII века). Москва: МГК, 1997.
  • Фортунатов Ю. А. Лекции по истории оркестровых стилей. Москва: Композитор, 2004.

Ссылки

Отрывок, характеризующий Оркестровка



В одно утро полковник Адольф Берг, которого Пьер знал, как знал всех в Москве и Петербурге, в чистеньком с иголочки мундире, с припомаженными наперед височками, как носил государь Александр Павлович, приехал к нему.
– Я сейчас был у графини, вашей супруги, и был так несчастлив, что моя просьба не могла быть исполнена; надеюсь, что у вас, граф, я буду счастливее, – сказал он, улыбаясь.
– Что вам угодно, полковник? Я к вашим услугам.
– Я теперь, граф, уж совершенно устроился на новой квартире, – сообщил Берг, очевидно зная, что это слышать не могло не быть приятно; – и потому желал сделать так, маленький вечерок для моих и моей супруги знакомых. (Он еще приятнее улыбнулся.) Я хотел просить графиню и вас сделать мне честь пожаловать к нам на чашку чая и… на ужин.
– Только графиня Елена Васильевна, сочтя для себя унизительным общество каких то Бергов, могла иметь жестокость отказаться от такого приглашения. – Берг так ясно объяснил, почему он желает собрать у себя небольшое и хорошее общество, и почему это ему будет приятно, и почему он для карт и для чего нибудь дурного жалеет деньги, но для хорошего общества готов и понести расходы, что Пьер не мог отказаться и обещался быть.
– Только не поздно, граф, ежели смею просить, так без 10 ти минут в восемь, смею просить. Партию составим, генерал наш будет. Он очень добр ко мне. Поужинаем, граф. Так сделайте одолжение.
Противно своей привычке опаздывать, Пьер в этот день вместо восьми без 10 ти минут, приехал к Бергам в восемь часов без четверти.
Берги, припася, что нужно было для вечера, уже готовы были к приему гостей.
В новом, чистом, светлом, убранном бюстиками и картинками и новой мебелью, кабинете сидел Берг с женою. Берг, в новеньком, застегнутом мундире сидел возле жены, объясняя ей, что всегда можно и должно иметь знакомства людей, которые выше себя, потому что тогда только есть приятность от знакомств. – «Переймешь что нибудь, можешь попросить о чем нибудь. Вот посмотри, как я жил с первых чинов (Берг жизнь свою считал не годами, а высочайшими наградами). Мои товарищи теперь еще ничто, а я на ваканции полкового командира, я имею счастье быть вашим мужем (он встал и поцеловал руку Веры, но по пути к ней отогнул угол заворотившегося ковра). И чем я приобрел всё это? Главное умением выбирать свои знакомства. Само собой разумеется, что надо быть добродетельным и аккуратным».
Берг улыбнулся с сознанием своего превосходства над слабой женщиной и замолчал, подумав, что всё таки эта милая жена его есть слабая женщина, которая не может постигнуть всего того, что составляет достоинство мужчины, – ein Mann zu sein [быть мужчиной]. Вера в то же время также улыбнулась с сознанием своего превосходства над добродетельным, хорошим мужем, но который всё таки ошибочно, как и все мужчины, по понятию Веры, понимал жизнь. Берг, судя по своей жене, считал всех женщин слабыми и глупыми. Вера, судя по одному своему мужу и распространяя это замечание, полагала, что все мужчины приписывают только себе разум, а вместе с тем ничего не понимают, горды и эгоисты.