Кагоц

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск

Ка́хоц или ка́гоц (арм. Քաղոց) — пятый месяц древнеармянского календаря. Кагоц имел 30 дней, начинался 9 декабря и заканчивался 7 января. Название месяца происходит от слова «срывать» («քաղել»)[1].

Кахоц приходился на пик зимы. Название месяца по традиции связано с именем древнеармянского бога грома и молнии Ваагна, носившего прозвище «вишапаках» (арм. վիշապաքաղ), т.е. «истребитель драконов» или «драконоборец». В то же время «ках» (арм. քաղ) переводится как «козерог». Кроме того, в армянском языке слово «ках» имеет ещё одно значение - «пора спаривания скотины»[2].

Месяцы древнеармянского календаря
Навасард | Гор | Сам | Тре | Кагоц | Арац | Мехеки | Ареги | Ахекан | Марери | Маргац | Хротиц | Авельяц


Напишите отзыв о статье "Кагоц"



Примечания

  1. Хачатрян, Айк. Древнеармянские острословы = Հայոց Հնօրյա Զվարճախոսները / Манучарян, Армен. — Ереван: Амарас, 2003. — С. 118. — 256 с. — ISBN 4702080201.
  2. Линецкий А.В., Двуреченских В.А., Гаспарян М.Ю., Родина Е.Ю., Делба В.В., Акимов П.А., Давыдов А.В., Жосану П.А., Еропкина Е.Г., Непочатой Д.А. Оценка историко-культурного наследия Армении. — Москва: Тровант, 2010. — С. 272. — 744 с.

Отрывок, характеризующий Кагоц

– Коли успею! Я обещал Архаровым, у них вечер, – сказал Николай.
– А ты?… – обратился он к Долохову. И только что спросил это, заметил, что этого не надо было спрашивать.
– Да, может быть… – холодно и сердито отвечал Долохов, взглянув на Соню и, нахмурившись, точно таким взглядом, каким он на клубном обеде смотрел на Пьера, опять взглянул на Николая.
«Что нибудь есть», подумал Николай и еще более утвердился в этом предположении тем, что Долохов тотчас же после обеда уехал. Он вызвал Наташу и спросил, что такое?
– А я тебя искала, – сказала Наташа, выбежав к нему. – Я говорила, ты всё не хотел верить, – торжествующе сказала она, – он сделал предложение Соне.
Как ни мало занимался Николай Соней за это время, но что то как бы оторвалось в нем, когда он услыхал это. Долохов был приличная и в некоторых отношениях блестящая партия для бесприданной сироты Сони. С точки зрения старой графини и света нельзя было отказать ему. И потому первое чувство Николая, когда он услыхал это, было озлобление против Сони. Он приготавливался к тому, чтобы сказать: «И прекрасно, разумеется, надо забыть детские обещания и принять предложение»; но не успел он еще сказать этого…