Йожеф, Аттила

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск

А́ттила Йо́жеф (венг. József Attila; 11 апреля 1905, Будапешт — 3 декабря 1937, Балатонсарсо[hu]) — венгерский поэт.





Биография

Родился на рабочей окраине столицы. Отец, выходец из Трансильвании, оставил семью, когда сыну было три года. Мать, работавшая прачкой и уборщицей, умерла в 1919 году. Йожеф, подрабатывавший с детских лет, сменил множество занятий, несколько раз пытался покончить с собой. Поступил в Сегедский университет (1924), но был исключен за революционные стихи. Затем учился в Вене (1925) и Париже (19261927), где прочёл Гегеля и Маркса, открыл для себя поэзию Вийона. Вернулся на родину в 1927 году, пережил тяжёлый нервный срыв. В 1930 году вступил в Венгерскую коммунистическую партию. В 1931 году начал интересоваться психоанализом. В 1933 году был исключен из партии сталинистами. В 1935 году снова пережил глубокую депрессию, был помещен в психиатрическую лечебницу. В 1936 году начал издавать леворадикальный журнал «Довод» (венг. Szép Szó). В 1937 году познакомился с Томасом Манном, посвятил ему стихотворение. Позже опять оказался в больнице. Покончил с собой, бросившись под поезд.

Память

Произведения

  • A szépség koldusa/ Нищеброд красоты (1922, предисловие Дьюлы Юхаса)
  • Nem én kiáltok/ Не я кричу (1925)
  • Nincsen apám se anyám/ Ни отца, ни матери (1929)
  • Döntsd a tőkét, ne siránkozz/ Валить дубы (1931, книга запрещена и конфискована цензурой)
  • Külvárosi éj/ Ночь городской окраины(1932)
  • Medvetánc/ Медвежий танец (1934)
  • Nagyon fáj/ Очень больно (1936)

Публикации на русском языке

  • Стихи. М.: Гослитиздат, 1962
  • Родина моя. М.: Детская литература, 1968
  • Стихи. М.: Художественная литература, 1980.
  • Венгерская поэзия. XX век. М,: Художественная литература, 1982, с.238-301
  • О Венгрия, страна моя… М.: Детская литература, 1987
  • На ветке пустоты: Стихи, письма, документы. М.: Три квадрата, 2005

Напишите отзыв о статье "Йожеф, Аттила"

Литература о поэте

  • Mészáros I. József Attila és a modern művészet. Budapest: Argumentum, 2004
  • Bókay A. Líra és modernitás: József Attila én-poétikája. Budapest: Gondolat, 2006

Ссылки


Отрывок, характеризующий Йожеф, Аттила

– Княжна приказали узнать, какого вы полка и ваши фамилии?
– Это граф Ростов, эскадронный командир, а я ваш покорный слуга.
– Бе…се…е…ду…шка! – распевал пьяный мужик, счастливо улыбаясь и глядя на Ильина, разговаривающего с девушкой. Вслед за Дуняшей подошел к Ростову Алпатыч, еще издали сняв свою шляпу.
– Осмелюсь обеспокоить, ваше благородие, – сказал он с почтительностью, но с относительным пренебрежением к юности этого офицера и заложив руку за пазуху. – Моя госпожа, дочь скончавшегося сего пятнадцатого числа генерал аншефа князя Николая Андреевича Болконского, находясь в затруднении по случаю невежества этих лиц, – он указал на мужиков, – просит вас пожаловать… не угодно ли будет, – с грустной улыбкой сказал Алпатыч, – отъехать несколько, а то не так удобно при… – Алпатыч указал на двух мужиков, которые сзади так и носились около него, как слепни около лошади.
– А!.. Алпатыч… А? Яков Алпатыч!.. Важно! прости ради Христа. Важно! А?.. – говорили мужики, радостно улыбаясь ему. Ростов посмотрел на пьяных стариков и улыбнулся.
– Или, может, это утешает ваше сиятельство? – сказал Яков Алпатыч с степенным видом, не заложенной за пазуху рукой указывая на стариков.
– Нет, тут утешенья мало, – сказал Ростов и отъехал. – В чем дело? – спросил он.
– Осмелюсь доложить вашему сиятельству, что грубый народ здешний не желает выпустить госпожу из имения и угрожает отпречь лошадей, так что с утра все уложено и ее сиятельство не могут выехать.
– Не может быть! – вскрикнул Ростов.
– Имею честь докладывать вам сущую правду, – повторил Алпатыч.
Ростов слез с лошади и, передав ее вестовому, пошел с Алпатычем к дому, расспрашивая его о подробностях дела. Действительно, вчерашнее предложение княжны мужикам хлеба, ее объяснение с Дроном и с сходкою так испортили дело, что Дрон окончательно сдал ключи, присоединился к мужикам и не являлся по требованию Алпатыча и что поутру, когда княжна велела закладывать, чтобы ехать, мужики вышли большой толпой к амбару и выслали сказать, что они не выпустят княжны из деревни, что есть приказ, чтобы не вывозиться, и они выпрягут лошадей. Алпатыч выходил к ним, усовещивая их, но ему отвечали (больше всех говорил Карп; Дрон не показывался из толпы), что княжну нельзя выпустить, что на то приказ есть; а что пускай княжна остается, и они по старому будут служить ей и во всем повиноваться.
В ту минуту, когда Ростов и Ильин проскакали по дороге, княжна Марья, несмотря на отговариванье Алпатыча, няни и девушек, велела закладывать и хотела ехать; но, увидав проскакавших кавалеристов, их приняли за французов, кучера разбежались, и в доме поднялся плач женщин.
– Батюшка! отец родной! бог тебя послал, – говорили умиленные голоса, в то время как Ростов проходил через переднюю.
Княжна Марья, потерянная и бессильная, сидела в зале, в то время как к ней ввели Ростова. Она не понимала, кто он, и зачем он, и что с нею будет. Увидав его русское лицо и по входу его и первым сказанным словам признав его за человека своего круга, она взглянула на него своим глубоким и лучистым взглядом и начала говорить обрывавшимся и дрожавшим от волнения голосом. Ростову тотчас же представилось что то романическое в этой встрече. «Беззащитная, убитая горем девушка, одна, оставленная на произвол грубых, бунтующих мужиков! И какая то странная судьба натолкнула меня сюда! – думал Ростов, слушяя ее и глядя на нее. – И какая кротость, благородство в ее чертах и в выражении! – думал он, слушая ее робкий рассказ.