Клауза

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск

Кла́уза (англ. clause; в русистике также элемента́рное предложе́ние, предика́ция[1]:256) — в синтаксисе: составляющая, вершиной которой является глагол либо, в случае отсутствия глагола, связка или элемент, играющий её роль[1]:256. Будучи соединены сочинительной или подчинительной связью, клаузы составляют сложное предложение; соединение клауз, выражаемое лишь их соположением и интонацией (без участия союзов) называется бессоюзной связью[1]:264.

Предложение (англ. sentence) представляет собой частный случай клаузы — финитную клаузу, наделённую предикативностью. В число нефинитных клауз, лишённых предикативности, входят инфинитивные, причастные, деепричастные, герундийные обороты. Структура семантических ролей в них та же, что и в соответствующих предложениях, однако возможны различия в моделях управления[1]:256: так, в русских деепричастных конструкциях не может быть ненулевого подлежащего (Вернувшись домой, он лёг спать, но *Он вернувшись домой, он лёг спать).



Сложные клаузы

Как и некоторые другие фразовые категории, клауза рекурсивна и потому может включать теоретически произвольное число других клауз. Клауза, имеющая в своём составе хотя бы одну клаузу, называется сложной клаузой. Среди сложных клауз выделяются сложносочинённые (составляющие их клаузы не вложены одна в другую), в том числе сложносочинённые предложения, и сложноподчинённые, к которым относятся и сложноподчинённые предложения.

В случае сложноподчинённых клауз одна полностью вложена в другую, при этом внешняя клауза именуется главной, а вложенная — подчинённой (зависимой). Подчинённая клауза либо заполняет актантную валентность слова-предиката главной клаузы, либо является сирконстантом глагола (обстоятельственная клауза) или существительного (относительная клауза)[1]:256—257.

См. также

В Викисловаре есть статья «клауза»

Напишите отзыв о статье "Клауза"

Примечания

  1. 1 2 3 4 5 Тестелец Я. Г. Глава IV. Предложение и клауза // [testelets.narod.ru/cover.htm Введение в общий синтаксис]. — М.: РГГУ, 2001. — С. 229—268. — 800 с. — 5000 экз. — ISBN 5-7281-0343-X.

Отрывок, характеризующий Клауза

– Ах, какая досада!.. – проговорил он. – Мне бы вчера… Ах, как жалко!..
Мавра Кузминишна между тем внимательно и сочувственно разглядывала знакомые ей черты ростовской породы в лице молодого человека, и изорванную шинель, и стоптанные сапоги, которые были на нем.
– Вам зачем же графа надо было? – спросила она.
– Да уж… что делать! – с досадой проговорил офицер и взялся за калитку, как бы намереваясь уйти. Он опять остановился в нерешительности.
– Видите ли? – вдруг сказал он. – Я родственник графу, и он всегда очень добр был ко мне. Так вот, видите ли (он с доброй и веселой улыбкой посмотрел на свой плащ и сапоги), и обносился, и денег ничего нет; так я хотел попросить графа…
Мавра Кузминишна не дала договорить ему.
– Вы минуточку бы повременили, батюшка. Одною минуточку, – сказала она. И как только офицер отпустил руку от калитки, Мавра Кузминишна повернулась и быстрым старушечьим шагом пошла на задний двор к своему флигелю.
В то время как Мавра Кузминишна бегала к себе, офицер, опустив голову и глядя на свои прорванные сапоги, слегка улыбаясь, прохаживался по двору. «Как жалко, что я не застал дядюшку. А славная старушка! Куда она побежала? И как бы мне узнать, какими улицами мне ближе догнать полк, который теперь должен подходить к Рогожской?» – думал в это время молодой офицер. Мавра Кузминишна с испуганным и вместе решительным лицом, неся в руках свернутый клетчатый платочек, вышла из за угла. Не доходя несколько шагов, она, развернув платок, вынула из него белую двадцатипятирублевую ассигнацию и поспешно отдала ее офицеру.
– Были бы их сиятельства дома, известно бы, они бы, точно, по родственному, а вот может… теперича… – Мавра Кузминишна заробела и смешалась. Но офицер, не отказываясь и не торопясь, взял бумажку и поблагодарил Мавру Кузминишну. – Как бы граф дома были, – извиняясь, все говорила Мавра Кузминишна. – Христос с вами, батюшка! Спаси вас бог, – говорила Мавра Кузминишна, кланяясь и провожая его. Офицер, как бы смеясь над собою, улыбаясь и покачивая головой, почти рысью побежал по пустым улицам догонять свой полк к Яузскому мосту.
А Мавра Кузминишна еще долго с мокрыми глазами стояла перед затворенной калиткой, задумчиво покачивая головой и чувствуя неожиданный прилив материнской нежности и жалости к неизвестному ей офицерику.


В недостроенном доме на Варварке, внизу которого был питейный дом, слышались пьяные крики и песни. На лавках у столов в небольшой грязной комнате сидело человек десять фабричных. Все они, пьяные, потные, с мутными глазами, напруживаясь и широко разевая рты, пели какую то песню. Они пели врозь, с трудом, с усилием, очевидно, не для того, что им хотелось петь, но для того только, чтобы доказать, что они пьяны и гуляют. Один из них, высокий белокурый малый в чистой синей чуйке, стоял над ними. Лицо его с тонким прямым носом было бы красиво, ежели бы не тонкие, поджатые, беспрестанно двигающиеся губы и мутные и нахмуренные, неподвижные глаза. Он стоял над теми, которые пели, и, видимо воображая себе что то, торжественно и угловато размахивал над их головами засученной по локоть белой рукой, грязные пальцы которой он неестественно старался растопыривать. Рукав его чуйки беспрестанно спускался, и малый старательно левой рукой опять засучивал его, как будто что то было особенно важное в том, чтобы эта белая жилистая махавшая рука была непременно голая. В середине песни в сенях и на крыльце послышались крики драки и удары. Высокий малый махнул рукой.