Конотоп

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Город
Конотоп
укр. Конотоп
Флаг Герб
Страна
Украина
Область
Сумская
Городской совет
Координаты
Городской голова
Артём Семенихин[1]
Основан
Первое упоминание
Прежние названия
Новоселицы, Новоселица[2]
Город с
Площадь
103 км²
Население
88 252[3] человек (2015)
Плотность
857 чел./км²
Агломерация
91 956[4]
Национальный состав
украинцы, русские
Конфессиональный состав
православные, католики, протестанты
Часовой пояс
Телефонный код
+380 5447
Почтовые индексы
41600, 41615
Автомобильный код
BM, НМ / 19
КОАТУУ
5910400000

Конотоп (укр. Конотоп) — город в Сумской области Украины. Население по переписи 2001 года составляло 91 683 человека[5], что делает город вторым крупнейшим по количеству жителей в Сумской области (после Сум), площадь города составляет 103 км².

Является административным центром Конотопского района (в состав которого город не входит) и Конотопского городского совета, в который входят сёла Подлипное, Калиновка и Лобковка.

Конотоп — один из культурных центров историко-географических областей Посеймья и Северщины. День города празднуется 6 сентября. В этот день в 1943 году из Конотопа были изгнаны войска Нацистской Германии.





Географическое положение

Город находится на берегу реки Езуч, которая через 12 км впадает в реку Сейм. По городу протекает река Липка, рядом с городом протекает река Куколка. На реках несколько запруд.

Через город проходят автомобильные дороги Р-60, Р-61 и железная дорога, станции Конотоп и Железобетонный.

История

Основание и происхождение названия

Древнейшими памятниками Конотопских земель являются памятники археологии: временные стоянки племён, поселения, курганы, городища, начиная с эпохи неолита в Киевской Руси. Возле села Шаповаловка в 1877—1878 гг. были найдены кости мамонта и каменный нож, которые хранятся сегодня в краеведческом музее Конотопа. Точный год появления Конотопа до сих пор остается неизвестным. В «Историко-статистическом описании Черниговской губернии» Филарет (Гумилевский) высказывает предположение, что город существовал ещё до нашествия монголо-татар. В результате археологических исследований, проводившихся в 1997—1998 гг., здесь возможно существование поселения времён Черниговского княжества. После этого конотопские земли оставались опустошенными (до XVI в.), а впоследствии были захвачены Великим княжеством Литовским. Постоянные военные споры и конфликты между Польшей и Россией за территорию привели к потребности согласования границ. В октябре 1634 г. в документах впервые упоминается Конотоп. Польский король Владислав IV Ваза предоставил Николаю Цетисову и его потомкам во владение земли под Конотопом — городище над Езучем.

Пограничные споры продолжались до 1637 года. Россия настаивала на принадлежности конотопских земель Путивльскому уезду. Поэтому граница в районе Конотопа не была определена. Поляки за это время построили укрепление на слиянии двух рек — Езуча и Конотопки, на месте старого «детинца», именно на тех землях, которые принадлежали жителю Путивля Никифору Яцине. В 1635 г. польский шляхтич Подкова учредил усадьбу Новоселица, вблизи которой польский староста построил крепость Конотоп севернее поселения Новоселицы. В 1640 году укрепления за распоряжением Новгород-Северского старосты А. Пясочинского были перестроены в крепость. Она имела четырехугольную форму, валы и укрепленные деревом стены. Длина каждой из стен крепости составляла приблизительно 100 саженей (более 200 м). К крепости вело трое ворот: киевские, путивльские и роменские. Остатки валов и место, где был замок, сохранились по сей день.

Существуют разные версии происхождения названия Конотоп.

Первая легенда гласит, что во время перехода болот татарской конницей в этих местах погибло много коней и воинов, поэтому и место назвали Конотопом — болотистое место или брод, в котором грязли и тонули кони.

Другая легенда объясняет связь названия с инцидентом с царицей, карета и эскорт которой завяз в болоте. Царицу спасли, а сокровища утонули. Царица, выбравшись, произнесла: «Что это за место такое, где кони тонут?». Отсюда и название пошло — Конотоп.

Третья легендаК:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)[источник не указан 2504 дня], связывает название города с гидронимом Конотопка — названием речки, протекавшей неподалёку от поселения. Эта речка высохла, вместо неё сейчас существует искусственно созданный водоток — Езуч.

На территории Украины имеется 3 населённых пункта с названием Конотоп.

XVII век

Поселение Новоселицы было основано казаками в начале XVII века[7].

Первое упоминание о городе датируется октябрём 1634 года, когда польский король Владислав IV Ваза предоставил Николаю Цетисову и потомкам во владение земли под Конотопом, Городищем, Езучем.

В 1642 году здесь была построена крепость и названа по речке Конотопка (впоследствии пересохшей). В 1648 году присвоен статус города.

В годы национально-освободительной войны 1648—1654 гг. Конотоп становится сотенным городком. Конотоп XVII века — это небольшой городок, обнесенный земляным валом и палисадом, расположенный на левом топком берегу реки Езуч. Первые поселенцы Конотопщины — свободные люди, но постепенно казацкая старшина закрепощала казаков, отбирала земли и заставляла работать на себя. Появились крупные землевладельцы.

Через земли Конотопщины в XVII в. проезжали русские посольства, их торжественно встречали в Конотопе и ближайших селах. Особенно оживились отношения после обращения гетмана Б. Хмельницкого к русскому царю Алексею Михайловичу с предложением вступить в борьбу за польский престол после смерти польского короля Владислава IV. 2 апреля 1649 жители города приветствовали русское посольство во главе с И. Унковским, которое прибыло для переговоров с казачьим атаманом Б. Хмельницким. За 5 верст до города посланцев встретили сотник Конотопа и свыше 100 казаков с флагами: «… а в городе стояли пешие люди по обе стороны с ружьем, а как вошли в город, и в городе стреляли из пушек». После Белоцерковского договора 1651 года, шляхте было разрешено вернуться в свои имения в Черниговском воеводстве, на Киевщину и Брацлавщину. Только польская шляхта появилась около стен укрепления, конотопчане покинули город и пошли к Путивлю. Там русская администрация предоставляла земли беглецам для заселения. В 1652 г. после победы войск Б. Хмельницкого под Батогом, прокатилась лавина антипольских восстаний. Конотопчане тоже поднялись на борьбу, выгнали шляхту из города и убили старосту Сосновского вместе с семьей. С этими событиями связано так называемое «Конотопское чудо», описанное черниговским архиепископом Филаретом (Гумилевским). Согласно легенде, после изгнания польского гарнизона в крепости оставался жить староста Сосновский с женой и пятью детьми. Восставшие конотопчане обвинили старосту в измене и убили его вместе с семьей, а тела бросили в колодец, где они пролежали три месяца. На праздник Воздвижения Честного Креста вода в колодце внезапно поднялась на 20 метров и подняла тела убитых[8], совсем без примет тления. Только после того, как их похоронили по христианскому обычаю близ колодца, вода пошла вниз.

После подписания Гадячского соглашения Выговского московский царь Алексей посылает армию под командованием князя Г. Ромодановского, а потом еще одну армию — А. Н. Трубецкого. Начинается война (1658—1659).

21 апреля 1659 началась осада Конотопа, в котором оборонялись казаки во главе с полковником Г. Гуляницким. 27 июня 1659 на помощь городу пришел с войском Иван Выговский, а 28 июня состоялась Конотопская битва (другое название — Сосновская битва), в которой союзная армия крымских татар и казаков Выговского победила армию русских. Болотистая местность поставила московскую конницу и артиллерию в сложное положение. Два тыловых удара, один нанесли ордынцы из засады в урочище Пустая Торговица, второй — Выговский с казаками в районе нынешнего села Шаповаловка, и они решили исход битвы. Во время битвы погибло до 7000 московского войска, в т.ч. 2000 казаков гетмана Ивана Беспалого, потери крымских татар составили от 3000 до 6000, потери Выговского — 4000 казаков.

Главной отраслью сельского хозяйства местных крестьян было земледелие, сеяли пшеницу, рожь, гречиху, овес и просо. Казацкая старшина, зажиточные казаки и мещане занимались мукомольным промыслом. На реке Конотопка было две плотины, где действовало 2 водяные мельницы. 17 июня 1672 в селе Казацкое состоялась казацкая Рада, избрал гетманом Левобережной земли генерального судью Ивана Самойлович. Было принято и подписано договорные условия — Конотопские статьи. С этого времени на земли Конотопа начали переселяться выходцы из Правобережных земель — Кандыбы, Лизогубы, Радичи, Харевичи. Когда в 1674 г. установилась почтовая связь Левобережной земли с Москвой, через Конотопщину прошел почтовый тракт Москва — Путивль — Киев.

XVIII век

Во время Северной войны 1700—1721 годов русские войска под руководством Меншикова 2 ноября 1708 уничтожили Батурин. Конотоп готовился к обороне от шведов. 16 ноября 1708 года казаки Великого и Малого Самборов вместе с сотней Конотопа разгромили вблизи Конотопа шведский отряд генерала Линрота, адъютанта Карла XII. В 1711 году Конотопская сотня насчитывала 701 двор и имела 4 курени. Во времена гетмана К. Разумовского Конотоп принадлежал к ранговым имений генерального обозного Кочубея. По данным ревизии в 1751 году в Нежинском полку, в который входила и сотня Конотопа, было 2928 дворов выборных казаков и 5977 дворов помощников. По описанию 1765—1769 годов в сотне Конотопа было 58 сел и хуторов, в Поповской — 17. Население Конотопа составляло 3100 жителей.

В 1751 году согласно универсалу гетмана К. Разумовского Конотоп на 30 лет становится личной собственностью генерального обозного Кочубея. В 80-х годах XVIII в. на Конотопщини прокатилась волна крестьянских восстаний, здесь действовал отряд под руководством Семена Гаркуши.

Вследствие административных реформ за многолетнюю историю границы края Конотопщины менялись много раз. По приказу Екатерины II в 1781 были созданы наместничества. Сначала Конотопщина вошла в состав Новгород-Северского наместничества, а с 1791 году — в Черниговскую губернию. Население города в это время составляло 4930 человек.

В июне 1782 года появился план Конотопа и был утверждён герб города — на прямоугольном щите красного цвета изображен золотой Андреевский крест, под ним серебряный месяц, над крестом — шестиконечная звезда.

В 1783 году казачьи полки были реорганизованы в регулярные полки наподобие русской армии.

Управление городом осуществляли городская дума и магистрат, где все должности были выборными, но фактически принадлежали городской казацкой верхушке. В конце XVIII века в городе был каменный собор и пять церквей, а также 1614 домов, 55 торговых лавок, 2 убежища. При каждой церкви существовала приходская школа.

XIX век

С 1802 года состоял уездным городом Черниговской губернии[9].

В 1803 года император Александр I утвердил проект перепланировки города. Проект охватывал почти всю территорию с пригородом. Согласно проекту, предлагалось новые улицы разбить на кварталы, соответственно старые улицы выпрямились. Центр должен был размещаться на территории «городка», то есть там, где была крепость. Через него проходили улицы, выходили на пути к Ромнам, Батурину, Глухову и Путивлю. Проект перепланировки 1803 года был частично выполнен.

Во время войны 1812 года в Конотопе создаются отряды народных ополченцев. Уже 20 августа 1812 года первый отряд конотопских ополченцев под командованием штабс-капитана Черныша направился в Новозыбков на соединение с русской армией. Для борьбы с интервентами создавались и казачьи полки. Более 2 тысяч казаков и крестьян уезда участвовали в борьбе с оккупантами.

Генерал-майор, командующий артиллерии 6-го пехотного корпуса Василий Костенецкий был награждён орденом Георгия III степени и позолоченной шпагой с надписью «За храбрость», за отвагу, проявленную в Бородинском сражении. В городе в краеведческом музее Конотопа до сих пор хранится боевое знамя ополчения 1812 года.

В середине XIX в. население города выросло до 9000 человек. Делами города ведали Городская дума и ратуша. Существовали Сиротский и словесный суды, Городское депутатское собрание и квартирная комиссия. После отмены крепостного права в 1861 году начинается бурное развитие капитализма, ведется строительство железных дорог. В 1868—1870 годах была построена Курско-Киевская железная дорога, которая прошла через Конотоп. Движение через город было открыто 17 декабря 1868 года. В этом же году был построен железнодорожный вокзал, депо, главные железнодорожные мастерские. Тогда же проложена железная дорога «Ворожба — Конотоп», которая соединила села Конотопского уезда с городом. В 1875 году началось строительство линии от Конотопа до Москвы. В 1890-ых становится в строй железная дорога «Москва — Брянск — Конотоп». Конотоп становится важной узловой станцией на линии Московско-Киевско-Воронежской железной дороги.

Особенно Конотоп начал перестраиваться после того, как через него прошла железная дорога. Расширялось новыми застройками железнодорожное местечко, сводились школы, магазины, больница. В 1862 году в результате большого пожара в Конотопе сгорело свыше 300 деревянных зданий, а сумма убытков превысила 200 тысяч рублей. Это дало толчок к ускорению строительства и реконструкции города. Для преодоления неграмотности работали церковно-приходские школы, в 1890 было открыто железнодорожное училище. В 1898 году начала работать женская гимназия. Через четыре года городское двухклассное училище реорганизовали в четырехклассное. С 1870 года в Конотопе проходили съезды учителей Черниговской губернии. С 1891 года в Конотопе началось мощение улиц камнем на средства земства. В целом начало XX века в городе оживилось бурной культурной жизнью: летом в городском парке работал театр, в 1900 по инициативе историка и земского деятеля А. Лазаревского был создан городской музей и архив при Конотопе земстве.

По переписи 1897 года, 73% мужчин и 95% женщин были неграмотные. В городе насчитывалось около 19 тысяч человек (украинцев - 10 290, евреев - 4 415, русских - 3 565)[10]

В начале XX в. Конотоп становится одним из важных промышленных центров Левобережной Украины. Тяжёлые условия труда, жестокая эксплуатация рабочих, низкие социальные условия жизни возмущали работающих. Так в 1899 на Главных железнодорожных мастерских был организован выступление рабочих в защиту своих социальных прав. В нем приняли участие более 600 человек. В 1900 году возникла первая социал-демократическая группа, представители которой занимались пропагандистской работой среди рабочих железнодорожных мастерских. Они привозили из Киева, Курска, Харькова листовки, прокламации, революционную литературу.

XX век

В 1901 году начала действовать библиотека и народный дом трезвости. В 1905 году начало свою работу коммерческое училище. Развитие промышленности способствовало и росту населения города, которое в 1904 г. достигло 19 404 человек. Увеличилось и число зданий (до 2090 единиц), 55 из которых были каменными. В то время городом руководила Городская управа, в которую входили полицейская и пожарная команды, больница на 40 коек, 2 аптеки, 4 фельдшера, 1 ветеринарная часть, 5 ветеринаров, городская баня и типография.

В годы революции (1905—1907) железнодорожники Конотопа и жители уезда активно участвовали в революционных событиях. После провозглашения всеобщей забастовки в Москве 7 декабря 1905, железнодорожники Конотопа поддержали протест, блокируя проезд поездов через станцию Конотоп. После того, как были введены войска, железнодорожники города активизировали свои действия.

Первая Мировая война легла бременем на плечи жителей Конотопщины. На фронт была мобилизирована почти половина взрослого мужского населения, а в 1917—1920 годах регион становится ареной боевых действий войск Центральной Рады, Красной Армии, Деникина, австро-венгерских и немецких войск. В начале 1918 года, на железнодорожном узле Конотопа несли службу первая казацкая пешая стрелковая дивизия «серожупанники» из пленных украинцев русской армии и полк им. Дорошенко (1200 штыков) во главе с куренным Пелещуком.

Во времена Украинской Народной Республики Конотоп являлся административным центром земли Посеймье.

В 1921—1923 годах в Конотопе действовало 100 мелких предприятий легкой, пищевой, строительной промышленности, механический завод, мыловаренный завод, 8 кожных, пивоваренный завод, 2 типографии, 2 кондитерские фабрики и т. д. Во время голода 1921—1922 гг. из православных храмов Конотопа было изъято несколько пудов золотых и серебряных украшений и церковных вещей в помощь голодающим.

В 1923 году город уже становится центром Конотопского округа, в который входило 15 районов с населением до 600 тысяч человек. 1923 год считается датой образования района Конотопа, когда он стал самостоятельной административно-территориальной единицей. Население города в то время составляло 29000 человек.

В 1939 году в Конотопе проживало уже 50 тысяч населения. Во время сталинских репрессий 1930-х годов пострадали десятки конотопчан и жителей окрестных сел. Самыми известными жертвами из них были поэты П. Коломиец и В. Бас, писатель А. Соколовский и историк — краевед В. Резников, автор многих историко-краеведческих очерков и книг по истории Левобережной Украины и Конотопщины. К 1932 году Конотоп входил в состав Киевской области, с 1932 до 1939 года — в состав Черниговской, а с организацией Сумской области в январе 1939 вошел в её состав как райцентр областного подчинения.

Великая Отечественная война

После начала войны 9 сентября 1941 года Конотоп был занят немецкими войсками[11]. К тому времени оборудования с промышленных предприятий «Красный металлист» и КВРЗ эвакуировали на восток. После оккупации в районе Конотопа было установлено военное управление, которое осуществлялось местной комендатурой. Во время немецкой власти погибло более 3800 человек, 30 тысяч военнопленных и мирных жителей Конотопа были расстреляны.

Жители Конотопа участвовали во Второй мировой войне. В конце августа 1941 года был создан Конотопский партизанский отряд, который впоследствии присоединился к Путивльскому отряду под командованием Ковпака и вошел в состав Сумского партизанского объединения.

С фронта не вернулись более 15 тысяч человек. Четырнадцати конотопчанам было присвоено звание Героя Советского Союза. За освобождение конотопских земель 65-ому гвардейскому минометному полку, 143-й и 280-й стрелковым дивизиям было присвоено звание «Конотопских». Звание Героя Советского Союза присвоено уроженцам города Ю. Г. Цитовскому, С. Ф. Проценко. М. Л. Краснянский удостоен звания Героя Социалистического Труда. Именами Героев назвали площади, улицы, школы.

Послевоенное восстановление

После освобождения города и района в сентябре 1943 года началось восстановление народного хозяйства и строительство зданий. Сначала было восстановлено движение в направлении Бахмача. К концу 1943 г. закончилось восстановление паровозного депо, городской электростанции, возобновил работу завод «Красный металлист», хлебозавод. В декабре 1949 года в городе методом народного строительства пущен трамвай (см. Конотопский трамвай), в 1953 вместо разрушенного был построен новый железнодорожный вокзал, в 1972 г. начал работать завод по производству поршней, а в 1973 году — Арматурный завод. Дом культуры завода «Красный металлист» открылся в 1954 году На протяжении десятилетия велись работы по увековечению памяти погибших воинов в Великой Отечественной войне. В 1955—1956 годах останки бывших воинов перенесли к братским могилам. В 1967 году открылся Конотопский городской мемориальный комплекс Великой Отечественной войны.

Климат

Климат Конотопа
Показатель Янв. Фев. Март Апр. Май Июнь Июль Авг. Сен. Окт. Нояб. Дек. Год
Абсолютный максимум, °C 8,4 14,0 20,6 28,9 33,0 36,1 35,9 39,0 32,2 27,2 18,8 12,6 39,0
Средний максимум, °C −2,3 −1,6 4,1 13,4 20,5 23,5 25,5 24,7 18,4 11,4 3,4 −1,3 11,6
Средняя температура, °C −4,8 −4,6 0,5 8,5 14,9 18,3 20,1 18,9 13,2 7,2 0,7 −3,6 7,4
Средний минимум, °C −7,3 −7,4 −2,8 4,0 9,5 13,2 14,9 13,5 8,7 3,6 −1,4 −5,9 3,6
Абсолютный минимум, °C −32,9 −32,2 −26,1 −16,1 −3,7 2,8 6,1 3,8 −4,1 −9 −22,8 −28,9 −32,9
Норма осадков, мм 39 39 34 41 47 67 75 56 54 44 43 41 580
Источник: [pogoda.ru.net/climate/33261.htm Погода и климат]

Экономика

Среди основных промышленных предприятий города Конотопский литейно-механический завод, заводы «Мотордеталь», «Красный металлист», Конотопский арматурный завод, Конотопский вагоноремонтный завод, Конотопский авиаремонтный завод «Авиакон», механический завод. Также действуют швейная фабрика, мясокомбинат ОАО «Конотопмясо» (укр. ПАТ Конотопм'ясо), молокозавод, хлебокомбинат.

Транспорт

Железнодорожная станция Конотоп является крупным железнодорожным узлом юго-западной железной дороги (код станции: 2200040). Железнодорожные линии идут в трёх направлениях — на Бахмач, Хутор-Михайловский и Ворожбу. Все поезда дальнего следования делают остановку в Конотопе, кроме поезда № 1/2 «Столичный экспресс» Москва-Киев.

Городской транспорт в городе представлен развитой сетью автобусных маршрутов и тремя маршрутами трамвая, что необычно для такого небольшого города с населением менее 100 тысяч человек.

Население

Численность населения города по состоянию на 1 января 2015 года составляла 88 252 человека[3]. Население города с подчинёнными горсовету населёнными пунктами по данным на 1 марта 2016 года — 91 956 жителей[4].

Культура

Городская система образования включает 10 дневных общеобразовательных школ, гимназию, вечернюю школу, две школы-интерната, учебно-воспитательный комплекс. Всего работают 14 дошкольных, 8 внешкольных, 3 профессионально-технических, 4 высших учебных заведений I уровня аккредитации, а также 3 вуза III уровня аккредитации. Есть клуб, дом культуры, целый ряд музеев (Конотопский городской краеведческий музей им. А. М. Лазаревского, музей-усадьба М. И. Драгомирова, музей авиации, музей образования, народный музей медицины, музей истории гимназического движения на Конотопщине, музей боевой славы дивизий, которые освобождали Конотоп). Сфера здравоохранения представлена больницей и фельдшерско-акушерским пунктом.

В Конотопе на учёте находится 11 памятников архитектуры и 25 исторических памятников.

6 сентября 2008 года в центре города, на Конотопском бульваре, был открыт памятник Коню (был побит 2 июля 2013 года, но 22 августа того же года был восстановлен[12]). Также в городе сооружены два памятника украинскому писателю Тарасу Григорьевичу Шевченко, русскому поэту Александру Сергеевичу Пушкину. 22 февраля 2014 года был снесён памятник Владимиру Ленину[13]. Возле музея-усадьбы Михаила Ивановича Драгомирова находится его бюст. В центральном парке размещался бюст Сергея Мироновича Кирова, но он был снесён 24 ноября 2015 года[14]. В городе также существует одна из немногих сохранившихся Шуховских башен, которая была сооружена в 1929 году для обеспечения населения питьевой водой, но перестала функционировать по назначению после Второй мировой войны.

На проспекте Ленина находятся мемориальные плиты погибшим в Афганистане, пострадавшим от Чернобыльской катастрофы и жертвам массового голода 1932-1933 годов. На площади Конотопских дивизий помещена стелла (открытая 6 сентября 2003 года), посвящённая 143-й стрелковой дивизии, 280-й стрелковой дивизии и 65-му гвардейскому миномётному полку. На выезде из города стоит памятник трактору. Рядом с трамвайным депо находится памятник трамваю, установленный 1 июля 2004 года. Монумент был установлен в честь 55-летия конотопского трамвая.

Конотоп также является кафедральным городом Конотопской и Глуховской епархии Украинской Православной Церкви (Московского патриархата)[15]. Имеется ряд православных церквей, среди которых Конотопский собор Рождества Пресвятой Богородицы (УПЦ КП) и Конотопский Вознесенский собор (УПЦ МП).

В городе расположена братская могила советских воинов, погибших при освобождении города от войск Вермахта.

Спорт

В городе созданы и работают спортивные федерации футбола, волейбола, баскетбола, бокса и тайского бокса, шахмат, пауэрлифтинга, стендовой стрельбы, каратэ-до, тхеквондо, картинга, мотокросса, греко-римской борьбы. В городе работают две детско-юношеские спортивные школы, в которых обучается более 1500 детей разного возраста.

Для занятий культурой и спортом в городе действуют 2 стадиона, 22 спортивных зала, 1 стрелковый тир, 4 футбольных поля, 32 спортивных площадки, функционируют 4 тренажёрных зала, а также единственный в городе бассейн. Также в городе развит любительский паркур[16].

Города-побратимы

Известные люди, связанные с городом

Упоминания в искусстве

  • Фантастическая повесть Кира Булычёва «Сто лет тому вперёд» и её экранизация «Гостья из будущего». Коля Наумов (в кинофильме — Герасимов) в будущем всем говорит, что он из Конотопа[26].
  • «Конотопская ведьма» — повесть украинского писателя Григория Квитки-Основьяненко, написанная в 1833 году.
  • Главный герой повести И. Г. Эренбурга «Необычайные похождения Хулио Хуренито» в конце повести гибнет в Конотопе[27]. Несколько деталей показывают знакомство автора с городом — например, упоминается длинный проспект (проспект Мира), идущий от вокзала к центру Конотопа.
  • «Конотоп» — роман украинского писателя Василия Кожелянко. Принадлежит к жанру альтернативной истории. По сюжету, главный герой, работая журналистом, по предложению редактора одной из газет отправляется в прошлое (а именно в 1659 год, когда произошла Конотопская битва), чтобы провести репортаж с места боевых действий для написания статьи[28].
  • «Маленький звонарь из Конотопа»[29] — исторический рассказ украинского писателя и поэта[30] Леонида Полтавы, посвящённый осаде Конотопа российскими войсками во времена русско-польской войны 1654—1667 годов, а именно в преддверии Конотопской битвы.
  • Город упоминается в повести Николая Васильевича Гоголя «Пропавшая грамота».
  • В книге Владимира Шитова «Один на льдине» главный герой родом из Конотопа, о чём в ней подробно написано.
  • Упоминается в песне Михаила Щербакова «Фиалковый букет».
  • Песня Вячеслава Малежика «Конотоп» из альбома «Кафе „Саквояж“» (1987).

Напишите отзыв о статье "Конотоп"

Примечания

  1. [censor.net.ua/photo_news/361283/novyyi_mer_konotopa_semenihin_veteran_ato_smenil_v_kabinete_portret_poroshenko_na_portret_bandery_foto Новый мэр Конотопа] (укр.)
  2. [uagerb.com/siverschina/konotop История герба Конотопа] (укр.)
  3. 1 2 [www.ukrstat.gov.ua/druk/publicat/kat_u/2015/zb/06/zb_nas_14.zip Государственный комитет статистики Украины. Сборник: Численность населения Украины на 1 января 2015 года. Киев 2015. Ответственная за выпуск Тимошенко Г. М. (doc)]  (укр.)
  4. 1 2 [sumy.ukrstat.gov.ua/?menu=99&level=3 Численность населения Сумской области на 1 марта 2016 года и средняя численность в января — феврале 2016 года  (укр.)]
  5. [gska2.rada.gov.ua/pls/z7502/A005?rdat1=09.06.2009&rf7571=28539 Сайт Верховной рады Украины.] (укр.)
  6. [www.lardi-trans.com/distance/ Расчёт расстояний между городами]. [www.webcitation.org/60tIrKOQf Архивировано из первоисточника 28 ноября 2015].
  7. [www.tudoy-sudoy.od.ua/pro-istoriiy-i-odessu/istotiya-ukkraini/137-konotop.html Конотоп ("Золотой пояс Сумщины")]. www.tudoy-sudoy.od.ua. Проверено 20 октября 2016.
  8. [ukrlitra.com.ua/956.html. Казацкие летописи XVIII века]
  9. Конотоп // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона : в 86 т. (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1890—1907.
  10. [demoscope.ru/weekly/ssp/rus_lan_97_uezd.php?reg=1695 Демоскоп Weekly - Приложение. Справочник статистических показателей.]. demoscope.ru. Проверено 20 октября 2016.
  11. [www.05447.com.ua/news/1084876 Дорогами 1941-го. Конотоп. Книга памяти], Сайт Конотопа 05447.com.ua. Проверено 20 октября 2016.
  12. [shostka.info/news_shostka/kon_konotop Конь в Конотопе снят с пьедестала - SHOSTKA.INFO :: интернет газета Шостка. Новости Шостка]. shostka.info. Проверено 20 октября 2016.
  13. [shostka.info/news_shostka/snesli_pamyatniki_leninu_v_sumah_i_konotope Снесли памятники Ленину в Сумах и Конотопе - SHOSTKA.INFO :: интернет газета Шостка. Новости Шостка]. shostka.info. Проверено 20 октября 2016.
  14. [sumy.depo.ua/rus/sumy/u-konotopi-znesli-pam-yatnik-kirovu-24112015170100 В Конотопе снесли памятник Кирову]. sumy.depo.ua. Проверено 20 октября 2016.
  15. [konotop-eparhiya.org.ua/index.php/история-епархии История Конотопской и Глуховской епархии]
  16. [konotop.in.ua/novosti/ostann-novini/v-konotope-otkryli-sportivnuyu-ploshchadku-dlya-zanyatii-sovremennymi-ulichnym В Конотопе открыли спортивную площадку для занятий современными уличными видами спорта Street workout и parkour | Голос Конотопа]. konotop.in.ua. Проверено 20 октября 2016.
  17. [rada.konotop.org/files/2014/dogovir_mezdra_konotop.pdf Договор о сотрудничестве между городом Конотоп (Украина) и городом Мездра (Болгария)]
  18. [rada.konotop.org/files/2016/misto_krasnogorivka_pobratum.pdf Соглашение о партнёрских отношениях между Конотопом и Красногоровкой] (укр.)
  19. [www.konotop5.net/news/kostel_grigorij_grigorovich/2015-12-15-1078 Костель Григорiй Григорович - 15 Декабря 2015 - Твої регіони Україно]. www.konotop5.net. Проверено 20 октября 2016.
  20. [www.bibliotekar.ru/100hudozh/92.htm Художник Малевич. Основатель собственного абстрактного стиля супрематизма Казимир Северинович Малевич. Книги из серии 100 Сто Великих]. www.bibliotekar.ru. Проверено 20 октября 2016.
  21. [rada.konotop.org/index.php/2014-02-27-18-15-57/1377-2012-02-15-14-00-00 В Конотопе отпраздновали годовщину вывода войск бывшего СССР из Демократической Республики Афганистан] (укр.)
  22. [kpt.sumdu.edu.ua/index.php?option=com_content&view=article&id=88%3A2012-03-08-10-30-23&catid=5%3A2012-01-17-09-40-02&Itemid=1 Встреча с писателем (сайт Политехнического техникума Конотопского института СумГУ)] (укр.)
  23. [librar.org.ua/sections_load.php?s=libraries&id=329 Биография Степана Ивановича Пономарёва] (укр.)
  24. [yiddishmusic.jewniverse.info/amiavschneurzalman/index.html Schneur-Zalman Pugatchow]. yiddishmusic.jewniverse.info. Проверено 20 октября 2016.
  25. [www.konotop5.net/news/zhizn_kak_podvig_otec_evgenij_derevjanko/2010-07-16-1083 Жизнь как подвиг. Отец Евгений (Деревянко) - 16 Декабря 2015 - Твої регіони Україно]. www.konotop5.net. Проверено 20 октября 2016.
  26. [greatwords.org/sources/824/. Цитаты из «Гостьи из будущего»]
  27. [briefly.ru/erenburg/hulio_hurenito/ Краткое содержание романа И. Эренбурга «Необычайные похождения Хулио Хуренито и его учеников»], Брифли. Проверено 20 октября 2016.
  28. [anyformatread.org/book/vasil-kozhelyanko-konotop Описание и отзыв читателя книги] (укр.)
  29. [www.bratkozak.com.ua/publ/pro_kozakiv_ditjam/malenkij_dzvonar_iz_konotopu/12-1-0-79 Рассказ «Маленький звонарь из Конотопа»] (укр.)
  30. [romny-bibl.edukit.sumy.ua/Files/downloadcenter/полтава.pdf Биография Леонида Полтавы] (укр.)

Ссылки

  • [rada.konotop.org/ Официальный сайт Контопской городского совета] (укр.)
  • [gska2.rada.gov.ua/pls/z7502/A005?rdat1=20.10.2003&rf7571=28539 Учётная карточка на сайте Верховной рады Украины] (укр.)
  • [www.surnameindex.info/info/chernigov/konotop/konotop/index.html Историческая информация о городе Конотоп]
  • [img-fotki.yandex.ru/get/4600/rtm-co.21/0_3ed08_129c988d_orig Карта Конотопа]
  • [poezda.org.ua/city/22040 Расписание поездов по станции Конотоп]

Отрывок, характеризующий Конотоп

Потом он открыл глаза и сказал что то, чего долго никто не мог понять и, наконец, понял и передал один Тихон. Княжна Марья отыскивала смысл его слов в том настроении, в котором он говорил за минуту перед этим. То она думала, что он говорит о России, то о князе Андрее, то о ней, о внуке, то о своей смерти. И от этого она не могла угадать его слов.
– Надень твое белое платье, я люблю его, – говорил он.
Поняв эти слова, княжна Марья зарыдала еще громче, и доктор, взяв ее под руку, вывел ее из комнаты на террасу, уговаривая ее успокоиться и заняться приготовлениями к отъезду. После того как княжна Марья вышла от князя, он опять заговорил о сыне, о войне, о государе, задергал сердито бровями, стал возвышать хриплый голос, и с ним сделался второй и последний удар.
Княжна Марья остановилась на террасе. День разгулялся, было солнечно и жарко. Она не могла ничего понимать, ни о чем думать и ничего чувствовать, кроме своей страстной любви к отцу, любви, которой, ей казалось, она не знала до этой минуты. Она выбежала в сад и, рыдая, побежала вниз к пруду по молодым, засаженным князем Андреем, липовым дорожкам.
– Да… я… я… я. Я желала его смерти. Да, я желала, чтобы скорее кончилось… Я хотела успокоиться… А что ж будет со мной? На что мне спокойствие, когда его не будет, – бормотала вслух княжна Марья, быстрыми шагами ходя по саду и руками давя грудь, из которой судорожно вырывались рыдания. Обойдя по саду круг, который привел ее опять к дому, она увидала идущих к ней навстречу m lle Bourienne (которая оставалась в Богучарове и не хотела оттуда уехать) и незнакомого мужчину. Это был предводитель уезда, сам приехавший к княжне с тем, чтобы представить ей всю необходимость скорого отъезда. Княжна Марья слушала и не понимала его; она ввела его в дом, предложила ему завтракать и села с ним. Потом, извинившись перед предводителем, она подошла к двери старого князя. Доктор с встревоженным лицом вышел к ней и сказал, что нельзя.
– Идите, княжна, идите, идите!
Княжна Марья пошла опять в сад и под горой у пруда, в том месте, где никто не мог видеть, села на траву. Она не знала, как долго она пробыла там. Чьи то бегущие женские шаги по дорожке заставили ее очнуться. Она поднялась и увидала, что Дуняша, ее горничная, очевидно, бежавшая за нею, вдруг, как бы испугавшись вида своей барышни, остановилась.
– Пожалуйте, княжна… князь… – сказала Дуняша сорвавшимся голосом.
– Сейчас, иду, иду, – поспешно заговорила княжна, не давая времени Дуняше договорить ей то, что она имела сказать, и, стараясь не видеть Дуняши, побежала к дому.
– Княжна, воля божья совершается, вы должны быть на все готовы, – сказал предводитель, встречая ее у входной двери.
– Оставьте меня. Это неправда! – злобно крикнула она на него. Доктор хотел остановить ее. Она оттолкнула его и подбежала к двери. «И к чему эти люди с испуганными лицами останавливают меня? Мне никого не нужно! И что они тут делают? – Она отворила дверь, и яркий дневной свет в этой прежде полутемной комнате ужаснул ее. В комнате были женщины и няня. Они все отстранились от кровати, давая ей дорогу. Он лежал все так же на кровати; но строгий вид его спокойного лица остановил княжну Марью на пороге комнаты.
«Нет, он не умер, это не может быть! – сказала себе княжна Марья, подошла к нему и, преодолевая ужас, охвативший ее, прижала к щеке его свои губы. Но она тотчас же отстранилась от него. Мгновенно вся сила нежности к нему, которую она чувствовала в себе, исчезла и заменилась чувством ужаса к тому, что было перед нею. «Нет, нет его больше! Его нет, а есть тут же, на том же месте, где был он, что то чуждое и враждебное, какая то страшная, ужасающая и отталкивающая тайна… – И, закрыв лицо руками, княжна Марья упала на руки доктора, поддержавшего ее.
В присутствии Тихона и доктора женщины обмыли то, что был он, повязали платком голову, чтобы не закостенел открытый рот, и связали другим платком расходившиеся ноги. Потом они одели в мундир с орденами и положили на стол маленькое ссохшееся тело. Бог знает, кто и когда позаботился об этом, но все сделалось как бы само собой. К ночи кругом гроба горели свечи, на гробу был покров, на полу был посыпан можжевельник, под мертвую ссохшуюся голову была положена печатная молитва, а в углу сидел дьячок, читая псалтырь.
Как лошади шарахаются, толпятся и фыркают над мертвой лошадью, так в гостиной вокруг гроба толпился народ чужой и свой – предводитель, и староста, и бабы, и все с остановившимися испуганными глазами, крестились и кланялись, и целовали холодную и закоченевшую руку старого князя.


Богучарово было всегда, до поселения в нем князя Андрея, заглазное именье, и мужики богучаровские имели совсем другой характер от лысогорских. Они отличались от них и говором, и одеждой, и нравами. Они назывались степными. Старый князь хвалил их за их сносливость в работе, когда они приезжали подсоблять уборке в Лысых Горах или копать пруды и канавы, но не любил их за их дикость.
Последнее пребывание в Богучарове князя Андрея, с его нововведениями – больницами, школами и облегчением оброка, – не смягчило их нравов, а, напротив, усилило в них те черты характера, которые старый князь называл дикостью. Между ними всегда ходили какие нибудь неясные толки, то о перечислении их всех в казаки, то о новой вере, в которую их обратят, то о царских листах каких то, то о присяге Павлу Петровичу в 1797 году (про которую говорили, что тогда еще воля выходила, да господа отняли), то об имеющем через семь лет воцариться Петре Феодоровиче, при котором все будет вольно и так будет просто, что ничего не будет. Слухи о войне в Бонапарте и его нашествии соединились для них с такими же неясными представлениями об антихристе, конце света и чистой воле.
В окрестности Богучарова были всё большие села, казенные и оброчные помещичьи. Живущих в этой местности помещиков было очень мало; очень мало было также дворовых и грамотных, и в жизни крестьян этой местности были заметнее и сильнее, чем в других, те таинственные струи народной русской жизни, причины и значение которых бывают необъяснимы для современников. Одно из таких явлений было проявившееся лет двадцать тому назад движение между крестьянами этой местности к переселению на какие то теплые реки. Сотни крестьян, в том числе и богучаровские, стали вдруг распродавать свой скот и уезжать с семействами куда то на юго восток. Как птицы летят куда то за моря, стремились эти люди с женами и детьми туда, на юго восток, где никто из них не был. Они поднимались караванами, поодиночке выкупались, бежали, и ехали, и шли туда, на теплые реки. Многие были наказаны, сосланы в Сибирь, многие с холода и голода умерли по дороге, многие вернулись сами, и движение затихло само собой так же, как оно и началось без очевидной причины. Но подводные струи не переставали течь в этом народе и собирались для какой то новой силы, имеющей проявиться так же странно, неожиданно и вместе с тем просто, естественно и сильно. Теперь, в 1812 м году, для человека, близко жившего с народом, заметно было, что эти подводные струи производили сильную работу и были близки к проявлению.
Алпатыч, приехав в Богучарово несколько времени перед кончиной старого князя, заметил, что между народом происходило волнение и что, противно тому, что происходило в полосе Лысых Гор на шестидесятиверстном радиусе, где все крестьяне уходили (предоставляя казакам разорять свои деревни), в полосе степной, в богучаровской, крестьяне, как слышно было, имели сношения с французами, получали какие то бумаги, ходившие между ними, и оставались на местах. Он знал через преданных ему дворовых людей, что ездивший на днях с казенной подводой мужик Карп, имевший большое влияние на мир, возвратился с известием, что казаки разоряют деревни, из которых выходят жители, но что французы их не трогают. Он знал, что другой мужик вчера привез даже из села Вислоухова – где стояли французы – бумагу от генерала французского, в которой жителям объявлялось, что им не будет сделано никакого вреда и за все, что у них возьмут, заплатят, если они останутся. В доказательство того мужик привез из Вислоухова сто рублей ассигнациями (он не знал, что они были фальшивые), выданные ему вперед за сено.
Наконец, важнее всего, Алпатыч знал, что в тот самый день, как он приказал старосте собрать подводы для вывоза обоза княжны из Богучарова, поутру была на деревне сходка, на которой положено было не вывозиться и ждать. А между тем время не терпело. Предводитель, в день смерти князя, 15 го августа, настаивал у княжны Марьи на том, чтобы она уехала в тот же день, так как становилось опасно. Он говорил, что после 16 го он не отвечает ни за что. В день же смерти князя он уехал вечером, но обещал приехать на похороны на другой день. Но на другой день он не мог приехать, так как, по полученным им самим известиям, французы неожиданно подвинулись, и он только успел увезти из своего имения свое семейство и все ценное.
Лет тридцать Богучаровым управлял староста Дрон, которого старый князь звал Дронушкой.
Дрон был один из тех крепких физически и нравственно мужиков, которые, как только войдут в года, обрастут бородой, так, не изменяясь, живут до шестидесяти – семидесяти лет, без одного седого волоса или недостатка зуба, такие же прямые и сильные в шестьдесят лет, как и в тридцать.
Дрон, вскоре после переселения на теплые реки, в котором он участвовал, как и другие, был сделан старостой бурмистром в Богучарове и с тех пор двадцать три года безупречно пробыл в этой должности. Мужики боялись его больше, чем барина. Господа, и старый князь, и молодой, и управляющий, уважали его и в шутку называли министром. Во все время своей службы Дрон нн разу не был ни пьян, ни болен; никогда, ни после бессонных ночей, ни после каких бы то ни было трудов, не выказывал ни малейшей усталости и, не зная грамоте, никогда не забывал ни одного счета денег и пудов муки по огромным обозам, которые он продавал, и ни одной копны ужи на хлеба на каждой десятине богучаровских полей.
Этого то Дрона Алпатыч, приехавший из разоренных Лысых Гор, призвал к себе в день похорон князя и приказал ему приготовить двенадцать лошадей под экипажи княжны и восемнадцать подвод под обоз, который должен был быть поднят из Богучарова. Хотя мужики и были оброчные, исполнение приказания этого не могло встретить затруднения, по мнению Алпатыча, так как в Богучарове было двести тридцать тягол и мужики были зажиточные. Но староста Дрон, выслушав приказание, молча опустил глаза. Алпатыч назвал ему мужиков, которых он знал и с которых он приказывал взять подводы.
Дрон отвечал, что лошади у этих мужиков в извозе. Алпатыч назвал других мужиков, и у тех лошадей не было, по словам Дрона, одни были под казенными подводами, другие бессильны, у третьих подохли лошади от бескормицы. Лошадей, по мнению Дрона, нельзя было собрать не только под обоз, но и под экипажи.
Алпатыч внимательно посмотрел на Дрона и нахмурился. Как Дрон был образцовым старостой мужиком, так и Алпатыч недаром управлял двадцать лет имениями князя и был образцовым управляющим. Он в высшей степени способен был понимать чутьем потребности и инстинкты народа, с которым имел дело, и потому он был превосходным управляющим. Взглянув на Дрона, он тотчас понял, что ответы Дрона не были выражением мысли Дрона, но выражением того общего настроения богучаровского мира, которым староста уже был захвачен. Но вместе с тем он знал, что нажившийся и ненавидимый миром Дрон должен был колебаться между двумя лагерями – господским и крестьянским. Это колебание он заметил в его взгляде, и потому Алпатыч, нахмурившись, придвинулся к Дрону.
– Ты, Дронушка, слушай! – сказал он. – Ты мне пустого не говори. Его сиятельство князь Андрей Николаич сами мне приказали, чтобы весь народ отправить и с неприятелем не оставаться, и царский на то приказ есть. А кто останется, тот царю изменник. Слышишь?
– Слушаю, – отвечал Дрон, не поднимая глаз.
Алпатыч не удовлетворился этим ответом.
– Эй, Дрон, худо будет! – сказал Алпатыч, покачав головой.
– Власть ваша! – сказал Дрон печально.
– Эй, Дрон, оставь! – повторил Алпатыч, вынимая руку из за пазухи и торжественным жестом указывая ею на пол под ноги Дрона. – Я не то, что тебя насквозь, я под тобой на три аршина все насквозь вижу, – сказал он, вглядываясь в пол под ноги Дрона.
Дрон смутился, бегло взглянул на Алпатыча и опять опустил глаза.
– Ты вздор то оставь и народу скажи, чтобы собирались из домов идти в Москву и готовили подводы завтра к утру под княжнин обоз, да сам на сходку не ходи. Слышишь?
Дрон вдруг упал в ноги.
– Яков Алпатыч, уволь! Возьми от меня ключи, уволь ради Христа.
– Оставь! – сказал Алпатыч строго. – Под тобой насквозь на три аршина вижу, – повторил он, зная, что его мастерство ходить за пчелами, знание того, когда сеять овес, и то, что он двадцать лет умел угодить старому князю, давно приобрели ему славу колдуна и что способность видеть на три аршина под человеком приписывается колдунам.
Дрон встал и хотел что то сказать, но Алпатыч перебил его:
– Что вы это вздумали? А?.. Что ж вы думаете? А?
– Что мне с народом делать? – сказал Дрон. – Взбуровило совсем. Я и то им говорю…
– То то говорю, – сказал Алпатыч. – Пьют? – коротко спросил он.
– Весь взбуровился, Яков Алпатыч: другую бочку привезли.
– Так ты слушай. Я к исправнику поеду, а ты народу повести, и чтоб они это бросили, и чтоб подводы были.
– Слушаю, – отвечал Дрон.
Больше Яков Алпатыч не настаивал. Он долго управлял народом и знал, что главное средство для того, чтобы люди повиновались, состоит в том, чтобы не показывать им сомнения в том, что они могут не повиноваться. Добившись от Дрона покорного «слушаю с», Яков Алпатыч удовлетворился этим, хотя он не только сомневался, но почти был уверен в том, что подводы без помощи воинской команды не будут доставлены.
И действительно, к вечеру подводы не были собраны. На деревне у кабака была опять сходка, и на сходке положено было угнать лошадей в лес и не выдавать подвод. Ничего не говоря об этом княжне, Алпатыч велел сложить с пришедших из Лысых Гор свою собственную кладь и приготовить этих лошадей под кареты княжны, а сам поехал к начальству.

Х
После похорон отца княжна Марья заперлась в своей комнате и никого не впускала к себе. К двери подошла девушка сказать, что Алпатыч пришел спросить приказания об отъезде. (Это было еще до разговора Алпатыча с Дроном.) Княжна Марья приподнялась с дивана, на котором она лежала, и сквозь затворенную дверь проговорила, что она никуда и никогда не поедет и просит, чтобы ее оставили в покое.
Окна комнаты, в которой лежала княжна Марья, были на запад. Она лежала на диване лицом к стене и, перебирая пальцами пуговицы на кожаной подушке, видела только эту подушку, и неясные мысли ее были сосредоточены на одном: она думала о невозвратимости смерти и о той своей душевной мерзости, которой она не знала до сих пор и которая выказалась во время болезни ее отца. Она хотела, но не смела молиться, не смела в том душевном состоянии, в котором она находилась, обращаться к богу. Она долго лежала в этом положении.
Солнце зашло на другую сторону дома и косыми вечерними лучами в открытые окна осветило комнату и часть сафьянной подушки, на которую смотрела княжна Марья. Ход мыслей ее вдруг приостановился. Она бессознательно приподнялась, оправила волоса, встала и подошла к окну, невольно вдыхая в себя прохладу ясного, но ветреного вечера.
«Да, теперь тебе удобно любоваться вечером! Его уж нет, и никто тебе не помешает», – сказала она себе, и, опустившись на стул, она упала головой на подоконник.
Кто то нежным и тихим голосом назвал ее со стороны сада и поцеловал в голову. Она оглянулась. Это была m lle Bourienne, в черном платье и плерезах. Она тихо подошла к княжне Марье, со вздохом поцеловала ее и тотчас же заплакала. Княжна Марья оглянулась на нее. Все прежние столкновения с нею, ревность к ней, вспомнились княжне Марье; вспомнилось и то, как он последнее время изменился к m lle Bourienne, не мог ее видеть, и, стало быть, как несправедливы были те упреки, которые княжна Марья в душе своей делала ей. «Да и мне ли, мне ли, желавшей его смерти, осуждать кого нибудь! – подумала она.
Княжне Марье живо представилось положение m lle Bourienne, в последнее время отдаленной от ее общества, но вместе с тем зависящей от нее и живущей в чужом доме. И ей стало жалко ее. Она кротко вопросительно посмотрела на нее и протянула ей руку. M lle Bourienne тотчас заплакала, стала целовать ее руку и говорить о горе, постигшем княжну, делая себя участницей этого горя. Она говорила о том, что единственное утешение в ее горе есть то, что княжна позволила ей разделить его с нею. Она говорила, что все бывшие недоразумения должны уничтожиться перед великим горем, что она чувствует себя чистой перед всеми и что он оттуда видит ее любовь и благодарность. Княжна слушала ее, не понимая ее слов, но изредка взглядывая на нее и вслушиваясь в звуки ее голоса.
– Ваше положение вдвойне ужасно, милая княжна, – помолчав немного, сказала m lle Bourienne. – Я понимаю, что вы не могли и не можете думать о себе; но я моей любовью к вам обязана это сделать… Алпатыч был у вас? Говорил он с вами об отъезде? – спросила она.
Княжна Марья не отвечала. Она не понимала, куда и кто должен был ехать. «Разве можно было что нибудь предпринимать теперь, думать о чем нибудь? Разве не все равно? Она не отвечала.
– Вы знаете ли, chere Marie, – сказала m lle Bourienne, – знаете ли, что мы в опасности, что мы окружены французами; ехать теперь опасно. Ежели мы поедем, мы почти наверное попадем в плен, и бог знает…
Княжна Марья смотрела на свою подругу, не понимая того, что она говорила.
– Ах, ежели бы кто нибудь знал, как мне все все равно теперь, – сказала она. – Разумеется, я ни за что не желала бы уехать от него… Алпатыч мне говорил что то об отъезде… Поговорите с ним, я ничего, ничего не могу и не хочу…
– Я говорила с ним. Он надеется, что мы успеем уехать завтра; но я думаю, что теперь лучше бы было остаться здесь, – сказала m lle Bourienne. – Потому что, согласитесь, chere Marie, попасть в руки солдат или бунтующих мужиков на дороге – было бы ужасно. – M lle Bourienne достала из ридикюля объявление на нерусской необыкновенной бумаге французского генерала Рамо о том, чтобы жители не покидали своих домов, что им оказано будет должное покровительство французскими властями, и подала ее княжне.
– Я думаю, что лучше обратиться к этому генералу, – сказала m lle Bourienne, – и я уверена, что вам будет оказано должное уважение.
Княжна Марья читала бумагу, и сухие рыдания задергали ее лицо.
– Через кого вы получили это? – сказала она.
– Вероятно, узнали, что я француженка по имени, – краснея, сказала m lle Bourienne.
Княжна Марья с бумагой в руке встала от окна и с бледным лицом вышла из комнаты и пошла в бывший кабинет князя Андрея.
– Дуняша, позовите ко мне Алпатыча, Дронушку, кого нибудь, – сказала княжна Марья, – и скажите Амалье Карловне, чтобы она не входила ко мне, – прибавила она, услыхав голос m lle Bourienne. – Поскорее ехать! Ехать скорее! – говорила княжна Марья, ужасаясь мысли о том, что она могла остаться во власти французов.
«Чтобы князь Андрей знал, что она во власти французов! Чтоб она, дочь князя Николая Андреича Болконского, просила господина генерала Рамо оказать ей покровительство и пользовалась его благодеяниями! – Эта мысль приводила ее в ужас, заставляла ее содрогаться, краснеть и чувствовать еще не испытанные ею припадки злобы и гордости. Все, что только было тяжелого и, главное, оскорбительного в ее положении, живо представлялось ей. «Они, французы, поселятся в этом доме; господин генерал Рамо займет кабинет князя Андрея; будет для забавы перебирать и читать его письма и бумаги. M lle Bourienne lui fera les honneurs de Богучарово. [Мадемуазель Бурьен будет принимать его с почестями в Богучарове.] Мне дадут комнатку из милости; солдаты разорят свежую могилу отца, чтобы снять с него кресты и звезды; они мне будут рассказывать о победах над русскими, будут притворно выражать сочувствие моему горю… – думала княжна Марья не своими мыслями, но чувствуя себя обязанной думать за себя мыслями своего отца и брата. Для нее лично было все равно, где бы ни оставаться и что бы с ней ни было; но она чувствовала себя вместе с тем представительницей своего покойного отца и князя Андрея. Она невольно думала их мыслями и чувствовала их чувствами. Что бы они сказали, что бы они сделали теперь, то самое она чувствовала необходимым сделать. Она пошла в кабинет князя Андрея и, стараясь проникнуться его мыслями, обдумывала свое положение.
Требования жизни, которые она считала уничтоженными со смертью отца, вдруг с новой, еще неизвестной силой возникли перед княжной Марьей и охватили ее. Взволнованная, красная, она ходила по комнате, требуя к себе то Алпатыча, то Михаила Ивановича, то Тихона, то Дрона. Дуняша, няня и все девушки ничего не могли сказать о том, в какой мере справедливо было то, что объявила m lle Bourienne. Алпатыча не было дома: он уехал к начальству. Призванный Михаил Иваныч, архитектор, явившийся к княжне Марье с заспанными глазами, ничего не мог сказать ей. Он точно с той же улыбкой согласия, с которой он привык в продолжение пятнадцати лет отвечать, не выражая своего мнения, на обращения старого князя, отвечал на вопросы княжны Марьи, так что ничего определенного нельзя было вывести из его ответов. Призванный старый камердинер Тихон, с опавшим и осунувшимся лицом, носившим на себе отпечаток неизлечимого горя, отвечал «слушаю с» на все вопросы княжны Марьи и едва удерживался от рыданий, глядя на нее.
Наконец вошел в комнату староста Дрон и, низко поклонившись княжне, остановился у притолоки.
Княжна Марья прошлась по комнате и остановилась против него.
– Дронушка, – сказала княжна Марья, видевшая в нем несомненного друга, того самого Дронушку, который из своей ежегодной поездки на ярмарку в Вязьму привозил ей всякий раз и с улыбкой подавал свой особенный пряник. – Дронушка, теперь, после нашего несчастия, – начала она и замолчала, не в силах говорить дальше.
– Все под богом ходим, – со вздохом сказал он. Они помолчали.
– Дронушка, Алпатыч куда то уехал, мне не к кому обратиться. Правду ли мне говорят, что мне и уехать нельзя?
– Отчего же тебе не ехать, ваше сиятельство, ехать можно, – сказал Дрон.
– Мне сказали, что опасно от неприятеля. Голубчик, я ничего не могу, ничего не понимаю, со мной никого нет. Я непременно хочу ехать ночью или завтра рано утром. – Дрон молчал. Он исподлобья взглянул на княжну Марью.
– Лошадей нет, – сказал он, – я и Яков Алпатычу говорил.
– Отчего же нет? – сказала княжна.
– Все от божьего наказания, – сказал Дрон. – Какие лошади были, под войска разобрали, а какие подохли, нынче год какой. Не то лошадей кормить, а как бы самим с голоду не помереть! И так по три дня не емши сидят. Нет ничего, разорили вконец.
Княжна Марья внимательно слушала то, что он говорил ей.
– Мужики разорены? У них хлеба нет? – спросила она.
– Голодной смертью помирают, – сказал Дрон, – не то что подводы…
– Да отчего же ты не сказал, Дронушка? Разве нельзя помочь? Я все сделаю, что могу… – Княжне Марье странно было думать, что теперь, в такую минуту, когда такое горе наполняло ее душу, могли быть люди богатые и бедные и что могли богатые не помочь бедным. Она смутно знала и слышала, что бывает господский хлеб и что его дают мужикам. Она знала тоже, что ни брат, ни отец ее не отказали бы в нужде мужикам; она только боялась ошибиться как нибудь в словах насчет этой раздачи мужикам хлеба, которым она хотела распорядиться. Она была рада тому, что ей представился предлог заботы, такой, для которой ей не совестно забыть свое горе. Она стала расспрашивать Дронушку подробности о нуждах мужиков и о том, что есть господского в Богучарове.
– Ведь у нас есть хлеб господский, братнин? – спросила она.
– Господский хлеб весь цел, – с гордостью сказал Дрон, – наш князь не приказывал продавать.
– Выдай его мужикам, выдай все, что им нужно: я тебе именем брата разрешаю, – сказала княжна Марья.
Дрон ничего не ответил и глубоко вздохнул.
– Ты раздай им этот хлеб, ежели его довольно будет для них. Все раздай. Я тебе приказываю именем брата, и скажи им: что, что наше, то и ихнее. Мы ничего не пожалеем для них. Так ты скажи.
Дрон пристально смотрел на княжну, в то время как она говорила.
– Уволь ты меня, матушка, ради бога, вели от меня ключи принять, – сказал он. – Служил двадцать три года, худого не делал; уволь, ради бога.
Княжна Марья не понимала, чего он хотел от нее и от чего он просил уволить себя. Она отвечала ему, что она никогда не сомневалась в его преданности и что она все готова сделать для него и для мужиков.


Через час после этого Дуняша пришла к княжне с известием, что пришел Дрон и все мужики, по приказанию княжны, собрались у амбара, желая переговорить с госпожою.
– Да я никогда не звала их, – сказала княжна Марья, – я только сказала Дронушке, чтобы раздать им хлеба.
– Только ради бога, княжна матушка, прикажите их прогнать и не ходите к ним. Все обман один, – говорила Дуняша, – а Яков Алпатыч приедут, и поедем… и вы не извольте…
– Какой же обман? – удивленно спросила княжна
– Да уж я знаю, только послушайте меня, ради бога. Вот и няню хоть спросите. Говорят, не согласны уезжать по вашему приказанию.
– Ты что нибудь не то говоришь. Да я никогда не приказывала уезжать… – сказала княжна Марья. – Позови Дронушку.
Пришедший Дрон подтвердил слова Дуняши: мужики пришли по приказанию княжны.
– Да я никогда не звала их, – сказала княжна. – Ты, верно, не так передал им. Я только сказала, чтобы ты им отдал хлеб.
Дрон, не отвечая, вздохнул.
– Если прикажете, они уйдут, – сказал он.
– Нет, нет, я пойду к ним, – сказала княжна Марья
Несмотря на отговариванье Дуняши и няни, княжна Марья вышла на крыльцо. Дрон, Дуняша, няня и Михаил Иваныч шли за нею. «Они, вероятно, думают, что я предлагаю им хлеб с тем, чтобы они остались на своих местах, и сама уеду, бросив их на произвол французов, – думала княжна Марья. – Я им буду обещать месячину в подмосковной, квартиры; я уверена, что Andre еще больше бы сделав на моем месте», – думала она, подходя в сумерках к толпе, стоявшей на выгоне у амбара.
Толпа, скучиваясь, зашевелилась, и быстро снялись шляпы. Княжна Марья, опустив глаза и путаясь ногами в платье, близко подошла к ним. Столько разнообразных старых и молодых глаз было устремлено на нее и столько было разных лиц, что княжна Марья не видала ни одного лица и, чувствуя необходимость говорить вдруг со всеми, не знала, как быть. Но опять сознание того, что она – представительница отца и брата, придало ей силы, и она смело начала свою речь.
– Я очень рада, что вы пришли, – начала княжна Марья, не поднимая глаз и чувствуя, как быстро и сильно билось ее сердце. – Мне Дронушка сказал, что вас разорила война. Это наше общее горе, и я ничего не пожалею, чтобы помочь вам. Я сама еду, потому что уже опасно здесь и неприятель близко… потому что… Я вам отдаю все, мои друзья, и прошу вас взять все, весь хлеб наш, чтобы у вас не было нужды. А ежели вам сказали, что я отдаю вам хлеб с тем, чтобы вы остались здесь, то это неправда. Я, напротив, прошу вас уезжать со всем вашим имуществом в нашу подмосковную, и там я беру на себя и обещаю вам, что вы не будете нуждаться. Вам дадут и домы и хлеба. – Княжна остановилась. В толпе только слышались вздохи.
– Я не от себя делаю это, – продолжала княжна, – я это делаю именем покойного отца, который был вам хорошим барином, и за брата, и его сына.
Она опять остановилась. Никто не прерывал ее молчания.
– Горе наше общее, и будем делить всё пополам. Все, что мое, то ваше, – сказала она, оглядывая лица, стоявшие перед нею.
Все глаза смотрели на нее с одинаковым выражением, значения которого она не могла понять. Было ли это любопытство, преданность, благодарность, или испуг и недоверие, но выражение на всех лицах было одинаковое.
– Много довольны вашей милостью, только нам брать господский хлеб не приходится, – сказал голос сзади.
– Да отчего же? – сказала княжна.
Никто не ответил, и княжна Марья, оглядываясь по толпе, замечала, что теперь все глаза, с которыми она встречалась, тотчас же опускались.
– Отчего же вы не хотите? – спросила она опять.
Никто не отвечал.
Княжне Марье становилось тяжело от этого молчанья; она старалась уловить чей нибудь взгляд.
– Отчего вы не говорите? – обратилась княжна к старому старику, который, облокотившись на палку, стоял перед ней. – Скажи, ежели ты думаешь, что еще что нибудь нужно. Я все сделаю, – сказала она, уловив его взгляд. Но он, как бы рассердившись за это, опустил совсем голову и проговорил:
– Чего соглашаться то, не нужно нам хлеба.
– Что ж, нам все бросить то? Не согласны. Не согласны… Нет нашего согласия. Мы тебя жалеем, а нашего согласия нет. Поезжай сама, одна… – раздалось в толпе с разных сторон. И опять на всех лицах этой толпы показалось одно и то же выражение, и теперь это было уже наверное не выражение любопытства и благодарности, а выражение озлобленной решительности.
– Да вы не поняли, верно, – с грустной улыбкой сказала княжна Марья. – Отчего вы не хотите ехать? Я обещаю поселить вас, кормить. А здесь неприятель разорит вас…
Но голос ее заглушали голоса толпы.
– Нет нашего согласия, пускай разоряет! Не берем твоего хлеба, нет согласия нашего!
Княжна Марья старалась уловить опять чей нибудь взгляд из толпы, но ни один взгляд не был устремлен на нее; глаза, очевидно, избегали ее. Ей стало странно и неловко.
– Вишь, научила ловко, за ней в крепость иди! Дома разори да в кабалу и ступай. Как же! Я хлеб, мол, отдам! – слышались голоса в толпе.
Княжна Марья, опустив голову, вышла из круга и пошла в дом. Повторив Дрону приказание о том, чтобы завтра были лошади для отъезда, она ушла в свою комнату и осталась одна с своими мыслями.


Долго эту ночь княжна Марья сидела у открытого окна в своей комнате, прислушиваясь к звукам говора мужиков, доносившегося с деревни, но она не думала о них. Она чувствовала, что, сколько бы она ни думала о них, она не могла бы понять их. Она думала все об одном – о своем горе, которое теперь, после перерыва, произведенного заботами о настоящем, уже сделалось для нее прошедшим. Она теперь уже могла вспоминать, могла плакать и могла молиться. С заходом солнца ветер затих. Ночь была тихая и свежая. В двенадцатом часу голоса стали затихать, пропел петух, из за лип стала выходить полная луна, поднялся свежий, белый туман роса, и над деревней и над домом воцарилась тишина.
Одна за другой представлялись ей картины близкого прошедшего – болезни и последних минут отца. И с грустной радостью она теперь останавливалась на этих образах, отгоняя от себя с ужасом только одно последнее представление его смерти, которое – она чувствовала – она была не в силах созерцать даже в своем воображении в этот тихий и таинственный час ночи. И картины эти представлялись ей с такой ясностью и с такими подробностями, что они казались ей то действительностью, то прошедшим, то будущим.
То ей живо представлялась та минута, когда с ним сделался удар и его из сада в Лысых Горах волокли под руки и он бормотал что то бессильным языком, дергал седыми бровями и беспокойно и робко смотрел на нее.
«Он и тогда хотел сказать мне то, что он сказал мне в день своей смерти, – думала она. – Он всегда думал то, что он сказал мне». И вот ей со всеми подробностями вспомнилась та ночь в Лысых Горах накануне сделавшегося с ним удара, когда княжна Марья, предчувствуя беду, против его воли осталась с ним. Она не спала и ночью на цыпочках сошла вниз и, подойдя к двери в цветочную, в которой в эту ночь ночевал ее отец, прислушалась к его голосу. Он измученным, усталым голосом говорил что то с Тихоном. Ему, видно, хотелось поговорить. «И отчего он не позвал меня? Отчего он не позволил быть мне тут на месте Тихона? – думала тогда и теперь княжна Марья. – Уж он не выскажет никогда никому теперь всего того, что было в его душе. Уж никогда не вернется для него и для меня эта минута, когда бы он говорил все, что ему хотелось высказать, а я, а не Тихон, слушала бы и понимала его. Отчего я не вошла тогда в комнату? – думала она. – Может быть, он тогда же бы сказал мне то, что он сказал в день смерти. Он и тогда в разговоре с Тихоном два раза спросил про меня. Ему хотелось меня видеть, а я стояла тут, за дверью. Ему было грустно, тяжело говорить с Тихоном, который не понимал его. Помню, как он заговорил с ним про Лизу, как живую, – он забыл, что она умерла, и Тихон напомнил ему, что ее уже нет, и он закричал: „Дурак“. Ему тяжело было. Я слышала из за двери, как он, кряхтя, лег на кровать и громко прокричал: „Бог мой!Отчего я не взошла тогда? Что ж бы он сделал мне? Что бы я потеряла? А может быть, тогда же он утешился бы, он сказал бы мне это слово“. И княжна Марья вслух произнесла то ласковое слово, которое он сказал ей в день смерти. «Ду ше нь ка! – повторила княжна Марья это слово и зарыдала облегчающими душу слезами. Она видела теперь перед собою его лицо. И не то лицо, которое она знала с тех пор, как себя помнила, и которое она всегда видела издалека; а то лицо – робкое и слабое, которое она в последний день, пригибаясь к его рту, чтобы слышать то, что он говорил, в первый раз рассмотрела вблизи со всеми его морщинами и подробностями.
«Душенька», – повторила она.
«Что он думал, когда сказал это слово? Что он думает теперь? – вдруг пришел ей вопрос, и в ответ на это она увидала его перед собой с тем выражением лица, которое у него было в гробу на обвязанном белым платком лице. И тот ужас, который охватил ее тогда, когда она прикоснулась к нему и убедилась, что это не только не был он, но что то таинственное и отталкивающее, охватил ее и теперь. Она хотела думать о другом, хотела молиться и ничего не могла сделать. Она большими открытыми глазами смотрела на лунный свет и тени, всякую секунду ждала увидеть его мертвое лицо и чувствовала, что тишина, стоявшая над домом и в доме, заковывала ее.
– Дуняша! – прошептала она. – Дуняша! – вскрикнула она диким голосом и, вырвавшись из тишины, побежала к девичьей, навстречу бегущим к ней няне и девушкам.


17 го августа Ростов и Ильин, сопутствуемые только что вернувшимся из плена Лаврушкой и вестовым гусаром, из своей стоянки Янково, в пятнадцати верстах от Богучарова, поехали кататься верхами – попробовать новую, купленную Ильиным лошадь и разузнать, нет ли в деревнях сена.
Богучарово находилось последние три дня между двумя неприятельскими армиями, так что так же легко мог зайти туда русский арьергард, как и французский авангард, и потому Ростов, как заботливый эскадронный командир, желал прежде французов воспользоваться тем провиантом, который оставался в Богучарове.
Ростов и Ильин были в самом веселом расположении духа. Дорогой в Богучарово, в княжеское именье с усадьбой, где они надеялись найти большую дворню и хорошеньких девушек, они то расспрашивали Лаврушку о Наполеоне и смеялись его рассказам, то перегонялись, пробуя лошадь Ильина.
Ростов и не знал и не думал, что эта деревня, в которую он ехал, была именье того самого Болконского, который был женихом его сестры.
Ростов с Ильиным в последний раз выпустили на перегонку лошадей в изволок перед Богучаровым, и Ростов, перегнавший Ильина, первый вскакал в улицу деревни Богучарова.
– Ты вперед взял, – говорил раскрасневшийся Ильин.
– Да, всё вперед, и на лугу вперед, и тут, – отвечал Ростов, поглаживая рукой своего взмылившегося донца.
– А я на французской, ваше сиятельство, – сзади говорил Лаврушка, называя французской свою упряжную клячу, – перегнал бы, да только срамить не хотел.
Они шагом подъехали к амбару, у которого стояла большая толпа мужиков.
Некоторые мужики сняли шапки, некоторые, не снимая шапок, смотрели на подъехавших. Два старые длинные мужика, с сморщенными лицами и редкими бородами, вышли из кабака и с улыбками, качаясь и распевая какую то нескладную песню, подошли к офицерам.
– Молодцы! – сказал, смеясь, Ростов. – Что, сено есть?
– И одинакие какие… – сказал Ильин.
– Развесе…oo…ооо…лая бесе… бесе… – распевали мужики с счастливыми улыбками.
Один мужик вышел из толпы и подошел к Ростову.
– Вы из каких будете? – спросил он.
– Французы, – отвечал, смеючись, Ильин. – Вот и Наполеон сам, – сказал он, указывая на Лаврушку.
– Стало быть, русские будете? – переспросил мужик.
– А много вашей силы тут? – спросил другой небольшой мужик, подходя к ним.
– Много, много, – отвечал Ростов. – Да вы что ж собрались тут? – прибавил он. – Праздник, что ль?
– Старички собрались, по мирскому делу, – отвечал мужик, отходя от него.