Лутфулла Муталлип

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Лутфулла Муталлип
Место рождения:

Восточный Туркестан, Китай

Место смерти:

Синьцзян-Уйгурский автономный район Китай

Род деятельности:

поэт, памфлетист, драматург

Язык произведений:

уйгурский

Лутфулла Муталлип (22 ноября 1922 — 17 сентября 1945) — уйгурский поэт, проживавший в Китае, писатель-памфлетист, драматург. Один из основоположников современной демократической уйгурской литературы Восточного Туркестана. Революционер.





Биография

Сын уйгура-дехканина. Жил в Синьцзян-Уйгурском автономном районе Китая. Рано вступил на путь политической борьбы и художественного творчества.

Нескольких лет учился в школе, позже стал заниматься изучением русского языка. Поступил в русскую гимназию города Кульджи, затем окончил Урумчинский педагогический институт. После института работал журналистом, служил в Аксуйском театре, где ставились пьесы, написанные по мотивам народных поэм, автором, постановщиком, режиссёром и актёром в которых нередко выступал сам Л. Муталлип.

В начале 1945 года создал подпольную организацию «Искры Восточного Туркестана». Осенью того же года по доносу провокатора все участники подполья во главе с писателем Л. Муталлипом были арестованы. После зверских мучений все они были зарублены гоминдановцами.

Творчество

Лутфулла Муталлип — автор стихов, пьес, памфлетов, большого количества, отточенных с точки зрения формы, политически острых и актуальных произведений, которые постоянно публиковались в периодической печати.

Новатор в области уйгурского стиха. Мастерски использовал такие канонические формы восточной поэзии, как газель, мухаммас, мувашшах, маснави, мухтамилат, наполняя их новым содержанием, ввëл в уйгурскую поэзию совершенно новые строфические формы.

Произведения поэта сейчас изучаются в уйгурских школах Казахстана, его стихи публикуются на страницах уйгурских газет, дважды издавались в Алма-Ате отдельными сборниками, переведены на узбекский, русский, китайский языки.

Избранная библиография

  • Майская песня
  • Молодость как молния

Напишите отзыв о статье "Лутфулла Муталлип"

Литература

  • Масимжан Зульпикаров. «Лутфулла Муталлип» (роман, 1969)
  • И. Бахавудун, А. Имин, А. Баудунов. Династия уйгурских интеллектуалов / Б.: ОАО «Эркин-Тоо», 2012.

Отрывок, характеризующий Лутфулла Муталлип

– Вы на меня не претендуете, Прохор Игнатьич? – сказал полковой командир, объезжая двигавшуюся к месту 3 ю роту и подъезжая к шедшему впереди ее капитану Тимохину. Лицо полкового командира выражало после счастливо отбытого смотра неудержимую радость. – Служба царская… нельзя… другой раз во фронте оборвешь… Сам извинюсь первый, вы меня знаете… Очень благодарил! – И он протянул руку ротному.
– Помилуйте, генерал, да смею ли я! – отвечал капитан, краснея носом, улыбаясь и раскрывая улыбкой недостаток двух передних зубов, выбитых прикладом под Измаилом.
– Да господину Долохову передайте, что я его не забуду, чтоб он был спокоен. Да скажите, пожалуйста, я всё хотел спросить, что он, как себя ведет? И всё…
– По службе очень исправен, ваше превосходительство… но карахтер… – сказал Тимохин.
– А что, что характер? – спросил полковой командир.
– Находит, ваше превосходительство, днями, – говорил капитан, – то и умен, и учен, и добр. А то зверь. В Польше убил было жида, изволите знать…
– Ну да, ну да, – сказал полковой командир, – всё надо пожалеть молодого человека в несчастии. Ведь большие связи… Так вы того…
– Слушаю, ваше превосходительство, – сказал Тимохин, улыбкой давая чувствовать, что он понимает желания начальника.
– Ну да, ну да.
Полковой командир отыскал в рядах Долохова и придержал лошадь.
– До первого дела – эполеты, – сказал он ему.
Долохов оглянулся, ничего не сказал и не изменил выражения своего насмешливо улыбающегося рта.
– Ну, вот и хорошо, – продолжал полковой командир. – Людям по чарке водки от меня, – прибавил он, чтобы солдаты слышали. – Благодарю всех! Слава Богу! – И он, обогнав роту, подъехал к другой.
– Что ж, он, право, хороший человек; с ним служить можно, – сказал Тимохин субалтерн офицеру, шедшему подле него.
– Одно слово, червонный!… (полкового командира прозвали червонным королем) – смеясь, сказал субалтерн офицер.
Счастливое расположение духа начальства после смотра перешло и к солдатам. Рота шла весело. Со всех сторон переговаривались солдатские голоса.
– Как же сказывали, Кутузов кривой, об одном глазу?
– А то нет! Вовсе кривой.
– Не… брат, глазастее тебя. Сапоги и подвертки – всё оглядел…
– Как он, братец ты мой, глянет на ноги мне… ну! думаю…
– А другой то австрияк, с ним был, словно мелом вымазан. Как мука, белый. Я чай, как амуницию чистят!
– Что, Федешоу!… сказывал он, что ли, когда стражения начнутся, ты ближе стоял? Говорили всё, в Брунове сам Бунапарте стоит.
– Бунапарте стоит! ишь врет, дура! Чего не знает! Теперь пруссак бунтует. Австрияк его, значит, усмиряет. Как он замирится, тогда и с Бунапартом война откроется. А то, говорит, в Брунове Бунапарте стоит! То то и видно, что дурак. Ты слушай больше.
– Вишь черти квартирьеры! Пятая рота, гляди, уже в деревню заворачивает, они кашу сварят, а мы еще до места не дойдем.