ЛГБТ-движение

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск

ЛГБТ-движение, гей-движение, ЛГБТ-активизм[1] (англ. LGBT social movements, Gay rights movement) — общественно-политическое движение ЛГБТ (лесбиянок, геев, бисексуалов, и трансгендеров). Его целью является гражданское равноправие, соблюдение прав человека, искоренение дискриминации и ксенофобии, сексуальная свобода, терпимость и признание права «быть другими». Также это движение за самосознание ЛГБТ как социального меньшинства, отдельного сообщества, культуры, с другой стороны — за интеграцию ЛГБТ в общество. Кроме этого оно выдвигает определённые принципы социальной организации общества и социально-нравственные ценности. Различные аспекты ЛГБТ-движения могут значительно отличаться друг от друга в зависимости от страны и исторического периода[2].





История

До Второй мировой войны

Во второй половине 19 века на фоне развития левых идеологий, феминистического движения и новой науки сексологии начали появляться первые общественные активисты и группы, выступающие за права гомосексуалов. Особенно выраженно эти процессы происходили в Германии.

Немецкий юрист Карл Ульрихс в серии книг «Исследование загадки любви между мужчинами», написанной в 1860-х годах, разработал теорию сексуальности человека и ввёл термин «уранизм». В 1867 году на заседании юристов в Мюнхене Ульрихс впервые предложил не рассматривать гомосексуальные отношения с позиции правонарушений. Он также создал организацию «Союза уранистов», за что был осуждён на два года, а позже был вынужден эмигрировать.

В 1869 году публицист Карл Мария Кертбени, занимавшийся вопросами прав человека, анонимно издал листовку, в которой высказывался против прусского «антисодомитского» уголовного законодательства. В своих исследованиях Кертбени в 1886 году впервые ввёл термин «гомосексуал».

В 1897 году усилиями врача Магнуса Хиршфельда был основан Научно-гуманитарный комитет (нем. Wissenschaftlich-humanitäres Komitee). Одной из целей Комитета была отмена 175 параграфа. В 1901 году Хиршфельд опубликовал предназначенную для широких масс статью «Что должен знать народ о третьем поле» (нем. Was muss das Volk vom Dritten Geschlecht wissen!). В 1919 году Хиршфельдом был основан Институт сексуальных наук (нем. Institut für Sexualwissenschaft). Институт активно контактировал в своих исследованиях с гомосексуалами и трансгендерами. В исследованиях института гомосексуалы рассматривались как представители третьего пола наряду с мужчинами и женщинами, поэтому они не должны быть преследуемы из-за наличия у них определённого врождённого качества[3]. В этом же году режиссёром Рихардом Освальдом в соавторстве с доктором Хиршфельдом был снят фильм «Не такой как все», считающимся сегодня первым в мире фильмом, затрагивающим тему гомосексуальности.

В 1923 году Фридрих Радсцувайт (нем. Friedrich Radszuweit) основывает «Союз за права человека» (нем. Bund für Menschenrechte), который находит множество сторонников в обществе. Кроме того, Радсцувайт в 1920—1930-е годы издаёт лесбийский журнал «Подруга» (нем. Die Freundin) и альманах «Третий пол» (нем. Das dritte Geschlecht).

Похожие процессы происходят и в других странах. Так, писателем Джорджем Сесилем (англ. George Cecil Ives) в 1897 году было создано общество «Орден Херонее». В 1924 году в Чикаго в США основывается «Общество за права человека» (англ. The Society for Human Rights) по примеру немецких организаций, однако через несколько месяцев оно закрывается американской полицией, а все его члены арестовываются.

Послевоенный период. Гомофильное движение

Вторая мировая война значительно изменила уклад жизни и идеологии в обществе, что дало толчок развитию ЛГБТ-движения, наиболее важные процессы в котором происходили в США. После войны вследствие ряда объективных причин начали образовываться гей-кварталы и сети гей-баров.

Стоунволл. Радикализация движения

Цели движения

Как уже отмечалось, цели и идеи ЛГБТ-движения крайне разнородны в зависимости от страны и времени, а порой и противоположны[2]. Так в начале 70-х годов в США активисты придерживались леворадикальных взглядов, отрицали брак как таковой и службу в армии, а в 21 веке гей-движение стало консервативным и добилось отмены запрета службы в вооруженных силах, а также стремится к легализации однополых браков[4].

Отмена дискриминирующих законов

Отмена уголовного и административного преследования

В большинстве современных стран гомосексуальность или гомосексуальную активность не считают преступлениями. В ряде стран Африки и Азии гомосексуальность, проявления гомосексуальной активности или даже намёк на неё считают уголовными преступлениями, которые наказываются тюремным заключением (как в бывшем СССР) или смертной казнью, как в современных Иране, Афганистане, Саудовской Аравии, Йемене, Сомали (территория Джамаат Аш-Шабааб), Судане, Нигерии (северные штаты) и Мавритании[5][6]. В таких странах при этом открытая борьба за права сексуальных и гендерных меньшинств отсутствует, поскольку участие в ней может представлять угрозу для свободы и жизни. Вместе с тем во многих из этих стран лоббируется смягчение уголовного законодательства в отношении гомосексуалов. Лоббистами выступают реформаторские и умеренно либеральные силы в руководстве этих стран. В частности, в пользу смягчения законодательства в отношении гомосексуалов высказывался бывший иранский президент Мохаммед Хатами. Кроме того, на эти страны оказывается международное давление с целью заставить соблюдать права человека, и среди прочих вопросов повестки дня (но не первым и не самым главным) стоит и вопрос об отмене уголовных и административных наказаний за гомосексуальность или за проявления гомосексуальной активности.

В России уголовное преследование было отменено в 1993 году в ходе приведения законодательства в соответствии с европейскими нормами, однако пострадавшие не были реабилитированы, как другие жертвы советского режима в соответствии с законам о жертвах политических репрессий, чего в настоящее время требуют ЛГБТ-активисты и ряд правозащитников.

В 2013 году в России принят федеральный закон, направленный на запрет «пропаганды нетрадиционных сексуальных отношений». В 2006—2013 годы аналогичные законы, направленные на запрет «пропаганды гомосексуализма», были также приняты в нескольких регионах России, в том числе и в Санкт-Петербурге.

Отмена инструкций и положений, определяющих гомосексуальность как медицинскую патологию

Идея о равенстве прав гомосексуалов и лесбиянок с другими гражданами предполагает официальное признание гомосексуальности одним из вариантов психологической нормы в соответствии с современными научными воззрениями и с официальными документами ВОЗ (с 1993 года).

В связи с этим ЛГБТ-организации, профессиональные медицинские организации, либеральные политики и правозащитники борются за отмену инструкций и положений, определяющих гомосексуальность как психическое расстройство, и за принятие официальных документов (на уровне минздравов национальных государств и на уровне национальных ассоциаций психиатров и психологов), однозначно определяющих гомосексуальность как вариант психологической нормы и запрещающих какое-либо «лечение от гомосексуальности» или «коррекцию сексуальной ориентации» здоровых людей, каковыми в настоящее время признаны гомосексуалы, поскольку вред для пациентов от таких воздействий уже достоверно доказан, а достоверных фактов «коррекции ориентации» до сих пор нет.

Во многих странах, прежде всего демократических, отмена инструкций и положений, определяющих гомосексуальность как медицинскую патологию или как сексуальную девиацию, уже состоялась. В России гомосексуальность была исключена из списка заболеваний 1 января 1999 года (переход на Международную классификацию болезней 10-го пересмотра, из которой гомосексуальность исключена.

Отмена запретов на профессии

В некоторых странах существовали или существуют запреты на некоторые профессии для лиц, открыто декларирующих свою гомосексуальность. Это может быть, например, запрет на службу представителей сексуальных меньшинств в армии или на работу учителем в школе, врачом. Организации в защиту прав сексуальных меньшинств добиваются (и в ряде случаев уже добились) отмены этих запретов.

Так, например, специальными [www.urban.org/UploadedPDF/411069_GayLesbianMilitary.pdf социологическими исследованиями(англ.)], проводившимися в странах Запада, установлено, что гомосексуальность офицера или солдата не влияет на боевую дисциплину или внутренний психологический климат части. Следовательно, нет никаких оснований отказывать гомосексуалам в праве на службу в армии.

В России в «Положении о военно-врачебной экспертизе» указывается, что сам факт гомосексуальности в рамках данного положения не является расстройством и, следовательно, не является заболеванием, препятствующим прохождению воинской службы. Согласно статье 18 Положения, «сама по себе сексуальная ориентация не рассматривается как расстройство». Категория годности «В (ограниченно годен к военной службе)» при гомосексуальности применяется только при наличии выраженных расстройств половой идентификации и сексуального предпочтения, не совместимых с прохождением службы и наличием сопутствующих заболеваний[7]. Таким образом согласно законодательству РФ по отношению к военной службе такие лица имеют равные права, однако на практике некоторые военные комиссариаты гомосексуалов на военную службу не призывают.

Также установлено, что гомосексуальность учителя не приводит к каким-либо осложнениям в отношениях с учащимися и не предрасполагает учителя к совершению развратных действий в отношении учеников (поскольку гомосексуальность и педофилия — принципиально разные вещи). Следовательно, нет никаких оснований запрещать открытым гомосексуалам работу учителем в школе. Идея об отмене запрета на профессию учителя для открытых гомосексуалов подвергается критике сторонников консервативных взглядов[8], которые полагают, что само наличие в школе учителя с гомосексуальной ориентацией учит детей примером, и что таким образом в школе «пропагандируется гомосексуализм». Вместе с тем у сторонников такой точки зрения нет каких-либо научных данных, доказывающих, что из школ, где работают гомосексуальные учителя, выходит большее число выпускников-гомосексуалов, или что гомосексуальные учителя более склонны к совершению развратных действий в отношении учеников, или что они хуже учат детей или не могут нормально выстраивать с ними взаимоотношения в парадигме «учитель-ученик».

Отмена запрета на донорство

В некоторых странах существует запрет на донорство крови и органов у представителей сексуальных меньшинств. ЛГБТ-организации предпринимают попытки оспорить эту норму и добиться отмены дискриминации[9][10][11]. В 2006 году Министерство здравоохранения Российской Федерации взялось подготовить поправку, отменяющую эту дискриминационную политику[12]. 16 апреля 2008 года министр здравоохранения и социального развития РФ Татьяна Голикова издала приказ «О внесении изменений в приказ Министерства здравоохранения Российской Федерации от 14 сентября 2001 г. № 364 „Об утверждении порядка медицинского обследования донора крови и её компонентов“». С 13 мая 2008 года гомосексуалы были исключены из перечня противопоказаний к донорству крови и её компонентов[13][14].

Соблюдение прав человека в отношении ЛГБТ

Даже в тех странах, в которых уголовные и административные наказания за проявления гомосексуальности отменены, длительное время сохранялась практика нарушения прав человека в отношении гомосексуалов.

ЛГБТ-организации боролись и борются не только за формальную отмену уголовного наказания за гомосексуальность, но и за изменение реальной полицейской и административной практики. В том числе за то, чтобы понятие «нарушения общественного порядка» в равной мере применялось (либо не применялось) к целующимся или обнимающимся в общественных местах однополым и разнополым парам, а облавы на «наркодилеров или нарушителей паспортного режима» проводились не избирательно в местах скопления гомосексуалов.

Также ЛГБТ-организации борются за соблюдение в отношении гомосексуалов таких прав человека как права на мирные публичные собрания (в том числе гей-прайды), право на создание общественных организаций, право на культурную саморелизацию, право на доступ к информации, право на свободу слова, право на равный доступ к медицинской помощи и тд. В России эти права регулярно нарушаются: милиция под различными предлогами практикует облавы в гей-клубах, ведёт «списки геев», ни одна публичная акция в защиту ЛГБТ не была санкционирована властями, ЛГБТ-организациям отказывают в регистрации, культурные мероприятия геев и лесбиянок часто срываются, отсутствуют программы по реализации профилактики ВИЧ среди геев.

Принятие антидискриминационных законов

ЛГБТ-организации также выступают за включение прямого упоминания представителей сексуальных меньшинств в антидискриминационных законах (или за принятие отдельных антидискриминационных законов по сексуальным меньшинствам). Они также добиваются прямого упоминания сексуальной ориентации и гендерной идетичности в соответствующих статьях Конституций, гарантирующих равные права всем гражданам независимо от пола, возраста, вероисповедания, национальности.

Право на регистрацию брака

В последние годы отмечается растущее движение в поддержку однополых браков. Факт регистрации брака закрепляет за однополой семьёй такие права как: право на совместное имущество, право на алименты, права на наследование, социальное и медицинское страхование, льготное налогообложение и кредитование, право на имя, право не свидетельствовать в суде против супруга, право выступать доверенным лицом от имени супруга в случае его недееспособности по состоянию здоровья, право на распоряжение телом супруга в случае смерти, право на совместное родительство и воспитание приёмных детей и другие права, которых лишены незарегистрированные пары.

Противники однополых браков утверждают, что по традиции и по религиозным нормам в брак могут вступать только мужчина и женщина, а потому требования геев и лесбиянок признать за ними такое же право абсурдны и речь здесь идёт не о равноправии гомосексуалов и гетеросексуалов, а о предоставлении гомосексуалам нового беспрецедентного права. Сторонники однополого брака указывают, что регистрация брака есть юридическое действие, независимое от религиозной нормы (в большинстве современных государств юридическое и церковное оформление брачных отношений происходят раздельно), и что закон должен следовать за общественными изменениями, приводящими к ликвидации неравноправия между людьми, — как это и происходит на протяжении последних столетий, когда постепенно отменялись существовавшие прежде запреты на регистрацию браков (например, между супругами, принадлежащими к различным конфессиям или расам). Кроме того, Американская психологическая ассоциация утверждает, что отрицание юридического права на заключение гей-браков является источником напряженности для однополых пар, что оказывает крайне негативный эффект на их психологическое состояние[15]. Другие исследователи отмечают, что в тех странах, где однополые браки были легализованы, не произошло каких-либо значительных потрясений в обществе[15].

Среди стран, предоставивших однополым парам полноценное право на брак, находятся, например, Нидерланды, Бельгия, Испания, Канада, ЮАР, Норвегия, Швеция, Португалия, Исландия, Аргентина, Дания, Бразилия, Франция, Уругвай, Новая Зеландия, Люксембург, США, Ирландия, Колумбия и Финляндия. Однополые браки также заключаются в Шотландии, Англии и Уэльсе и Мексики. Кроме того, во многих странах заключаются так называемые «однополые союзы», являющиеся некоторым подобием брака, однако не имеющим всех прав, которыми обладают вступившие в брак супруги. В различных странах такие однополые союзы могут называться по-разному. Различается и перечень прав и обязанностей, которыми пользуются члены подобных союзов (от полного набора брачных прав, до минимума).

С правом на регистрацию брака или союза также тесно связано право на иммиграцию; так, только в США около 36 000 пар разделены территориально, поскольку федеральное иммиграционное законодательство не признаёт однополые браки или союзы[16].

Усыновление

ЛГБТ-движение добивается права усыновление в однополых семьях ребёнка одного из партнёров другим партнёром, возможность усыновления однополыми семьями детей из детских домов, за возможность равного доступа к вспомогательным репродуктивным технологиям однополых и разнополых семей. Надо заметить, что во многих странах, где однополым семейным парам предоставляются широкие права, эти вопросы рассматриваются отдельно.

В соответствии с российским законодательством, усыновление можно оформить на одного гражданина или на супружескую пару. Закон не содержит упоминаний о сексуальной ориентации гражданина как основании для отказа в усыновлении или опеке, однако на практике гомосексуалы часто сталкиваются с отказами. Сексуальная ориентация также не является ограничением к доступу к вспомогательным репродуктивным технологиям, но при этом у однополой семьи возникают проблемы с установлением родительства ребёнка.

Социальная деятельность

ЛГБТ-организации занимаются социальной деятельностью, такой как организация различных культурных мероприятий (кинофестивалей, спортивных соревнований, музыкальных конкурсов и концертов, фотовыставок, театральных представлений, инсталляций, флешмобов и тд), целью которых является социальная адаптация ЛГБТ-сообщества, развитие его культурного потенциала, налаживанию культурного диалога с остальным обществом. Кроме того как правило любое мероприятие носит просветительский характер.

Также выпускаются различные книги, журналы, и даже ведётся радио и телевещание.

Отдельно стоит организация сервисных услуг — доступной и качественной специфической психологической, юридической и медицинской помощи представителям ЛГБТ-сообщества, телефонов доверия, групп взаимопомощи.

Гей-национализм

Особой разновидностью в движении эмансипации геев и лесбиянок является гей-национализм, провозглашающий ЛГБТ-сообщество новой нацией, имеющей свою культуру и историческую судьбу.

Ситуация в России

Первое организованное движение за соблюдение прав человека в отношении сексуальных меньшинств в России в конце 1980-х представляли Евгения Дебрянская, Роман Калинин (Ассоциация сексуальных меньшинств, Либертарианскую партию), профессор Александр Кухарский, Ольга Краузе (Ассоциации геев и лесбиянок «Крылья»). Однако это движение быстро сошло на нет.

В 2000-х годах отметилась новая волна ЛГБТ-движения. В 2004 году стартовал Проект «LaSky», направленный на профилактику распространения эпидемии ВИЧ среди гомосексуалов, который стремительно перерос в межрегиональный проект. В 2005 году в Москве сформировался правозащитный проект GayRussia.Ru во главе с Николаем Алексеевым. В 2006 году была основана «Российская ЛГБТ-сеть» — первая и единственная в России межрегиональная правозащитная ЛГБТ-организация. В 2008 году стартовал Международный ЛГБТ-кинофестиваль «Бок о Бок». Так же образовался целый ряд региональных организаций (Москва: «Радужная Ассоциация», Петербург: Выход, Равноправие; Самара/Тольятти: Аверс, Ростов-на-Дону: Радужный синдром К:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)[источник не указан 1876 дней]; Тюмень: Радужный дом; Краснодар: "Квир - Спектр"[17]; и многие другие).

См. также

Напишите отзыв о статье "ЛГБТ-движение"

Примечания

  1. Ксения Кириченко. [rakurs.ucoz.com/_-.pdf ЛГБТ-активизм. Сокращая путь к переменам]. Межрегиональный проект «PULSAR», Омск, 2010. Проверено 30 ноября 2013.
  2. 1 2 Кон И. С. [de.slideshare.net/chronozaur/ss Лики и маски однополой любви: Лунный свет на заре]. — 2-е изд., перераб. и доп. — М. : ACT, 2003. — 576 с. — ISBN 5-17-015194-2.</span>
  3. [www.graswurzel.net/220/whk.shtml Wissenschaft gegen Homophobie]  (нем.)
  4. Антон Сазонов. [saltt.ru/node/5101 «Гей — не квир и не фаггот!»]. Соль. Проверено 7 сентября 2012. [www.webcitation.org/6BT3Ll7TM Архивировано из первоисточника 17 октября 2012].
  5. [gaynews.ru/news/article.php?ID=4145 Генеральную Ассамблею ООН призовут отменить уголовное наказание за гомосексуальность]
  6. [www.centrasia.ru/newsA.php?st=1195087860 The Times: Геев нужно вешать — частное мнение иранского министра Яхьяви]
  7. Постановление Правительства РФ от 25 февраля 2003 г. N 123 «Об утверждении Положения о военно-врачебной экспертизе»
  8. [www.narochnitskaia.info/cgi-bin/main.cgi?item=1r250r050105211329 narochnitskaia.info mobile]
  9. [web.archive.org/web/20060718124139/www.gayrussia.ru/events/detail.php?ID=4501 GayRussia.ru :: Нас объединяют не только желания]
  10. [www.gay.ru/news/rainbow/2005/08/04.htm WWW.GAY.RU: Радужные новости. Австралийские геи борются за возможность быть донорами. 4 августа 2005 года]
  11. [www.rol.ru/news/med/news/04/05/21_005.htm Гомосексуалистам запретят становиться донорами спермы / ROL]
  12. [www.gazeta.ru/science/2007/04/10_a_1569582.shtml Газета.ru «Кровосмешение геев с Минздравом», 10.04.2007.]
  13. [lgbtrights.ru/index.php?option=com_content&task=view&id=126&Itemid=30 LGBT Rights. «Геи в России могут быть донорами крови на законных основаниях», 23.05.2008.]
  14. [newtimes.ru/teletype/200805231211528506 The New Times, «Министерство здравоохранения разрешило лицам гомосексуальной ориентации быть донорами», 23.05.2008.]
  15. 1 2 [yourlife.usatoday.com/sex-relationships/marriage/story/2011/08/Citing-new-research-psychology-group-supports-gay-marriage/49798054/1 Citing new research, psychology group supports gay marriage]. (англ.) // USA Today, 08.05.2011
  16. [articles.cnn.com/2009-06-03/politics/same.sex.immigration_1_marriage-act-federal-immigration-laws-rep-barney-frank?_s=PM:POLITICS Same-sex couples fight for immigration rights]. // CNN, 03.06.2009
  17. [www.lgbtnet.ru/ru/content/chto-takoe-kvir-spektr ЧТО ТАКОЕ "КВИР-СПЕКТР"?]
  18. </ol>

Ссылки

  • [oteatre.info/gomoseksualnost-v-novejshej-istorii/ Гомосексуальность в новейшей истории: от преследований к равноправию]
  • [www.bbc.co.uk/archive/gay_rights/ Коллекция BBC о ЛГБТ-движении]
  • Валерий Созаев, [www.gender.univer.kharkov.ua/gurnal/20-21/05.pdf ЛГБТ-движение в России: портрет в интерьере]// Гендерные исследования. 2010. № 20-21. — с. 90-126.
  • Созаев Валерий, Кириченко Ксения, Кочетков Игорь. [lgbtnet.ru/sites/default/files/lgbt-activists.pdf Чего хотят ЛГБТ-активисты?]. — Российская ЛГБТ-сеть. — СПб, 2011. — 99 с. — 2000 экз.

Отрывок, характеризующий ЛГБТ-движение

Когда барабанщик вошел в избушку, Петя сел подальше от него, считая для себя унизительным обращать на него внимание. Он только ощупывал в кармане деньги и был в сомненье, не стыдно ли будет дать их барабанщику.


От барабанщика, которому по приказанию Денисова дали водки, баранины и которого Денисов велел одеть в русский кафтан, с тем, чтобы, не отсылая с пленными, оставить его при партии, внимание Пети было отвлечено приездом Долохова. Петя в армии слышал много рассказов про необычайные храбрость и жестокость Долохова с французами, и потому с тех пор, как Долохов вошел в избу, Петя, не спуская глаз, смотрел на него и все больше подбадривался, подергивая поднятой головой, с тем чтобы не быть недостойным даже и такого общества, как Долохов.
Наружность Долохова странно поразила Петю своей простотой.
Денисов одевался в чекмень, носил бороду и на груди образ Николая чудотворца и в манере говорить, во всех приемах выказывал особенность своего положения. Долохов же, напротив, прежде, в Москве, носивший персидский костюм, теперь имел вид самого чопорного гвардейского офицера. Лицо его было чисто выбрито, одет он был в гвардейский ваточный сюртук с Георгием в петлице и в прямо надетой простой фуражке. Он снял в углу мокрую бурку и, подойдя к Денисову, не здороваясь ни с кем, тотчас же стал расспрашивать о деле. Денисов рассказывал ему про замыслы, которые имели на их транспорт большие отряды, и про присылку Пети, и про то, как он отвечал обоим генералам. Потом Денисов рассказал все, что он знал про положение французского отряда.
– Это так, но надо знать, какие и сколько войск, – сказал Долохов, – надо будет съездить. Не зная верно, сколько их, пускаться в дело нельзя. Я люблю аккуратно дело делать. Вот, не хочет ли кто из господ съездить со мной в их лагерь. У меня мундиры с собою.
– Я, я… я поеду с вами! – вскрикнул Петя.
– Совсем и тебе не нужно ездить, – сказал Денисов, обращаясь к Долохову, – а уж его я ни за что не пущу.
– Вот прекрасно! – вскрикнул Петя, – отчего же мне не ехать?..
– Да оттого, что незачем.
– Ну, уж вы меня извините, потому что… потому что… я поеду, вот и все. Вы возьмете меня? – обратился он к Долохову.
– Отчего ж… – рассеянно отвечал Долохов, вглядываясь в лицо французского барабанщика.
– Давно у тебя молодчик этот? – спросил он у Денисова.
– Нынче взяли, да ничего не знает. Я оставил его пг'и себе.
– Ну, а остальных ты куда деваешь? – сказал Долохов.
– Как куда? Отсылаю под г'асписки! – вдруг покраснев, вскрикнул Денисов. – И смело скажу, что на моей совести нет ни одного человека. Разве тебе тг'удно отослать тг'идцать ли, тг'иста ли человек под конвоем в гог'од, чем маг'ать, я пг'ямо скажу, честь солдата.
– Вот молоденькому графчику в шестнадцать лет говорить эти любезности прилично, – с холодной усмешкой сказал Долохов, – а тебе то уж это оставить пора.
– Что ж, я ничего не говорю, я только говорю, что я непременно поеду с вами, – робко сказал Петя.
– А нам с тобой пора, брат, бросить эти любезности, – продолжал Долохов, как будто он находил особенное удовольствие говорить об этом предмете, раздражавшем Денисова. – Ну этого ты зачем взял к себе? – сказал он, покачивая головой. – Затем, что тебе его жалко? Ведь мы знаем эти твои расписки. Ты пошлешь их сто человек, а придут тридцать. Помрут с голоду или побьют. Так не все ли равно их и не брать?
Эсаул, щуря светлые глаза, одобрительно кивал головой.
– Это все г'авно, тут Рассуждать нечего. Я на свою душу взять не хочу. Ты говог'ишь – помг'ут. Ну, хог'ошо. Только бы не от меня.
Долохов засмеялся.
– Кто же им не велел меня двадцать раз поймать? А ведь поймают – меня и тебя, с твоим рыцарством, все равно на осинку. – Он помолчал. – Однако надо дело делать. Послать моего казака с вьюком! У меня два французских мундира. Что ж, едем со мной? – спросил он у Пети.
– Я? Да, да, непременно, – покраснев почти до слез, вскрикнул Петя, взглядывая на Денисова.
Опять в то время, как Долохов заспорил с Денисовым о том, что надо делать с пленными, Петя почувствовал неловкость и торопливость; но опять не успел понять хорошенько того, о чем они говорили. «Ежели так думают большие, известные, стало быть, так надо, стало быть, это хорошо, – думал он. – А главное, надо, чтобы Денисов не смел думать, что я послушаюсь его, что он может мной командовать. Непременно поеду с Долоховым во французский лагерь. Он может, и я могу».
На все убеждения Денисова не ездить Петя отвечал, что он тоже привык все делать аккуратно, а не наобум Лазаря, и что он об опасности себе никогда не думает.
– Потому что, – согласитесь сами, – если не знать верно, сколько там, от этого зависит жизнь, может быть, сотен, а тут мы одни, и потом мне очень этого хочется, и непременно, непременно поеду, вы уж меня не удержите, – говорил он, – только хуже будет…


Одевшись в французские шинели и кивера, Петя с Долоховым поехали на ту просеку, с которой Денисов смотрел на лагерь, и, выехав из леса в совершенной темноте, спустились в лощину. Съехав вниз, Долохов велел сопровождавшим его казакам дожидаться тут и поехал крупной рысью по дороге к мосту. Петя, замирая от волнения, ехал с ним рядом.
– Если попадемся, я живым не отдамся, у меня пистолет, – прошептал Петя.
– Не говори по русски, – быстрым шепотом сказал Долохов, и в ту же минуту в темноте послышался оклик: «Qui vive?» [Кто идет?] и звон ружья.
Кровь бросилась в лицо Пети, и он схватился за пистолет.
– Lanciers du sixieme, [Уланы шестого полка.] – проговорил Долохов, не укорачивая и не прибавляя хода лошади. Черная фигура часового стояла на мосту.
– Mot d'ordre? [Отзыв?] – Долохов придержал лошадь и поехал шагом.
– Dites donc, le colonel Gerard est ici? [Скажи, здесь ли полковник Жерар?] – сказал он.
– Mot d'ordre! – не отвечая, сказал часовой, загораживая дорогу.
– Quand un officier fait sa ronde, les sentinelles ne demandent pas le mot d'ordre… – крикнул Долохов, вдруг вспыхнув, наезжая лошадью на часового. – Je vous demande si le colonel est ici? [Когда офицер объезжает цепь, часовые не спрашивают отзыва… Я спрашиваю, тут ли полковник?]
И, не дожидаясь ответа от посторонившегося часового, Долохов шагом поехал в гору.
Заметив черную тень человека, переходящего через дорогу, Долохов остановил этого человека и спросил, где командир и офицеры? Человек этот, с мешком на плече, солдат, остановился, близко подошел к лошади Долохова, дотрогиваясь до нее рукою, и просто и дружелюбно рассказал, что командир и офицеры были выше на горе, с правой стороны, на дворе фермы (так он называл господскую усадьбу).
Проехав по дороге, с обеих сторон которой звучал от костров французский говор, Долохов повернул во двор господского дома. Проехав в ворота, он слез с лошади и подошел к большому пылавшему костру, вокруг которого, громко разговаривая, сидело несколько человек. В котелке с краю варилось что то, и солдат в колпаке и синей шинели, стоя на коленях, ярко освещенный огнем, мешал в нем шомполом.
– Oh, c'est un dur a cuire, [С этим чертом не сладишь.] – говорил один из офицеров, сидевших в тени с противоположной стороны костра.
– Il les fera marcher les lapins… [Он их проберет…] – со смехом сказал другой. Оба замолкли, вглядываясь в темноту на звук шагов Долохова и Пети, подходивших к костру с своими лошадьми.
– Bonjour, messieurs! [Здравствуйте, господа!] – громко, отчетливо выговорил Долохов.
Офицеры зашевелились в тени костра, и один, высокий офицер с длинной шеей, обойдя огонь, подошел к Долохову.
– C'est vous, Clement? – сказал он. – D'ou, diable… [Это вы, Клеман? Откуда, черт…] – но он не докончил, узнав свою ошибку, и, слегка нахмурившись, как с незнакомым, поздоровался с Долоховым, спрашивая его, чем он может служить. Долохов рассказал, что он с товарищем догонял свой полк, и спросил, обращаясь ко всем вообще, не знали ли офицеры чего нибудь о шестом полку. Никто ничего не знал; и Пете показалось, что офицеры враждебно и подозрительно стали осматривать его и Долохова. Несколько секунд все молчали.
– Si vous comptez sur la soupe du soir, vous venez trop tard, [Если вы рассчитываете на ужин, то вы опоздали.] – сказал с сдержанным смехом голос из за костра.
Долохов отвечал, что они сыты и что им надо в ночь же ехать дальше.
Он отдал лошадей солдату, мешавшему в котелке, и на корточках присел у костра рядом с офицером с длинной шеей. Офицер этот, не спуская глаз, смотрел на Долохова и переспросил его еще раз: какого он был полка? Долохов не отвечал, как будто не слыхал вопроса, и, закуривая коротенькую французскую трубку, которую он достал из кармана, спрашивал офицеров о том, в какой степени безопасна дорога от казаков впереди их.
– Les brigands sont partout, [Эти разбойники везде.] – отвечал офицер из за костра.
Долохов сказал, что казаки страшны только для таких отсталых, как он с товарищем, но что на большие отряды казаки, вероятно, не смеют нападать, прибавил он вопросительно. Никто ничего не ответил.
«Ну, теперь он уедет», – всякую минуту думал Петя, стоя перед костром и слушая его разговор.
Но Долохов начал опять прекратившийся разговор и прямо стал расспрашивать, сколько у них людей в батальоне, сколько батальонов, сколько пленных. Спрашивая про пленных русских, которые были при их отряде, Долохов сказал:
– La vilaine affaire de trainer ces cadavres apres soi. Vaudrait mieux fusiller cette canaille, [Скверное дело таскать за собой эти трупы. Лучше бы расстрелять эту сволочь.] – и громко засмеялся таким странным смехом, что Пете показалось, французы сейчас узнают обман, и он невольно отступил на шаг от костра. Никто не ответил на слова и смех Долохова, и французский офицер, которого не видно было (он лежал, укутавшись шинелью), приподнялся и прошептал что то товарищу. Долохов встал и кликнул солдата с лошадьми.
«Подадут или нет лошадей?» – думал Петя, невольно приближаясь к Долохову.
Лошадей подали.
– Bonjour, messieurs, [Здесь: прощайте, господа.] – сказал Долохов.
Петя хотел сказать bonsoir [добрый вечер] и не мог договорить слова. Офицеры что то шепотом говорили между собою. Долохов долго садился на лошадь, которая не стояла; потом шагом поехал из ворот. Петя ехал подле него, желая и не смея оглянуться, чтоб увидать, бегут или не бегут за ними французы.
Выехав на дорогу, Долохов поехал не назад в поле, а вдоль по деревне. В одном месте он остановился, прислушиваясь.
– Слышишь? – сказал он.
Петя узнал звуки русских голосов, увидал у костров темные фигуры русских пленных. Спустившись вниз к мосту, Петя с Долоховым проехали часового, который, ни слова не сказав, мрачно ходил по мосту, и выехали в лощину, где дожидались казаки.
– Ну, теперь прощай. Скажи Денисову, что на заре, по первому выстрелу, – сказал Долохов и хотел ехать, но Петя схватился за него рукою.
– Нет! – вскрикнул он, – вы такой герой. Ах, как хорошо! Как отлично! Как я вас люблю.
– Хорошо, хорошо, – сказал Долохов, но Петя не отпускал его, и в темноте Долохов рассмотрел, что Петя нагибался к нему. Он хотел поцеловаться. Долохов поцеловал его, засмеялся и, повернув лошадь, скрылся в темноте.

Х
Вернувшись к караулке, Петя застал Денисова в сенях. Денисов в волнении, беспокойстве и досаде на себя, что отпустил Петю, ожидал его.
– Слава богу! – крикнул он. – Ну, слава богу! – повторял он, слушая восторженный рассказ Пети. – И чег'т тебя возьми, из за тебя не спал! – проговорил Денисов. – Ну, слава богу, тепег'ь ложись спать. Еще вздг'емнем до утг'а.
– Да… Нет, – сказал Петя. – Мне еще не хочется спать. Да я и себя знаю, ежели засну, так уж кончено. И потом я привык не спать перед сражением.
Петя посидел несколько времени в избе, радостно вспоминая подробности своей поездки и живо представляя себе то, что будет завтра. Потом, заметив, что Денисов заснул, он встал и пошел на двор.
На дворе еще было совсем темно. Дождик прошел, но капли еще падали с деревьев. Вблизи от караулки виднелись черные фигуры казачьих шалашей и связанных вместе лошадей. За избушкой чернелись две фуры, у которых стояли лошади, и в овраге краснелся догоравший огонь. Казаки и гусары не все спали: кое где слышались, вместе с звуком падающих капель и близкого звука жевания лошадей, негромкие, как бы шепчущиеся голоса.
Петя вышел из сеней, огляделся в темноте и подошел к фурам. Под фурами храпел кто то, и вокруг них стояли, жуя овес, оседланные лошади. В темноте Петя узнал свою лошадь, которую он называл Карабахом, хотя она была малороссийская лошадь, и подошел к ней.
– Ну, Карабах, завтра послужим, – сказал он, нюхая ее ноздри и целуя ее.
– Что, барин, не спите? – сказал казак, сидевший под фурой.
– Нет; а… Лихачев, кажется, тебя звать? Ведь я сейчас только приехал. Мы ездили к французам. – И Петя подробно рассказал казаку не только свою поездку, но и то, почему он ездил и почему он считает, что лучше рисковать своей жизнью, чем делать наобум Лазаря.
– Что же, соснули бы, – сказал казак.
– Нет, я привык, – отвечал Петя. – А что, у вас кремни в пистолетах не обились? Я привез с собою. Не нужно ли? Ты возьми.
Казак высунулся из под фуры, чтобы поближе рассмотреть Петю.
– Оттого, что я привык все делать аккуратно, – сказал Петя. – Иные так, кое как, не приготовятся, потом и жалеют. Я так не люблю.
– Это точно, – сказал казак.
– Да еще вот что, пожалуйста, голубчик, наточи мне саблю; затупи… (но Петя боялся солгать) она никогда отточена не была. Можно это сделать?
– Отчего ж, можно.
Лихачев встал, порылся в вьюках, и Петя скоро услыхал воинственный звук стали о брусок. Он влез на фуру и сел на край ее. Казак под фурой точил саблю.
– А что же, спят молодцы? – сказал Петя.
– Кто спит, а кто так вот.
– Ну, а мальчик что?
– Весенний то? Он там, в сенцах, завалился. Со страху спится. Уж рад то был.
Долго после этого Петя молчал, прислушиваясь к звукам. В темноте послышались шаги и показалась черная фигура.
– Что точишь? – спросил человек, подходя к фуре.
– А вот барину наточить саблю.
– Хорошее дело, – сказал человек, который показался Пете гусаром. – У вас, что ли, чашка осталась?
– А вон у колеса.
Гусар взял чашку.
– Небось скоро свет, – проговорил он, зевая, и прошел куда то.
Петя должен бы был знать, что он в лесу, в партии Денисова, в версте от дороги, что он сидит на фуре, отбитой у французов, около которой привязаны лошади, что под ним сидит казак Лихачев и натачивает ему саблю, что большое черное пятно направо – караулка, и красное яркое пятно внизу налево – догоравший костер, что человек, приходивший за чашкой, – гусар, который хотел пить; но он ничего не знал и не хотел знать этого. Он был в волшебном царстве, в котором ничего не было похожего на действительность. Большое черное пятно, может быть, точно была караулка, а может быть, была пещера, которая вела в самую глубь земли. Красное пятно, может быть, был огонь, а может быть – глаз огромного чудовища. Может быть, он точно сидит теперь на фуре, а очень может быть, что он сидит не на фуре, а на страшно высокой башне, с которой ежели упасть, то лететь бы до земли целый день, целый месяц – все лететь и никогда не долетишь. Может быть, что под фурой сидит просто казак Лихачев, а очень может быть, что это – самый добрый, храбрый, самый чудесный, самый превосходный человек на свете, которого никто не знает. Может быть, это точно проходил гусар за водой и пошел в лощину, а может быть, он только что исчез из виду и совсем исчез, и его не было.
Что бы ни увидал теперь Петя, ничто бы не удивило его. Он был в волшебном царстве, в котором все было возможно.
Он поглядел на небо. И небо было такое же волшебное, как и земля. На небе расчищало, и над вершинами дерев быстро бежали облака, как будто открывая звезды. Иногда казалось, что на небе расчищало и показывалось черное, чистое небо. Иногда казалось, что эти черные пятна были тучки. Иногда казалось, что небо высоко, высоко поднимается над головой; иногда небо спускалось совсем, так что рукой можно было достать его.
Петя стал закрывать глаза и покачиваться.
Капли капали. Шел тихий говор. Лошади заржали и подрались. Храпел кто то.
– Ожиг, жиг, ожиг, жиг… – свистела натачиваемая сабля. И вдруг Петя услыхал стройный хор музыки, игравшей какой то неизвестный, торжественно сладкий гимн. Петя был музыкален, так же как Наташа, и больше Николая, но он никогда не учился музыке, не думал о музыке, и потому мотивы, неожиданно приходившие ему в голову, были для него особенно новы и привлекательны. Музыка играла все слышнее и слышнее. Напев разрастался, переходил из одного инструмента в другой. Происходило то, что называется фугой, хотя Петя не имел ни малейшего понятия о том, что такое фуга. Каждый инструмент, то похожий на скрипку, то на трубы – но лучше и чище, чем скрипки и трубы, – каждый инструмент играл свое и, не доиграв еще мотива, сливался с другим, начинавшим почти то же, и с третьим, и с четвертым, и все они сливались в одно и опять разбегались, и опять сливались то в торжественно церковное, то в ярко блестящее и победное.
«Ах, да, ведь это я во сне, – качнувшись наперед, сказал себе Петя. – Это у меня в ушах. А может быть, это моя музыка. Ну, опять. Валяй моя музыка! Ну!..»
Он закрыл глаза. И с разных сторон, как будто издалека, затрепетали звуки, стали слаживаться, разбегаться, сливаться, и опять все соединилось в тот же сладкий и торжественный гимн. «Ах, это прелесть что такое! Сколько хочу и как хочу», – сказал себе Петя. Он попробовал руководить этим огромным хором инструментов.
«Ну, тише, тише, замирайте теперь. – И звуки слушались его. – Ну, теперь полнее, веселее. Еще, еще радостнее. – И из неизвестной глубины поднимались усиливающиеся, торжественные звуки. – Ну, голоса, приставайте!» – приказал Петя. И сначала издалека послышались голоса мужские, потом женские. Голоса росли, росли в равномерном торжественном усилии. Пете страшно и радостно было внимать их необычайной красоте.
С торжественным победным маршем сливалась песня, и капли капали, и вжиг, жиг, жиг… свистела сабля, и опять подрались и заржали лошади, не нарушая хора, а входя в него.
Петя не знал, как долго это продолжалось: он наслаждался, все время удивлялся своему наслаждению и жалел, что некому сообщить его. Его разбудил ласковый голос Лихачева.
– Готово, ваше благородие, надвое хранцуза распластаете.
Петя очнулся.
– Уж светает, право, светает! – вскрикнул он.
Невидные прежде лошади стали видны до хвостов, и сквозь оголенные ветки виднелся водянистый свет. Петя встряхнулся, вскочил, достал из кармана целковый и дал Лихачеву, махнув, попробовал шашку и положил ее в ножны. Казаки отвязывали лошадей и подтягивали подпруги.
– Вот и командир, – сказал Лихачев. Из караулки вышел Денисов и, окликнув Петю, приказал собираться.


Быстро в полутьме разобрали лошадей, подтянули подпруги и разобрались по командам. Денисов стоял у караулки, отдавая последние приказания. Пехота партии, шлепая сотней ног, прошла вперед по дороге и быстро скрылась между деревьев в предрассветном тумане. Эсаул что то приказывал казакам. Петя держал свою лошадь в поводу, с нетерпением ожидая приказания садиться. Обмытое холодной водой, лицо его, в особенности глаза горели огнем, озноб пробегал по спине, и во всем теле что то быстро и равномерно дрожало.
– Ну, готово у вас все? – сказал Денисов. – Давай лошадей.
Лошадей подали. Денисов рассердился на казака за то, что подпруги были слабы, и, разбранив его, сел. Петя взялся за стремя. Лошадь, по привычке, хотела куснуть его за ногу, но Петя, не чувствуя своей тяжести, быстро вскочил в седло и, оглядываясь на тронувшихся сзади в темноте гусар, подъехал к Денисову.
– Василий Федорович, вы мне поручите что нибудь? Пожалуйста… ради бога… – сказал он. Денисов, казалось, забыл про существование Пети. Он оглянулся на него.
– Об одном тебя пг'ошу, – сказал он строго, – слушаться меня и никуда не соваться.
Во все время переезда Денисов ни слова не говорил больше с Петей и ехал молча. Когда подъехали к опушке леса, в поле заметно уже стало светлеть. Денисов поговорил что то шепотом с эсаулом, и казаки стали проезжать мимо Пети и Денисова. Когда они все проехали, Денисов тронул свою лошадь и поехал под гору. Садясь на зады и скользя, лошади спускались с своими седоками в лощину. Петя ехал рядом с Денисовым. Дрожь во всем его теле все усиливалась. Становилось все светлее и светлее, только туман скрывал отдаленные предметы. Съехав вниз и оглянувшись назад, Денисов кивнул головой казаку, стоявшему подле него.
– Сигнал! – проговорил он.
Казак поднял руку, раздался выстрел. И в то же мгновение послышался топот впереди поскакавших лошадей, крики с разных сторон и еще выстрелы.
В то же мгновение, как раздались первые звуки топота и крика, Петя, ударив свою лошадь и выпустив поводья, не слушая Денисова, кричавшего на него, поскакал вперед. Пете показалось, что вдруг совершенно, как середь дня, ярко рассвело в ту минуту, как послышался выстрел. Он подскакал к мосту. Впереди по дороге скакали казаки. На мосту он столкнулся с отставшим казаком и поскакал дальше. Впереди какие то люди, – должно быть, это были французы, – бежали с правой стороны дороги на левую. Один упал в грязь под ногами Петиной лошади.
У одной избы столпились казаки, что то делая. Из середины толпы послышался страшный крик. Петя подскакал к этой толпе, и первое, что он увидал, было бледное, с трясущейся нижней челюстью лицо француза, державшегося за древко направленной на него пики.
– Ура!.. Ребята… наши… – прокричал Петя и, дав поводья разгорячившейся лошади, поскакал вперед по улице.
Впереди слышны были выстрелы. Казаки, гусары и русские оборванные пленные, бежавшие с обеих сторон дороги, все громко и нескладно кричали что то. Молодцеватый, без шапки, с красным нахмуренным лицом, француз в синей шинели отбивался штыком от гусаров. Когда Петя подскакал, француз уже упал. Опять опоздал, мелькнуло в голове Пети, и он поскакал туда, откуда слышались частые выстрелы. Выстрелы раздавались на дворе того барского дома, на котором он был вчера ночью с Долоховым. Французы засели там за плетнем в густом, заросшем кустами саду и стреляли по казакам, столпившимся у ворот. Подъезжая к воротам, Петя в пороховом дыму увидал Долохова с бледным, зеленоватым лицом, кричавшего что то людям. «В объезд! Пехоту подождать!» – кричал он, в то время как Петя подъехал к нему.
– Подождать?.. Ураааа!.. – закричал Петя и, не медля ни одной минуты, поскакал к тому месту, откуда слышались выстрелы и где гуще был пороховой дым. Послышался залп, провизжали пустые и во что то шлепнувшие пули. Казаки и Долохов вскакали вслед за Петей в ворота дома. Французы в колеблющемся густом дыме одни бросали оружие и выбегали из кустов навстречу казакам, другие бежали под гору к пруду. Петя скакал на своей лошади вдоль по барскому двору и, вместо того чтобы держать поводья, странно и быстро махал обеими руками и все дальше и дальше сбивался с седла на одну сторону. Лошадь, набежав на тлевший в утреннем свето костер, уперлась, и Петя тяжело упал на мокрую землю. Казаки видели, как быстро задергались его руки и ноги, несмотря на то, что голова его не шевелилась. Пуля пробила ему голову.