Линейные корабли типа «Нассау»

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
<tr><th colspan="2" style="text-align:center; padding:6px 10px; font-size: 120%; background: #A1CCE7; text-align: center;">Линейные корабли типа «Нассау»</th></tr><tr><th colspan="2" style="text-align:center; padding:4px 10px; background: #E7F2F8; text-align: center; font-weight:normal;">Nassau-Klasse</th></tr><tr><th colspan="2" style="text-align:center; ">
</th></tr><tr><th colspan="2" style="text-align:center; ">
Линкор «Рейнланд» типа «Нассау»
</th></tr> <tr><th colspan="2" style="text-align:center; padding:6px 10px;background: #D0E5F3;">Проект</th></tr><tr><th style="padding:6px 10px;font-weight:normal; background: #E7F2F8; border-bottom: 1px solid #D9EAF4;">Страна</th><td class="" style="padding:6px 2px 6px 8px; border-bottom: 1px solid #E7F2F8;"> </td></tr><tr><th style="padding:6px 10px;font-weight:normal; background: #E7F2F8; border-bottom: 1px solid #D9EAF4;">Операторы</th><td class="" style="padding:6px 2px 6px 8px; border-bottom: 1px solid #E7F2F8;"> </td></tr><tr><th style="padding:6px 10px;font-weight:normal; background: #E7F2F8; border-bottom: 1px solid #D9EAF4;">Предшествующий тип</th><td class="" style="padding:6px 2px 6px 8px; border-bottom: 1px solid #E7F2F8;"> тип «Дойчланд» </td></tr><tr><th style="padding:6px 10px;font-weight:normal; background: #E7F2F8; border-bottom: 1px solid #D9EAF4;">Последующий тип</th><td class="" style="padding:6px 2px 6px 8px; border-bottom: 1px solid #E7F2F8;"> тип «Остфрисланд» </td></tr>

<tr><th colspan="2" style="text-align:center; padding:6px 10px;background: #D0E5F3;">Основные характеристики</th></tr><tr><th style="padding:6px 10px;font-weight:normal; background: #E7F2F8;border-bottom: 1px solid #D9EAF4;">Водоизмещение</th><td class="" style="padding:6px 2px 6px 8px;border-bottom: 1px solid #E7F2F8;"> 18 873 т (нормальное),
20 535 т (полное) </td></tr><tr><th style="padding:6px 10px;font-weight:normal; background: #E7F2F8;border-bottom: 1px solid #D9EAF4;">Длина</th><td class="" style="padding:6px 2px 6px 8px;border-bottom: 1px solid #E7F2F8;"> 145,72—146,15 м (наибольшая),
145,67 м (по КВЛ),
137,7 м (между перпендикулярами) </td></tr><tr><th style="padding:6px 10px;font-weight:normal; background: #E7F2F8;border-bottom: 1px solid #D9EAF4;">Ширина</th><td class="" style="padding:6px 2px 6px 8px;border-bottom: 1px solid #E7F2F8;"> 26,88 (по КВЛ) </td></tr><tr><th style="padding:6px 10px;font-weight:normal; background: #E7F2F8;border-bottom: 1px solid #D9EAF4;">Высота</th><td class="" style="padding:6px 2px 6px 8px;border-bottom: 1px solid #E7F2F8;"> по миделю — 13,245 м </td></tr><tr><th style="padding:6px 10px;font-weight:normal; background: #E7F2F8;border-bottom: 1px solid #D9EAF4;">Осадка</th><td class="" style="padding:6px 2px 6px 8px;border-bottom: 1px solid #E7F2F8;"> при полном водоизмещении — 8,57 м (носом), 8,76 м (кормой) </td></tr><tr><th style="padding:6px 10px;font-weight:normal; background: #E7F2F8;border-bottom: 1px solid #D9EAF4;">Бронирование</th><td class="" style="padding:6px 2px 6px 8px;border-bottom: 1px solid #E7F2F8;"> пояс: 80—290(270[1]) мм[2][3]
траверсы: 90—210 мм
палубы: 40—60 мм
башни ГК: 60—280 мм
барбеты: 50—280 мм
казематы ПМК: 160 мм
командирская рубка: 80—400 мм </td></tr><tr><th style="padding:6px 10px;font-weight:normal; background: #E7F2F8;border-bottom: 1px solid #D9EAF4;">Двигатели</th><td class="" style="padding:6px 2px 6px 8px;border-bottom: 1px solid #E7F2F8;"> 12 котлов типа Шульц-Торникрофта;
4-цилиндровые ПМ тройного расширения </td></tr><tr><th style="padding:6px 10px;font-weight:normal; background: #E7F2F8;border-bottom: 1px solid #D9EAF4;">Мощность</th><td class="" style="padding:6px 2px 6px 8px;border-bottom: 1px solid #E7F2F8;"> 22 000 л. с. </td></tr><tr><th style="padding:6px 10px;font-weight:normal; background: #E7F2F8;border-bottom: 1px solid #D9EAF4;">Движитель</th><td class="" style="padding:6px 2px 6px 8px;border-bottom: 1px solid #E7F2F8;"> 3 винта </td></tr><tr><th style="padding:6px 10px;font-weight:normal; background: #E7F2F8;border-bottom: 1px solid #D9EAF4;">Скорость хода</th><td class="" style="padding:6px 2px 6px 8px;border-bottom: 1px solid #E7F2F8;"> 19,5 узла полная </td></tr><tr><th style="padding:6px 10px;font-weight:normal; background: #E7F2F8;border-bottom: 1px solid #D9EAF4;">Дальность плавания</th><td class="" style="padding:6px 2px 6px 8px;border-bottom: 1px solid #E7F2F8;"> 8000/2000 миль на 10/19 узлах[4] </td></tr><tr><th style="padding:6px 10px;font-weight:normal; background: #E7F2F8;border-bottom: 1px solid #D9EAF4;">Экипаж</th><td class="" style="padding:6px 2px 6px 8px;border-bottom: 1px solid #E7F2F8;"> 967—1087 человек </td></tr> <tr><th colspan="2" style="text-align:center; padding:6px 10px;background: #D0E5F3;">Вооружение</th></tr><tr><th style="padding:6px 10px;font-weight:normal; background: #E7F2F8;border-bottom: 1px solid #D9EAF4;">Артиллерия</th><td class="" style="padding:6px 2px 6px 8px;border-bottom: 1px solid #E7F2F8;"> 12 280-мм АУ SK.L/45 (англ.) в 6 башенных установках,
12 150-мм орудий SKL/45 в казематах,
16 88-мм орудий SKL/45 в батарее и на надстройках,
2 60-мм десантные пушки SBtsKL/21 </td></tr><tr><th style="padding:6px 10px;font-weight:normal; background: #E7F2F8;border-bottom: 1px solid #D9EAF4;">Минно-торпедное вооружение</th><td class="" style="padding:6px 2px 6px 8px;border-bottom: 1px solid #E7F2F8;"> 6 450-мм подводных торпедных аппаратов </td></tr>

Линейные корабли типа «Насс́ау» (нем. Nassau-Klasse) — первый тип линейных кораблей-дредноутов Флота Открытого Моря Германской империи. Дредноуты типа «Нассау» (4 единицы) строились как ответ на постройку ВМС Великобритании первого в мире линейного корабля-дредноута HMS Dreadnought (1906).





История строительства

Стремительно развивающаяся Германская империя вынуждена была подкреплять свои политические амбиции строительством сильного флота. Немаловажным фактором явилось стремительное развитие экономики молодой империи, позволившее обеспечить материальную и финансовую базу для развития флота[5]. Благодаря усилиям германского кайзера Фридриха Вильгельма II и военно-морского министра Альфреда фон Тирпица в 1898 году была принята новая кораблестроительная программа — Закон о флоте. В январе 1900 года британцы арестовали в восточной Африке германские пароходы. Подталкиваемый возмущением нации и желанием защитить стремительно развивающуюся коммерческую торговлю, рейхстаг принял новый закон о флоте 1900 года, который предусматривал удвоение количественного состава флота[6].

Становой силой флота того времени считались эскадренные броненосцы и основные усилия Германии были направлены на их строительство. Чтобы хоть как-то сравняться с огромным британским флотом, по закону о флоте 1900 года количество германских броненосцев к 1920 году должно было составить 34 единицы — 4 эскадры, по восемь броненосцев сведенные в две дивизии по четыре корабля. Ещё два корабля строились как флагманские. Предельный срок службы броненосца по закону 1898 года был установлен в 25 лет[6]. Поэтому с 1901 по 1905 годы планировалась постройка по два новых линейных корабля в год, для увеличения количества до требуемого. А с 1906 по 1909 годы должны были строиться по два корабля на смену старых[7].

В 1901—1905 годах согласно этой программы были заложены броненосцы с нормальным водоизмещением в 13 200 т и вооружение из 4 орудий главного калибра в 280-мм и 14 170-мм орудий среднего калибра — пять типа «Брауншвейг» и пять типа «Дойчланд»[8]. В 1906 году в Великобритании был построен первый линейный корабль с едиными орудиями главного калибра — «Дредноут». При водоизмещении в 18 000 т он нес 10 орудий калибра 305-мм. Его строительство вызвало определенный шок в военно-морских кругах и повлекло за собой новый виток гонки вооружений. Имя «Дредноута» послужило нарицательным для нового класса строившихся кораблей. Была пересмотрена германская кораблестроительная программа. Если раньше Германия находилась в роли догоняющей стороны, то теперь она получила шанс начать с нового листа и построить флот, который мог бы померятся силами с британским. В 1906 году было принято дополнение к закону о флоте, по которому было предусмотрено строительство первых германских дредноутов[9].

Первый немецкий линкор, «Нассау», как и в случае с линкором «Dreadnought», строился в ускоренном темпе: стапельный период постройки заложенного в Вильгельмсхафене линкора «Nassau» составил только 7,5 месяца, а достроечный период неполных 19 месяцев (общее время постройки округленно равнялось 26 месяцам). Частным верфям, строившим однотипные корабли («Westfalen», «Posen» и «Rheinland»), потребовалось 27, 35 и почти 36 месяцев соответственно. Корабли типа «Нассау» должны были заменить в германском флоте броненосцы «Bayern», «Sachsen», «Wurtemerg» и «Baden» (первые 2 строились по бюджету 1906 г., следующие 2 — по бюджету 1907 года.

Выделение средств на строительство всех четырёх линкоров началось лишь в 1907 году, а закладка на стапелях состоялась почти одновременно — в июне — августе 1907 г., но строительство велось разными темпами, длительность обсуждения проекта корабля и его конструкции при решении ряда сложных технических и финансовых проблем затягивали сроки постройки двух первых кораблей.

После окончательной готовности «Nassau» и «Rheinland» на верфях в Бремене и Штеттине, возникла проблема с проводом кораблей через обмелевшие реки Везер и Одер. Проблема была решена после установки с обоих бортов линкоров кессонов и откачки воды, уменьшившей осадку кораблей и обеспечившей проводку линкоров к морю.

1 октября 1909 г. на «Nassau» был поднят вымпел, корабль был принят в казну и вступил в кампанию, а 15 октября 1909 года «Nassau» вышел на официальные морские испытания. Через полтора месяца за ним последовал «Westfalen». Остальные линкоры типа были готовы весной следующего года: 27 февраля 1910 заводские испытания начал «Rheinland», 30 апреля на корабле подняли вымпел и он вступил в кампанию; 31 мая вступил в кампанию «Posen», официальные испытания он провел 18 июня 1910 года.

Стоимость

По сравнению с броненосцами типа «Deutschland» стоимость новых линкоров возросла в полтора раза. Для 5 броненосцев типа «Deutschland», спущенных на воду только в 19041906 годах, полная стоимость строительства колебалась от 21 до 25 млн марок. Строительство новых линкоров обошлось имперской казне значительно дороже.

  • «Nassau» — 37 399 тысяч золотых марок
  • «Westfalen» — 36 920 тысяч золотых марок
  • «Rheinland» — 36 916 тысяч золотых марок
  • «Posen» — 37 615 тысяч золотых марок

Конструкция

Корпус новых линкоров был гладкопалубным и сравнительно широким, с надстройкой в средней части. Отношение L/B (длины к ширине) корпуса составило 5,41 против 5,65 у броненосцев типа «Дойчланд». Проектными работами руководил главный строитель имперского флота, тайный советник Бюркнер (нем. Burkner).

Из-за требований уменьшения осадки линкоров типа «Нассау», обусловленных необходимостью базирования немецких кораблей в устьях мелководных рек, а также проблемой Кильского канала, остойчивость кораблей данного типа была ухудшена. Относительно предыдущих проектов высота корпуса была немного увеличена для улучшения мореходности в штормовых условиях Северного моря и Атлантики.

Конструкция линкора были довольно обычной для кораблей немецкого флота. Котельное отделение было разделено средней диаметральной переборкой. Все три машинных отделения «Nassau», благодаря большой ширине корабля и незначительным размером занимаемой площади паровыми машинами, удалось расположить рядом друг с другом, в то время как на «Дойчландах» средняя паровая машина стояла позади бортовых.

Набор корпуса собирался по продольно-поперечной системе (так же называемой бракетной[10]), но в оконечностях, после бронетраверзов, корпус собирались уже по продольной системе. Такая смешанная система была обычной для многих типов линкоров и использовалась и на других флотах. Набор корпуса линкоров типа «Nassau» включал 121 шпангоут (от 6-го до 114-го, включая шпангоут «0» по оси баллера руля, 6 минусовых и 114 плюсовых шпангоутов). Шпация была равна 1,20 м. Продольную прочность помимо вертикального киля обеспечивали с каждого борта семь продольных связей, из которых стрингеры II, IV и VI были водонепроницаемы. Стрингеры устанавливались на расстоянии 2,1 и 2,125 метра друг от друга. Форштевень имел таранную форму, изготовлялся из мягкой мартеновской стали и был усилен для возможности нанесения таранного удара.

Во время испытаний линкоров выяснилось, что, имея сравнительно небольшой диаметр циркуляции на полном ходу, при наибольшей перекладке руля линкоры получали крен до 7°, теряя при этом в скорости до 70 %.

Прожектора

На кораблях были установлены по восемь 200-амперных прожекторов (побортно двумя группами по четыре на носовых и кормовых надстройках). Прожектора могли охватывать весь круг горизонта. Также имелись два запасных прожектора такого же типа и один 17-амперный прожектор в качестве переносного сигнального. Для защиты прожекторов в германском флоте предпринимались специальные меры. В частности, на линкорах типов «Nassau» и «Ostfriesland» в случае дневного боя прожектора (как и шлюп-балки) через специальные люки опускались в особые отсеки.

Спасательные средства

По штату на линейных кораблях типа «Нассау» полагалось иметь: 1 паровой катер, 3 малых моторных катера, 2 баркаса с вспомогательным двигателем; 2 вельбота, 2 яла, 1 складную шлюпку. В том случае, если на корабле находился штаб эскадры на борт дополнительно брали 1 адмиральский моторный катер разъездного типа. Катера могли быть вооружены пулемётами на съемных лафетах, а при высадке десантных партий в случае необходимости также десантными пушками. Места установки спасательных катеров из-за бортовых башен было довольно ограничены.

Для спуска на воду катеров и шлюпок по бокам от кормовой дымовой трубы были установлены два специальных крана, громоздких и хорошо заметных в силуэте кораблей. Шлюпки небольшого размера для повседневного использования подвешивались на шлюп-балках, которые в случае боя можно было убрать в специально созданные ниши в бортах кораблей.

Силовая установка

В качестве силовой установки на «Нассау» использовались поршневые машины тройного расширения производства Имперского завода в Вильгельмсхафене. Общий вес силовой установки составлял 1510 т — удельный вес 69 кг/л.с. при номинальной мощности. Машинные отделения шли с 26-го по 41-й шпангоут, занимая V и VI водонепроницаемый отсеки. V отсек, с 6-го по 32-й шпангоут, занимало отделение вспомогательных механизмов длиной 7,2 м. В VI отсеке, с 32-го по 41-й шпангоут, располагалось главное машинное отделение длиной 10,8 м. V и VI-й отсек разбивались двумя водонепроницаемыми переборками на три отделения. В каждом из трех главных машинных отделений располагалась паровая машина тройного расширения с приводом на собственный винт. При рабочем давлении пара в 16 кг/см² их суммарная номинальная мощность составляла 22 000 индикаторных л.с.

Каждая вертикальная паровая машина имела три цилиндра высокого, среднего и низкого давления с диаметром поршня 960, 1460 и 2240 мм соответственно, а соотношение объёмов как 1:2,32:5,26. Цилиндры вместе с золотниковой коробкой отливались одним блоком из чугуна. Золотники приводились в движение посредством кулисы Стефенсона, что позволяло для каждого цилиндра осуществить независимую регулировку степени расширения пара. Реверсирование осуществлялось от отдельной двухцилиндровой паровой машины или вручную.

Штоки поршней через шатуны были соединены с коленчатым валом, три кривошипа которого располагались под углом в 120 град. Через муфту каждый коленвал был связан с горизонтальным одноцилиндровым осушительным трюмным насосом.

Пар из каждой паровой машины выходил в собственный главный конденсатор с внутренним теплообменником из двух групп горизонтально расположенных охлаждающих труб. Проток забортной воды через теплообменники осуществлялся с помощью центробежного насоса с приводом от дополнительной двухцилиндровой поршневой машины, приводившей во вращение также воздушный насос системы Бланка. Конструкция конденсаторов позволяла осуществлять переключение отработанного пара со всех трех машин в любой из них. Упорные подшипники располагались в IV отсеке на 26-мм шпангоуте, за которым начинались туннели гребных валов.

В среднем машинном отделении находилось два опреснителя системы Папе и Хеннеберга с двумя насосами, один конденсатор опреснителя, два рефрижератора, фильтр и промывочный насос с паровым приводом.

Паром машинные отделения снабжали 12 двухтопочных котлов Военно-морского типа (Щульце) с трубками малого диаметра и рабочим давлением 16 кгс/см². Общая площадь их нагревательной поверхности составляла 5040-5076 м². Котлы также изготавливались Имперским заводом Вильгельмсхафена. Каждый котел состоял из одной верхней и трёх нижних секций, соединенных между собой 1404 паропроводными трубками. Нижние секции в задней части также соединялись между собой трубками.

Котлы располагались в трех 9,6-метровых отсеках — VIII-й, IX-й, и передний ХI-й отсеки (Х-й отсек при этом занимали погреба бортовых башен главного калибра). В каждом отсеке размещались по четыре котла. Все котлы располагались вдоль борта. С каждой стороны от диаметральной плоскости располагалась кочегарка с двумя котлами топками друг к другу. Котельные отделения оснащались системой наддува для создания искусственной тяги. На промежуточной палубе были установлены 12 центробежных воздуходувок — по одной на каждый котел, нагнетавшие воздух в герметично закрытые котельные отделения. Воздуходувки приводились во вращение двухцилиндровыми компаунд-машинами двойного расширения.

Каждое котельное отделение оснащалось также главным и резервным насосом питательной воды, паровым трюмным насосом, подогревателем и фильтром питательной воды и мусорным эжектором.

Котлы кормового и среднего котельных отделений имели выход на кормовую, а переднего — на носовую дымовую трубу. Обе дымовых трубы имели высоту 19 метров над КВЛ и имели сечение в форме эллипса. Доступ в котельные отделения производился с промежуточной палубы по двум трапам, закрываемых водонепроницаемыми крышками. От каждой кочегарки отходил свой паропровод. Сначала они шли по три с каждой стороны центрального коридора, а потом в районе 46-го шпангоута сходились вместе к общему бронзовому переходнику, от которого шли отдельные паропроводы на каждую паровую машину. Паропроводы оснащались запорными клапанами и клинкетами.

Применяемые тогда турбины занимали точно такую же площадь фундамента, как и паровые машины. Имелись различия в весе, но это не имеет отношения к выбору главной артиллерии. Меньшая высота турбинных установок для линейного корабля тогда не играла никакой роли: положение броневой палубы определялось другими требованиями и высота помещений под ней была достаточной для размещения паровых машин.

Корабли оснащались тремя четырёхлопастными бронзовыми винтами диаметром 5 метров. Правый винт имел правостороннее вращение, а средний и левый — левостороннее. На линко­рах типа «Нассау» устанавливались два полубалансирных руля без подпятника, площадью 14,9 м² каждый, параллельно в струе боковых винтов с осями на 0-м шп. на расстоянии 2,75 м от диаметральной плоскости.

Основным топливом был уголь, но во время войны котлы были оборудованы форсунками для впрыска нефти и цистернами общей емкостью 160 т нефти. Расчетная дальность составляла 9400 миль 10 узловым ходом, 8300 миль 12 узловым, 4700 16-узловым и 2800 19 узловым ходом. Максимальный запас угля составлял 2700 т. Он хранился в шести расходных бункерах (между противоторпедной переборкой и котельными отделениями), 20 защитных бункерах под броневой палубой, в шести верхних и четырёх резервных угольных ямы над броневой палубой. Также вдоль борта за противоторпедной переборкой с 21-го по 86-й шпангоуты шли защитные угольные бункеры. Они занимали высоту от внутреннего дня до броневой палубы и были разбиты с каждой стороны девятью водонепроницаемыми переборками на 10 отсеков. Транспортировка угля из этих бункеров осуществлялась через водонепроницаемые двери в водонепроницаемых переборках и через клинкетные задвижные двери в противоторпедной переборке в нишах угольных ям. Клинкетные двери оснащались противовесом и открывались из кочегарок. Защитные ямы рядом с котельными отделениями были оборудованы системой принудительного затопления на случай самовозгорания.

Верхние угольные бункеры размещались на скосах броневой палубы с 46-го по 62-й и с 65-го по 75-й шпангоуты, занимая высоту от броневой до батарейной палубы. От внутренней части корабля угольные ямы отделялись водонепроницаемыми отсечными переборками, позволявшими защитить угольные ямы от попадания забортной воды при крене до 10 гр. Подача угля осуществлялась через проходы и водонепроницаемые двери. Свободные помещения над броневой палубой также могли использовались как резервные бункеры — уголь в них хранился в мешках.

Для загрузки угля использовались 24 горловины в верхней палубе, закрываемые броневыми крышками. От горловин в угольные ямы вели шахты и быстросъемные углеотводные рукава. Все ямы оснащались трубами для замера температуры, количества угля и вентиляции. Для транспортировки угля внутри угольных ям имелись полозы, крановые тележки и угольные корзины. Верхние угольные бункеры оснащались также спускными салазками и сходнями. Для погрузки угля использовались шлюпочные краны, к которым на специальных выстрелах подвешивались штормовые леера с закрепленными 12 переносными угольными транспортерами. Транспортеры приводились в движение с каждого борта двумя шлюпбалочными лебедками или шестью разборными лебедками с электроприводом и допустимой нагрузкой в 240 кг. Цистерны пресной воды для питания котлов объёмом 110 м³ размещались в промежутке двойного дна. Между 75 и 79-м шпангоутом по левому борту располагались спиртовые цистерны объёмом 7000 л для питания катеров. Там же размещались цистерны для 4300 кг машинного масла и 1500 кг масла для смазки цилиндров паровых машин.

Электроэнергией напряжением 225В корабль снабжали восемь турбогенераторов общей мощностью 1280 кВт. Турбогенераторы размещались под броневой палубой в четырёх отсеках — двух впереди носового КО по каждому борту, и двух позади машинного отделения также побортно. Всего в электросистему «Нассау» входили 232 электродвигателя. Для аварийного питания и корабельной телефонной сети использовались аккумуляторные батареи напряжением 12 В. Две свинцовых батареи по шесть элементов каждая размещались на палубной платформе в отсеке рулевых машин между 12-м и 13-м шпангоутом. Ещё две батареи из десяти элементов установили в трюме в отсеке аварийного осушительного насоса у переборки на 75-м шпангоуте.

Вооружение

Боевой запас артиллерии главного калибра (28 cm SK L/45) составлял 900 выстрелов. Штатный боезапас включал 720 бронебойных снарядов «L/3,2» (нем. Psgr — Panzersprenggranaten) и 180 фугасных снарядов «L/3» (Stvg — Stahvollgcschossen), а также 900 метательных зарядов (нем. Pulverladung) к ним. Каждый заряд состоял из основного полузаряда (Hauptkartus) и добавочного (Borkartus). Для добавочных полузарядов применялись двойные шелковые картузы и пеналы, из которых заряды вынимались только перед заряжанием. Сначала в зарядную камеру помещался добавочный заряд в картузе, затем главный заряд в гильзе со встроенным запалом. Снаряды обоих типов весили по 305 кг. Общий вес полного метательного заряда равнялся 144,6 кг пороха (нем. Rohrenpulver) марки «RPC/06» (позже «RPC/12»). Обеспечивались углы склонения и возвышения от −8° до +20°. При максимальном угле возвышения в 20° обеспечивалась дальность стрельбы 18 900 м. В 1915 году был увеличен вес заряда, и максимальная дальность выросла до 20 400 м[11][12][13].

Шестиугольное расположение башен позволяло вести бой не только в кильватерной колонне, но и строем фронта или строем уступа, а значит давало, дополнительные, и весьма широкие возможности в маневрировании эскадр[14].

Артиллерия среднего и малого калибров

На линкорах типа «Нассау» в одноорудийных бро­нированных казематах на батарейной палубе, отделён­ных друг от друга продольными и поперечными пере­борками, разместили двенадцать (по шесть на каждом борту) 150-мм (фактически 149,1 мм) орудий типа SKL/45 с длиной канала ствола 6750 мм вместо 170-мм на предшествующих броненосцах. Орудия со щитами установили на лафете с вертикальной цапфой типа MPLC/06 (нем. Mittel Pivot Lafette) образца 1906 года: четыре орудия как погон­ные и ретирадные, остальные восемь ближе к миделю образовали центральную батарею. Горизонтальную и вертикальную наводку осуществляли только вручную[15].

Ствол 150-мм орудия с зат­вором весил 5,73 т угол снижения стволов орудий составлял −7°, возвышения +25°, что обеспечивало дальность стрельбы 13500 м (73 кбт.).

Как погонный и ретирадный, так и бортовой огонь могли вести по шесть орудий, по курсу в секто­ре 357°-3° (6°) и по корме в секторе 178°-182°(4°) по два орудия. Боезапас к орудиям подавался с помощью элек­тропривода со скоростью подачи 4-6 вы­стрелов (снаряд-заряд) в минуту или вручную.

Орудия стреляли двумя ти­пами снарядов одинакового веса по 45 кг с начальной скоростью у среза ствола ору­дия около 800 м/с. Выстрел состоял из снаряда и еди­ного для всех типов снарядов заряда.

Корабли могли принять на борт боеприпасов на 1800 выстрелов противоминным 150-мм калиб­ром (150 на ствол), штатный боезапас отдельных кораблей различался между собой.

Полубронебойный снаряд [L/3,2 (нем. Psgr-Panzersprenggranaten)] длиной 3,2 калибра (480 мм) с донным взрывателем имел разрывной заряд весом 1,05 кг (2,5 %), окраску: красный с чёрной головкой. Фу­гасный снаряд тоже длиной 3,2 калибра (480 мм) имел разрывной заряд весом 1,6 кг (4 %), окраску: жёлтый с чёрной головкой. Единый для обоих типов снарядов заряд в латунной гильзе весил 22,6 кг, включая 13,25 кг трубчатого (макаронного) пороха марки RPC/06 (Rohrenpulver) образца 1906 года[16].

Конструкция орудия обеспечивала прицельную скорострельность 10 выс./минуту.

Лёгкая противоминная артиллерия состояла из 16 88-мм скорострельных орудий модели SK L/45, с длиной канала ствола 3960 мм, предназначенных для стрель­бы по морским целям. Орудия ус­танавливались на лафете с вертикальной цапфой (центральным штыревым отверстием) типа MPLC/06 образца 1906 года, прикрытые (12-мм) лёгкими стальны­ми щитами[16].

Установка обеспечи­вала угол снижения ствола орудия −10°, возвышения +25°, что обес­печивало дальность стрельбы 10700 м. Скорострельность составляла до 20 выстре­лов в минуту.

Общий боекомплект (боевой запас) 88-мм ар­тиллерии был рассчитан на 2400 выстрелов (150 на ствол). Половину из них составляли унитарные ос­колочно-фугасные снаряды с головным взрывателем (Spgr.K.Z.), вторую полови­ну — унитарные осколоч­но-фугасные снаряды с донным взрывателем (Spgr.J.Z.)[16].

88-мм орудия придавали снарядам начальную скорость 616 м/с. В гильзе помещалось 2,325 кг трубчатого пороха марки RP образца 1906 года.

На «Нассау» и «Рейнланд» два 8-мм пулемёта (на «Позен» и «Вестфален» четыре) с боекомплектом 10000 боевых патронов на ствол не имели определён­ной назначенной позиции[17]. Обычно пулемёты устанавливали на специ­альных тумбах на палубе или на корабельных плавс­редствах.

На «Нассау» патроны хранились в специальном хранилище на промежуточной палубе в районе от 21 до 23-го шп. по ЛБ, на «Позен» и «Рейнланд» — на нижней палубной платформе в помещении задних бор­товых ТА по ЛБ между 16 и 18-м шп. Хранилище име­ло искусственную вентиляцию, и его можно было при необходимости затопить или осушать посредством гибкого резинового шланга. Патроны подносили вручную. Там же в оружейных комнатах кораблей хранились 355 винтовок образца 1898 г. и 42 600 боевых патронов к ним[17], а также от 98 до 128 пистолетов образца 1904 года(«9-мм Зельбстладепистоле 1904» с длиной ствола 147,32 мм) и 24 500 боевых патронов к ним[18].

Зенитное вооружение первоначальным проек­том не предусматривалось, но в ходе Первой мировой войны на кораблях установили по две 88-мм зенитные пушки модели SKL/45(G.E.). Зенитные орудия устанавливались на линкорах за счет снятия части противоминных 88 мм орудий[17].

Торпедное вооружение

Торпедное вооружение новых линкоров состояло из шести 450 мм торпедных аппаратов. Имелось шестнадцать торпед типа «G». Все торпедные отсеки размещались вне цитадели, ниже броневой палубы. Торпедное вооружение линкоров всеми морскими державами рассматривалось как оружие для любого подходящего случая. Оно считалось удобным в ближнем бою или при внезапной угрозе боя. Однако, эти ожидания за всю Первую мировую войну так ни разу не оправдались. Тяжелые немецкие корабли за всю войну не добились ни одного попадания торпедой. Большие затраты оказались полностью бесполезными. Выразилось это как в излишней весовой нагрузкой, так и в занимаемом объёме помещений корпуса[17].

Бронирование

Вертикальное бронирование изготавливалось из цементированной крупповской брони.

Сечение по миделю капитальных кораблей, заложенных в 1905—1907 годах
линкор «Дредноут» линкор «Вестфален» типа «Нассау»

Представители[19]

Название Верфь Закладка Спуск на воду Вступление в строй Судьба
«Нассау»
Nassau
Kaiserliche Werft Wilhelmshaven (Вильгельмсхафен) 22 июля 1907 7 марта 1908 1 октября 1909 Пере­дан по репарациям Японии, разобран в 1921
«Вестфален»
Westfalen
AG Weser, (Бремен) 12 августа 1907 1 июля 1908 16 ноября 1909 1.9.1918 выведен из состава флота и использовался в качестве учебного артиллерийского корабля. После капи­туляции был интернирован и передан Англии, ра­зобран в 1924 г.
«Рейнланд»
Rheinland
AG Vulcan, (Штеттин) 1 июня 1907 26 сентября 1908 30 апреля 1910 9.7.1918 г. выведен из состава флота и разобран в 1921 г
«Позен»
Posen
Germaniawerft, (Киль) 11 июня 1907 12 декабря 1908 31 мая 1910 продан на слом в 1921

Корабли обладали посредствен­ной мореходностью, очень легко были подвержены бортовой качке, но при этом устойчиво выдерживали курс с креном в наветренную сторону, обладали хорошей маневренностью и малым ра­диусом циркуляции.

Оценка

«Коннектикут»[20]
«Дойчланд»[21]
«Британия»
«Дредноут»[22]
«Саут Кэролайна»[23]
«Нассау»[24]
Закладка 1903 1903 1904 1905 1906 1907
Ввод в строй 1906 1906 1906 1906 1910 1909
Водоизмещение стандартное, т 16 256,6 13 191 15 810 18 400,5 16 256,6 18 873
Полное, т 17 983,9 14 218 17 270 22 195,4 17 983,9 20 535
Тип СУ ПМ ПМ ПМ ПТ ПМ ПМ
Проектная мощность, л. с.[прим. 1] 16 500 16 000 18 000 23 000 16 500 22 000
Проектная максимальная скорость, узл. 18 18 18,5 21 18,5 19
Дальность, миль (на скорости, узл.) 6620(10) 4800 (10) 7000(10) 6620(10) 5000(10) 9400(10)[25]
Бронирование, мм[прим. 2]
Пояс 279 225
(240)
229 279 279
305 в районе погребов
270
(290)
Верхний пояс 179-152 160
(170)
203 - - 160
Палуба 38-76 40 51-63 35—76 38—63 55—80
Башни 305 280 305 279 305 280
Барбеты 254 280? 305 279 254 265
Рубка 229 300 305 279 305 400
Схема размещения вооружения
Вооружение 2×2 — 305-мм/45
4×2 — 203-мм/45
12×1 — 178-мм
20×1 —76-мм
4 ТА
2×2 — 280-мм/40
14×1 — 170-мм/40
20×88-мм/35
6 ТА
2×2 — 305-мм/45
4×234-мм/47
10×1 — 152-мм
14×76-мм
8×47-мм
4 ТА
5×2 — 305-мм/45
27×1 — 76-мм
5 ТА
4×2 — 305-мм/45
22×1 — 76-мм
2 ТА
6×2 — 280-мм/45
12×1 — 150-мм
14×1 — 88-мм
6 ТА

Напишите отзыв о статье "Линейные корабли типа «Нассау»"

Комментарии

  1. Для кораблей с паровыми машинами дана индикаторная мощность, для «Дредноута» с паровой турбиной — мощность на валах.
  2. У германских кораблей первый корабль в серии имел несколько меньшую толщину бронирования, чем остальные. Цифра в скобках — толщина бронирования для последующих кораблей серии.

Примечания

  1. «Нассау»
  2. Печуконис. Дредноуты кайзера., 2005, с. 25.
  3. Grosskampfschiffe, 1991, S. 11.
  4. Gray, Randal (ed). Conway's All The Worlds Fighting Ships, 1906-1921. — London: Conway Maritime Press, 1985. — P. 145. — 439 p. — ISBN 0-85177-245-5.
  5. Печуконис. Дредноуты кайзера., 2005, с. 5.
  6. 1 2 Печуконис. Дредноуты кайзера., 2005, с. 6.
  7. Axel Grießmer. Große Kreuzer., 1995, s. 166.
  8. Gröner. Band 1. — P.41-44
  9. Печуконис. Дредноуты кайзера., 2005, с. 7.
  10. Бракетная система // Военная энциклопедия : [в 18 т.] / под ред. В. Ф. Новицкого [и др.]. — СПб. ; [М.] : Тип. т-ва И. В. Сытина, 1911—1915.</span>
  11. Staff. German Battlecruisers. — P. 5
  12. Печуконис, 24
  13. Campbell. Battlecruisers. — P. 19
  14. Печуконис. Дредноуты кайзера., 2005, с. 22.
  15. Мужеников. Линейные корабли Германии. — С. 43.
  16. 1 2 3 Мужеников. Линейные корабли Германии. — С. 44.
  17. 1 2 3 4 Печуконис, Н. И. Дредноуты кайзера. Стальной кулак имперской политики. с. 24
  18. Мужеников. Линейные корабли Германии. — С. 46.
  19. Ю. В. Апальков ВМС Германии 1914—1918 гг. Справочник по корабельному составу
  20. Friedman, US Battleships, 1985, p. 430.
  21. Gröner, Erich. Die deutschen Kriegsschiffe 1815-1945 Band 1: Panzerschiffe, Linienschiffe, Schlachschiffe, Flugzeugträger, Kreuzer, Kanonenboote. — Bernard & Graefe Verlag, 1982. — P. 44. — 180 p. — ISBN 978-3763748006.
  22. Conway's, 1906—1921. — P.21
  23. Friedman, US Battleships, 1985, pp. 431—432.
  24. Gröner, Erich. Die deutschen Kriegsschiffe 1815-1945 Band 1: Panzerschiffe, Linienschiffe, Schlachschiffe, Flugzeugträger, Kreuzer, Kanonenboote. — Bernard & Graefe Verlag, 1982. — P. 46. — 180 p. — ISBN 978-3763748006.
  25. Печуконис. Дредноуты кайзера., 2005, с. 34.
  26. </ol>

Литература

  • Ю. В. Апальков ВМС Германии 1914—1918 гг. Справочник по корабельному составу. — М.: Моделист-конструктор, 1996.
  • Gray, Randal (ed). Conway's All The Worlds Fighting Ships, 1906-1921. — London: Conway Maritime Press, 1985. — 439 p. — ISBN 0-85177-245-5.
  • Печуконис, Н. И. Дредноуты кайзера. Стальной кулак имперской политики. — М.: Военная книга, 2005. — ISBN 5-902863-02-3.
  • Axel Grießmer. Große Kreuzer der Kaiserlichen Marine 1906 - 1918. Konstruktionen und Entwürfe im Zeichen des Tirpitz-Planes. — Bernard & Graefe, 1995. — 206 S. — ISBN 978-3763759460.
  • Gröner, Erich. Die deutschen Kriegsschiffe 1815-1945 Band 1: Panzerschiffe, Linienschiffe, Schlachschiffe, Flugzeugträger, Kreuzer, Kanonenboote. — Bernard & Graefe Verlag, 1982. — 180 p. — ISBN 978-3763748006.
  • Мужеников В. Б. Линейные корабли Германии. — СПб.: Издатель Р. Р. Муниров, 2005. — 92 с. — (Боевые корабли мира).
  • Siegfried Breyer. Die ersten Grosskampfschiffe der Kaiserlichen Marine : [] // Marine-Arsenal : журнал. — 1991. — № 17. — P. 48. — ISBN 3-7909-0429-5.</span>

Ссылки

  • [tsushima.su/RU/shipsru/shipsdeutschland/deutschland-dred/deutsch-dred-linkor/linkor-nassau/linkor-nassau-photo Фотографии линейного корабля «Nassau»].
  • [tsushima.su/RU/shipsru/shipsdeutschland/deutschland-dred/deutsch-dred-linkor/linkor-westfalen/linkor-westfalen-photo Фотографии линейного корабля «Westfalen»].
  • [tsushima.su/RU/shipsru/shipsdeutschland/deutschland-dred/deutsch-dred-linkor/linkor-rheinland/linkor-rheinland-photo Фотографии линейного корабля «Rheinland»].
  • [tsushima.su/RU/shipsru/shipsdeutschland/deutschland-dred/deutsch-dred-linkor/linkor-posen/linkor-posen-photo Фотографии линейного корабля «Posen»].

Отрывок, характеризующий Линейные корабли типа «Нассау»

– Нет, я знаю, что всё кончено, – сказала она поспешно. – Нет, это не может быть никогда. Меня мучает только зло, которое я ему сделала. Скажите только ему, что я прошу его простить, простить, простить меня за всё… – Она затряслась всем телом и села на стул.
Еще никогда не испытанное чувство жалости переполнило душу Пьера.
– Я скажу ему, я всё еще раз скажу ему, – сказал Пьер; – но… я бы желал знать одно…
«Что знать?» спросил взгляд Наташи.
– Я бы желал знать, любили ли вы… – Пьер не знал как назвать Анатоля и покраснел при мысли о нем, – любили ли вы этого дурного человека?
– Не называйте его дурным, – сказала Наташа. – Но я ничего – ничего не знаю… – Она опять заплакала.
И еще больше чувство жалости, нежности и любви охватило Пьера. Он слышал как под очками его текли слезы и надеялся, что их не заметят.
– Не будем больше говорить, мой друг, – сказал Пьер.
Так странно вдруг для Наташи показался этот его кроткий, нежный, задушевный голос.
– Не будем говорить, мой друг, я всё скажу ему; но об одном прошу вас – считайте меня своим другом, и ежели вам нужна помощь, совет, просто нужно будет излить свою душу кому нибудь – не теперь, а когда у вас ясно будет в душе – вспомните обо мне. – Он взял и поцеловал ее руку. – Я счастлив буду, ежели в состоянии буду… – Пьер смутился.
– Не говорите со мной так: я не стою этого! – вскрикнула Наташа и хотела уйти из комнаты, но Пьер удержал ее за руку. Он знал, что ему нужно что то еще сказать ей. Но когда он сказал это, он удивился сам своим словам.
– Перестаньте, перестаньте, вся жизнь впереди для вас, – сказал он ей.
– Для меня? Нет! Для меня всё пропало, – сказала она со стыдом и самоунижением.
– Все пропало? – повторил он. – Ежели бы я был не я, а красивейший, умнейший и лучший человек в мире, и был бы свободен, я бы сию минуту на коленях просил руки и любви вашей.
Наташа в первый раз после многих дней заплакала слезами благодарности и умиления и взглянув на Пьера вышла из комнаты.
Пьер тоже вслед за нею почти выбежал в переднюю, удерживая слезы умиления и счастья, давившие его горло, не попадая в рукава надел шубу и сел в сани.
– Теперь куда прикажете? – спросил кучер.
«Куда? спросил себя Пьер. Куда же можно ехать теперь? Неужели в клуб или гости?» Все люди казались так жалки, так бедны в сравнении с тем чувством умиления и любви, которое он испытывал; в сравнении с тем размягченным, благодарным взглядом, которым она последний раз из за слез взглянула на него.
– Домой, – сказал Пьер, несмотря на десять градусов мороза распахивая медвежью шубу на своей широкой, радостно дышавшей груди.
Было морозно и ясно. Над грязными, полутемными улицами, над черными крышами стояло темное, звездное небо. Пьер, только глядя на небо, не чувствовал оскорбительной низости всего земного в сравнении с высотою, на которой находилась его душа. При въезде на Арбатскую площадь, огромное пространство звездного темного неба открылось глазам Пьера. Почти в середине этого неба над Пречистенским бульваром, окруженная, обсыпанная со всех сторон звездами, но отличаясь от всех близостью к земле, белым светом, и длинным, поднятым кверху хвостом, стояла огромная яркая комета 1812 го года, та самая комета, которая предвещала, как говорили, всякие ужасы и конец света. Но в Пьере светлая звезда эта с длинным лучистым хвостом не возбуждала никакого страшного чувства. Напротив Пьер радостно, мокрыми от слез глазами, смотрел на эту светлую звезду, которая, как будто, с невыразимой быстротой пролетев неизмеримые пространства по параболической линии, вдруг, как вонзившаяся стрела в землю, влепилась тут в одно избранное ею место, на черном небе, и остановилась, энергично подняв кверху хвост, светясь и играя своим белым светом между бесчисленными другими, мерцающими звездами. Пьеру казалось, что эта звезда вполне отвечала тому, что было в его расцветшей к новой жизни, размягченной и ободренной душе.


С конца 1811 го года началось усиленное вооружение и сосредоточение сил Западной Европы, и в 1812 году силы эти – миллионы людей (считая тех, которые перевозили и кормили армию) двинулись с Запада на Восток, к границам России, к которым точно так же с 1811 го года стягивались силы России. 12 июня силы Западной Европы перешли границы России, и началась война, то есть совершилось противное человеческому разуму и всей человеческой природе событие. Миллионы людей совершали друг, против друга такое бесчисленное количество злодеяний, обманов, измен, воровства, подделок и выпуска фальшивых ассигнаций, грабежей, поджогов и убийств, которого в целые века не соберет летопись всех судов мира и на которые, в этот период времени, люди, совершавшие их, не смотрели как на преступления.
Что произвело это необычайное событие? Какие были причины его? Историки с наивной уверенностью говорят, что причинами этого события были обида, нанесенная герцогу Ольденбургскому, несоблюдение континентальной системы, властолюбие Наполеона, твердость Александра, ошибки дипломатов и т. п.
Следовательно, стоило только Меттерниху, Румянцеву или Талейрану, между выходом и раутом, хорошенько постараться и написать поискуснее бумажку или Наполеону написать к Александру: Monsieur mon frere, je consens a rendre le duche au duc d'Oldenbourg, [Государь брат мой, я соглашаюсь возвратить герцогство Ольденбургскому герцогу.] – и войны бы не было.
Понятно, что таким представлялось дело современникам. Понятно, что Наполеону казалось, что причиной войны были интриги Англии (как он и говорил это на острове Св. Елены); понятно, что членам английской палаты казалось, что причиной войны было властолюбие Наполеона; что принцу Ольденбургскому казалось, что причиной войны было совершенное против него насилие; что купцам казалось, что причиной войны была континентальная система, разорявшая Европу, что старым солдатам и генералам казалось, что главной причиной была необходимость употребить их в дело; легитимистам того времени то, что необходимо было восстановить les bons principes [хорошие принципы], а дипломатам того времени то, что все произошло оттого, что союз России с Австрией в 1809 году не был достаточно искусно скрыт от Наполеона и что неловко был написан memorandum за № 178. Понятно, что эти и еще бесчисленное, бесконечное количество причин, количество которых зависит от бесчисленного различия точек зрения, представлялось современникам; но для нас – потомков, созерцающих во всем его объеме громадность совершившегося события и вникающих в его простой и страшный смысл, причины эти представляются недостаточными. Для нас непонятно, чтобы миллионы людей христиан убивали и мучили друг друга, потому что Наполеон был властолюбив, Александр тверд, политика Англии хитра и герцог Ольденбургский обижен. Нельзя понять, какую связь имеют эти обстоятельства с самым фактом убийства и насилия; почему вследствие того, что герцог обижен, тысячи людей с другого края Европы убивали и разоряли людей Смоленской и Московской губерний и были убиваемы ими.
Для нас, потомков, – не историков, не увлеченных процессом изыскания и потому с незатемненным здравым смыслом созерцающих событие, причины его представляются в неисчислимом количестве. Чем больше мы углубляемся в изыскание причин, тем больше нам их открывается, и всякая отдельно взятая причина или целый ряд причин представляются нам одинаково справедливыми сами по себе, и одинаково ложными по своей ничтожности в сравнении с громадностью события, и одинаково ложными по недействительности своей (без участия всех других совпавших причин) произвести совершившееся событие. Такой же причиной, как отказ Наполеона отвести свои войска за Вислу и отдать назад герцогство Ольденбургское, представляется нам и желание или нежелание первого французского капрала поступить на вторичную службу: ибо, ежели бы он не захотел идти на службу и не захотел бы другой, и третий, и тысячный капрал и солдат, настолько менее людей было бы в войске Наполеона, и войны не могло бы быть.
Ежели бы Наполеон не оскорбился требованием отступить за Вислу и не велел наступать войскам, не было бы войны; но ежели бы все сержанты не пожелали поступить на вторичную службу, тоже войны не могло бы быть. Тоже не могло бы быть войны, ежели бы не было интриг Англии, и не было бы принца Ольденбургского и чувства оскорбления в Александре, и не было бы самодержавной власти в России, и не было бы французской революции и последовавших диктаторства и империи, и всего того, что произвело французскую революцию, и так далее. Без одной из этих причин ничего не могло бы быть. Стало быть, причины эти все – миллиарды причин – совпали для того, чтобы произвести то, что было. И, следовательно, ничто не было исключительной причиной события, а событие должно было совершиться только потому, что оно должно было совершиться. Должны были миллионы людей, отрекшись от своих человеческих чувств и своего разума, идти на Восток с Запада и убивать себе подобных, точно так же, как несколько веков тому назад с Востока на Запад шли толпы людей, убивая себе подобных.
Действия Наполеона и Александра, от слова которых зависело, казалось, чтобы событие совершилось или не совершилось, – были так же мало произвольны, как и действие каждого солдата, шедшего в поход по жребию или по набору. Это не могло быть иначе потому, что для того, чтобы воля Наполеона и Александра (тех людей, от которых, казалось, зависело событие) была исполнена, необходимо было совпадение бесчисленных обстоятельств, без одного из которых событие не могло бы совершиться. Необходимо было, чтобы миллионы людей, в руках которых была действительная сила, солдаты, которые стреляли, везли провиант и пушки, надо было, чтобы они согласились исполнить эту волю единичных и слабых людей и были приведены к этому бесчисленным количеством сложных, разнообразных причин.
Фатализм в истории неизбежен для объяснения неразумных явлений (то есть тех, разумность которых мы не понимаем). Чем более мы стараемся разумно объяснить эти явления в истории, тем они становятся для нас неразумнее и непонятнее.
Каждый человек живет для себя, пользуется свободой для достижения своих личных целей и чувствует всем существом своим, что он может сейчас сделать или не сделать такое то действие; но как скоро он сделает его, так действие это, совершенное в известный момент времени, становится невозвратимым и делается достоянием истории, в которой оно имеет не свободное, а предопределенное значение.
Есть две стороны жизни в каждом человеке: жизнь личная, которая тем более свободна, чем отвлеченнее ее интересы, и жизнь стихийная, роевая, где человек неизбежно исполняет предписанные ему законы.
Человек сознательно живет для себя, но служит бессознательным орудием для достижения исторических, общечеловеческих целей. Совершенный поступок невозвратим, и действие его, совпадая во времени с миллионами действий других людей, получает историческое значение. Чем выше стоит человек на общественной лестнице, чем с большими людьми он связан, тем больше власти он имеет на других людей, тем очевиднее предопределенность и неизбежность каждого его поступка.
«Сердце царево в руце божьей».
Царь – есть раб истории.
История, то есть бессознательная, общая, роевая жизнь человечества, всякой минутой жизни царей пользуется для себя как орудием для своих целей.
Наполеон, несмотря на то, что ему более чем когда нибудь, теперь, в 1812 году, казалось, что от него зависело verser или не verser le sang de ses peuples [проливать или не проливать кровь своих народов] (как в последнем письме писал ему Александр), никогда более как теперь не подлежал тем неизбежным законам, которые заставляли его (действуя в отношении себя, как ему казалось, по своему произволу) делать для общего дела, для истории то, что должно было совершиться.
Люди Запада двигались на Восток для того, чтобы убивать друг друга. И по закону совпадения причин подделались сами собою и совпали с этим событием тысячи мелких причин для этого движения и для войны: укоры за несоблюдение континентальной системы, и герцог Ольденбургский, и движение войск в Пруссию, предпринятое (как казалось Наполеону) для того только, чтобы достигнуть вооруженного мира, и любовь и привычка французского императора к войне, совпавшая с расположением его народа, увлечение грандиозностью приготовлений, и расходы по приготовлению, и потребность приобретения таких выгод, которые бы окупили эти расходы, и одурманившие почести в Дрездене, и дипломатические переговоры, которые, по взгляду современников, были ведены с искренним желанием достижения мира и которые только уязвляли самолюбие той и другой стороны, и миллионы миллионов других причин, подделавшихся под имеющее совершиться событие, совпавших с ним.
Когда созрело яблоко и падает, – отчего оно падает? Оттого ли, что тяготеет к земле, оттого ли, что засыхает стержень, оттого ли, что сушится солнцем, что тяжелеет, что ветер трясет его, оттого ли, что стоящему внизу мальчику хочется съесть его?
Ничто не причина. Все это только совпадение тех условий, при которых совершается всякое жизненное, органическое, стихийное событие. И тот ботаник, который найдет, что яблоко падает оттого, что клетчатка разлагается и тому подобное, будет так же прав, и так же не прав, как и тот ребенок, стоящий внизу, который скажет, что яблоко упало оттого, что ему хотелось съесть его и что он молился об этом. Так же прав и не прав будет тот, кто скажет, что Наполеон пошел в Москву потому, что он захотел этого, и оттого погиб, что Александр захотел его погибели: как прав и не прав будет тот, кто скажет, что завалившаяся в миллион пудов подкопанная гора упала оттого, что последний работник ударил под нее последний раз киркою. В исторических событиях так называемые великие люди суть ярлыки, дающие наименований событию, которые, так же как ярлыки, менее всего имеют связи с самым событием.
Каждое действие их, кажущееся им произвольным для самих себя, в историческом смысле непроизвольно, а находится в связи со всем ходом истории и определено предвечно.


29 го мая Наполеон выехал из Дрездена, где он пробыл три недели, окруженный двором, составленным из принцев, герцогов, королей и даже одного императора. Наполеон перед отъездом обласкал принцев, королей и императора, которые того заслуживали, побранил королей и принцев, которыми он был не вполне доволен, одарил своими собственными, то есть взятыми у других королей, жемчугами и бриллиантами императрицу австрийскую и, нежно обняв императрицу Марию Луизу, как говорит его историк, оставил ее огорченною разлукой, которую она – эта Мария Луиза, считавшаяся его супругой, несмотря на то, что в Париже оставалась другая супруга, – казалось, не в силах была перенести. Несмотря на то, что дипломаты еще твердо верили в возможность мира и усердно работали с этой целью, несмотря на то, что император Наполеон сам писал письмо императору Александру, называя его Monsieur mon frere [Государь брат мой] и искренно уверяя, что он не желает войны и что всегда будет любить и уважать его, – он ехал к армии и отдавал на каждой станции новые приказания, имевшие целью торопить движение армии от запада к востоку. Он ехал в дорожной карете, запряженной шестериком, окруженный пажами, адъютантами и конвоем, по тракту на Позен, Торн, Данциг и Кенигсберг. В каждом из этих городов тысячи людей с трепетом и восторгом встречали его.
Армия подвигалась с запада на восток, и переменные шестерни несли его туда же. 10 го июня он догнал армию и ночевал в Вильковисском лесу, в приготовленной для него квартире, в имении польского графа.
На другой день Наполеон, обогнав армию, в коляске подъехал к Неману и, с тем чтобы осмотреть местность переправы, переоделся в польский мундир и выехал на берег.
Увидав на той стороне казаков (les Cosaques) и расстилавшиеся степи (les Steppes), в середине которых была Moscou la ville sainte, [Москва, священный город,] столица того, подобного Скифскому, государства, куда ходил Александр Македонский, – Наполеон, неожиданно для всех и противно как стратегическим, так и дипломатическим соображениям, приказал наступление, и на другой день войска его стали переходить Неман.
12 го числа рано утром он вышел из палатки, раскинутой в этот день на крутом левом берегу Немана, и смотрел в зрительную трубу на выплывающие из Вильковисского леса потоки своих войск, разливающихся по трем мостам, наведенным на Немане. Войска знали о присутствии императора, искали его глазами, и, когда находили на горе перед палаткой отделившуюся от свиты фигуру в сюртуке и шляпе, они кидали вверх шапки, кричали: «Vive l'Empereur! [Да здравствует император!] – и одни за другими, не истощаясь, вытекали, всё вытекали из огромного, скрывавшего их доселе леса и, расстрояясь, по трем мостам переходили на ту сторону.
– On fera du chemin cette fois ci. Oh! quand il s'en mele lui meme ca chauffe… Nom de Dieu… Le voila!.. Vive l'Empereur! Les voila donc les Steppes de l'Asie! Vilain pays tout de meme. Au revoir, Beauche; je te reserve le plus beau palais de Moscou. Au revoir! Bonne chance… L'as tu vu, l'Empereur? Vive l'Empereur!.. preur! Si on me fait gouverneur aux Indes, Gerard, je te fais ministre du Cachemire, c'est arrete. Vive l'Empereur! Vive! vive! vive! Les gredins de Cosaques, comme ils filent. Vive l'Empereur! Le voila! Le vois tu? Je l'ai vu deux fois comme jete vois. Le petit caporal… Je l'ai vu donner la croix a l'un des vieux… Vive l'Empereur!.. [Теперь походим! О! как он сам возьмется, дело закипит. Ей богу… Вот он… Ура, император! Так вот они, азиатские степи… Однако скверная страна. До свиданья, Боше. Я тебе оставлю лучший дворец в Москве. До свиданья, желаю успеха. Видел императора? Ура! Ежели меня сделают губернатором в Индии, я тебя сделаю министром Кашмира… Ура! Император вот он! Видишь его? Я его два раза как тебя видел. Маленький капрал… Я видел, как он навесил крест одному из стариков… Ура, император!] – говорили голоса старых и молодых людей, самых разнообразных характеров и положений в обществе. На всех лицах этих людей было одно общее выражение радости о начале давно ожидаемого похода и восторга и преданности к человеку в сером сюртуке, стоявшему на горе.
13 го июня Наполеону подали небольшую чистокровную арабскую лошадь, и он сел и поехал галопом к одному из мостов через Неман, непрестанно оглушаемый восторженными криками, которые он, очевидно, переносил только потому, что нельзя было запретить им криками этими выражать свою любовь к нему; но крики эти, сопутствующие ему везде, тяготили его и отвлекали его от военной заботы, охватившей его с того времени, как он присоединился к войску. Он проехал по одному из качавшихся на лодках мостов на ту сторону, круто повернул влево и галопом поехал по направлению к Ковно, предшествуемый замиравшими от счастия, восторженными гвардейскими конными егерями, расчищая дорогу по войскам, скакавшим впереди его. Подъехав к широкой реке Вилии, он остановился подле польского уланского полка, стоявшего на берегу.
– Виват! – также восторженно кричали поляки, расстроивая фронт и давя друг друга, для того чтобы увидать его. Наполеон осмотрел реку, слез с лошади и сел на бревно, лежавшее на берегу. По бессловесному знаку ему подали трубу, он положил ее на спину подбежавшего счастливого пажа и стал смотреть на ту сторону. Потом он углубился в рассматриванье листа карты, разложенного между бревнами. Не поднимая головы, он сказал что то, и двое его адъютантов поскакали к польским уланам.
– Что? Что он сказал? – слышалось в рядах польских улан, когда один адъютант подскакал к ним.
Было приказано, отыскав брод, перейти на ту сторону. Польский уланский полковник, красивый старый человек, раскрасневшись и путаясь в словах от волнения, спросил у адъютанта, позволено ли ему будет переплыть с своими уланами реку, не отыскивая брода. Он с очевидным страхом за отказ, как мальчик, который просит позволения сесть на лошадь, просил, чтобы ему позволили переплыть реку в глазах императора. Адъютант сказал, что, вероятно, император не будет недоволен этим излишним усердием.
Как только адъютант сказал это, старый усатый офицер с счастливым лицом и блестящими глазами, подняв кверху саблю, прокричал: «Виват! – и, скомандовав уланам следовать за собой, дал шпоры лошади и подскакал к реке. Он злобно толкнул замявшуюся под собой лошадь и бухнулся в воду, направляясь вглубь к быстрине течения. Сотни уланов поскакали за ним. Было холодно и жутко на середине и на быстрине теченья. Уланы цеплялись друг за друга, сваливались с лошадей, лошади некоторые тонули, тонули и люди, остальные старались плыть кто на седле, кто держась за гриву. Они старались плыть вперед на ту сторону и, несмотря на то, что за полверсты была переправа, гордились тем, что они плывут и тонут в этой реке под взглядами человека, сидевшего на бревне и даже не смотревшего на то, что они делали. Когда вернувшийся адъютант, выбрав удобную минуту, позволил себе обратить внимание императора на преданность поляков к его особе, маленький человек в сером сюртуке встал и, подозвав к себе Бертье, стал ходить с ним взад и вперед по берегу, отдавая ему приказания и изредка недовольно взглядывая на тонувших улан, развлекавших его внимание.
Для него было не ново убеждение в том, что присутствие его на всех концах мира, от Африки до степей Московии, одинаково поражает и повергает людей в безумие самозабвения. Он велел подать себе лошадь и поехал в свою стоянку.
Человек сорок улан потонуло в реке, несмотря на высланные на помощь лодки. Большинство прибилось назад к этому берегу. Полковник и несколько человек переплыли реку и с трудом вылезли на тот берег. Но как только они вылезли в обшлепнувшемся на них, стекающем ручьями мокром платье, они закричали: «Виват!», восторженно глядя на то место, где стоял Наполеон, но где его уже не было, и в ту минуту считали себя счастливыми.
Ввечеру Наполеон между двумя распоряжениями – одно о том, чтобы как можно скорее доставить заготовленные фальшивые русские ассигнации для ввоза в Россию, и другое о том, чтобы расстрелять саксонца, в перехваченном письме которого найдены сведения о распоряжениях по французской армии, – сделал третье распоряжение – о причислении бросившегося без нужды в реку польского полковника к когорте чести (Legion d'honneur), которой Наполеон был главою.
Qnos vult perdere – dementat. [Кого хочет погубить – лишит разума (лат.) ]


Русский император между тем более месяца уже жил в Вильне, делая смотры и маневры. Ничто не было готово для войны, которой все ожидали и для приготовления к которой император приехал из Петербурга. Общего плана действий не было. Колебания о том, какой план из всех тех, которые предлагались, должен быть принят, только еще более усилились после месячного пребывания императора в главной квартире. В трех армиях был в каждой отдельный главнокомандующий, но общего начальника над всеми армиями не было, и император не принимал на себя этого звания.
Чем дольше жил император в Вильне, тем менее и менее готовились к войне, уставши ожидать ее. Все стремления людей, окружавших государя, казалось, были направлены только на то, чтобы заставлять государя, приятно проводя время, забыть о предстоящей войне.
После многих балов и праздников у польских магнатов, у придворных и у самого государя, в июне месяце одному из польских генерал адъютантов государя пришла мысль дать обед и бал государю от лица его генерал адъютантов. Мысль эта радостно была принята всеми. Государь изъявил согласие. Генерал адъютанты собрали по подписке деньги. Особа, которая наиболее могла быть приятна государю, была приглашена быть хозяйкой бала. Граф Бенигсен, помещик Виленской губернии, предложил свой загородный дом для этого праздника, и 13 июня был назначен обед, бал, катанье на лодках и фейерверк в Закрете, загородном доме графа Бенигсена.
В тот самый день, в который Наполеоном был отдан приказ о переходе через Неман и передовые войска его, оттеснив казаков, перешли через русскую границу, Александр проводил вечер на даче Бенигсена – на бале, даваемом генерал адъютантами.
Был веселый, блестящий праздник; знатоки дела говорили, что редко собиралось в одном месте столько красавиц. Графиня Безухова в числе других русских дам, приехавших за государем из Петербурга в Вильну, была на этом бале, затемняя своей тяжелой, так называемой русской красотой утонченных польских дам. Она была замечена, и государь удостоил ее танца.
Борис Друбецкой, en garcon (холостяком), как он говорил, оставив свою жену в Москве, был также на этом бале и, хотя не генерал адъютант, был участником на большую сумму в подписке для бала. Борис теперь был богатый человек, далеко ушедший в почестях, уже не искавший покровительства, а на ровной ноге стоявший с высшими из своих сверстников.
В двенадцать часов ночи еще танцевали. Элен, не имевшая достойного кавалера, сама предложила мазурку Борису. Они сидели в третьей паре. Борис, хладнокровно поглядывая на блестящие обнаженные плечи Элен, выступавшие из темного газового с золотом платья, рассказывал про старых знакомых и вместе с тем, незаметно для самого себя и для других, ни на секунду не переставал наблюдать государя, находившегося в той же зале. Государь не танцевал; он стоял в дверях и останавливал то тех, то других теми ласковыми словами, которые он один только умел говорить.
При начале мазурки Борис видел, что генерал адъютант Балашев, одно из ближайших лиц к государю, подошел к нему и непридворно остановился близко от государя, говорившего с польской дамой. Поговорив с дамой, государь взглянул вопросительно и, видно, поняв, что Балашев поступил так только потому, что на то были важные причины, слегка кивнул даме и обратился к Балашеву. Только что Балашев начал говорить, как удивление выразилось на лице государя. Он взял под руку Балашева и пошел с ним через залу, бессознательно для себя расчищая с обеих сторон сажени на три широкую дорогу сторонившихся перед ним. Борис заметил взволнованное лицо Аракчеева, в то время как государь пошел с Балашевым. Аракчеев, исподлобья глядя на государя и посапывая красным носом, выдвинулся из толпы, как бы ожидая, что государь обратится к нему. (Борис понял, что Аракчеев завидует Балашеву и недоволен тем, что какая то, очевидно, важная, новость не через него передана государю.)
Но государь с Балашевым прошли, не замечая Аракчеева, через выходную дверь в освещенный сад. Аракчеев, придерживая шпагу и злобно оглядываясь вокруг себя, прошел шагах в двадцати за ними.
Пока Борис продолжал делать фигуры мазурки, его не переставала мучить мысль о том, какую новость привез Балашев и каким бы образом узнать ее прежде других.
В фигуре, где ему надо было выбирать дам, шепнув Элен, что он хочет взять графиню Потоцкую, которая, кажется, вышла на балкон, он, скользя ногами по паркету, выбежал в выходную дверь в сад и, заметив входящего с Балашевым на террасу государя, приостановился. Государь с Балашевым направлялись к двери. Борис, заторопившись, как будто не успев отодвинуться, почтительно прижался к притолоке и нагнул голову.
Государь с волнением лично оскорбленного человека договаривал следующие слова:
– Без объявления войны вступить в Россию. Я помирюсь только тогда, когда ни одного вооруженного неприятеля не останется на моей земле, – сказал он. Как показалось Борису, государю приятно было высказать эти слова: он был доволен формой выражения своей мысли, но был недоволен тем, что Борис услыхал их.
– Чтоб никто ничего не знал! – прибавил государь, нахмурившись. Борис понял, что это относилось к нему, и, закрыв глаза, слегка наклонил голову. Государь опять вошел в залу и еще около получаса пробыл на бале.
Борис первый узнал известие о переходе французскими войсками Немана и благодаря этому имел случай показать некоторым важным лицам, что многое, скрытое от других, бывает ему известно, и через то имел случай подняться выше во мнении этих особ.

Неожиданное известие о переходе французами Немана было особенно неожиданно после месяца несбывавшегося ожидания, и на бале! Государь, в первую минуту получения известия, под влиянием возмущения и оскорбления, нашел то, сделавшееся потом знаменитым, изречение, которое самому понравилось ему и выражало вполне его чувства. Возвратившись домой с бала, государь в два часа ночи послал за секретарем Шишковым и велел написать приказ войскам и рескрипт к фельдмаршалу князю Салтыкову, в котором он непременно требовал, чтобы были помещены слова о том, что он не помирится до тех пор, пока хотя один вооруженный француз останется на русской земле.
На другой день было написано следующее письмо к Наполеону.
«Monsieur mon frere. J'ai appris hier que malgre la loyaute avec laquelle j'ai maintenu mes engagements envers Votre Majeste, ses troupes ont franchis les frontieres de la Russie, et je recois a l'instant de Petersbourg une note par laquelle le comte Lauriston, pour cause de cette agression, annonce que Votre Majeste s'est consideree comme en etat de guerre avec moi des le moment ou le prince Kourakine a fait la demande de ses passeports. Les motifs sur lesquels le duc de Bassano fondait son refus de les lui delivrer, n'auraient jamais pu me faire supposer que cette demarche servirait jamais de pretexte a l'agression. En effet cet ambassadeur n'y a jamais ete autorise comme il l'a declare lui meme, et aussitot que j'en fus informe, je lui ai fait connaitre combien je le desapprouvais en lui donnant l'ordre de rester a son poste. Si Votre Majeste n'est pas intentionnee de verser le sang de nos peuples pour un malentendu de ce genre et qu'elle consente a retirer ses troupes du territoire russe, je regarderai ce qui s'est passe comme non avenu, et un accommodement entre nous sera possible. Dans le cas contraire, Votre Majeste, je me verrai force de repousser une attaque que rien n'a provoquee de ma part. Il depend encore de Votre Majeste d'eviter a l'humanite les calamites d'une nouvelle guerre.