Фильм

Поделись знанием:
(перенаправлено с «Кинофильм»)
Перейти к: навигация, поиск

Фильм (англ. film — плёнка), а также — кино, кинофильм, телефильм, кинокартина — отдельное произведение киноискусства. В технологическом плане фильм представляет собой совокупность движущихся изображений (монтажных кадров), связанных единым сюжетом[1]. Каждый монтажный кадр состоит из последовательности фотографических или цифровых неподвижных изображений (кадриков), на которых зафиксированы отдельные фазы движения. Фильм, как правило, включает в себя звуковое сопровождение.

В начале XX века в России принято было говорить «фи́льма» (в женском роде[2]), и, кроме привычного нам значения, это слово относилось к киноплёнке[3].

Область человеческой деятельности, связанная с созданием и воспроизведением фильмов, называется кинематографом. Кинематограф включает в себя область применения фильма как одного из направлений искусства (киноискусство), (кинотехнику), а также киноиндустрию. Фильмы создаются путём записи движущихся изображений окружающего мира с помощью киносъёмочных аппаратов или цифровых кинокамер, а также производятся из отдельных изображений с использованием мультипликации или спецэффектов.

Просмотр фильмов является частью современной культуры. Герои популярных фильмов и актёры, их играющие, зачастую становятся знаменитыми, а их образы узнаваемыми. Специально для массового просмотра фильмов строят кинотеатры. Обычно продолжительность фильма составляет 90—120 минут (1,5—2 часа). В домашних условиях для просмотра фильмов традиционно используется телевизор с подключенным к нему видеопроигрывателем, в последнее время все чаще для этих целей служит компьютер.





История

Рождение кинематографа в виде, близком к тому, что мы можем наблюдать сейчас, произошло 28 декабря 1895 года, когда на бульваре Капуцинок в одном из залов «Гранд кафе» прошёл первый сеанс кинематографа.

Первый шаг к кинематографу был сделан в 1685 году, когда был изобретён «волшебный фонарь» — камера-обскура.

Второй шаг к кинематографу сделал в 1832 году Майкл Фарадей и его друг Макс Роджер. Вся Европа старалась изобрести аппарат, чтобы оживить рисунок. Прибор Фарадея назывался фенакистископом. К аппарату прилагался ряд последовательных картинок. Учёный Жозеф Плато занимался разложением движения на фазы (например, движение человека). Когда Фарадей получил в руки эти труды, ему до завершения фенакистископа оставалось совсем немного.

Третий шаг состоялся в 1877 году. Он стал возможен благодаря работам Луи Дагера и Жозе Ньепса. Губернатор Калифорнии Леланд Стэнфорд и фотограф Эдвард Мейбридж провели один интересный эксперимент. Леланд любил лошадей, и поспорил c Мейбриджем на тему того, «отрывает во время галопа лошадь ноги или нет». Они приобрели 60 фотокамер и расставили их по обеим сторонам беговой дорожки (по 30 фотокамер). Напротив них были установлены будочки, в которых расположились контролирующие камеры люди. Между фотокамерой и будкой был натянут шнурок. Когда лошадь переходила на галоп и оказывалась на отрезке, где были установлены камеры, она задевала ногой нитку, после чего происходило срабатывание камеры и получалось изображение одной из фаз движения лошади. Это была первая попытка разложить движение на фазы[4].

Классификация фильмов

К:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)

Классификация фильмов по степени документальности (достоверности) видеоматериала:

Игровое кино обычно принято классифицировать по следующим признакам:

  • по продолжительности экранного времени
  • по количеству серий
  • по отношению к первоисточнику (источнику сценария или идеи фильма)
  • по аудиовизуальному ряду, художественной форме
  • по новаторскому подходу, степени инновационности
  • по потребителю (целевой аудитории фильма, зрительскому сегменту рынка), в том числе классификация по объёму (массовости) и возрасту аудитории
  • по производителю
  • по основным жанрам драматургии
  • по целям авторов

Классификация фильмов по продолжительности экранного времени:

Классификация фильмов по количеству серий:

  • Односерийный фильм
  • Малосерийный фильм — 2—3 серии
  • Многосерийный фильм (мини-киносериал) — 4—9 серий
  • Киносериал — 10—15 серий
  • Телесериал — более 15 серий
  • Киножурнал — более 15 выпусков

Классификация фильмов по отношению к первоисточнику (источнику сценария или идеи фильма):

  • Экранизация художественных произведений иных жанров — литературы, компьютерных игр, комиксов
  • Различные типы продолжения оригинального фильма: сиквел, приквел, спин-офф и другое
  • Ремейк (повторная версия фильма) и перезагрузка (фильм, игнорирующий сюжеты предыдущих фильмов данной серии)

Классификация фильмов по аудиовизуальному ряду, художественной форме:

Классификация фильмов по новаторскому подходу, степени инновационности:

Классификация фильмов по потребителю (целевой аудитории фильма, зрительскому сегменту рынка):

Классификация фильмов по производителю:

Классификация фильмов по основным жанрам драматургии:

Классификация игровых фильмов по жанрам и субжанрам приведена в статье «Жанры игрового кино».

Классификация фильмов по целям автора (с какой целью?):

Кинофильм

Кинофи́льм — последовательность фотографических изображений, снятых с определённой частотой на фотоплёнке с помощью специального устройства (кинокамеры) и предназначенных для проекции (с той же частотой) на экран. Различают узкоплёночные (любительские) кинофильмы, снятые на кинолентах шириной 8 или 19 мм, и профессиональные, снятые на киноплёнке 16 или 35 мм шириной обычным объективом или с помощью специальной широкоформатной насадки, позволяющей изменить соотношение сторон, не меняя размеров кадрового окна кинокамеры и кинопроектора. Изначально кинофильм был «немым», то есть представлял последовательность кадров, снятых на чёрно-белую киноплёнку. «Великий немой» демонстрировали в кинотеатрах под аккомпанемент тапёра. Совершенствование технологий позволило осуществлять запись звука на киноплёнку (оптическая запись) или магнитную ленту, нанесенную на позитивную плёнку, — в конце 1930-х годов началась эра звукового кино. Кроме того, появилась цветная фото- и киноплёнка.

Фильмопроизводство — подавляющее большинство фильмов создаётся коллективами творческих работников и технических специалистов на специализированных киностудиях с использованием в процессе постановки разнообразных средств кинотехники, съёмки в киносъёмочных павильонах, на натурных площадках и так далее. Кроме того, кинофильмы для научных, технических и учебных целей нередко изготавливаются в кинолабораториях научно-исследовательских институтов и учебных заведений. Любительские — фильмы, которые снимаются отдельными кинолюбителями, а также на любительских киностудиях, созданных при клубах, учебных заведениях и предприятиях[1].

Панорамное кино

Дальнейшее развитие качества киноизображения связано с появлением в начале 1950-х панорамных киносистем, получивших огромную популярность у зрителей, но дорогих и непригодных для широкого распространения. Панора́мное кино́ — кинематографические системы с очень большим соотношением сторон сильно изогнутого экрана. Характерной особенностью панорамного кино был очень большой угол горизонтального обзора, превышавший поле зрения человека и позволявший сделать границы экрана малозаметными[5]. Такие системы для съёмки фильмов используют разделение изображения на несколько частей и, как правило, несколько киноплёнок. В СССР и остальном мире такие форматы не получили широкого распространения вследствие своей дороговизны и несовместимости с массовой киносетью. Небольшое количество фильмов, снятых панорамными технологиями, как у нас, так и за рубежом, чаще всего перепечатывались на широкие форматы киноплёнки для демонстрации в традиционных кинотеатрах.

Кинопанорама (СССР, 1957 год)

Советская «Кинопанорама» была разработана в московском Научно-исследовательском Кинофотоинституте (НИКФИ) на основе системы «Синерама» под руководством Е. М. Голдовского и представлена в 1957 году[5]. В некоторых странах, в которых производилась демонстрация советских фильмов, снятых по этой системе, она называлась Soviet Cinerama. Первым кинотеатром, где использовалась эта технология, был кинотеатр «Мир» в Москве на Цветном бульваре, дом 11, рядом с известным цирком, открытый в феврале 1958 года. На момент открытия он был крупнейшим в Европе, а по размеру экрана (200 м2) — крупнейшим в мире. Он вмещал 1220 зрителей, а его экран с мест в первых рядах, имел видимые угловые размеры 146° по горизонтали и 78° по вертикали[6].

Впоследствии кинотеатр был переоборудован для показа широкоформатного кино[7].

Широкоформатное кино

Широкоформа́тное кино́ — разновидность кинематографических систем, в основе которых лежит использование киноплёнки с шириной, превосходящей стандартную 35-мм[8] (чаще от 50 до 70 мм[9]). Широкоформатные киносистемы отличаются большой площадью кадра, не требующего сильного увеличения и позволяющего получать высококачественное изображение на больших экранах[10]. Широкие форматы разрабатывались, как замена дорогостоящему панорамному кинематографу, и при сопоставимой площади кадра дают цельное изображение без стыков. Наибольшее распространение получили широкоформатные системы, использующие для изготовления фильмокопий киноплёнку шириной 70-мм с кадром, занимающим в высоту 5 перфораций и широкоэкранным[11] соотношением сторон 2,2:1 (формат «5/70»). Современный вид широкоформатного кинематографа регламентируется стандартом ISO 2467:2004[12] в соответствии с рекомендациями и нормативами SMPTE. В настоящее время в широкоформатном кино для съёмки используется киноплёнка шириной 65-мм и сферическая (аксиально-симметричная) оптика, а для печати фильмокопий — киноплёнка шириной 70-мм[13].

Вопреки распространённому заблуждению, появление на рынке широкой киноплёнки первоначально связано не с попытками повышения разрешающей способности, а главным образом, как способ размещения оптической фонограммы на одном носителе с изображением[14]. Широкоформатные киносистемы начали развиваться с появлением звукового кинематографа. Качество звука тогда зависело от ширины дорожки, и на стандартной 35-мм киноплёнке кадр, если ширина фонограммы была слишком велика, становился квадратным. Проблему решала широкая плёнка, на которой можно было печатать фонограммы любой ширины, а также широкоэкранное изображение большой площади. Попытки создания широкоформатного кинематографа предпринимались с первых дней существования кино, однако практическое применение широкоформатное кино получило только с середины 50-х годов ХХ века, после того как опыт съёмки и демонстрирования 35-мм широкоэкранных фильмов с использованием анаморфотной оптики показал, что выигрыш в размерах изображения достигается ценой некоторого ухудшения его качества. Создание широкоформатного кино ознаменовало новый этап в развитии кинематографа, характеризующийся существенным увеличением размеров экранного изображения без ухудшения его качества, достигнутым благодаря использованию киноплёнки удвоенной (по сравнению с обычной) ширины и системы 6-канальной стереофонической записи и воспроизведения звука. В некоторых системах широкоформатного кино наряду с широкой киноплёнкой одновременно применяют и анаморфирование изображения[9].

Любительское кино

Люби́тельское кино́ (кинолюби́тельство) — хобби или один из видов самодеятельного творчества с применением методов и средств кинематографа. В эпоху первых экспериментов в области кинематографа строгого деления на любительский и профессиональный не было. Таким образом, именование (в том числе и самоименование) того или иного коллектива (группы) кинолюбителями, а также причисление того или иного оборудования к кинолюбительскому приблизительно до 1920-х годов было произвольным. Постепенно, к 1970-м годам сложилась классификация, относящая киноплёнку шириной 35 мм и более к профессиональной, для показа в кинотеатрах большому количеству зрителей, а более узкую (за исключением телевизионного производства) — к любительской. Эта необходимость диктовалось, в частности, показателем допустимого светового потока (соответственно и максимальным размером экрана), зависящим от размера кадра на плёнке. Такое деление определяло и значительно меньшие габаритные размеры любительской аппаратуры и её оптики. Именно так позиционировались (в частности, по массовости производства и масштабу цен) производимые в мире киноплёнка, съёмочные камеры, проекторы и монтажные столы. Любительское кино существует во многих странах и появилось практически одновременно с профессиональным кинематографом, привлекая внимание творческих людей новыми, ранее не существовавшими изобразительными возможностями. Как и для любительской фотографии, в итоге возникла и развилась целая индустрия, ориентированная на узкоплёночное, мелкоформатное, малобюджетное кино.

Значительную часть затрат кинолюбителя (как материальных, так и временны́х) на фильм составляет киноплёнка и её химико-фотографическая обработка. Стремление снизить эти затраты определяет основные особенности любительского кинематографа.

  • В отличие от прокатной киноиндустрии, изначально предполагающей изготовление нескольких копий фильма и потому использующей негативную плёнку, съёмка подавляющего большинства любительских фильмов производилась на чёрно-белую и цветную обращаемую киноплёнку, с получением единственного экземпляра фильма непосредственно в позитивном виде. В СССР узкая негативная и позитивная киноплёнка была в продаже большой редкостью. Кинокопировальные аппараты для кинолюбителей выпускались малыми партиями (например, КАУ-16[15]) и были доступны только любительским объединениям. Кроме того, выпускались кинокамеры «Экран», пригодные для контактной печати 8-мм фильмов, однако сложность технологии и неизбежные потери качества изображения на малом формате, сделали любительскую печать экзотикой.
  • В СССР домашнее любительское кино снималось, как правило, на киноплёнку формата «8 мм» или «Super-8» («8 мм тип С»). Для увеличения длины фильма выпускалась 16 мм плёнка с двойной перфорацией (по обеим краям), которая обозначалась «2×8 мм». после экспонирования плёнка в кинокамере перезаряжалась (переворачивалась). Для предохранения от ошибочной повторной экспозиции на внутреннем конце 10-метрового ролика киноплёнки перфорировалась надпись «1/2 экс». После экспозиции обеих сторон двойной плёнки её проявляли, а затем разрезали вдоль с помощью специального резака и наматывали на 8-мм бобины (которые выпускались и для намотки магнитной ленты шириной 6,25 мм, а затем и 6,3 мм для бытовых бобинных магнитофонов). Киноплёнка «16 мм» применялась, в основном, в кружках и клубах. Домашнее применение сдерживалось высокой стоимостью аппаратуры, её большими размерами и весом, а также большей стоимостью киноплёнки.

Для домашнего кинолюбительства необходимо было приобрести:

  • кинокамеру с запасом киноплёнки или кассетами,
  • наборы химикатов для лабораторной обработки обращаемой чёрно-белой или цветной киноплёнки, а также лабораторную посуду и термометр,
  • бачок для проявки киноплёнки,
  • сушилку для киноплёнки,
    • в крупных городах СССР была доступна централизованная обработка фотокиноплёнки.
  • резак для плёнки (если применялась двойная 8-мм плёнка),
  • монтажный стол для просмотра отснятого фильма, монтажа и склейки его (иногда для этой цели использовали кинопроектор либо специальные увеличительные стёкла с фильмовым каналом),
  • специальные бобины для намотки смонтированного фильма,
  • синхронизатор к бытовому бобинному магнитофону для озвучивания 8-мм фильмов,
  • кинопроектор и переносной сворачиваемый экран (чаще белая простыня) для демонстрации отснятых шедевров,
  • станок для перемотки фильмов (чаще изготавливался из подручных материалов),
  • пресс для склейки киноплёнки и специальный киноклей (позже стали выпускать скотч в кассетах).

С массовым распространением бытовых видеокамер и видеомагнитофонов, любительские фильмы начали сниматься на видеокассеты. В настоящее время видеолюбительство полностью вытеснило кинолюбительство, а съёмочное оборудование и узкая киноплёнка не выпускаются.

Видеофильм

Видеофи́льмкинокартина, снятая не на киноплёнке, а на магнитной ленте с помощью видеокамеры. В настоящее время вместо магнитной ленты используются твёрдотельные накопители или жёсткие диски. Понятие «видеофильм» относится в большей мере к любительскому кинематографу или к промышленным и учебным фильмам. Телефильмы, снимаемые по такой же технологии, не считаются видеофильмом. От цифрового кино видеофильм отличается использованием телевизионных стандартов изображения, в том числе высокой чёткости. Однако, в некоторых случаях разница между видеофильмом и цифровым кинофильмом может быть условна, а в полнометражных фильмах используются кадры, снятые видеокамерами. Совершенствование цифровой видеотехники и доступность нелинейного видеомонтажа с помощью компьютера позволяют достигать результатов, сопоставимых по техническому качеству с профессиональными. Многие независимые кинематографисты создают документальные и игровые фильмы любительским и полупрофессиональным видеооборудованием.

Телефильм

Телефи́льм (или телевизио́нный фи́льм) — игровой фильм, снятый специально для показа по телевидению. При создании телефильмов учитываются технические возможности телевидения и особенности восприятия телезрителями изображения на экране телевизора[16]. Изначально по телевидению демонстрировались обычные кинофильмы. Вскоре начали создаваться фильмы по заказу телеканалов. В процессе производства таких фильмов была выработана определённая телевизионная специфика, что, собственно, и привело к появлению понятия «телефильм». Важнейшим фактором в производстве телефильмов является размер телевизионного экрана. В то время как на телевидении наиболее распространённым соотношением сторон экрана всё ещё остаётся традиционное полноэкранное 4:3 (1,33:1), а развитие телевидения высокого разрешения только набирает популярность широкоэкранное 16:9 (1,78:1), в киноиндустрии самым популярным на данный момент является суперширокоэкранное соотношение 2,39:1. Поскольку телеэкран значительно меньше киноэкрана, телефильмы отличаются от кинофильмов меньшим числом общих планов и отсутствием высокодетализированных изображений. Таким образом, телефильм, (как жанр) возник в начале 1960-х годов из слияния телевидения и классического кинематографа. Наиболее часто телефильм состоит из двух и более последовательных, но демонстрируемых в разное время частей — серий. Телефильмы с бо́льшим количеством серий принято называть телесериалами. Телефильмам и телесериалам в частности свойственно специфичное «растянутое» повествование. При монтаже современных телефильмов учитываются рекламные блоки в эфирной сетке телеканалов — на интригующем моменте делается пауза, и после предполагаемой рекламы следует продолжение с небольшим «откатом» сюжета.

Мультипликационный фильм

Мультипликацио́нный фи́льм (или мультфи́льм) — это ряд рисунков, выполненных с помощью средств рисования, графики или фильм, снятый методом покадровой съёмки объектов из пластилина и других подручных материалов, а также кукол или компьютерных моделей на какой-либо из существующих носителей (кино-, видео-, цифра) и предназначенный для показа в кинотеатре, по телевизору или на экране компьютера. Как и обычные кинофильмы, мультфильмы бывают короткометражными и полнометражными (обычно более часа).

Диафильм

Диафи́льм (от греч. δια — приставка, здесь означающая «переход от начала до конца», и англ. film — фото- или киноплёнка) — последовательность изображений, отпечатанных на стандартной позитивной 35-мм перфорированной плёнке, кадры которой тематически связаны друг с другом и, как правило, снабжены текстом (имеются титры), превращающим кадры в иллюстрированный рассказ. Фактически диафильм — это неразрезанный диапозитив без рамок. Кадры диафильма неразрывно связаны между собой, что не позволяет менять порядок их демонстрации — каждый кадр диафильма является продолжением предыдущего. Стандартный размер кадра диафильма — 18×24 мм. Длина диафильма, как правило, была около 1 м. Возможность коллективного просмотра диафильмов на большом экране позволяла заменить дорогостоящую кинопроекцию более доступным шоу, особенно популярным у детей, предпочитавших его чтению иллюстрированных книг вслух. За пределами советского блока диафильмы были, например, в США. Небольшое количество диафильмов выпускалось со звуковым сопровождением на магнитной ленте (катушках) или гораздо чаще на виниловых пластинках — показ озвученных диафильмов мог проводиться одновременно с воспроизведением грампластинки с дикторским текстом или музыкальным сопровождением. В настоящий момент выпускаются диафильмы в России и в Венгрии, в том числе на русском языке. Звуковые диафильмы в виде картриджей для диапроектора «Светлячок» — в Китае. К сожалению, диафильмы, выпущенные в последнее время в России, являются перепечаткой старых плёнок и отличаются низким качеством (очень высоким контрастом). С распространением бытовой видеозаписи диафильмы практически вышли из употребления. Однако в последнее время интерес к диафильмам снова вырос и сейчас в Китае выпускают диапроекторы «Светлячок» и «Реджио», а в Белоруссии продолжается выпуск «Пеленг-500».

Разновидностью диафильма является микрофильм.

Микрофильм

Микрофи́льм — документ в виде микроформы на рулонной светочувствительной фотоплёнке с последовательным расположением кадров в один или два ряда или фотокопия документов, рукописей, книг и так далее, выполненная со значительным уменьшением на фотоплёнке или киноплёнке. В свою очередь, процесс получения (копирования) фотографическим способом уменьшенного в десятки и сотни раз изображения с бумажных носителей информации (чертежи, рукописи, рисунки, архивные документы) получил название Микрофильми́рование.

Первые работы по микрофильмированию отмечены к началу XIX века и связаны с именами изготовителя оптических приборов англичанина Д. Дансера и французского фотографа Луи Дагера. В России большая заслуга в развитии микрофильмирования принадлежит Е. Ф. Буринскому — одному из основоположников судебной и научной фотографии. Научно-технический прогресс вызвал резкое увеличение объёма научно-технической информации на бумажных носителях, обусловил широкое использование микрофильмирования на производстве, в науке, библиотечном и архивном делопроизводстве. Микрофильмирование сокращает размер хранилищ, исключает возможность поврежнения редких книг, обеспечивает бо́льшую доступность раритетных изданий. Благодаря копированию появляется возможность передачи копии в другие библиотеки и архивы, уменьшаются транспортные расходы. Для фотографирования документов чаще всего применяются специализированные фотоаппараты, имеющие оптику с высокой разрешающей способностью. В СССР для съёмки микрофильмов применялась чёрно-белая негативная фотоплёнка «МЗ-3Л», «Микрат-200» и «Микрат-300» с разрешением 150, 200 и 300 лин/мм соответственно[17]. Для просмотра и получения увеличенных копий на бумажном носителе используются читально-копировальные аппараты, при создании копий применяется электрографический метод. Для хранения носителей, их быстрого поиска применялись информационно-поисковые системы («Иверия» — для микрофильмов в отрезках и «Поиск» — для рольных микрофильмов)[18].

См. также

Напишите отзыв о статье "Фильм"

Примечания

  1. 1 2 Фильм — статья из Большой советской энциклопедии. Е. А. Иофис.
  2. Словарь трудностей русского языка, 1976, с. 646.
  3. [www.kinozapiski.ru/ru/article/sendvalues/487/ Дыхание воли. Дневники Михаила Цехановского — Номер 57.]
  4. Даровский В. П. «История российского кинематографа. Курс Лекций»
  5. 1 2 И. Б. Гордийчук, В. Г. Пелль. Справочник кинооператора / Н. Н. Жердецкая. — М.,: «Искусство», 1979. — С. 38-48. — 440 с.
  6. Приглашает сферорама // Наука и жизнь. — 1988. — № 4. — С. 33—35.
  7. [krugorama.narod.ru/fsc/index.html Панорамное кино] (рус.). Кинотеатр «Круговая кинопанорама» (2006). Проверено 12 мая 2012. [www.webcitation.org/69rpNSXNj Архивировано из первоисточника 12 августа 2012].
  8. И. Б. Гордийчук, В. Г. Пелль. Раздел I. Системы кинематографа // Справочник кинооператора / Н. Н. Жердецкая. — М.,: «Искусство», 1979. — С. 25-34. — 440 с.
  9. 1 2 Широкоформатное кино — статья из Большой советской энциклопедии. М. З. Высоцкий.
  10. [www.widescreenmuseum.com/widescreen/filmdims.htm Relative Frame Dimensions] (англ.). The American WideScreen Museum. Проверено 12 мая 2012. [www.webcitation.org/68UrYpTMy Архивировано из первоисточника 18 июня 2012].
  11. [www.widescreen.org/aspect_ratios.shtml Aspect ratios] (англ.). The Letterbox and Widescreen Advocacy Page. Проверено 9 мая 2012. [www.webcitation.org/68UrYHxHr Архивировано из первоисточника 18 июня 2012].
  12. [webstore.ansi.org/RecordDetail.aspx?sku=ISO+2467:2004 ISO 2467:2004] (англ.). ANSI. Проверено 21 августа 2012. [www.webcitation.org/6B8CKCT5C Архивировано из первоисточника 3 октября 2012].
  13. [motion.kodak.com/motion/uploadedFiles/05_Film_Types_and_Formats_ru.pdf Типы и форматы киноплёнки] (рус.). Kodak. Проверено 9 мая 2012. [www.webcitation.org/67YARXEGH Архивировано из первоисточника 10 мая 2012].
  14. Е. М. Голдовский. Глава III // Кинопроекция в вопросах и ответах. — 1-е изд. — М.,: «Искусство», 1971. — С. 56. — 220 с.
  15. Г. Андерег, Н. Панфилов. Справочная книга кинолюбителя / Д. Н. Шемякин. — Л.,: «Лениздат», 1977. — С. 252. — 368 с.
  16. Б. Коноплёв. Основы фильмопроизводства. — 2-е изд. — М.,: "Искусство", 1975. — 448 с.
  17. Разрешение любительских чёрно-белых негативных фотоплёнок «Фото-65» не превышало 100 лин/мм.
  18. Микрофильмирование — статья из Большой советской энциклопедии. И. М. Гофбауэр.

Литература

  • Розенталь Д. Э., Теленкова М. А. Словарь трудностей русского языка. — М.,: «Русский язык», 1976. — С. 646. — 696 с..
  • Лукин В. В., Микрофильмирование, его настоящее и будущее, «США. Экономика, политика, идеология», 1973, № 4.
  • Механизация инженерно-технического и управленческого труда. Справочная книга, под ред. И. И. Кандаурова, Л., 1973.


Отрывок, характеризующий Фильм

– То, что на вас есть: часы, деньги, кольца…
Пьер поспешно достал кошелек, часы, и долго не мог снять с жирного пальца обручальное кольцо. Когда это было сделано, масон сказал:
– В знак повиновенья прошу вас раздеться. – Пьер снял фрак, жилет и левый сапог по указанию ритора. Масон открыл рубашку на его левой груди, и, нагнувшись, поднял его штанину на левой ноге выше колена. Пьер поспешно хотел снять и правый сапог и засучить панталоны, чтобы избавить от этого труда незнакомого ему человека, но масон сказал ему, что этого не нужно – и подал ему туфлю на левую ногу. С детской улыбкой стыдливости, сомнения и насмешки над самим собою, которая против его воли выступала на лицо, Пьер стоял, опустив руки и расставив ноги, перед братом ритором, ожидая его новых приказаний.
– И наконец, в знак чистосердечия, я прошу вас открыть мне главное ваше пристрастие, – сказал он.
– Мое пристрастие! У меня их было так много, – сказал Пьер.
– То пристрастие, которое более всех других заставляло вас колебаться на пути добродетели, – сказал масон.
Пьер помолчал, отыскивая.
«Вино? Объедение? Праздность? Леность? Горячность? Злоба? Женщины?» Перебирал он свои пороки, мысленно взвешивая их и не зная которому отдать преимущество.
– Женщины, – сказал тихим, чуть слышным голосом Пьер. Масон не шевелился и не говорил долго после этого ответа. Наконец он подвинулся к Пьеру, взял лежавший на столе платок и опять завязал ему глаза.
– Последний раз говорю вам: обратите всё ваше внимание на самого себя, наложите цепи на свои чувства и ищите блаженства не в страстях, а в своем сердце. Источник блаженства не вне, а внутри нас…
Пьер уже чувствовал в себе этот освежающий источник блаженства, теперь радостью и умилением переполнявший его душу.


Скоро после этого в темную храмину пришел за Пьером уже не прежний ритор, а поручитель Вилларский, которого он узнал по голосу. На новые вопросы о твердости его намерения, Пьер отвечал: «Да, да, согласен», – и с сияющею детскою улыбкой, с открытой, жирной грудью, неровно и робко шагая одной разутой и одной обутой ногой, пошел вперед с приставленной Вилларским к его обнаженной груди шпагой. Из комнаты его повели по коридорам, поворачивая взад и вперед, и наконец привели к дверям ложи. Вилларский кашлянул, ему ответили масонскими стуками молотков, дверь отворилась перед ними. Чей то басистый голос (глаза Пьера всё были завязаны) сделал ему вопросы о том, кто он, где, когда родился? и т. п. Потом его опять повели куда то, не развязывая ему глаз, и во время ходьбы его говорили ему аллегории о трудах его путешествия, о священной дружбе, о предвечном Строителе мира, о мужестве, с которым он должен переносить труды и опасности. Во время этого путешествия Пьер заметил, что его называли то ищущим, то страждущим, то требующим, и различно стучали при этом молотками и шпагами. В то время как его подводили к какому то предмету, он заметил, что произошло замешательство и смятение между его руководителями. Он слышал, как шопотом заспорили между собой окружающие люди и как один настаивал на том, чтобы он был проведен по какому то ковру. После этого взяли его правую руку, положили на что то, а левою велели ему приставить циркуль к левой груди, и заставили его, повторяя слова, которые читал другой, прочесть клятву верности законам ордена. Потом потушили свечи, зажгли спирт, как это слышал по запаху Пьер, и сказали, что он увидит малый свет. С него сняли повязку, и Пьер как во сне увидал, в слабом свете спиртового огня, несколько людей, которые в таких же фартуках, как и ритор, стояли против него и держали шпаги, направленные в его грудь. Между ними стоял человек в белой окровавленной рубашке. Увидав это, Пьер грудью надвинулся вперед на шпаги, желая, чтобы они вонзились в него. Но шпаги отстранились от него и ему тотчас же опять надели повязку. – Теперь ты видел малый свет, – сказал ему чей то голос. Потом опять зажгли свечи, сказали, что ему надо видеть полный свет, и опять сняли повязку и более десяти голосов вдруг сказали: sic transit gloria mundi. [так проходит мирская слава.]
Пьер понемногу стал приходить в себя и оглядывать комнату, где он был, и находившихся в ней людей. Вокруг длинного стола, покрытого черным, сидело человек двенадцать, всё в тех же одеяниях, как и те, которых он прежде видел. Некоторых Пьер знал по петербургскому обществу. На председательском месте сидел незнакомый молодой человек, в особом кресте на шее. По правую руку сидел итальянец аббат, которого Пьер видел два года тому назад у Анны Павловны. Еще был тут один весьма важный сановник и один швейцарец гувернер, живший прежде у Курагиных. Все торжественно молчали, слушая слова председателя, державшего в руке молоток. В стене была вделана горящая звезда; с одной стороны стола был небольшой ковер с различными изображениями, с другой было что то в роде алтаря с Евангелием и черепом. Кругом стола было 7 больших, в роде церковных, подсвечников. Двое из братьев подвели Пьера к алтарю, поставили ему ноги в прямоугольное положение и приказали ему лечь, говоря, что он повергается к вратам храма.
– Он прежде должен получить лопату, – сказал шопотом один из братьев.
– А! полноте пожалуйста, – сказал другой.
Пьер, растерянными, близорукими глазами, не повинуясь, оглянулся вокруг себя, и вдруг на него нашло сомнение. «Где я? Что я делаю? Не смеются ли надо мной? Не будет ли мне стыдно вспоминать это?» Но сомнение это продолжалось только одно мгновение. Пьер оглянулся на серьезные лица окружавших его людей, вспомнил всё, что он уже прошел, и понял, что нельзя остановиться на половине дороги. Он ужаснулся своему сомнению и, стараясь вызвать в себе прежнее чувство умиления, повергся к вратам храма. И действительно чувство умиления, еще сильнейшего, чем прежде, нашло на него. Когда он пролежал несколько времени, ему велели встать и надели на него такой же белый кожаный фартук, какие были на других, дали ему в руки лопату и три пары перчаток, и тогда великий мастер обратился к нему. Он сказал ему, чтобы он старался ничем не запятнать белизну этого фартука, представляющего крепость и непорочность; потом о невыясненной лопате сказал, чтобы он трудился ею очищать свое сердце от пороков и снисходительно заглаживать ею сердце ближнего. Потом про первые перчатки мужские сказал, что значения их он не может знать, но должен хранить их, про другие перчатки мужские сказал, что он должен надевать их в собраниях и наконец про третьи женские перчатки сказал: «Любезный брат, и сии женские перчатки вам определены суть. Отдайте их той женщине, которую вы будете почитать больше всех. Сим даром уверите в непорочности сердца вашего ту, которую изберете вы себе в достойную каменьщицу». И помолчав несколько времени, прибавил: – «Но соблюди, любезный брат, да не украшают перчатки сии рук нечистых». В то время как великий мастер произносил эти последние слова, Пьеру показалось, что председатель смутился. Пьер смутился еще больше, покраснел до слез, как краснеют дети, беспокойно стал оглядываться и произошло неловкое молчание.
Молчание это было прервано одним из братьев, который, подведя Пьера к ковру, начал из тетради читать ему объяснение всех изображенных на нем фигур: солнца, луны, молотка. отвеса, лопаты, дикого и кубического камня, столба, трех окон и т. д. Потом Пьеру назначили его место, показали ему знаки ложи, сказали входное слово и наконец позволили сесть. Великий мастер начал читать устав. Устав был очень длинен, и Пьер от радости, волнения и стыда не был в состоянии понимать того, что читали. Он вслушался только в последние слова устава, которые запомнились ему.
«В наших храмах мы не знаем других степеней, – читал „великий мастер, – кроме тех, которые находятся между добродетелью и пороком. Берегись делать какое нибудь различие, могущее нарушить равенство. Лети на помощь к брату, кто бы он ни был, настави заблуждающегося, подними упадающего и не питай никогда злобы или вражды на брата. Будь ласков и приветлив. Возбуждай во всех сердцах огнь добродетели. Дели счастье с ближним твоим, и да не возмутит никогда зависть чистого сего наслаждения. Прощай врагу твоему, не мсти ему, разве только деланием ему добра. Исполнив таким образом высший закон, ты обрящешь следы древнего, утраченного тобой величества“.
Кончил он и привстав обнял Пьера и поцеловал его. Пьер, с слезами радости на глазах, смотрел вокруг себя, не зная, что отвечать на поздравления и возобновления знакомств, с которыми окружили его. Он не признавал никаких знакомств; во всех людях этих он видел только братьев, с которыми сгорал нетерпением приняться за дело.
Великий мастер стукнул молотком, все сели по местам, и один прочел поучение о необходимости смирения.
Великий мастер предложил исполнить последнюю обязанность, и важный сановник, который носил звание собирателя милостыни, стал обходить братьев. Пьеру хотелось записать в лист милостыни все деньги, которые у него были, но он боялся этим выказать гордость, и записал столько же, сколько записывали другие.
Заседание было кончено, и по возвращении домой, Пьеру казалось, что он приехал из какого то дальнего путешествия, где он провел десятки лет, совершенно изменился и отстал от прежнего порядка и привычек жизни.


На другой день после приема в ложу, Пьер сидел дома, читая книгу и стараясь вникнуть в значение квадрата, изображавшего одной своей стороною Бога, другою нравственное, третьею физическое и четвертою смешанное. Изредка он отрывался от книги и квадрата и в воображении своем составлял себе новый план жизни. Вчера в ложе ему сказали, что до сведения государя дошел слух о дуэли, и что Пьеру благоразумнее бы было удалиться из Петербурга. Пьер предполагал ехать в свои южные имения и заняться там своими крестьянами. Он радостно обдумывал эту новую жизнь, когда неожиданно в комнату вошел князь Василий.
– Мой друг, что ты наделал в Москве? За что ты поссорился с Лёлей, mon сher? [дорогой мoй?] Ты в заблуждении, – сказал князь Василий, входя в комнату. – Я всё узнал, я могу тебе сказать верно, что Элен невинна перед тобой, как Христос перед жидами. – Пьер хотел отвечать, но он перебил его. – И зачем ты не обратился прямо и просто ко мне, как к другу? Я всё знаю, я всё понимаю, – сказал он, – ты вел себя, как прилично человеку, дорожащему своей честью; может быть слишком поспешно, но об этом мы не будем судить. Одно ты помни, в какое положение ты ставишь ее и меня в глазах всего общества и даже двора, – прибавил он, понизив голос. – Она живет в Москве, ты здесь. Помни, мой милый, – он потянул его вниз за руку, – здесь одно недоразуменье; ты сам, я думаю, чувствуешь. Напиши сейчас со мною письмо, и она приедет сюда, всё объяснится, а то я тебе скажу, ты очень легко можешь пострадать, мой милый.
Князь Василий внушительно взглянул на Пьера. – Мне из хороших источников известно, что вдовствующая императрица принимает живой интерес во всем этом деле. Ты знаешь, она очень милостива к Элен.
Несколько раз Пьер собирался говорить, но с одной стороны князь Василий не допускал его до этого, с другой стороны сам Пьер боялся начать говорить в том тоне решительного отказа и несогласия, в котором он твердо решился отвечать своему тестю. Кроме того слова масонского устава: «буди ласков и приветлив» вспоминались ему. Он морщился, краснел, вставал и опускался, работая над собою в самом трудном для него в жизни деле – сказать неприятное в глаза человеку, сказать не то, чего ожидал этот человек, кто бы он ни был. Он так привык повиноваться этому тону небрежной самоуверенности князя Василия, что и теперь он чувствовал, что не в силах будет противостоять ей; но он чувствовал, что от того, что он скажет сейчас, будет зависеть вся дальнейшая судьба его: пойдет ли он по старой, прежней дороге, или по той новой, которая так привлекательно была указана ему масонами, и на которой он твердо верил, что найдет возрождение к новой жизни.
– Ну, мой милый, – шутливо сказал князь Василий, – скажи же мне: «да», и я от себя напишу ей, и мы убьем жирного тельца. – Но князь Василий не успел договорить своей шутки, как Пьер с бешенством в лице, которое напоминало его отца, не глядя в глаза собеседнику, проговорил шопотом:
– Князь, я вас не звал к себе, идите, пожалуйста, идите! – Он вскочил и отворил ему дверь.
– Идите же, – повторил он, сам себе не веря и радуясь выражению смущенности и страха, показавшемуся на лице князя Василия.
– Что с тобой? Ты болен?
– Идите! – еще раз проговорил дрожащий голос. И князь Василий должен был уехать, не получив никакого объяснения.
Через неделю Пьер, простившись с новыми друзьями масонами и оставив им большие суммы на милостыни, уехал в свои именья. Его новые братья дали ему письма в Киев и Одессу, к тамошним масонам, и обещали писать ему и руководить его в его новой деятельности.


Дело Пьера с Долоховым было замято, и, несмотря на тогдашнюю строгость государя в отношении дуэлей, ни оба противника, ни их секунданты не пострадали. Но история дуэли, подтвержденная разрывом Пьера с женой, разгласилась в обществе. Пьер, на которого смотрели снисходительно, покровительственно, когда он был незаконным сыном, которого ласкали и прославляли, когда он был лучшим женихом Российской империи, после своей женитьбы, когда невестам и матерям нечего было ожидать от него, сильно потерял во мнении общества, тем более, что он не умел и не желал заискивать общественного благоволения. Теперь его одного обвиняли в происшедшем, говорили, что он бестолковый ревнивец, подверженный таким же припадкам кровожадного бешенства, как и его отец. И когда, после отъезда Пьера, Элен вернулась в Петербург, она была не только радушно, но с оттенком почтительности, относившейся к ее несчастию, принята всеми своими знакомыми. Когда разговор заходил о ее муже, Элен принимала достойное выражение, которое она – хотя и не понимая его значения – по свойственному ей такту, усвоила себе. Выражение это говорило, что она решилась, не жалуясь, переносить свое несчастие, и что ее муж есть крест, посланный ей от Бога. Князь Василий откровеннее высказывал свое мнение. Он пожимал плечами, когда разговор заходил о Пьере, и, указывая на лоб, говорил:
– Un cerveau fele – je le disais toujours. [Полусумасшедший – я всегда это говорил.]
– Я вперед сказала, – говорила Анна Павловна о Пьере, – я тогда же сейчас сказала, и прежде всех (она настаивала на своем первенстве), что это безумный молодой человек, испорченный развратными идеями века. Я тогда еще сказала это, когда все восхищались им и он только приехал из за границы, и помните, у меня как то вечером представлял из себя какого то Марата. Чем же кончилось? Я тогда еще не желала этой свадьбы и предсказала всё, что случится.
Анна Павловна по прежнему давала у себя в свободные дни такие вечера, как и прежде, и такие, какие она одна имела дар устроивать, вечера, на которых собиралась, во первых, la creme de la veritable bonne societe, la fine fleur de l'essence intellectuelle de la societe de Petersbourg, [сливки настоящего хорошего общества, цвет интеллектуальной эссенции петербургского общества,] как говорила сама Анна Павловна. Кроме этого утонченного выбора общества, вечера Анны Павловны отличались еще тем, что всякий раз на своем вечере Анна Павловна подавала своему обществу какое нибудь новое, интересное лицо, и что нигде, как на этих вечерах, не высказывался так очевидно и твердо градус политического термометра, на котором стояло настроение придворного легитимистского петербургского общества.
В конце 1806 года, когда получены были уже все печальные подробности об уничтожении Наполеоном прусской армии под Иеной и Ауерштетом и о сдаче большей части прусских крепостей, когда войска наши уж вступили в Пруссию, и началась наша вторая война с Наполеоном, Анна Павловна собрала у себя вечер. La creme de la veritable bonne societe [Сливки настоящего хорошего общества] состояла из обворожительной и несчастной, покинутой мужем, Элен, из MorteMariet'a, обворожительного князя Ипполита, только что приехавшего из Вены, двух дипломатов, тетушки, одного молодого человека, пользовавшегося в гостиной наименованием просто d'un homme de beaucoup de merite, [весьма достойный человек,] одной вновь пожалованной фрейлины с матерью и некоторых других менее заметных особ.
Лицо, которым как новинкой угащивала в этот вечер Анна Павловна своих гостей, был Борис Друбецкой, только что приехавший курьером из прусской армии и находившийся адъютантом у очень важного лица.
Градус политического термометра, указанный на этом вечере обществу, был следующий: сколько бы все европейские государи и полководцы ни старались потворствовать Бонапартию, для того чтобы сделать мне и вообще нам эти неприятности и огорчения, мнение наше на счет Бонапартия не может измениться. Мы не перестанем высказывать свой непритворный на этот счет образ мыслей, и можем сказать только прусскому королю и другим: тем хуже для вас. Tu l'as voulu, George Dandin, [Ты этого хотел, Жорж Дандэн,] вот всё, что мы можем сказать. Вот что указывал политический термометр на вечере Анны Павловны. Когда Борис, который должен был быть поднесен гостям, вошел в гостиную, уже почти всё общество было в сборе, и разговор, руководимый Анной Павловной, шел о наших дипломатических сношениях с Австрией и о надежде на союз с нею.
Борис в щегольском, адъютантском мундире, возмужавший, свежий и румяный, свободно вошел в гостиную и был отведен, как следовало, для приветствия к тетушке и снова присоединен к общему кружку.
Анна Павловна дала поцеловать ему свою сухую руку, познакомила его с некоторыми незнакомыми ему лицами и каждого шопотом определила ему.
– Le Prince Hyppolite Kouraguine – charmant jeune homme. M r Kroug charge d'affaires de Kopenhague – un esprit profond, и просто: М r Shittoff un homme de beaucoup de merite [Князь Ипполит Курагин, милый молодой человек. Г. Круг, Копенгагенский поверенный в делах, глубокий ум. Г. Шитов, весьма достойный человек] про того, который носил это наименование.
Борис за это время своей службы, благодаря заботам Анны Михайловны, собственным вкусам и свойствам своего сдержанного характера, успел поставить себя в самое выгодное положение по службе. Он находился адъютантом при весьма важном лице, имел весьма важное поручение в Пруссию и только что возвратился оттуда курьером. Он вполне усвоил себе ту понравившуюся ему в Ольмюце неписанную субординацию, по которой прапорщик мог стоять без сравнения выше генерала, и по которой, для успеха на службе, были нужны не усилия на службе, не труды, не храбрость, не постоянство, а нужно было только уменье обращаться с теми, которые вознаграждают за службу, – и он часто сам удивлялся своим быстрым успехам и тому, как другие могли не понимать этого. Вследствие этого открытия его, весь образ жизни его, все отношения с прежними знакомыми, все его планы на будущее – совершенно изменились. Он был не богат, но последние свои деньги он употреблял на то, чтобы быть одетым лучше других; он скорее лишил бы себя многих удовольствий, чем позволил бы себе ехать в дурном экипаже или показаться в старом мундире на улицах Петербурга. Сближался он и искал знакомств только с людьми, которые были выше его, и потому могли быть ему полезны. Он любил Петербург и презирал Москву. Воспоминание о доме Ростовых и о его детской любви к Наташе – было ему неприятно, и он с самого отъезда в армию ни разу не был у Ростовых. В гостиной Анны Павловны, в которой присутствовать он считал за важное повышение по службе, он теперь тотчас же понял свою роль и предоставил Анне Павловне воспользоваться тем интересом, который в нем заключался, внимательно наблюдая каждое лицо и оценивая выгоды и возможности сближения с каждым из них. Он сел на указанное ему место возле красивой Элен, и вслушивался в общий разговор.
– Vienne trouve les bases du traite propose tellement hors d'atteinte, qu'on ne saurait y parvenir meme par une continuite de succes les plus brillants, et elle met en doute les moyens qui pourraient nous les procurer. C'est la phrase authentique du cabinet de Vienne, – говорил датский charge d'affaires. [Вена находит основания предлагаемого договора до того невозможными, что достигнуть их нельзя даже рядом самых блестящих успехов: и она сомневается в средствах, которые могут их нам доставить. Это подлинная фраза венского кабинета, – сказал датский поверенный в делах.]
– C'est le doute qui est flatteur! – сказал l'homme a l'esprit profond, с тонкой улыбкой. [Сомнение лестно! – сказал глубокий ум,]
– Il faut distinguer entre le cabinet de Vienne et l'Empereur d'Autriche, – сказал МorteMariet. – L'Empereur d'Autriche n'a jamais pu penser a une chose pareille, ce n'est que le cabinet qui le dit. [Необходимо различать венский кабинет и австрийского императора. Австрийский император никогда не мог этого думать, это говорит только кабинет.]
– Eh, mon cher vicomte, – вмешалась Анна Павловна, – l'Urope (она почему то выговаривала l'Urope, как особенную тонкость французского языка, которую она могла себе позволить, говоря с французом) l'Urope ne sera jamais notre alliee sincere. [Ах, мой милый виконт, Европа никогда не будет нашей искренней союзницей.]
Вслед за этим Анна Павловна навела разговор на мужество и твердость прусского короля с тем, чтобы ввести в дело Бориса.
Борис внимательно слушал того, кто говорит, ожидая своего череда, но вместе с тем успевал несколько раз оглядываться на свою соседку, красавицу Элен, которая с улыбкой несколько раз встретилась глазами с красивым молодым адъютантом.
Весьма естественно, говоря о положении Пруссии, Анна Павловна попросила Бориса рассказать свое путешествие в Глогау и положение, в котором он нашел прусское войско. Борис, не торопясь, чистым и правильным французским языком, рассказал весьма много интересных подробностей о войсках, о дворе, во всё время своего рассказа старательно избегая заявления своего мнения насчет тех фактов, которые он передавал. На несколько времени Борис завладел общим вниманием, и Анна Павловна чувствовала, что ее угощенье новинкой было принято с удовольствием всеми гостями. Более всех внимания к рассказу Бориса выказала Элен. Она несколько раз спрашивала его о некоторых подробностях его поездки и, казалось, весьма была заинтересована положением прусской армии. Как только он кончил, она с своей обычной улыбкой обратилась к нему:
– Il faut absolument que vous veniez me voir, [Необходимо нужно, чтоб вы приехали повидаться со мною,] – сказала она ему таким тоном, как будто по некоторым соображениям, которые он не мог знать, это было совершенно необходимо.
– Mariedi entre les 8 et 9 heures. Vous me ferez grand plaisir. [Во вторник, между 8 и 9 часами. Вы мне сделаете большое удовольствие.] – Борис обещал исполнить ее желание и хотел вступить с ней в разговор, когда Анна Павловна отозвала его под предлогом тетушки, которая желала его cлышать.
– Вы ведь знаете ее мужа? – сказала Анна Павловна, закрыв глаза и грустным жестом указывая на Элен. – Ах, это такая несчастная и прелестная женщина! Не говорите при ней о нем, пожалуйста не говорите. Ей слишком тяжело!


Когда Борис и Анна Павловна вернулись к общему кружку, разговором в нем завладел князь Ипполит.
Он, выдвинувшись вперед на кресле, сказал: Le Roi de Prusse! [Прусский король!] и сказав это, засмеялся. Все обратились к нему: Le Roi de Prusse? – спросил Ипполит, опять засмеялся и опять спокойно и серьезно уселся в глубине своего кресла. Анна Павловна подождала его немного, но так как Ипполит решительно, казалось, не хотел больше говорить, она начала речь о том, как безбожный Бонапарт похитил в Потсдаме шпагу Фридриха Великого.
– C'est l'epee de Frederic le Grand, que je… [Это шпага Фридриха Великого, которую я…] – начала было она, но Ипполит перебил ее словами:
– Le Roi de Prusse… – и опять, как только к нему обратились, извинился и замолчал. Анна Павловна поморщилась. MorteMariet, приятель Ипполита, решительно обратился к нему:
– Voyons a qui en avez vous avec votre Roi de Prusse? [Ну так что ж о прусском короле?]
Ипполит засмеялся, как будто ему стыдно было своего смеха.
– Non, ce n'est rien, je voulais dire seulement… [Нет, ничего, я только хотел сказать…] (Он намерен был повторить шутку, которую он слышал в Вене, и которую он целый вечер собирался поместить.) Je voulais dire seulement, que nous avons tort de faire la guerre рour le roi de Prusse. [Я только хотел сказать, что мы напрасно воюем pour le roi de Prusse . (Непереводимая игра слов, имеющая значение: «по пустякам».)]
Борис осторожно улыбнулся так, что его улыбка могла быть отнесена к насмешке или к одобрению шутки, смотря по тому, как она будет принята. Все засмеялись.
– Il est tres mauvais, votre jeu de mot, tres spirituel, mais injuste, – грозя сморщенным пальчиком, сказала Анна Павловна. – Nous ne faisons pas la guerre pour le Roi de Prusse, mais pour les bons principes. Ah, le mechant, ce prince Hippolytel [Ваша игра слов не хороша, очень умна, но несправедлива; мы не воюем pour le roi de Prusse (т. e. по пустякам), а за добрые начала. Ах, какой он злой, этот князь Ипполит!] – сказала она.
Разговор не утихал целый вечер, обращаясь преимущественно около политических новостей. В конце вечера он особенно оживился, когда дело зашло о наградах, пожалованных государем.
– Ведь получил же в прошлом году NN табакерку с портретом, – говорил l'homme a l'esprit profond, [человек глубокого ума,] – почему же SS не может получить той же награды?
– Je vous demande pardon, une tabatiere avec le portrait de l'Empereur est une recompense, mais point une distinction, – сказал дипломат, un cadeau plutot. [Извините, табакерка с портретом Императора есть награда, а не отличие; скорее подарок.]
– Il y eu plutot des antecedents, je vous citerai Schwarzenberg. [Были примеры – Шварценберг.]
– C'est impossible, [Это невозможно,] – возразил другой.
– Пари. Le grand cordon, c'est different… [Лента – это другое дело…]
Когда все поднялись, чтоб уезжать, Элен, очень мало говорившая весь вечер, опять обратилась к Борису с просьбой и ласковым, значительным приказанием, чтобы он был у нее во вторник.
– Мне это очень нужно, – сказала она с улыбкой, оглядываясь на Анну Павловну, и Анна Павловна той грустной улыбкой, которая сопровождала ее слова при речи о своей высокой покровительнице, подтвердила желание Элен. Казалось, что в этот вечер из каких то слов, сказанных Борисом о прусском войске, Элен вдруг открыла необходимость видеть его. Она как будто обещала ему, что, когда он приедет во вторник, она объяснит ему эту необходимость.
Приехав во вторник вечером в великолепный салон Элен, Борис не получил ясного объяснения, для чего было ему необходимо приехать. Были другие гости, графиня мало говорила с ним, и только прощаясь, когда он целовал ее руку, она с странным отсутствием улыбки, неожиданно, шопотом, сказала ему: Venez demain diner… le soir. Il faut que vous veniez… Venez. [Приезжайте завтра обедать… вечером. Надо, чтоб вы приехали… Приезжайте.]
В этот свой приезд в Петербург Борис сделался близким человеком в доме графини Безуховой.


Война разгоралась, и театр ее приближался к русским границам. Всюду слышались проклятия врагу рода человеческого Бонапартию; в деревнях собирались ратники и рекруты, и с театра войны приходили разноречивые известия, как всегда ложные и потому различно перетолковываемые.
Жизнь старого князя Болконского, князя Андрея и княжны Марьи во многом изменилась с 1805 года.
В 1806 году старый князь был определен одним из восьми главнокомандующих по ополчению, назначенных тогда по всей России. Старый князь, несмотря на свою старческую слабость, особенно сделавшуюся заметной в тот период времени, когда он считал своего сына убитым, не счел себя вправе отказаться от должности, в которую был определен самим государем, и эта вновь открывшаяся ему деятельность возбудила и укрепила его. Он постоянно бывал в разъездах по трем вверенным ему губерниям; был до педантизма исполнителен в своих обязанностях, строг до жестокости с своими подчиненными, и сам доходил до малейших подробностей дела. Княжна Марья перестала уже брать у своего отца математические уроки, и только по утрам, сопутствуемая кормилицей, с маленьким князем Николаем (как звал его дед) входила в кабинет отца, когда он был дома. Грудной князь Николай жил с кормилицей и няней Савишной на половине покойной княгини, и княжна Марья большую часть дня проводила в детской, заменяя, как умела, мать маленькому племяннику. M lle Bourienne тоже, как казалось, страстно любила мальчика, и княжна Марья, часто лишая себя, уступала своей подруге наслаждение нянчить маленького ангела (как называла она племянника) и играть с ним.
У алтаря лысогорской церкви была часовня над могилой маленькой княгини, и в часовне был поставлен привезенный из Италии мраморный памятник, изображавший ангела, расправившего крылья и готовящегося подняться на небо. У ангела была немного приподнята верхняя губа, как будто он сбирался улыбнуться, и однажды князь Андрей и княжна Марья, выходя из часовни, признались друг другу, что странно, лицо этого ангела напоминало им лицо покойницы. Но что было еще страннее и чего князь Андрей не сказал сестре, было то, что в выражении, которое дал случайно художник лицу ангела, князь Андрей читал те же слова кроткой укоризны, которые он прочел тогда на лице своей мертвой жены: «Ах, зачем вы это со мной сделали?…»