Лишение свободы

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск

Лише́ние свобо́ды — вид уголовного наказания, заключающийся в принудительной изоляции преступника от общества в специализированном учреждении с определённым режимом отбывания наказания.





История

Несмотря на то, что помещение преступников в тюрьмы, крепости, монастыри и другие подобные места, дабы ограничить его контакт с обществом, известно достаточно давно (оно упоминается, например, в Судебнике 1550 года), оно применялось к достаточно небольшому числу лиц (в основном совершивших государственные преступления)[1].

Впервые достаточно широко лишение свободы стало применяться в Голландии в XVI—XVII веках; позже данное наказание было заимствовано в Германии[1]. В конце XVIII—начале XIX века лишение свободы вошло во многие вновь принятые буржуазные уголовные кодексы: УК Франции 1791 и 1810 годов, УК Баварии 1813 года[1].

В. Н. Додонов отмечает, что введение данного наказания явилось «подлинно гуманистическим шагом», поскольку оно явилось реальной альтернативой каторжным работам и смертной казни, которые в тот период являлись наиболее широко применяемыми видами наказаний; в результате появилась возможность исправительного воздействия на преступника[2].

Лишение свободы в современный период

В настоящее время лишение свободы — один из наиболее широко применяемых в мире видов наказания. Лишение свободы допускает широкие возможности по индивидуализации назначаемого наказания: может варьироваться срок, режим содержания и характер воздействия на осуждённого, что даёт возможность применения исправительного воздействия, соответствующего особенностям личности осуждённого[2].

В мире существует множество видов и форм лишения свободы. В широком смысле лишение свободы включает в себя все виды наказания, подразумевающие изоляцию осуждённого от общества, в том числе пожизненное заключение, лишение свободы на определённый срок, каторжные работы, арест (кратковременное лишение свободы, отдельное от обычного лишения свободы в законодательстве некоторых стран), содержание в дисциплинарной воинской части и т. д.[2]

Законодательство Австрии, Венгрии, Германии, Исландии, Лаоса, Латвии, Македонии, Перу, Судана, Финляндии, Швейцарии, Швеции и Эстонии под лишением свободы подразумевает все виды заключения на определённый срок и пожизненное заключение[2]. В странах СНГ, а также в Албании, Болгарии, Брунее, КНР, Литве, Польше, Румынии и Тунисе пожизненное лишение свободы считается отдельным видом наказания[2]. Краткосрочное лишение свободы выделяется в особый вид наказания (арест) в большинстве стран СНГ, Венесуэле, Гватемале, Италии и КНР[2].

Особенности уголовно-правовой регламентации лишения свободы в различных странах

Режимы содержания

Лишение свободы в законодательстве многих стран делится на несколько видов в зависимости от характера налагаемых на лицо ограничений. При этом степень конкретизации режимов в уголовном законодательстве различна: УК Албании, Грузии, КНР, Нидерландов, Польши лишь указывают на наличие таких режимов; уголовные кодексы Болгарии, Казахстана, Литвы, Македонии, Словении, Федерации Боснии и Герцеговины их только называют; в отличие от этого, уголовное законодательство Азербайджана, Белоруссии, Венгрии, Киргизии, Монголии, России, Таджикистана и Узбекистана их не только перечисляет, но и определяет их содержание[2].

В странах англо-американской системы

В этих странах применяется лишь такой вид лишения свободы, как тюремное заключение. Существует несколько видов тюремных учреждений с различным режимом содержания[3].

В странах, использующих французскую модель уголовного законодательства

Факторами, определяющими выделение различных видов лишения свободы, в этих странах служат характер наказуемого деяния, сроки наказания, места отбывания и режим содержания.

Во Франции лишение свободы может быть назначено как за преступления (в этом случае оно считается уголовным наказанием), так и за проступки (исправительное тюремное заключение, которое считается исправительным наказанием). Эти виды наказания отличаются не только названием, но и режимом содержания[3].

Лишение свободы как уголовное наказание делится на уголовное заключение (назначается за общеуголовные преступления) и уголовное заточение (назначается за политические преступления). В настоящее время существенных различий по режиму отбывания между этими видами наказания нет[3].

В зависимости от продолжительности выделяются пожизненное лишение свободы, лишение свободы на срок до 30, до 20 и до 15 лет[3].

В странах, заимствовавших модель французского УК 1810 года (Алжир, Бельгия, Гаити, Мадагаскар, Сенегал) лишение свободы классифицируется, во-первых, в зависимости от вида наказуемого деяния (преступление, правонарушение или проступок); во-вторых, как и во Франции, лишение свободы за преступление может носить характер как уголовного заключения, так и уголовного заточения.

Принудительный труд заключённых

Обязательное привлечение осуждённых у труду предусматривается законодательством многих стран мира. Оно в явном виде разрешено международными документами, в частности, Конвенцией Международной организации труда № 29 о принудительном и обязательном труде[4]. Однако в настоящее время труд осуждённых преимущественно рассматривается не как карательная мера, а как позитивный элемент внутреннего режима исправительных учреждений, ориентированный на исправление и социальную реабилитацию осуждённого, которому предоставляются различные преимущества и гарантии, связанные с трудом[5].

В то же время, в отдельных странах мира до сих пор существуют каторжные работы. Такой вид лишения свободы выделяется законодательством Гаити, Доминиканской Республики, Мавритании, Мадагаскара, Мали, Марокко, Республики Корея, Сенегала и Шри-Ланки. В бывших британских колониях (Бангладеш, Замбия, Индия, Кения, Пакистан, Тонга) выделяется «простое» и «строгое» лишение свободы; в последнем случае заключённые осуществляют каторжный труд.

Кроме того, наличие или отсутствие принудительного привлечения осуждённых к труду может служить основанием для выделения различных видов лишения свободы. В Аргентине, Венесуэле и Гватемале, а также в Уругвае выделяются определённые виды лишения свободы, которые связаны с принудительным привлечением осуждённого к труду, который не носит характер каторжного. В первых трёх перечисленных странах различается заключение, связанное с принудительными работами («reclusion», «presidio»), и тюремное заключение («prision»). В Уругвае длительное заключение (от 2 до 30 лет, «penitenciaria») связано с привлечением к труду, а краткосрочное («prision») — нет.

Сроки лишения свободы

Наказание в виде лишения свободы может быть назначено на определенный срок (в ряде стран — также пожизненно). В законодательстве большинства стран мира ограничивается максимальный срок лишения свободы. В некоторых странах устанавливаются различные правила установления максимального срока в зависимости от того, одно или несколько преступлений совершено лицом. По УК РФ максимальный срок лишения свободы на определённый срок может составить 20 лет, в случае назначения наказания по совокупности преступлений — 25 лет, а по совокупности приговоров — 30 лет (для преступлений террористического характера — 30 и 35 лет соответственно). Аналогичная ситуация (за исключением повышенных максимальных сроков при совокупности, в которую входят террористические преступления) имеет место в законодательстве Казахстана и Киргизии (с 1 января 1998), Грузии (с 1 июня 2000), Молдавии (с 24 мая 2009)[6], Армении (с 23 мая 2011), Латвии (с 1 апреля 2013)[7][8].

Максимальные сроки наказания в виде лишения свободы на определённый срок (за единичное преступление)[8]
Страны Срок
Швеция[9] 10 лет
Филиппины[10] 12 лет
Германия, КНДР, КНР[11], Македония, Республика Корея[12], Украина[13][14], Финляндия, Япония 15 лет
Дания[15], Исландия 16 лет
Австрия, Азербайджан[16], Армения[17], Афганистан, Бахрейн, Венгрия, Вьетнам[18], Гаити, Греция, Грузия[19], Зимбабве, Испания, Казахстан[20], Киргизия[21], Лаос, Латвия, Литва[22], Мадагаскар, Молдавия[6], Нидерланды, ОАЭ, Панама, Республика Сербская, Россия, Судан, Швейцария, Эстония 20 лет
Норвегия 21 год
Италия, Турция[23] 24 года
Албания, Беларусь, Великобритания, Монголия, Парагвай, Польша, Португалия, США, Таджикистан[24], Туркменистан[25], Узбекистан, Чехия 25 лет
Андорра, Бельгия, Болгария, Боливия, Бразилия, Венесуэла, Доминиканская республика, Макао, Никарагуа, Румыния, Сальвадор, Уругвай, Франция, Черногория 30 лет
Сан-Марино 35 лет
Федерация Боснии и Герцеговины, Колумбия, Сербия 40 лет
Гватемала, Коста-Рика, Таиланд 50 лет
Мексика 60 лет

Законодательство некоторых стран (например, КНДР и Монголии) предусматривает назначение более высоких сроков лишения свободы при замене им смертной казни в случае помилования осуждённого (20 лет в КНДР, 30 лет в Монголии)[8].

В США федеральным законодательством и законами большинства штатов предельных сроков лишения свободы при совершении нескольких преступлений не устанавливается, ввиду чего судьи нередко назначают сроки наказания в 200—300 лет[8].

Установление минимальных сроков наказания в виде лишения свободы характерно для стран континентальной правовой семьи; в странах англо-американской семьи минимальный срок наказания устанавливается судом и может составлять вплоть до 1 дня[8].

Минимальные сроки лишения свободы[26]
Страны Срок
Австрия, Албания, Афганистан, Бангладеш, Бельгия[27], Боливия, Федерация Боснии и Герцеговины, Великобритания, Гаити, Гватемала, Германия, Дания, Зимбабве, Исландия, Италия, Латвия[7], Макао, Мадагаскар, Македония, Мексика, Нидерланды, Норвегия, Панама, Перу, Польша, Португалия, Республика Корея, Республика Сербская, Сербия, США, Тунис, Турция, Финляндия, Франция[28], Черногория, Швейцария[29], Швеция, Эстония, ЮАР, Япония до 1 месяца
Венгрия, Россия, Чили 2 месяца
Азербайджан, Армения, Болгария, Лаос, Литва, Молдавия[6], Сан-Марино, Уругвай 3 месяца
Беларусь, Грузия, Испания[30], Казахстан, Киргизия, КНДР, КНР, Парагвай, Сальвадор, Таджикистан, Туркменистан, Узбекистан, Филиппины 6 месяцев
Монголия, Никарагуа, Украина 1 год

В России

История

Лишение свободы известно российскому праву с древних времён: оно применялось ещё в Древней Руси. Тогда было известно две формы лишения свободы: заключение в железо (цепи) и заключение в погреб. В тот период лишение свободы рассматривалось не столько как наказание, сколько как предупредительная мера[31].

В XIX веке разновидности лишения свободы делились на уголовные и исправительные наказания[31]. К уголовным наказаниям относились:

  • лишение всех прав состояния и ссылка на каторжные работы;
  • лишение всех прав состояния и ссылка на поселение в Сибирь;
  • лишение всех прав состояния и ссылка на поселение за Кавказ.

К исправительным наказаниям относились:

  • потеря всех особенных прав и преимуществ, как лично, так и по состоянию осуждённого ему присвоенных, и ссылка на житьё в отдалённые или менее отдалённые места Сибири, с временным, в определённом для его жительства месте, заключением или без него, а для людей, не изъятых от наказаний телесных, — отдача на время в исправительные арестантские роты гражданского ведомства с тем же лишением прав;
  • лишение всех особенных прав и преимуществ и ссылка на житьё в другие, кроме сибирских, более или менее отдалённые губернии, с временным, в определённом для его жительства месте, заключением или без него, а для людей, не изъятых от телесных наказаний, — заключение в рабочем доме также с потерей всех особенных прав и преимуществ;
  • временное заключение в крепости, с лишением лишь некоторых особенных прав и преимуществ, или же без лишения их, смотря по роду преступления и мере вины;
  • временное заключение в смирительном доме, с лишением некоторых особенных прав и преимуществ, или же без лишения, смотря по роду преступления и мере вины;
  • временное заключение в тюрьме;
  • кратковременный арест.

В настоящее время

Согласно ст. 56 УК РФ, лишение свободы заключается в изоляции осужденного от общества путём направления его в колонию-поселение, помещение в воспитательную колонию, лечебное исправительное учреждение, исправительную колонию общего, строгого или особого режима либо в тюрьму. Это основной вид наказания.

Лишение свободы является одним из наиболее часто применяющихся видов наказания. К лишению свободы осуждается примерно треть всех осуждённых. Применение данного наказание в последние десятилетия имеет тенденцию к сокращению, ввиду того, что оно имеет серьёзные недостатки, такие как значительное влияние на материальное положение семьи осуждённого, распад семей, а также приобретение навыков преступного поведения лицами, которые отбывают наказание впервые[32]. Верховный суд РФ предписывает нижестоящим судам мотивировать назначение лишения свободы, в случае, если в санкции уголовного закона предусмотрены другие виды наказания. При этом лишение свободы может быть назначено только в случае, если менее строгий вид наказания не сможет обеспечить достижение целей наказания[33].

Лишение свободы устанавливается на срок от двух месяцев до двадцати лет. В случае частичного или полного сложения сроков лишения свободы при назначении наказаний по совокупности преступлений максимальный срок лишения свободы не может быть более двадцати пяти лет, а по совокупности приговоров — более тридцати лет. Если в совокупность входит хотя бы одно из преступлений, предусмотренных ст. 205, 205.1, 205.2, 205.3, 205.4, 205.5, ч. 3 и 4 ст. 206, ч. 4 ст. 211, ст. 277, 278, 279, 353, 356, 357, 358 и 360 УК РФ, максимальный срок лишения свободы при назначении наказания по совокупности преступлений не может быть более тридцати лет, а по совокупности приговоров — более тридцати пяти лет.

Наказание в виде лишения свободы может быть назначено осужденному, совершившему впервые преступление небольшой тяжести, только при наличии отягчающих обстоятельств. Исключением являются преступления, связанные с незаконным оборотом наркотиков, а также деяния, за которые лишение свободы предусмотрено как единственный вид наказания.

Пожизненное лишение свободы рассматривается как отдельный вид наказания.

Лишение свободы предполагает физическую изоляцию осуждённого от общества: осужденный не может покидать учреждение, исполняющее наказание; ограничивается количество его свиданий с родственниками и иными лицами, ставится под контроль корреспонденция и переговоры осуждённого, ограничивается количество получаемых посылок, передач и бандеролей, а также телефонных разговоров. В то же время, осуждённым разрешается прослушивание радиопередач, просмотр кинофильмов, телепередач, приобретение литературы, подписка на газеты и журналы. Отсутствие духовной изоляции связано с необходимостью реинтеграции осуждённого в общество после отбывания наказания[34]. Ограничивается также свобода передвижения осуждённого, к нему принудительно применяются средства исправления[31].

Отбывание лишения свободы назначается (ст. 58 УК РФ):

  • лицам, осужденным за преступления, совершенные по неосторожности, а также лицам, осужденным к лишению свободы за совершение умышленных преступлений небольшой и средней тяжести, ранее не отбывавшим лишение свободы, — в колониях-поселениях. С учетом обстоятельств совершения преступления и личности виновного суд может назначить указанным лицам отбывание наказания в исправительных колониях общего режима с указанием мотивов принятого решения;
  • мужчинам, осужденным к лишению свободы за совершение тяжких преступлений, ранее не отбывавшим лишение свободы, а также женщинам, осужденным к лишению свободы за совершение тяжких и особо тяжких преступлений, в том числе при любом виде рецидива, — в исправительных колониях общего режима;
  • мужчинам, осужденным к лишению свободы за совершение особо тяжких преступлений, ранее не отбывавшим лишение свободы, а также при рецидиве или опасном рецидиве преступлений, если осужденный ранее отбывал лишение свободы, — в исправительных колониях строгого режима;
  • мужчинам, осужденным к пожизненному лишению свободы, а также при особо опасном рецидиве преступлений — в исправительных колониях особого режима.

См. также

Напишите отзыв о статье "Лишение свободы"

Примечания

  1. 1 2 3 Додонов В. Н. Сравнительное уголовное право. Общая часть. Монография / Под общ. и науч. ред. С. П. Щербы. — М.: Юрлитинформ, 2009. — С. 289. — 448 с. — ISBN 978-5-93295-470-6.
  2. 1 2 3 4 5 6 7 Додонов В. Н. Сравнительное уголовное право. Общая часть. Монография / Под общ. и науч. ред. С. П. Щербы. — М.: Юрлитинформ, 2009. — С. 290. — 448 с. — ISBN 978-5-93295-470-6.
  3. 1 2 3 4 Додонов В. Н. Сравнительное уголовное право. Общая часть. Монография / Под общ. и науч. ред. С. П. Щербы. — М.: Юрлитинформ, 2009. — С. 291. — 448 с. — ISBN 978-5-93295-470-6.
  4. [www.ilo.org/wcmsp5/groups/public/---ed_norm/---normes/documents/normativeinstrument/wcms_c029_ru.htm Конвенция о принудительном или обязательном труде]. Проверено 14 июня 2015.
  5. [www.coe.int/t/DGHL/STANDARDSETTING/PRISONS/EPR/EPR-RU.pdf Европейские пенитенциарные правила]. Совет Европы. Проверено 14 июня 2015.
  6. 1 2 3 [lex.justice.md/viewdoc.php?action=view&view=doc&id=331268&lang=2 Уголовный кодекс Республики Молдова]. Проверено 22 марта 2010. [www.webcitation.org/65ZN0RPGP Архивировано из первоисточника 19 февраля 2012].
  7. 1 2 [www.likumi.lv/doc.php?id=88966 Текст Уголовного кодекса Латвии]
  8. 1 2 3 4 5 Додонов В. Н. Сравнительное уголовное право. Общая часть. Монография / Под общ. и науч. ред. С. П. Щербы. — М.: Юрлитинформ, 2009. — С. 292. — 448 с. — ISBN 978-5-93295-470-6.
  9. [www.law.edu.ru/norm/norm.asp?normID=1241607 Текст Уголовного кодекса Швеции]
  10. [www.chanrobles.com/revisedpenalcodeofthephilippinesbook1.htm#.UhSV_pL0HIE The Revised Penal Code of the Philippines]. Проверено 21 августа 2013. [www.webcitation.org/6J7gVYsvE Архивировано из первоисточника 25 августа 2013].
  11. [law.edu.ru/norm/norm.asp?normID=1247252 Текст Уголовного кодекса КНР 1997 года]
  12. [law.edu.ru/norm/norm.asp?normID=1241816 Текст Уголовного кодекса Республики Корея]
  13. [www.codex.in.ua/doc?id=1eGPlTh5GkPIP70SJgXXgH-clPfBvuG_urdSqZurdGrg УК Украины (на украинском)]
  14. [kievgrad.info/page/1/986 УК Украины (на русском)]
  15. [www.law.edu.ru/norm/norm.asp?normID=1241524 Текст Уголовного кодекса Дании]
  16. [base.spinform.ru/show_doc.fwx?rgn=68186 Закон о внесении изменений в Уголовный кодекс Азербайджана]
  17. [hetq.am/rus/news/8217/ Сколько надо сидеть в тюрьме? | Hetq]
  18. [vbqppl.moj.gov.vn/vbpq/en/_layouts/printeng.aspx?id=610 Уголовный кодекс Социалистической Республики Вьетнам (на английском языке)]
  19. [www.law.edu.ru/norm/norm.asp?normID=1241370&subID=100095257,100095258,100095262,100095325,100095345#text Текст Уголовного кодекса Грузии]
  20. [www.base.spinform.ru/show_doc.fwx?regnom=1365 Текст Уголовного кодекса Казахстана].
  21. [www.legislationline.org/ru/documents/action/popup/id/14305/preview Текст Уголовного кодекса Киргизии].
  22. [www.law.edu.ru/norm/norm.asp?normID=1243877 Текст Уголовного кодекса Литвы]
  23. [www.law.edu.ru/norm/norm.asp?normID=1242102 Текст Уголовного кодекса Турции]
  24. [www.legislationline.org/ru/documents/action/popup/id/14346/preview Текст Уголовного кодекса Таджикистана]
  25. [archive.is/20120806001214/www.turkmenistan.gov.tm/_ru/laws/?laws=01go Текст Уголовного кодекса Туркменистана]
  26. Додонов В. Н. Сравнительное уголовное право. Общая часть. Монография / Под общ. и науч. ред. С. П. Щербы. — М.: Юрлитинформ, 2009. — С. 293. — 448 с. — ISBN 978-5-93295-470-6.
  27. [www.law.edu.ru/norm/norm.asp?normID=1242695 Текст Уголовного кодекса Бельгии]
  28. [www.law.edu.ru/norm/norm.asp?normID=1243018 Текст Уголовного кодекса Франции]
  29. [www.law.edu.ru/norm/norm.asp?normID=1241950 Текст Уголовного кодекса Швейцарии]
  30. [www.law.edu.ru/norm/norm.asp?normID=1247923 Текст Уголовного кодекса Испании]
  31. 1 2 3 Уголовное право. Общая часть / Отв. ред. И. Я. Козаченко, З. А. Незнамова. — М., 2001. — С. 371.
  32. Наумов А. В. Российское уголовное право. Т. 1. Общая часть. — М.: Юридическая литература, 2004. — С. 362.
  33. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 11.01.2007 № 2 «О практике назначения Судами Российской Федерации уголовного наказания» // Российская газета. — № 13. — 24.01.2007.
  34. Уголовное право России. Общая часть / Под ред. А. И. Рарога. — 3-е изд., с изм. и доп. — М. : Эксмо, 2009. — С. 167.

Отрывок, характеризующий Лишение свободы



Пьер, как это большею частью бывает, почувствовал всю тяжесть физических лишений и напряжений, испытанных в плену, только тогда, когда эти напряжения и лишения кончились. После своего освобождения из плена он приехал в Орел и на третий день своего приезда, в то время как он собрался в Киев, заболел и пролежал больным в Орле три месяца; с ним сделалась, как говорили доктора, желчная горячка. Несмотря на то, что доктора лечили его, пускали кровь и давали пить лекарства, он все таки выздоровел.
Все, что было с Пьером со времени освобождения и до болезни, не оставило в нем почти никакого впечатления. Он помнил только серую, мрачную, то дождливую, то снежную погоду, внутреннюю физическую тоску, боль в ногах, в боку; помнил общее впечатление несчастий, страданий людей; помнил тревожившее его любопытство офицеров, генералов, расспрашивавших его, свои хлопоты о том, чтобы найти экипаж и лошадей, и, главное, помнил свою неспособность мысли и чувства в то время. В день своего освобождения он видел труп Пети Ростова. В тот же день он узнал, что князь Андрей был жив более месяца после Бородинского сражения и только недавно умер в Ярославле, в доме Ростовых. И в тот же день Денисов, сообщивший эту новость Пьеру, между разговором упомянул о смерти Элен, предполагая, что Пьеру это уже давно известно. Все это Пьеру казалось тогда только странно. Он чувствовал, что не может понять значения всех этих известий. Он тогда торопился только поскорее, поскорее уехать из этих мест, где люди убивали друг друга, в какое нибудь тихое убежище и там опомниться, отдохнуть и обдумать все то странное и новое, что он узнал за это время. Но как только он приехал в Орел, он заболел. Проснувшись от своей болезни, Пьер увидал вокруг себя своих двух людей, приехавших из Москвы, – Терентия и Ваську, и старшую княжну, которая, живя в Ельце, в имении Пьера, и узнав о его освобождении и болезни, приехала к нему, чтобы ходить за ним.
Во время своего выздоровления Пьер только понемногу отвыкал от сделавшихся привычными ему впечатлений последних месяцев и привыкал к тому, что его никто никуда не погонит завтра, что теплую постель его никто не отнимет и что у него наверное будет обед, и чай, и ужин. Но во сне он еще долго видел себя все в тех же условиях плена. Так же понемногу Пьер понимал те новости, которые он узнал после своего выхода из плена: смерть князя Андрея, смерть жены, уничтожение французов.
Радостное чувство свободы – той полной, неотъемлемой, присущей человеку свободы, сознание которой он в первый раз испытал на первом привале, при выходе из Москвы, наполняло душу Пьера во время его выздоровления. Он удивлялся тому, что эта внутренняя свобода, независимая от внешних обстоятельств, теперь как будто с излишком, с роскошью обставлялась и внешней свободой. Он был один в чужом городе, без знакомых. Никто от него ничего не требовал; никуда его не посылали. Все, что ему хотелось, было у него; вечно мучившей его прежде мысли о жене больше не было, так как и ее уже не было.
– Ах, как хорошо! Как славно! – говорил он себе, когда ему подвигали чисто накрытый стол с душистым бульоном, или когда он на ночь ложился на мягкую чистую постель, или когда ему вспоминалось, что жены и французов нет больше. – Ах, как хорошо, как славно! – И по старой привычке он делал себе вопрос: ну, а потом что? что я буду делать? И тотчас же он отвечал себе: ничего. Буду жить. Ах, как славно!
То самое, чем он прежде мучился, чего он искал постоянно, цели жизни, теперь для него не существовало. Эта искомая цель жизни теперь не случайно не существовала для него только в настоящую минуту, но он чувствовал, что ее нет и не может быть. И это то отсутствие цели давало ему то полное, радостное сознание свободы, которое в это время составляло его счастие.
Он не мог иметь цели, потому что он теперь имел веру, – не веру в какие нибудь правила, или слова, или мысли, но веру в живого, всегда ощущаемого бога. Прежде он искал его в целях, которые он ставил себе. Это искание цели было только искание бога; и вдруг он узнал в своем плену не словами, не рассуждениями, но непосредственным чувством то, что ему давно уж говорила нянюшка: что бог вот он, тут, везде. Он в плену узнал, что бог в Каратаеве более велик, бесконечен и непостижим, чем в признаваемом масонами Архитектоне вселенной. Он испытывал чувство человека, нашедшего искомое у себя под ногами, тогда как он напрягал зрение, глядя далеко от себя. Он всю жизнь свою смотрел туда куда то, поверх голов окружающих людей, а надо было не напрягать глаз, а только смотреть перед собой.
Он не умел видеть прежде великого, непостижимого и бесконечного ни в чем. Он только чувствовал, что оно должно быть где то, и искал его. Во всем близком, понятном он видел одно ограниченное, мелкое, житейское, бессмысленное. Он вооружался умственной зрительной трубой и смотрел в даль, туда, где это мелкое, житейское, скрываясь в тумане дали, казалось ему великим и бесконечным оттого только, что оно было неясно видимо. Таким ему представлялась европейская жизнь, политика, масонство, философия, филантропия. Но и тогда, в те минуты, которые он считал своей слабостью, ум его проникал и в эту даль, и там он видел то же мелкое, житейское, бессмысленное. Теперь же он выучился видеть великое, вечное и бесконечное во всем, и потому естественно, чтобы видеть его, чтобы наслаждаться его созерцанием, он бросил трубу, в которую смотрел до сих пор через головы людей, и радостно созерцал вокруг себя вечно изменяющуюся, вечно великую, непостижимую и бесконечную жизнь. И чем ближе он смотрел, тем больше он был спокоен и счастлив. Прежде разрушавший все его умственные постройки страшный вопрос: зачем? теперь для него не существовал. Теперь на этот вопрос – зачем? в душе его всегда готов был простой ответ: затем, что есть бог, тот бог, без воли которого не спадет волос с головы человека.


Пьер почти не изменился в своих внешних приемах. На вид он был точно таким же, каким он был прежде. Так же, как и прежде, он был рассеян и казался занятым не тем, что было перед глазами, а чем то своим, особенным. Разница между прежним и теперешним его состоянием состояла в том, что прежде, когда он забывал то, что было перед ним, то, что ему говорили, он, страдальчески сморщивши лоб, как будто пытался и не мог разглядеть чего то, далеко отстоящего от него. Теперь он так же забывал то, что ему говорили, и то, что было перед ним; но теперь с чуть заметной, как будто насмешливой, улыбкой он всматривался в то самое, что было перед ним, вслушивался в то, что ему говорили, хотя очевидно видел и слышал что то совсем другое. Прежде он казался хотя и добрым человеком, но несчастным; и потому невольно люди отдалялись от него. Теперь улыбка радости жизни постоянно играла около его рта, и в глазах его светилось участие к людям – вопрос: довольны ли они так же, как и он? И людям приятно было в его присутствии.
Прежде он много говорил, горячился, когда говорил, и мало слушал; теперь он редко увлекался разговором и умел слушать так, что люди охотно высказывали ему свои самые задушевные тайны.
Княжна, никогда не любившая Пьера и питавшая к нему особенно враждебное чувство с тех пор, как после смерти старого графа она чувствовала себя обязанной Пьеру, к досаде и удивлению своему, после короткого пребывания в Орле, куда она приехала с намерением доказать Пьеру, что, несмотря на его неблагодарность, она считает своим долгом ходить за ним, княжна скоро почувствовала, что она его любит. Пьер ничем не заискивал расположения княжны. Он только с любопытством рассматривал ее. Прежде княжна чувствовала, что в его взгляде на нее были равнодушие и насмешка, и она, как и перед другими людьми, сжималась перед ним и выставляла только свою боевую сторону жизни; теперь, напротив, она чувствовала, что он как будто докапывался до самых задушевных сторон ее жизни; и она сначала с недоверием, а потом с благодарностью выказывала ему затаенные добрые стороны своего характера.
Самый хитрый человек не мог бы искуснее вкрасться в доверие княжны, вызывая ее воспоминания лучшего времени молодости и выказывая к ним сочувствие. А между тем вся хитрость Пьера состояла только в том, что он искал своего удовольствия, вызывая в озлобленной, cyхой и по своему гордой княжне человеческие чувства.
– Да, он очень, очень добрый человек, когда находится под влиянием не дурных людей, а таких людей, как я, – говорила себе княжна.
Перемена, происшедшая в Пьере, была замечена по своему и его слугами – Терентием и Васькой. Они находили, что он много попростел. Терентий часто, раздев барина, с сапогами и платьем в руке, пожелав покойной ночи, медлил уходить, ожидая, не вступит ли барин в разговор. И большею частью Пьер останавливал Терентия, замечая, что ему хочется поговорить.
– Ну, так скажи мне… да как же вы доставали себе еду? – спрашивал он. И Терентий начинал рассказ о московском разорении, о покойном графе и долго стоял с платьем, рассказывая, а иногда слушая рассказы Пьера, и, с приятным сознанием близости к себе барина и дружелюбия к нему, уходил в переднюю.
Доктор, лечивший Пьера и навещавший его каждый день, несмотря на то, что, по обязанности докторов, считал своим долгом иметь вид человека, каждая минута которого драгоценна для страждущего человечества, засиживался часами у Пьера, рассказывая свои любимые истории и наблюдения над нравами больных вообще и в особенности дам.
– Да, вот с таким человеком поговорить приятно, не то, что у нас, в провинции, – говорил он.
В Орле жило несколько пленных французских офицеров, и доктор привел одного из них, молодого итальянского офицера.
Офицер этот стал ходить к Пьеру, и княжна смеялась над теми нежными чувствами, которые выражал итальянец к Пьеру.
Итальянец, видимо, был счастлив только тогда, когда он мог приходить к Пьеру и разговаривать и рассказывать ему про свое прошедшее, про свою домашнюю жизнь, про свою любовь и изливать ему свое негодование на французов, и в особенности на Наполеона.
– Ежели все русские хотя немного похожи на вас, – говорил он Пьеру, – c'est un sacrilege que de faire la guerre a un peuple comme le votre. [Это кощунство – воевать с таким народом, как вы.] Вы, пострадавшие столько от французов, вы даже злобы не имеете против них.
И страстную любовь итальянца Пьер теперь заслужил только тем, что он вызывал в нем лучшие стороны его души и любовался ими.
Последнее время пребывания Пьера в Орле к нему приехал его старый знакомый масон – граф Вилларский, – тот самый, который вводил его в ложу в 1807 году. Вилларский был женат на богатой русской, имевшей большие имения в Орловской губернии, и занимал в городе временное место по продовольственной части.
Узнав, что Безухов в Орле, Вилларский, хотя и никогда не был коротко знаком с ним, приехал к нему с теми заявлениями дружбы и близости, которые выражают обыкновенно друг другу люди, встречаясь в пустыне. Вилларский скучал в Орле и был счастлив, встретив человека одного с собой круга и с одинаковыми, как он полагал, интересами.
Но, к удивлению своему, Вилларский заметил скоро, что Пьер очень отстал от настоящей жизни и впал, как он сам с собою определял Пьера, в апатию и эгоизм.
– Vous vous encroutez, mon cher, [Вы запускаетесь, мой милый.] – говорил он ему. Несмотря на то, Вилларскому было теперь приятнее с Пьером, чем прежде, и он каждый день бывал у него. Пьеру же, глядя на Вилларского и слушая его теперь, странно и невероятно было думать, что он сам очень недавно был такой же.
Вилларский был женат, семейный человек, занятый и делами имения жены, и службой, и семьей. Он считал, что все эти занятия суть помеха в жизни и что все они презренны, потому что имеют целью личное благо его и семьи. Военные, административные, политические, масонские соображения постоянно поглощали его внимание. И Пьер, не стараясь изменить его взгляд, не осуждая его, с своей теперь постоянно тихой, радостной насмешкой, любовался на это странное, столь знакомое ему явление.
В отношениях своих с Вилларским, с княжною, с доктором, со всеми людьми, с которыми он встречался теперь, в Пьере была новая черта, заслуживавшая ему расположение всех людей: это признание возможности каждого человека думать, чувствовать и смотреть на вещи по своему; признание невозможности словами разубедить человека. Эта законная особенность каждого человека, которая прежде волновала и раздражала Пьера, теперь составляла основу участия и интереса, которые он принимал в людях. Различие, иногда совершенное противоречие взглядов людей с своею жизнью и между собою, радовало Пьера и вызывало в нем насмешливую и кроткую улыбку.
В практических делах Пьер неожиданно теперь почувствовал, что у него был центр тяжести, которого не было прежде. Прежде каждый денежный вопрос, в особенности просьбы о деньгах, которым он, как очень богатый человек, подвергался очень часто, приводили его в безвыходные волнения и недоуменья. «Дать или не дать?» – спрашивал он себя. «У меня есть, а ему нужно. Но другому еще нужнее. Кому нужнее? А может быть, оба обманщики?» И из всех этих предположений он прежде не находил никакого выхода и давал всем, пока было что давать. Точно в таком же недоуменье он находился прежде при каждом вопросе, касающемся его состояния, когда один говорил, что надо поступить так, а другой – иначе.
Теперь, к удивлению своему, он нашел, что во всех этих вопросах не было более сомнений и недоумений. В нем теперь явился судья, по каким то неизвестным ему самому законам решавший, что было нужно и чего не нужно делать.
Он был так же, как прежде, равнодушен к денежным делам; но теперь он несомненно знал, что должно сделать и чего не должно. Первым приложением этого нового судьи была для него просьба пленного французского полковника, пришедшего к нему, много рассказывавшего о своих подвигах и под конец заявившего почти требование о том, чтобы Пьер дал ему четыре тысячи франков для отсылки жене и детям. Пьер без малейшего труда и напряжения отказал ему, удивляясь впоследствии, как было просто и легко то, что прежде казалось неразрешимо трудным. Вместе с тем тут же, отказывая полковнику, он решил, что необходимо употребить хитрость для того, чтобы, уезжая из Орла, заставить итальянского офицера взять денег, в которых он, видимо, нуждался. Новым доказательством для Пьера его утвердившегося взгляда на практические дела было его решение вопроса о долгах жены и о возобновлении или невозобновлении московских домов и дач.
В Орел приезжал к нему его главный управляющий, и с ним Пьер сделал общий счет своих изменявшихся доходов. Пожар Москвы стоил Пьеру, по учету главно управляющего, около двух миллионов.
Главноуправляющий, в утешение этих потерь, представил Пьеру расчет о том, что, несмотря на эти потери, доходы его не только не уменьшатся, но увеличатся, если он откажется от уплаты долгов, оставшихся после графини, к чему он не может быть обязан, и если он не будет возобновлять московских домов и подмосковной, которые стоили ежегодно восемьдесят тысяч и ничего не приносили.
– Да, да, это правда, – сказал Пьер, весело улыбаясь. – Да, да, мне ничего этого не нужно. Я от разоренья стал гораздо богаче.
Но в январе приехал Савельич из Москвы, рассказал про положение Москвы, про смету, которую ему сделал архитектор для возобновления дома и подмосковной, говоря про это, как про дело решенное. В это же время Пьер получил письмо от князя Василия и других знакомых из Петербурга. В письмах говорилось о долгах жены. И Пьер решил, что столь понравившийся ему план управляющего был неверен и что ему надо ехать в Петербург покончить дела жены и строиться в Москве. Зачем было это надо, он не знал; но он знал несомненно, что это надо. Доходы его вследствие этого решения уменьшались на три четверти. Но это было надо; он это чувствовал.
Вилларский ехал в Москву, и они условились ехать вместе.
Пьер испытывал во все время своего выздоровления в Орле чувство радости, свободы, жизни; но когда он, во время своего путешествия, очутился на вольном свете, увидал сотни новых лиц, чувство это еще более усилилось. Он все время путешествия испытывал радость школьника на вакации. Все лица: ямщик, смотритель, мужики на дороге или в деревне – все имели для него новый смысл. Присутствие и замечания Вилларского, постоянно жаловавшегося на бедность, отсталость от Европы, невежество России, только возвышали радость Пьера. Там, где Вилларский видел мертвенность, Пьер видел необычайную могучую силу жизненности, ту силу, которая в снегу, на этом пространстве, поддерживала жизнь этого целого, особенного и единого народа. Он не противоречил Вилларскому и, как будто соглашаясь с ним (так как притворное согласие было кратчайшее средство обойти рассуждения, из которых ничего не могло выйти), радостно улыбался, слушая его.


Так же, как трудно объяснить, для чего, куда спешат муравьи из раскиданной кочки, одни прочь из кочки, таща соринки, яйца и мертвые тела, другие назад в кочку – для чего они сталкиваются, догоняют друг друга, дерутся, – так же трудно было бы объяснить причины, заставлявшие русских людей после выхода французов толпиться в том месте, которое прежде называлось Москвою. Но так же, как, глядя на рассыпанных вокруг разоренной кочки муравьев, несмотря на полное уничтожение кочки, видно по цепкости, энергии, по бесчисленности копышущихся насекомых, что разорено все, кроме чего то неразрушимого, невещественного, составляющего всю силу кочки, – так же и Москва, в октябре месяце, несмотря на то, что не было ни начальства, ни церквей, ни святынь, ни богатств, ни домов, была та же Москва, какою она была в августе. Все было разрушено, кроме чего то невещественного, но могущественного и неразрушимого.
Побуждения людей, стремящихся со всех сторон в Москву после ее очищения от врага, были самые разнообразные, личные, и в первое время большей частью – дикие, животные. Одно только побуждение было общее всем – это стремление туда, в то место, которое прежде называлось Москвой, для приложения там своей деятельности.
Через неделю в Москве уже было пятнадцать тысяч жителей, через две было двадцать пять тысяч и т. д. Все возвышаясь и возвышаясь, число это к осени 1813 года дошло до цифры, превосходящей население 12 го года.
Первые русские люди, которые вступили в Москву, были казаки отряда Винцингероде, мужики из соседних деревень и бежавшие из Москвы и скрывавшиеся в ее окрестностях жители. Вступившие в разоренную Москву русские, застав ее разграбленною, стали тоже грабить. Они продолжали то, что делали французы. Обозы мужиков приезжали в Москву с тем, чтобы увозить по деревням все, что было брошено по разоренным московским домам и улицам. Казаки увозили, что могли, в свои ставки; хозяева домов забирали все то, что они находили и других домах, и переносили к себе под предлогом, что это была их собственность.
Но за первыми грабителями приезжали другие, третьи, и грабеж с каждым днем, по мере увеличения грабителей, становился труднее и труднее и принимал более определенные формы.
Французы застали Москву хотя и пустою, но со всеми формами органически правильно жившего города, с его различными отправлениями торговли, ремесел, роскоши, государственного управления, религии. Формы эти были безжизненны, но они еще существовали. Были ряды, лавки, магазины, лабазы, базары – большинство с товарами; были фабрики, ремесленные заведения; были дворцы, богатые дома, наполненные предметами роскоши; были больницы, остроги, присутственные места, церкви, соборы. Чем долее оставались французы, тем более уничтожались эти формы городской жизни, и под конец все слилось в одно нераздельное, безжизненное поле грабежа.