Красная «Почта»

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Красная «Почта»
нем. Potschta

 (Михель #41)
Тип марки (марок)

стандартная

Страна выпуска

Восточная Саксония, Советская зона оккупации Германии

Место выпуска

Дрезден

Издатель

Главная почтовая дирекция Дрездена

Способ печати

глубокая печать

Дата выпуска

23 июня 1945

Номинал

12 пфеннигов

Зубцовка

беззубцовая

Причина редкости

бо́льшая часть тиража уничтожена из-за надписи кириллицей; первая марка в Советской зоне оккупации

Тираж (экз.)

1 030 500

Оценка (Скотт)

чистая — $190;
гашёная — $575 (2006)

Оценка (Михель)

чистая — 250;
гашёная — €750 (2005)

«Красная „Почта“» (нем. Potschta[1]) — филателистическое название первой стандартной марки, выпущенной Главной почтовой дирекцией Дрездена (Восточная Саксония) в 1945 году. Первая марка, выпущенная почтовым ведомством в Советской зоне оккупации Германии[2].





Описание

Номинал марки — 12 пфеннигов. Рисунок — число «12» в круге, ограниченном рамкой. Вверху и внизу этой почтовой миниатюры дана надпись соответственно на немецком и русском языках: «Post» и «Почта». Марка беззубцовая, отпечатана способом глубокой печати красной краской с оттенками на белой бумаге[2][3][4].

История

В июне 1945 года Главная почтовая дирекция Дрездена приняла решение о выпуске серии почтовых марок для Восточной Саксонии. Первой предстояло издать марку в 12 пфеннигов — для оплаты простого письма. Выпуск был запланирован на 21 июня, когда одновременно из обращения должны были изъять марки прежних зачернённых выпусков, употреблявшихся на территории Федеральной земли Саксония. Соответствующее разрешение было получено от военного коменданта. Подготовка к выпуску осуществлялась почтамтом A-20. Рисунок марки подготовил один из почтовых служащих Хемница. Печатание было выполнено в местной типографии Вельцеля в Дрездене. Вначале эти марки печатались так называемой водяной краской светло-красного цвета. Однако качество печати оказалось низким, многие листы были склеены друг с другом. К тому же выяснилось, что краски на весь тираж не хватит. В итоге весь отпечатанный тираж — 100 тысяч экземпляров — был уничтожен. Осталось лишь несколько экземпляров для архива[3][4][5][6].

Вскоре поступила краска более тёмного цвета. Процесс печати улучшили и изготовили 1 030 500 экземпляров, которые передали почтовой дирекции. 23 июня 1945 года первая марка Восточной Саксонии поступила в продажу в почтовом отделении Дрезден A-16. Однако менее чем через восемь часов военная администрация отменила своё разрешение, продажу прекратили, а марку изъяли. Успели реализовать 14 500 экземпляров, часть из них использовали по назначению. Остаток тиража уничтожили. Изъятие марки было обусловлено политическими причинами, и поводом для этого стала надпись «Почта» на русском языке[2][3][4][5][6].

Филателистические аспекты

Эта марка получила среди филателистов название «Красная „Почта“». Ныне она довольно редка. Существует ряд фальшивок, выполненных обычно офсетом[2].

В каталогах почтовых марок «Скотт» и «Михель» чистый экземпляр «Красной „Почты“» котируется от $190 до 250, а гашёный — от $575 и до €750, соответственно. При этом чистая марка с неповреждённым оригинальным клеем стоит, согласно каталогу «Михель», 500 евро.

См. также

Напишите отзыв о статье "Красная «Почта»"

Примечания

  1. [www.phila-lexikon.de/phila_p.html#Potschta Potschta] (нем.). Phila-Lexicon — das Lexikon für Philatelisten im Internet. Gert W. F. Murmann. Проверено 4 июля 2011. [www.webcitation.org/69rUin2xc Архивировано из первоисточника 12 августа 2012].
  2. 1 2 3 4 Владинец Н. Судьба Красной «Почты» // Филателия. — 2001. — № 3. — С. 19.
  3. 1 2 3 ГДР // [www.fmus.ru/article02/eu10.html Филателистическая география. Европейские зарубежные страны] / Н. И. Владинец. — М.: Радио и связь, 1981. — 160 с.  (Проверено 24 июня 2011)
  4. 1 2 3 Восточная Саксония // [dic.academic.ru/dic.nsf/dic_philately/471/ Большой филателистический словарь] / Н. И. Владинец, Л. И. Ильичёв, И. Я. Левитас, П. Ф. Мазур, И. Н. Меркулов, И. А. Моросанов, Ю. К. Мякота, С. А. Панасян, Ю. М. Рудников, М. Б. Слуцкий, В. А. Якобс; под общ. ред. Н. И. Владинца и В. А. Якобса. — М.: Радио и связь, 1988. — 320 с. — 40 000 экз. — ISBN 5-256-00175-2.  (Проверено 24 июня 2011)
  5. 1 2 [www.jaypex.com/Germany/OS/OS1.htm East Saxony 1945—1946] (англ.). Germany. Jay T. Carrigan. Проверено 24 июня 2011. [www.webcitation.org/69qIdTklV Архивировано из первоисточника 11 августа 2012].
  6. 1 2 Владинец Н. Послевоенные выпуски почтовых марок в Германии // Филателия СССР. — 1973. — № 3. — С. VI—VIII.

Отрывок, характеризующий Красная «Почта»

– Господин, позвольте вас попросить с дороги, – сказал он ему, – здесь нельзя.
Солдаты неодобрительно покачивали головами, глядя на Пьера. Но когда все убедились, что этот человек в белой шляпе не только не делал ничего дурного, но или смирно сидел на откосе вала, или с робкой улыбкой, учтиво сторонясь перед солдатами, прохаживался по батарее под выстрелами так же спокойно, как по бульвару, тогда понемногу чувство недоброжелательного недоуменья к нему стало переходить в ласковое и шутливое участие, подобное тому, которое солдаты имеют к своим животным: собакам, петухам, козлам и вообще животным, живущим при воинских командах. Солдаты эти сейчас же мысленно приняли Пьера в свою семью, присвоили себе и дали ему прозвище. «Наш барин» прозвали его и про него ласково смеялись между собой.
Одно ядро взрыло землю в двух шагах от Пьера. Он, обчищая взбрызнутую ядром землю с платья, с улыбкой оглянулся вокруг себя.
– И как это вы не боитесь, барин, право! – обратился к Пьеру краснорожий широкий солдат, оскаливая крепкие белые зубы.
– А ты разве боишься? – спросил Пьер.
– А то как же? – отвечал солдат. – Ведь она не помилует. Она шмякнет, так кишки вон. Нельзя не бояться, – сказал он, смеясь.
Несколько солдат с веселыми и ласковыми лицами остановились подле Пьера. Они как будто не ожидали того, чтобы он говорил, как все, и это открытие обрадовало их.
– Наше дело солдатское. А вот барин, так удивительно. Вот так барин!
– По местам! – крикнул молоденький офицер на собравшихся вокруг Пьера солдат. Молоденький офицер этот, видимо, исполнял свою должность в первый или во второй раз и потому с особенной отчетливостью и форменностью обращался и с солдатами и с начальником.
Перекатная пальба пушек и ружей усиливалась по всему полю, в особенности влево, там, где были флеши Багратиона, но из за дыма выстрелов с того места, где был Пьер, нельзя было почти ничего видеть. Притом, наблюдения за тем, как бы семейным (отделенным от всех других) кружком людей, находившихся на батарее, поглощали все внимание Пьера. Первое его бессознательно радостное возбуждение, произведенное видом и звуками поля сражения, заменилось теперь, в особенности после вида этого одиноко лежащего солдата на лугу, другим чувством. Сидя теперь на откосе канавы, он наблюдал окружавшие его лица.
К десяти часам уже человек двадцать унесли с батареи; два орудия были разбиты, чаще и чаще на батарею попадали снаряды и залетали, жужжа и свистя, дальние пули. Но люди, бывшие на батарее, как будто не замечали этого; со всех сторон слышался веселый говор и шутки.
– Чиненка! – кричал солдат на приближающуюся, летевшую со свистом гранату. – Не сюда! К пехотным! – с хохотом прибавлял другой, заметив, что граната перелетела и попала в ряды прикрытия.
– Что, знакомая? – смеялся другой солдат на присевшего мужика под пролетевшим ядром.
Несколько солдат собрались у вала, разглядывая то, что делалось впереди.
– И цепь сняли, видишь, назад прошли, – говорили они, указывая через вал.
– Свое дело гляди, – крикнул на них старый унтер офицер. – Назад прошли, значит, назади дело есть. – И унтер офицер, взяв за плечо одного из солдат, толкнул его коленкой. Послышался хохот.
– К пятому орудию накатывай! – кричали с одной стороны.
– Разом, дружнее, по бурлацки, – слышались веселые крики переменявших пушку.
– Ай, нашему барину чуть шляпку не сбила, – показывая зубы, смеялся на Пьера краснорожий шутник. – Эх, нескладная, – укоризненно прибавил он на ядро, попавшее в колесо и ногу человека.
– Ну вы, лисицы! – смеялся другой на изгибающихся ополченцев, входивших на батарею за раненым.
– Аль не вкусна каша? Ах, вороны, заколянились! – кричали на ополченцев, замявшихся перед солдатом с оторванной ногой.
– Тое кое, малый, – передразнивали мужиков. – Страсть не любят.
Пьер замечал, как после каждого попавшего ядра, после каждой потери все более и более разгоралось общее оживление.
Как из придвигающейся грозовой тучи, чаще и чаще, светлее и светлее вспыхивали на лицах всех этих людей (как бы в отпор совершающегося) молнии скрытого, разгорающегося огня.
Пьер не смотрел вперед на поле сражения и не интересовался знать о том, что там делалось: он весь был поглощен в созерцание этого, все более и более разгорающегося огня, который точно так же (он чувствовал) разгорался и в его душе.
В десять часов пехотные солдаты, бывшие впереди батареи в кустах и по речке Каменке, отступили. С батареи видно было, как они пробегали назад мимо нее, неся на ружьях раненых. Какой то генерал со свитой вошел на курган и, поговорив с полковником, сердито посмотрев на Пьера, сошел опять вниз, приказав прикрытию пехоты, стоявшему позади батареи, лечь, чтобы менее подвергаться выстрелам. Вслед за этим в рядах пехоты, правее батареи, послышался барабан, командные крики, и с батареи видно было, как ряды пехоты двинулись вперед.
Пьер смотрел через вал. Одно лицо особенно бросилось ему в глаза. Это был офицер, который с бледным молодым лицом шел задом, неся опущенную шпагу, и беспокойно оглядывался.