Калька (лингвистика)

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск

Ка́лька (от фр. calque — копия) или кальки́рование в лингвистике — заимствование иноязычных слов, выражений, фраз буквальным переводом соответствующей языковой единицы[1], а также результат этих заимствований: слова, выражения и фразы. Изучением кальки занимаются лингвистика, лексикология и переводоведение.

Кальки возникают как реакция носителей языка на резкое увеличение числа внедряющихся в обиход и науку прямых заимствований иноязычных слов — в разные исторические периоды разных: в России последовательно голландского, французского, затем немецкого, ныне английского языков. В некоторых языках (например, исландском) калькирование — практически единственный способ ассимиляции иноязычной лексики.





Виды кальки

Лингвисты различают следующие виды кальки[1]:

  • словообразовательные кальки;
  • семантические кальки;
  • фразеологические (синтаксические) кальки;
  • полукальки;
  • ложные кальки.

Словообразовательные кальки — это слова, полученные поморфемным переводом иностранного слова с одного языка на другой. Калька обычно не ощущается как заимствованное слово, так как составлена из морфем своего языка. Поэтому реальное происхождение таких слов зачастую оказывается неожиданным для человека, впервые его узнающего. Так, например, русское слово «насекомое» — калька с латинского insectum (in — «на» + sectum — «секомое»).

Примеры словообразовательной кальки:

  • с греческого: χρονογράφος — летописец; ὀρθοδοξία — православие;
  • с латинского: dativus — дательный (падеж); intramuscularis — внутримышечный;
  • с немецкого: Vorstellung — представление; Halbinsel — полуостров; Menschlichkeit — человечность;
  • с французского: departement — отделение; concentrer — сосредоточить; impression — впечатление; influence — влияние;
  • с английского: skyscraper — небоскрёб; semiconductor — полупроводник.

Семантические кальки — это слова, которые получили новые, переносные значения под влиянием иностранного слова. Так, например, русское слово «утончённый» под влиянием фр. raffiné получило новое значение «изысканный, изощренный»; слово «тронутый» в новом значении «психически ненормальный» обязано фр. toqué; слово «ограниченный» в значении «туповатый, недалекий» из фр. borné.

Фразеологические кальки возникают путём буквального перевода идиоматических выражений: «пора меж волка и собаки» (А. С. Пушкин[2]) от фр. entre chien et loup «в сумерки»; «целиком и полностью» от нем. voll und ganz «полностью». Русское выражение «он не в своей тарелке» (то есть ему не по себе, он чувствует себя некомфортно и т. п.) обязано фр. il n’est pas dans son assiette, в котором слово «assiette» с основным значением «тарелка» реализует значение «положение».

Полукалькой называется частичное калькирование составных слов. Например, в слове «трудоголик» (от англ. workaholic) калькирована только первая часть слова, в слове «антитело» (от фр. anticorps) — только вторая.

Термин ложная калька применяют к заимствованиям в результате ложно истолкованной морфолого-семантической структуры иноязычного слова. Например, русское название «орлик» растения аквилегия — перевод лат. aquilegia, воспринятого как производное от лат. aquila «орёл» (в действительности этимология лат. aquilegia — от лат. aqua «вода»).

Намеренное насаждение кальки (особенно словообразовательной) чревато нелепостями, неумышленное и чрезмерное приводит к засорению языка заимствованиями[3].

В технике перевода кальку следует отличать от морфологической передачи, когда иноязычное слово транслитерируется с последующим приспособлением его к морфологии родного языка (для удобства склонения и спряжения). Например, от фр. dièse образовано существительное мужского рода «диез», а от однокоренного др.-греч. δίεσις — существительное женского рода «диеса»; русский глагол «утрировать» — от фр. outrer преувеличивать; чужое лат. intonatio может быть переведено и калькой («настройка»; от in + tonus), и морфологической передачей («интонация»; чужая транслитерируемая основа «интонац-» + родная флексия «-ия»).

См. также

Напишите отзыв о статье "Калька (лингвистика)"

Примечания

  1. 1 2 Лингвистический энциклопедический словарь, Калька, с. 211
  2. Евгений Онегин IV, 47.
  3. Например, А. С. Шишков предлагал вместо «фортепиано» употреблять кальку итал. pianoforte «тихогромы». См. [influenceonlanguage.blogspot.ru/2012/12/blog-post_12.html].

Литература

Отрывок, характеризующий Калька (лингвистика)

В четвертом часу вечера князь Андрей, настояв на своей просьбе у Кутузова, приехал в Грунт и явился к Багратиону.
Адъютант Бонапарте еще не приехал в отряд Мюрата, и сражение еще не начиналось. В отряде Багратиона ничего не знали об общем ходе дел, говорили о мире, но не верили в его возможность. Говорили о сражении и тоже не верили и в близость сражения. Багратион, зная Болконского за любимого и доверенного адъютанта, принял его с особенным начальническим отличием и снисхождением, объяснил ему, что, вероятно, нынче или завтра будет сражение, и предоставил ему полную свободу находиться при нем во время сражения или в ариергарде наблюдать за порядком отступления, «что тоже было очень важно».
– Впрочем, нынче, вероятно, дела не будет, – сказал Багратион, как бы успокоивая князя Андрея.
«Ежели это один из обыкновенных штабных франтиков, посылаемых для получения крестика, то он и в ариергарде получит награду, а ежели хочет со мной быть, пускай… пригодится, коли храбрый офицер», подумал Багратион. Князь Андрей ничего не ответив, попросил позволения князя объехать позицию и узнать расположение войск с тем, чтобы в случае поручения знать, куда ехать. Дежурный офицер отряда, мужчина красивый, щеголевато одетый и с алмазным перстнем на указательном пальце, дурно, но охотно говоривший по французски, вызвался проводить князя Андрея.
Со всех сторон виднелись мокрые, с грустными лицами офицеры, чего то как будто искавшие, и солдаты, тащившие из деревни двери, лавки и заборы.
– Вот не можем, князь, избавиться от этого народа, – сказал штаб офицер, указывая на этих людей. – Распускают командиры. А вот здесь, – он указал на раскинутую палатку маркитанта, – собьются и сидят. Нынче утром всех выгнал: посмотрите, опять полна. Надо подъехать, князь, пугнуть их. Одна минута.
– Заедемте, и я возьму у него сыру и булку, – сказал князь Андрей, который не успел еще поесть.
– Что ж вы не сказали, князь? Я бы предложил своего хлеба соли.
Они сошли с лошадей и вошли под палатку маркитанта. Несколько человек офицеров с раскрасневшимися и истомленными лицами сидели за столами, пили и ели.
– Ну, что ж это, господа, – сказал штаб офицер тоном упрека, как человек, уже несколько раз повторявший одно и то же. – Ведь нельзя же отлучаться так. Князь приказал, чтобы никого не было. Ну, вот вы, г. штабс капитан, – обратился он к маленькому, грязному, худому артиллерийскому офицеру, который без сапог (он отдал их сушить маркитанту), в одних чулках, встал перед вошедшими, улыбаясь не совсем естественно.
– Ну, как вам, капитан Тушин, не стыдно? – продолжал штаб офицер, – вам бы, кажется, как артиллеристу надо пример показывать, а вы без сапог. Забьют тревогу, а вы без сапог очень хороши будете. (Штаб офицер улыбнулся.) Извольте отправляться к своим местам, господа, все, все, – прибавил он начальнически.
Князь Андрей невольно улыбнулся, взглянув на штабс капитана Тушина. Молча и улыбаясь, Тушин, переступая с босой ноги на ногу, вопросительно глядел большими, умными и добрыми глазами то на князя Андрея, то на штаб офицера.
– Солдаты говорят: разумшись ловчее, – сказал капитан Тушин, улыбаясь и робея, видимо, желая из своего неловкого положения перейти в шутливый тон.
Но еще он не договорил, как почувствовал, что шутка его не принята и не вышла. Он смутился.
– Извольте отправляться, – сказал штаб офицер, стараясь удержать серьезность.
Князь Андрей еще раз взглянул на фигурку артиллериста. В ней было что то особенное, совершенно не военное, несколько комическое, но чрезвычайно привлекательное.
Штаб офицер и князь Андрей сели на лошадей и поехали дальше.
Выехав за деревню, беспрестанно обгоняя и встречая идущих солдат, офицеров разных команд, они увидали налево краснеющие свежею, вновь вскопанною глиною строящиеся укрепления. Несколько баталионов солдат в одних рубахах, несмотря на холодный ветер, как белые муравьи, копошились на этих укреплениях; из за вала невидимо кем беспрестанно выкидывались лопаты красной глины. Они подъехали к укреплению, осмотрели его и поехали дальше. За самым укреплением наткнулись они на несколько десятков солдат, беспрестанно переменяющихся, сбегающих с укрепления. Они должны были зажать нос и тронуть лошадей рысью, чтобы выехать из этой отравленной атмосферы.
– Voila l'agrement des camps, monsieur le prince, [Вот удовольствие лагеря, князь,] – сказал дежурный штаб офицер.
Они выехали на противоположную гору. С этой горы уже видны были французы. Князь Андрей остановился и начал рассматривать.
– Вот тут наша батарея стоит, – сказал штаб офицер, указывая на самый высокий пункт, – того самого чудака, что без сапог сидел; оттуда всё видно: поедемте, князь.