Киселёвы (купцы)

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск

Киселёвы — русская купеческая династия из Шуи.

Начало купеческому роду положил Максим Степанович Киселёв (1734—1808). Он родился в селе Кохме в семье крепостного крестьянина. Занявшись торговлей, смог выкупиться на свободу в 1779 году; стал купцом (1783) и обосновался в Шуе (1801). Его сыновья, Леонтий, Яков, Иван и Василий, также стали купцами. Василий Максимович Киселёв (1766—1831), унаследовав дело отца после его смерти, уловил момент повышения спроса на английскую пряжу и другие товары для производства ситцев и стал расширять «географию» своей торговли: его товары продавались уже не только в Шуе и соседних селах (Иванове, Дунилове, Васильевском), но и поставлялись на знаменитые российские ярмарки (Макарьевскую и Ростовскую); он успешно конкурировал с московскими купцами. Он стал широко, на миллионы рублей, кредитовать своих покупателей; в результате хлопчатобумажная промышленность Шуйского уезда получила бурное развитие — на шуйский рынок он поставлял около трети всей пряжи, закупавшейся за границей. Кмселёв стал купцом 1-й гильдии, миллионером.

У М. С. Киселёва было четверо детей: дочери Екатерина (1785—?), Ульяна (1791—?), Мария (1792—?) и продолжатель семейного дела Диомид Васильевич Киселёв (1788—1831).

Киселёвы имели библиотеку, собрание икон и старопечатных книг, были известны благотворительностью. Ими были построены мост, храм и казармы в Шуе. В. А. Тропинин писал портреты всех членов семьи Киселёвых.

Напишите отзыв о статье "Киселёвы (купцы)"



Ссылки

  • Вопилин Е. Г. [plyos.org/stat/ples-sb-1993-20.html Родословная шуйских купцов Киселевых]

Отрывок, характеризующий Киселёвы (купцы)

– Я думаю, что лучше обратиться к этому генералу, – сказала m lle Bourienne, – и я уверена, что вам будет оказано должное уважение.
Княжна Марья читала бумагу, и сухие рыдания задергали ее лицо.
– Через кого вы получили это? – сказала она.
– Вероятно, узнали, что я француженка по имени, – краснея, сказала m lle Bourienne.
Княжна Марья с бумагой в руке встала от окна и с бледным лицом вышла из комнаты и пошла в бывший кабинет князя Андрея.
– Дуняша, позовите ко мне Алпатыча, Дронушку, кого нибудь, – сказала княжна Марья, – и скажите Амалье Карловне, чтобы она не входила ко мне, – прибавила она, услыхав голос m lle Bourienne. – Поскорее ехать! Ехать скорее! – говорила княжна Марья, ужасаясь мысли о том, что она могла остаться во власти французов.
«Чтобы князь Андрей знал, что она во власти французов! Чтоб она, дочь князя Николая Андреича Болконского, просила господина генерала Рамо оказать ей покровительство и пользовалась его благодеяниями! – Эта мысль приводила ее в ужас, заставляла ее содрогаться, краснеть и чувствовать еще не испытанные ею припадки злобы и гордости. Все, что только было тяжелого и, главное, оскорбительного в ее положении, живо представлялось ей. «Они, французы, поселятся в этом доме; господин генерал Рамо займет кабинет князя Андрея; будет для забавы перебирать и читать его письма и бумаги. M lle Bourienne lui fera les honneurs de Богучарово. [Мадемуазель Бурьен будет принимать его с почестями в Богучарове.] Мне дадут комнатку из милости; солдаты разорят свежую могилу отца, чтобы снять с него кресты и звезды; они мне будут рассказывать о победах над русскими, будут притворно выражать сочувствие моему горю… – думала княжна Марья не своими мыслями, но чувствуя себя обязанной думать за себя мыслями своего отца и брата. Для нее лично было все равно, где бы ни оставаться и что бы с ней ни было; но она чувствовала себя вместе с тем представительницей своего покойного отца и князя Андрея. Она невольно думала их мыслями и чувствовала их чувствами. Что бы они сказали, что бы они сделали теперь, то самое она чувствовала необходимым сделать. Она пошла в кабинет князя Андрея и, стараясь проникнуться его мыслями, обдумывала свое положение.