Майер, Зепп

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Зепп Майер
Общая информация
Полное имя Йозеф Дитер Майер
Прозвище кот из Анцинга нем. Die Katze von Anzing
Родился
Меттен
Гражданство Германия
Рост 185 см
Позиция вратарь
Информация о клубе
Клуб завершил карьеру
Карьера
Молодёжные клубы
1952—1959 Хар
1959—1965 Бавария
Клубная карьера*
1965—1980 Бавария 536 (−331)
Национальная сборная**
1961—1962 ФРГ (до 17) 11 (-?)
1966—1979 ФРГ (люб.) 2 (-?)
1966—1979 ФРГ 95 (−43)
Тренерская карьера
1988—2004 ФРГ/Германия тренер вр.
1994—2008 Бавария тренер вр.
Международные медали
Чемпионаты мира
Серебро Англия 1966
Бронза Мексика 1970
Золото ФРГ 1974
Чемпионаты Европы
Золото Бельгия 1972
Серебро Югославия 1976

* Количество игр и голов за профессиональный клуб считается только для различных лиг национальных чемпионатов.

** Количество игр и голов за национальную сборную в официальных матчах.

Йозеф Дитер «Зепп» Майер (нем. Josef Dieter Maier; 28 февраля 1944, Меттен) — немецкий футболист, вратарь. Выступал за клуб «Бавария» Мюнхен (536 игр) и национальную сборную ФРГ (95 игр).

Чемпион Европы (1972) и мира (1974). Один из шести футболистов — обладателей полного комплекта наград чемпионатов мира[1] (серебро в 1966, бронза в 1970 и золото в 1974 годах).





Карьера

Клуб

В 1946 году, в возрасте 2 лет, Йозеф Дитер Майер переехал в пригород Мюнхена Хаар, где начал играть в футбол в местной детской команде, на позиции центрального нападающего. Однажды, когда основной вратарь команды получил травму, ему пришлось встать в ворота, хотя он всегда считал это позорным. Зепп настолько хорошо выполнял вратарские обязанности, что вначале стал основным вратарем в своей команде, а потом попал в сборную Верхней Баварии. Там его заметили тренеры «Баварии», и пригласили в свою молодежную команду.

В «Баварию» он пришёл в 1958 году, первый профессиональный контракт подписал в 1962, а первым вратарём команды был в общей сложности 16 лет — с 1963 по 1979 год. Вместе с «Баварией» он в 1965 году вышел в Бундеслигу и стал четырехкратным чемпионом Германии, четырехкратным обладателем Кубка Германии, трехкратным обладателем Кубка европейских чемпионов, обладателем Кубка кубков УЕФА и Межконтинентального кубка. Зепп Майер обладал невероятным умением в прыжке «обкрадывать» нападающих соперника и, ловя мяч, элегантно прижимать его к себе. Майеру до сих пор принадлежит рекорд Бундеслиги по подряд проведенным матчам — 442. 14 июля 1979 года, возвращаясь после товарищеского матча с «Ульмом» в Мюнхен, попал в аварию, из-за которой, спустя год, был вынужден завершить карьеру игрока.

Национальная сборная

Дебют Майера в сборной ФРГ состоялся в 1966 году в Дублине в матче против сборной Ирландии. На Чемпионате мира по футболу в 1966 году Майер уже был в составе сборной, но так и остался вторым после Ханса Тильковски. Но на чемпионате 1970 года Зепп был уже основным вратарем. В 1970 году сборная Германии была третьей, в 1972 стала чемпионом Европы, в 1974 — чемпионом мира, а в 1976 заняла второе место на чемпионате Европы. Всего Зепп Майер провел 95 игр за сборную, долгое время являясь рекордсменом по количеству проведённых за неё игр, пока его не обогнал Лотар Маттеус.

Тренерская карьера

С 1994 по 2008 год Зепп Майер был тренером вратарей в «Баварии». С 1988 по 2004 годы он одновременно был тренером вратарей сборной Германии. 10 октября 2004 года он был уволен из сборной тогдашним тренером Юргеном Клинсманном за то, что публично высказался за Оливера Кана и против Йенса Леманна, как основного голкипера сборной.

Достижения

Сборная Германии
«Бавария» Мюнхен

Интересные факты

  • Зепп Майер был первым вратарём, который играл во вратарских перчатках фирмы Reusch, сделанными по технологии Soft-Grip.
  • Зепп Майер известен своими необычными тренировочными методами. Некоторые тренажеры даже продавались под названием «Зепп Майер».

Напишите отзыв о статье "Майер, Зепп"

Примечания

Ссылки

  • [www.national-football-teams.com/v2/player.php?id=17368 Статистика на сайте National Football Teams(англ.)
  • [www.seppmaier.de/ www.seppmaier.de]  (нем.)


Отрывок, характеризующий Майер, Зепп

Как будто обойдя свое царство, испытав свою власть и убедившись, что все покорны, но что всё таки скучно, Наташа пошла в залу, взяла гитару, села в темный угол за шкапчик и стала в басу перебирать струны, выделывая фразу, которую она запомнила из одной оперы, слышанной в Петербурге вместе с князем Андреем. Для посторонних слушателей у ней на гитаре выходило что то, не имевшее никакого смысла, но в ее воображении из за этих звуков воскресал целый ряд воспоминаний. Она сидела за шкапчиком, устремив глаза на полосу света, падавшую из буфетной двери, слушала себя и вспоминала. Она находилась в состоянии воспоминания.
Соня прошла в буфет с рюмкой через залу. Наташа взглянула на нее, на щель в буфетной двери и ей показалось, что она вспоминает то, что из буфетной двери в щель падал свет и что Соня прошла с рюмкой. «Да и это было точь в точь также», подумала Наташа. – Соня, что это? – крикнула Наташа, перебирая пальцами на толстой струне.
– Ах, ты тут! – вздрогнув, сказала Соня, подошла и прислушалась. – Не знаю. Буря? – сказала она робко, боясь ошибиться.
«Ну вот точно так же она вздрогнула, точно так же подошла и робко улыбнулась тогда, когда это уж было», подумала Наташа, «и точно так же… я подумала, что в ней чего то недостает».
– Нет, это хор из Водоноса, слышишь! – И Наташа допела мотив хора, чтобы дать его понять Соне.
– Ты куда ходила? – спросила Наташа.
– Воду в рюмке переменить. Я сейчас дорисую узор.
– Ты всегда занята, а я вот не умею, – сказала Наташа. – А Николай где?
– Спит, кажется.
– Соня, ты поди разбуди его, – сказала Наташа. – Скажи, что я его зову петь. – Она посидела, подумала о том, что это значит, что всё это было, и, не разрешив этого вопроса и нисколько не сожалея о том, опять в воображении своем перенеслась к тому времени, когда она была с ним вместе, и он влюбленными глазами смотрел на нее.
«Ах, поскорее бы он приехал. Я так боюсь, что этого не будет! А главное: я стареюсь, вот что! Уже не будет того, что теперь есть во мне. А может быть, он нынче приедет, сейчас приедет. Может быть приехал и сидит там в гостиной. Может быть, он вчера еще приехал и я забыла». Она встала, положила гитару и пошла в гостиную. Все домашние, учителя, гувернантки и гости сидели уж за чайным столом. Люди стояли вокруг стола, – а князя Андрея не было, и была всё прежняя жизнь.
– А, вот она, – сказал Илья Андреич, увидав вошедшую Наташу. – Ну, садись ко мне. – Но Наташа остановилась подле матери, оглядываясь кругом, как будто она искала чего то.
– Мама! – проговорила она. – Дайте мне его , дайте, мама, скорее, скорее, – и опять она с трудом удержала рыдания.
Она присела к столу и послушала разговоры старших и Николая, который тоже пришел к столу. «Боже мой, Боже мой, те же лица, те же разговоры, так же папа держит чашку и дует точно так же!» думала Наташа, с ужасом чувствуя отвращение, подымавшееся в ней против всех домашних за то, что они были всё те же.
После чая Николай, Соня и Наташа пошли в диванную, в свой любимый угол, в котором всегда начинались их самые задушевные разговоры.


– Бывает с тобой, – сказала Наташа брату, когда они уселись в диванной, – бывает с тобой, что тебе кажется, что ничего не будет – ничего; что всё, что хорошее, то было? И не то что скучно, а грустно?
– Еще как! – сказал он. – У меня бывало, что всё хорошо, все веселы, а мне придет в голову, что всё это уж надоело и что умирать всем надо. Я раз в полку не пошел на гулянье, а там играла музыка… и так мне вдруг скучно стало…
– Ах, я это знаю. Знаю, знаю, – подхватила Наташа. – Я еще маленькая была, так со мной это бывало. Помнишь, раз меня за сливы наказали и вы все танцовали, а я сидела в классной и рыдала, никогда не забуду: мне и грустно было и жалко было всех, и себя, и всех всех жалко. И, главное, я не виновата была, – сказала Наташа, – ты помнишь?
– Помню, – сказал Николай. – Я помню, что я к тебе пришел потом и мне хотелось тебя утешить и, знаешь, совестно было. Ужасно мы смешные были. У меня тогда была игрушка болванчик и я его тебе отдать хотел. Ты помнишь?
– А помнишь ты, – сказала Наташа с задумчивой улыбкой, как давно, давно, мы еще совсем маленькие были, дяденька нас позвал в кабинет, еще в старом доме, а темно было – мы это пришли и вдруг там стоит…
– Арап, – докончил Николай с радостной улыбкой, – как же не помнить? Я и теперь не знаю, что это был арап, или мы во сне видели, или нам рассказывали.
– Он серый был, помнишь, и белые зубы – стоит и смотрит на нас…
– Вы помните, Соня? – спросил Николай…
– Да, да я тоже помню что то, – робко отвечала Соня…
– Я ведь спрашивала про этого арапа у папа и у мама, – сказала Наташа. – Они говорят, что никакого арапа не было. А ведь вот ты помнишь!
– Как же, как теперь помню его зубы.
– Как это странно, точно во сне было. Я это люблю.
– А помнишь, как мы катали яйца в зале и вдруг две старухи, и стали по ковру вертеться. Это было, или нет? Помнишь, как хорошо было?
– Да. А помнишь, как папенька в синей шубе на крыльце выстрелил из ружья. – Они перебирали улыбаясь с наслаждением воспоминания, не грустного старческого, а поэтического юношеского воспоминания, те впечатления из самого дальнего прошедшего, где сновидение сливается с действительностью, и тихо смеялись, радуясь чему то.
Соня, как и всегда, отстала от них, хотя воспоминания их были общие.
Соня не помнила многого из того, что они вспоминали, а и то, что она помнила, не возбуждало в ней того поэтического чувства, которое они испытывали. Она только наслаждалась их радостью, стараясь подделаться под нее.
Она приняла участие только в том, когда они вспоминали первый приезд Сони. Соня рассказала, как она боялась Николая, потому что у него на курточке были снурки, и ей няня сказала, что и ее в снурки зашьют.
– А я помню: мне сказали, что ты под капустою родилась, – сказала Наташа, – и помню, что я тогда не смела не поверить, но знала, что это не правда, и так мне неловко было.
Во время этого разговора из задней двери диванной высунулась голова горничной. – Барышня, петуха принесли, – шопотом сказала девушка.
– Не надо, Поля, вели отнести, – сказала Наташа.
В середине разговоров, шедших в диванной, Диммлер вошел в комнату и подошел к арфе, стоявшей в углу. Он снял сукно, и арфа издала фальшивый звук.
– Эдуард Карлыч, сыграйте пожалуста мой любимый Nocturiene мосье Фильда, – сказал голос старой графини из гостиной.
Диммлер взял аккорд и, обратясь к Наташе, Николаю и Соне, сказал: – Молодежь, как смирно сидит!