Кабиров, Мухиддин Тиллоевич

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Кабиров Мухиддин Тиллоевич
Псевдонимы:

Мухиддин Кабири

Дата рождения:

20 июля 1965(1965-07-20) (58 лет)

Место рождения:

Файзабадский район, РРП, Таджикистан

Гражданство:

СССР СССР
Таджикистан Таджикистан

Учёная степень:

кандидат политических наук

Вероисповедание:

Ислам

Партия:

ПИВТ

Род деятельности:

Политик, Председатель ПИВТ

Кабиров, Мухиддин Тиллоевич (Мухиддин Кабири) (тадж. Кабиров, Муҳиддин Тиллоевич (Муҳиддин Кабири); род. 1965) — таджикский политический деятель, председатель Партии исламского возрождения Таджикистана.





Биография

Кабиров Мухиддин родился 20 июля 1965 года в Файзабадском районе, Районы республиканского подчинения Таджикистана.

После окончания восьми классов файзабадской школы № 15, поступил в статистический техникум г. Орджоникидзеабада (ныне Вахдат). Техникум закончил в 1983 году. В том же году был призван в армию, где прослужил до 1985 года.

В 1987 году поступил на арабское отделение факультета востоковедения Таджикского государственного университета, в 1992 году проходил стажировку в Университете промышленности в столице Йемена — городе Сана. В 1993 году поступил в Дипломатическую академию МИД России.

Женат, имеет 7 детей. Является кандидатом политических наук. Свободно владеет таджикским, русским, арабским, английским и персидским языками.

Трудовая деятельность

В 1995—1997 гг. вел предпринимательскую деятельность в Москве, являлся генеральным директором культурного центра «Сино», заместителем генерального директора АОЗТ «Халиф».

С октября 1993 года по июнь 1999 года работал генеральным директором акционерного общества закрытого типа «Халиф» в городе Москве.

Политическая деятельность

В 1997 вернулся из Москвы в Душанбе в качестве помощника председателя Партии исламского возрождения Таджикистана Саида Абдулло Нури. В 2000 году по предложению основоположника ПИВТ был назначен заместителем председателя партии. В августе 2006 года после смерти Саида Абдулло Нури возглавил партию. В 2010 году на съезде партии был переизбран председателем ПИВТ.

В 2005 и 2010 году избирался депутатом нижней палаты таджикского парламента На парламентских выборах 2015 года ПИВТ не смогла пройти в парламент. Партия не признала результатов выборов.

Политическая эмиграция

В середине марта 2015 года, после парламентских выборов, на которых возглавляемая Кабировым Партия исламского возрождения Таджикистана, не смогла пройти в парламент и которые ПИВТ не признает, выехал на лечение в Турцию, где проживает его семья. После обвинений в правительственных газетах о том, что Кабиров замешен в незаконной купле-продаже земли, по рекомендации Политсовета партии, он отложил своё возвращение в Таджикистан, по состоянию на 29 июля 2015 года Кабиров все еще находится в эмиграции.

Напишите отзыв о статье "Кабиров, Мухиддин Тиллоевич"

Ссылки

news.tj/ru/node/211853

nahzat.tj›russian/

news.tj/ru/node/212318

Отрывок, характеризующий Кабиров, Мухиддин Тиллоевич

Казака призвали, расспросили; казачьи командиры хотели воспользоваться этим случаем, чтобы отбить лошадей, но один из начальников, знакомый с высшими чинами армии, сообщил этот факт штабному генералу. В последнее время в штабе армии положение было в высшей степени натянутое. Ермолов, за несколько дней перед этим, придя к Бенигсену, умолял его употребить свое влияние на главнокомандующего, для того чтобы сделано было наступление.
– Ежели бы я не знал вас, я подумал бы, что вы не хотите того, о чем вы просите. Стоит мне посоветовать одно, чтобы светлейший наверное сделал противоположное, – отвечал Бенигсен.
Известие казаков, подтвержденное посланными разъездами, доказало окончательную зрелость события. Натянутая струна соскочила, и зашипели часы, и заиграли куранты. Несмотря на всю свою мнимую власть, на свой ум, опытность, знание людей, Кутузов, приняв во внимание записку Бенигсена, посылавшего лично донесения государю, выражаемое всеми генералами одно и то же желание, предполагаемое им желание государя и сведение казаков, уже не мог удержать неизбежного движения и отдал приказание на то, что он считал бесполезным и вредным, – благословил совершившийся факт.


Записка, поданная Бенигсеном о необходимости наступления, и сведения казаков о незакрытом левом фланге французов были только последние признаки необходимости отдать приказание о наступлении, и наступление было назначено на 5 е октября.
4 го октября утром Кутузов подписал диспозицию. Толь прочел ее Ермолову, предлагая ему заняться дальнейшими распоряжениями.
– Хорошо, хорошо, мне теперь некогда, – сказал Ермолов и вышел из избы. Диспозиция, составленная Толем, была очень хорошая. Так же, как и в аустерлицкой диспозиции, было написано, хотя и не по немецки:
«Die erste Colonne marschiert [Первая колонна идет (нем.) ] туда то и туда то, die zweite Colonne marschiert [вторая колонна идет (нем.) ] туда то и туда то» и т. д. И все эти колонны на бумаге приходили в назначенное время в свое место и уничтожали неприятеля. Все было, как и во всех диспозициях, прекрасно придумано, и, как и по всем диспозициям, ни одна колонна не пришла в свое время и на свое место.
Когда диспозиция была готова в должном количестве экземпляров, был призван офицер и послан к Ермолову, чтобы передать ему бумаги для исполнения. Молодой кавалергардский офицер, ординарец Кутузова, довольный важностью данного ему поручения, отправился на квартиру Ермолова.
– Уехали, – отвечал денщик Ермолова. Кавалергардский офицер пошел к генералу, у которого часто бывал Ермолов.
– Нет, и генерала нет.
Кавалергардский офицер, сев верхом, поехал к другому.
– Нет, уехали.
«Как бы мне не отвечать за промедление! Вот досада!» – думал офицер. Он объездил весь лагерь. Кто говорил, что видели, как Ермолов проехал с другими генералами куда то, кто говорил, что он, верно, опять дома. Офицер, не обедая, искал до шести часов вечера. Нигде Ермолова не было и никто не знал, где он был. Офицер наскоро перекусил у товарища и поехал опять в авангард к Милорадовичу. Милорадовича не было тоже дома, но тут ему сказали, что Милорадович на балу у генерала Кикина, что, должно быть, и Ермолов там.
– Да где же это?
– А вон, в Ечкине, – сказал казачий офицер, указывая на далекий помещичий дом.
– Да как же там, за цепью?
– Выслали два полка наших в цепь, там нынче такой кутеж идет, беда! Две музыки, три хора песенников.
Офицер поехал за цепь к Ечкину. Издалека еще, подъезжая к дому, он услыхал дружные, веселые звуки плясовой солдатской песни.
«Во олузя а ах… во олузях!..» – с присвистом и с торбаном слышалось ему, изредка заглушаемое криком голосов. Офицеру и весело стало на душе от этих звуков, но вместе с тем и страшно за то, что он виноват, так долго не передав важного, порученного ему приказания. Был уже девятый час. Он слез с лошади и вошел на крыльцо и в переднюю большого, сохранившегося в целости помещичьего дома, находившегося между русских и французов. В буфетной и в передней суетились лакеи с винами и яствами. Под окнами стояли песенники. Офицера ввели в дверь, и он увидал вдруг всех вместе важнейших генералов армии, в том числе и большую, заметную фигуру Ермолова. Все генералы были в расстегнутых сюртуках, с красными, оживленными лицами и громко смеялись, стоя полукругом. В середине залы красивый невысокий генерал с красным лицом бойко и ловко выделывал трепака.