Касевич, Вадим Борисович

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Вадим Борисович Касевич

Вадим Борисович Касевич, 2008
Дата рождения:

21 сентября 1941(1941-09-21) (78 лет)

Место рождения:

Свердловск, СССР

Страна:

СССР СССРРоссия Россия

Научная сфера:

лингвистика, востоковедение, бирманский язык

Место работы:

Санкт-Петербург, Россия

Альма-матер:

Санкт-Петербургский государственный университет

Известен как:

специалист по общему языкознанию, бирманскому языку, буддологии, фонологии, морфонологии, морфологии, синтаксису, семантике, акцентологии, типологии, психолингвистике

Вади́м Бори́сович Касе́вич (род. 21 сентября 1941[уточнить], Свердловск) — советский и российский лингвист, востоковед, буддолог, бирманист.

Окончил Ленинградский университет (1963) по специальности «Китайская филология». Доктор филологических наук.

Профессор кафедры китайской филологии Восточного факультета Санкт-Петербургского государственного университета, заведующий кафедрой междисциплинарных исследований в области языков и литературы Факультет свободных искусств и наук СПбГУ, проректор СПбГУ по учебно-методическим объединениям.

Главный редактор журнала «Язык и речевая деятельность», издаваемого Санкт-Петербургским лингвистическим обществом. Вице-президент Лингвистического общества Санкт-Петербурга. Заведующий лабораторией по применению вычислительных методов в гуманитарных исследованиях.

Как приглашённый профессор читал лекции в Университете Гумбольдта в Берлине (1982), в Беркли и Калифорнийском университете (1990), в Сорбонне (1994), в Утрехтском университете (1998).

Основные труды — по общему языкознанию, типологии, фонологии, морфонологии, акцентологии, морфологии, синтаксису, семантике, философии языка, психолингвистике, перцептивной фонетике, языкам Юго-Восточной Азии, бирманскому языку. Автор более 250 публикаций.



Основные публикации

  • Zero in phonological description Chinese and Burmese // Word. 1970, Vol. 26. № 6. P. 362—372. (With N.A. Speshnev)
  • О типологической классификации языков Юго-Восточной Азии по фонологическим признакам // Филология и история стран зарубежной Азии и Африки: Научн. конф. Восточного факультета ЛГУ: Тез. докл. Л. 1974, С. 24-26.
  • Пассивные конструкции в бирманском языке // Типология пассивных конструкций. Л. 1974. — С. 91-98.
  • Проблема предмета языкознания // Вестн. Ленингр. ун-та. № 14. Вып. 3. 1974, С. 111—117.
  • Элементы общей лингвистики. М., Наука, ГРВЛ, 1977. — 183 с.
  • Интерференция фонологии, морфонологии, орфографии в речевой деятельности // Звуковой строй языка / Отв. ред. Р. И. Аванесов. М.: Наука. 1979. — С. 137—143.
  • Сегментные и супрасегментные единицы в восприятии речи // Фонология. Фонетика. Интонология: Материалы к IX Международному конгрессу фонетических наук. М. 1979. — С. 89-97. (Соавт. Е. М. Шабельникова)
  • Фонологические проблемы общего и восточного языкознания. М. Наука, ГРВЛ, 1983.- 295 с.
  • Словесная разборчивость, тип языка и стратегии восприятия речи // Проблемы инженерной психологии: VI Всесоюзная конф. по инженерной психологии: Тез. докл. Вып. III, Ч. 1. Л. 1984, С. 197—199. (Соавт. В. В. Рыбин, Е. М. Шабельникова)
  • Морфонология. Л.: Изд-во Ленингр. ун-та, 1988.
  • Семантика. Синтаксис. Морфология. М.: Наука, ГРВЛ, 1988. — 311 с.
  • Языковые структуры и когнитивная деятельность // Язык и когнитивная деятельность. М.: Наука. 1989. — С. 8-18.
  • Ударение и тон в языке и речевой деятельности. СПб.: Изд. СПбГУ, 1990. Л.: Изд-во Ленингр. ун-та, 1990. — 248 с. (Соавт. Е. М. Шабельникова, В. В. Рыбин)
  • Акцентология // Лингвистический энциклопедический словарь. М.: Сов. энцикл. С. 24-25; Бирманский язык // Там же. С.75; Каренские языки // Там же. С.213; Мора // Там же. С. 310; Слоговые языки // Там же. С. 470—471; Фонация // Там же. 1990, С. 552.
  • Типология языков и типология культур // Типологическое и сопоставительное изучение славянских и балканских языков: Межреспубликанская конф.: Тез. докл. М. 1993, С. 17-19.
  • Проблемы восприятия речи. СПб.: Изд-во СПбУ, 1994. — 232 с. (Соавт. А. В. Венцов)
  • Буддизм. Картина мира. Язык. СПб.: Центр «Петербургское востоковедение», 1996. — 288 с.
  • Нуль, немаркированность и нейтральность // 100 лет Р. О. Якобсону: Междунар. конгресс: Материалы.// М., 1996. C. 63.
  • Типология языков и восприятие речи // Гуманитарная наука в России: Соросовские лауреаты. М. 1996. — С. 269—274. (Соавт. А. В. Венцов, Е. В. Ягунова)
  • Язык, этнос и самосознание // Язык и речевая деятельность. Т. 2. СПб.: Изд-во СПбГУ, 2000. — С. 69-79; От редактора // Там же. C. 5-6.
  • Труды по языкознанию: В 2 т.: Т. 1. Под ред. Ю. А. Клейнера. Серия: Ars Philologica. СПб.: Филологический факультет СПбГУ, 2006. — 663 с.

Напишите отзыв о статье "Касевич, Вадим Борисович"

Ссылки

  • Касевич Вадим Борисович. [window.edu.ru/window/library?p_rid=38481 Язык и культура: Текст лекции] (pdf) (2001). Проверено 9 октября 2009. [www.webcitation.org/66QtHVS7L Архивировано из первоисточника 25 марта 2012].

Отрывок, характеризующий Касевич, Вадим Борисович

– L'Empereur? C'est la generosite, la clemence, la justice, l'ordre, le genie, voila l'Empereur! C'est moi, Ram ball, qui vous le dit. Tel que vous me voyez, j'etais son ennemi il y a encore huit ans. Mon pere a ete comte emigre… Mais il m'a vaincu, cet homme. Il m'a empoigne. Je n'ai pas pu resister au spectacle de grandeur et de gloire dont il couvrait la France. Quand j'ai compris ce qu'il voulait, quand j'ai vu qu'il nous faisait une litiere de lauriers, voyez vous, je me suis dit: voila un souverain, et je me suis donne a lui. Eh voila! Oh, oui, mon cher, c'est le plus grand homme des siecles passes et a venir. [Император? Это великодушие, милосердие, справедливость, порядок, гений – вот что такое император! Это я, Рамбаль, говорю вам. Таким, каким вы меня видите, я был его врагом тому назад восемь лет. Мой отец был граф и эмигрант. Но он победил меня, этот человек. Он завладел мною. Я не мог устоять перед зрелищем величия и славы, которым он покрывал Францию. Когда я понял, чего он хотел, когда я увидал, что он готовит для нас ложе лавров, я сказал себе: вот государь, и я отдался ему. И вот! О да, мой милый, это самый великий человек прошедших и будущих веков.]
– Est il a Moscou? [Что, он в Москве?] – замявшись и с преступным лицом сказал Пьер.
Француз посмотрел на преступное лицо Пьера и усмехнулся.
– Non, il fera son entree demain, [Нет, он сделает свой въезд завтра,] – сказал он и продолжал свои рассказы.
Разговор их был прерван криком нескольких голосов у ворот и приходом Мореля, который пришел объявить капитану, что приехали виртембергские гусары и хотят ставить лошадей на тот же двор, на котором стояли лошади капитана. Затруднение происходило преимущественно оттого, что гусары не понимали того, что им говорили.
Капитан велел позвать к себе старшего унтер офицера в строгим голосом спросил у него, к какому полку он принадлежит, кто их начальник и на каком основании он позволяет себе занимать квартиру, которая уже занята. На первые два вопроса немец, плохо понимавший по французски, назвал свой полк и своего начальника; но на последний вопрос он, не поняв его, вставляя ломаные французские слова в немецкую речь, отвечал, что он квартиргер полка и что ему ведено от начальника занимать все дома подряд, Пьер, знавший по немецки, перевел капитану то, что говорил немец, и ответ капитана передал по немецки виртембергскому гусару. Поняв то, что ему говорили, немец сдался и увел своих людей. Капитан вышел на крыльцо, громким голосом отдавая какие то приказания.
Когда он вернулся назад в комнату, Пьер сидел на том же месте, где он сидел прежде, опустив руки на голову. Лицо его выражало страдание. Он действительно страдал в эту минуту. Когда капитан вышел и Пьер остался один, он вдруг опомнился и сознал то положение, в котором находился. Не то, что Москва была взята, и не то, что эти счастливые победители хозяйничали в ней и покровительствовали ему, – как ни тяжело чувствовал это Пьер, не это мучило его в настоящую минуту. Его мучило сознание своей слабости. Несколько стаканов выпитого вина, разговор с этим добродушным человеком уничтожили сосредоточенно мрачное расположение духа, в котором жил Пьер эти последние дни и которое было необходимо для исполнения его намерения. Пистолет, и кинжал, и армяк были готовы, Наполеон въезжал завтра. Пьер точно так же считал полезным и достойным убить злодея; но он чувствовал, что теперь он не сделает этого. Почему? – он не знал, но предчувствовал как будто, что он не исполнит своего намерения. Он боролся против сознания своей слабости, но смутно чувствовал, что ему не одолеть ее, что прежний мрачный строй мыслей о мщенье, убийстве и самопожертвовании разлетелся, как прах, при прикосновении первого человека.
Капитан, слегка прихрамывая и насвистывая что то, вошел в комнату.
Забавлявшая прежде Пьера болтовня француза теперь показалась ему противна. И насвистываемая песенка, и походка, и жест покручиванья усов – все казалось теперь оскорбительным Пьеру.
«Я сейчас уйду, я ни слова больше не скажу с ним», – думал Пьер. Он думал это, а между тем сидел все на том же месте. Какое то странное чувство слабости приковало его к своему месту: он хотел и не мог встать и уйти.
Капитан, напротив, казался очень весел. Он прошелся два раза по комнате. Глаза его блестели, и усы слегка подергивались, как будто он улыбался сам с собой какой то забавной выдумке.
– Charmant, – сказал он вдруг, – le colonel de ces Wurtembourgeois! C'est un Allemand; mais brave garcon, s'il en fut. Mais Allemand. [Прелестно, полковник этих вюртембергцев! Он немец; но славный малый, несмотря на это. Но немец.]
Он сел против Пьера.
– A propos, vous savez donc l'allemand, vous? [Кстати, вы, стало быть, знаете по немецки?]
Пьер смотрел на него молча.
– Comment dites vous asile en allemand? [Как по немецки убежище?]
– Asile? – повторил Пьер. – Asile en allemand – Unterkunft. [Убежище? Убежище – по немецки – Unterkunft.]
– Comment dites vous? [Как вы говорите?] – недоверчиво и быстро переспросил капитан.
– Unterkunft, – повторил Пьер.
– Onterkoff, – сказал капитан и несколько секунд смеющимися глазами смотрел на Пьера. – Les Allemands sont de fieres betes. N'est ce pas, monsieur Pierre? [Экие дурни эти немцы. Не правда ли, мосье Пьер?] – заключил он.
– Eh bien, encore une bouteille de ce Bordeau Moscovite, n'est ce pas? Morel, va nous chauffer encore une pelilo bouteille. Morel! [Ну, еще бутылочку этого московского Бордо, не правда ли? Морель согреет нам еще бутылочку. Морель!] – весело крикнул капитан.
Морель подал свечи и бутылку вина. Капитан посмотрел на Пьера при освещении, и его, видимо, поразило расстроенное лицо его собеседника. Рамбаль с искренним огорчением и участием в лице подошел к Пьеру и нагнулся над ним.
– Eh bien, nous sommes tristes, [Что же это, мы грустны?] – сказал он, трогая Пьера за руку. – Vous aurai je fait de la peine? Non, vrai, avez vous quelque chose contre moi, – переспрашивал он. – Peut etre rapport a la situation? [Может, я огорчил вас? Нет, в самом деле, не имеете ли вы что нибудь против меня? Может быть, касательно положения?]