Майорат

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
О повести Гофмана см. Майорат (повесть)

Майорат (от лат. major — старший) — порядок наследования имущества при обычном праве, согласно которому оно целиком переходит к старшему в роду или семье. Позже так стали называться и сами имения, унаследованные согласно такому праву. Этот порядок устанавливается в интересах сохранения целостности семьи или рода; когда минорат начинает способствовать их разложению.





История

В Западной Европе со времен Карла Великого до XIX века недвижимое имущество (дома и земли) наследовали только первенцы. Другие дети получали наследство лишь деньгами и движимым имуществом. С одной стороны, это исключало дробление родовых земель, но, с другой, постоянно появлялись безземельные дворяне и крестьяне. Младшие дети дворян поступали на военную или гражданскую службу, становились купцами и промышленниками. Младшие дети крестьян шли в батраки, в прислугу; уходили из деревень в города — с XVIII века происходило усиленное движение из аграрного сектора в торгово-промышленный.

В русской традиции все сыновья получали равную долю наследства, всем дочерям родители давали приданое; на Руси существовал родовой принцип наследования — Лествичное право. В 1714 году Пётр I издал «Указ о единонаследии»[1], по которому собственник должен был завещать недвижимое имущество одному сыну (при отсутствии завещания наследовал старший сын); движимое имущество наследодатель мог распределить между детьми по своему усмотрению. Однако, как отметил С. М. Соловьёв «для массы землевладельцев майорат … был страшно тяжек в государстве земледельческом, с слабым промышленным и торговым развитием, с ничтожным количеством денег»[2] и через 16 лет, при Анне Иоанновне, он был отменён.

В начале XIX века Александр I разрешил владельцам крупных имений переводить их на режим единонаследия — такое имение считалось «заповедным» и не подлежало продаже за долги. В период 1831—1845 годов в Российской империи были созданы 14 майоратов[3]. В 1845 году были изданы правила о заповедных наследственных имениях[4], по которым майораты, учреждаемые с согласия императора, наследовались по закону старшинства, причём (подобно Шотландии) этот порядок сохранялся пока не пресекалась прямая линия наследников первого владельца майората. Майорат не мог отчуждаться или дробиться, даже для уплаты налогов или долгов обанкротившегося владельца. Первоначально майорат мог быть установлен для имений, включающих не менее 10 тысяч десятин земли, приносивших не менее 12 тысяч рублей годового дохода; затем эти условия были снижены в два раза указом Николая II в 1899 году. В 1845—1905 годах было создано только 60 майоратов; в период 1899—1911 годов — 33.[3].

Майораты традиционно существовали в семьях немецких и польских дворян западных областей Российской империи: в 1909 году в прибалтийских губерниях имелось 266 заповедных имений (фидеикомисс) — с общей площадью 921 тысяча десятин — 18% от числа дворянских имений в этих губерниях[3].

В США, Канаде, Австралии майората не было. Одним из последних он был ликвидирован в Японии после второй мировой войны.

Виды майората

Существуют три основных вида майората:

  • наследование старшим в роду (сеньорат, лествичное право);
  • наследование старшим в семье сыном, на момент смерти наследодателя (майорат в узком смысле слова);
  • наследование старшим сыном, а в случае его смерти раньше наследодателя — внуком от старшего сына (примогенитура; англ. right of primogeniture).

В Речи Посполитой майорат принял форму ординации, с принципом фидеикомисса.

Известные майораты Российской империи

Напишите отзыв о статье "Майорат"

Примечания

  1. Задумался Пётр I о введении майората ещё в 1701 году, что подтверждается заметками в его записной книжке и составленной Я. В. Брюсом «кратким описанием законов (или правил) шкоцких, англенских и францужских о наследниках (или первых сынах)» — см. Павлов-Сильванский Н. П. [dlib.rsl.ru/viewer/01003549704#?page=60 Проекты реформ в записках современников Петра Великого]. — СПб.: тип. В. Киршбаума, 1897. — 86 с. — С. 51.
  2. Соловьёв С. М. История России с древнейших времен. — Кн. 4: Т. XVI—XX.
  3. 1 2 3 Беккер С. Миф о русском дворянстве. — М.: Новое литературное обозрение, 2004. — 344 с.
  4. Кавелин К. Д. [dlib.rsl.ru/viewer/01003541749#?page=421 Права и обязанности по имуществам и обязательствам в применении к русскому законодательству.] — СПб.: Тип. М. М. Стасюлевича, 1879. — 410 с. — 388—390.
  5. В 1863 году право наследования фамилии, титула и майората Остерманов получил сын В. М. ГолицынаМстислав.
  6. Майорат, который включал имение «Марьино» в Новгородском уезде, сразу перешёл в род Голицыных.
  7. Майорат, учреждённый Ю. А. Головкиным, через его дочь Наталью Юрьевну перешёл в княжеский род Салтыковых, затем Голицыным и, наконец, Хвощинским.
  8. Черниченко Л.[mj.rusk.ru/show.php?idar=801314 «Майорат Ивановское-Петровское»] // «Московский журнал». — 2007. — № 4.

Литература

Ссылки

  • [determiner.ru/dictionary/630/word/maiorat Майорат] // Советский юридический словарь. Под. ред. С. Братусь, Н. Казанцев, С. Кечекьян и проч., 1953

Отрывок, характеризующий Майорат

– Гм… эта excellence мальчишка… я его определил в коллегию, – оскорбленно сказал князь. – А сын зачем, не могу понять. Княгиня Лизавета Карловна и княжна Марья, может, знают; я не знаю, к чему он везет этого сына сюда. Мне не нужно. – И он посмотрел на покрасневшую дочь.
– Нездорова, что ли? От страха министра, как нынче этот болван Алпатыч сказал.
– Нет, mon pere. [батюшка.]
Как ни неудачно попала m lle Bourienne на предмет разговора, она не остановилась и болтала об оранжереях, о красоте нового распустившегося цветка, и князь после супа смягчился.
После обеда он прошел к невестке. Маленькая княгиня сидела за маленьким столиком и болтала с Машей, горничной. Она побледнела, увидав свекора.
Маленькая княгиня очень переменилась. Она скорее была дурна, нежели хороша, теперь. Щеки опустились, губа поднялась кверху, глаза были обтянуты книзу.
– Да, тяжесть какая то, – отвечала она на вопрос князя, что она чувствует.
– Не нужно ли чего?
– Нет, merci, mon pere. [благодарю, батюшка.]
– Ну, хорошо, хорошо.
Он вышел и дошел до официантской. Алпатыч, нагнув голову, стоял в официантской.
– Закидана дорога?
– Закидана, ваше сиятельство; простите, ради Бога, по одной глупости.
Князь перебил его и засмеялся своим неестественным смехом.
– Ну, хорошо, хорошо.
Он протянул руку, которую поцеловал Алпатыч, и прошел в кабинет.
Вечером приехал князь Василий. Его встретили на прешпекте (так назывался проспект) кучера и официанты, с криком провезли его возки и сани к флигелю по нарочно засыпанной снегом дороге.
Князю Василью и Анатолю были отведены отдельные комнаты.
Анатоль сидел, сняв камзол и подпершись руками в бока, перед столом, на угол которого он, улыбаясь, пристально и рассеянно устремил свои прекрасные большие глаза. На всю жизнь свою он смотрел как на непрерывное увеселение, которое кто то такой почему то обязался устроить для него. Так же и теперь он смотрел на свою поездку к злому старику и к богатой уродливой наследнице. Всё это могло выйти, по его предположению, очень хорошо и забавно. А отчего же не жениться, коли она очень богата? Это никогда не мешает, думал Анатоль.
Он выбрился, надушился с тщательностью и щегольством, сделавшимися его привычкою, и с прирожденным ему добродушно победительным выражением, высоко неся красивую голову, вошел в комнату к отцу. Около князя Василья хлопотали его два камердинера, одевая его; он сам оживленно оглядывался вокруг себя и весело кивнул входившему сыну, как будто он говорил: «Так, таким мне тебя и надо!»
– Нет, без шуток, батюшка, она очень уродлива? А? – спросил он, как бы продолжая разговор, не раз веденный во время путешествия.
– Полно. Глупости! Главное дело – старайся быть почтителен и благоразумен с старым князем.
– Ежели он будет браниться, я уйду, – сказал Анатоль. – Я этих стариков терпеть не могу. А?
– Помни, что для тебя от этого зависит всё.
В это время в девичьей не только был известен приезд министра с сыном, но внешний вид их обоих был уже подробно описан. Княжна Марья сидела одна в своей комнате и тщетно пыталась преодолеть свое внутреннее волнение.
«Зачем они писали, зачем Лиза говорила мне про это? Ведь этого не может быть! – говорила она себе, взглядывая в зеркало. – Как я выйду в гостиную? Ежели бы он даже мне понравился, я бы не могла быть теперь с ним сама собою». Одна мысль о взгляде ее отца приводила ее в ужас.
Маленькая княгиня и m lle Bourienne получили уже все нужные сведения от горничной Маши о том, какой румяный, чернобровый красавец был министерский сын, и о том, как папенька их насилу ноги проволок на лестницу, а он, как орел, шагая по три ступеньки, пробежал зa ним. Получив эти сведения, маленькая княгиня с m lle Bourienne,еще из коридора слышные своими оживленно переговаривавшими голосами, вошли в комнату княжны.
– Ils sont arrives, Marieie, [Они приехали, Мари,] вы знаете? – сказала маленькая княгиня, переваливаясь своим животом и тяжело опускаясь на кресло.
Она уже не была в той блузе, в которой сидела поутру, а на ней было одно из лучших ее платьев; голова ее была тщательно убрана, и на лице ее было оживление, не скрывавшее, однако, опустившихся и помертвевших очертаний лица. В том наряде, в котором она бывала обыкновенно в обществах в Петербурге, еще заметнее было, как много она подурнела. На m lle Bourienne тоже появилось уже незаметно какое то усовершенствование наряда, которое придавало ее хорошенькому, свеженькому лицу еще более привлекательности.
– Eh bien, et vous restez comme vous etes, chere princesse? – заговорила она. – On va venir annoncer, que ces messieurs sont au salon; il faudra descendre, et vous ne faites pas un petit brin de toilette! [Ну, а вы остаетесь, в чем были, княжна? Сейчас придут сказать, что они вышли. Надо будет итти вниз, а вы хоть бы чуть чуть принарядились!]
Маленькая княгиня поднялась с кресла, позвонила горничную и поспешно и весело принялась придумывать наряд для княжны Марьи и приводить его в исполнение. Княжна Марья чувствовала себя оскорбленной в чувстве собственного достоинства тем, что приезд обещанного ей жениха волновал ее, и еще более она была оскорблена тем, что обе ее подруги и не предполагали, чтобы это могло быть иначе. Сказать им, как ей совестно было за себя и за них, это значило выдать свое волнение; кроме того отказаться от наряжения, которое предлагали ей, повело бы к продолжительным шуткам и настаиваниям. Она вспыхнула, прекрасные глаза ее потухли, лицо ее покрылось пятнами и с тем некрасивым выражением жертвы, чаще всего останавливающемся на ее лице, она отдалась во власть m lle Bourienne и Лизы. Обе женщины заботились совершенно искренно о том, чтобы сделать ее красивой. Она была так дурна, что ни одной из них не могла притти мысль о соперничестве с нею; поэтому они совершенно искренно, с тем наивным и твердым убеждением женщин, что наряд может сделать лицо красивым, принялись за ее одеванье.
– Нет, право, ma bonne amie, [мой добрый друг,] это платье нехорошо, – говорила Лиза, издалека боком взглядывая на княжну. – Вели подать, у тебя там есть масака. Право! Что ж, ведь это, может быть, судьба жизни решается. А это слишком светло, нехорошо, нет, нехорошо!
Нехорошо было не платье, но лицо и вся фигура княжны, но этого не чувствовали m lle Bourienne и маленькая княгиня; им все казалось, что ежели приложить голубую ленту к волосам, зачесанным кверху, и спустить голубой шарф с коричневого платья и т. п., то всё будет хорошо. Они забывали, что испуганное лицо и фигуру нельзя было изменить, и потому, как они ни видоизменяли раму и украшение этого лица, само лицо оставалось жалко и некрасиво. После двух или трех перемен, которым покорно подчинялась княжна Марья, в ту минуту, как она была зачесана кверху (прическа, совершенно изменявшая и портившая ее лицо), в голубом шарфе и масака нарядном платье, маленькая княгиня раза два обошла кругом нее, маленькой ручкой оправила тут складку платья, там подернула шарф и посмотрела, склонив голову, то с той, то с другой стороны.