Мегарида

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск

Мегарида — небольшая область средней Греции, на юго-западе непосредственно примыкавшая к Коринфскому перешейку, простиравшаяся между Сароническим заливом на юго-востоке и Алкионийской бухтой Коринфского залива на северо-западе.

Северную границу (с Беотией) составлял главный хребет Киферона, северо-восточную (с Аттикой) — один из его отрогов, оканчивающийся у берега Саронического залива двумя вершинами (Κέρατα, рога). Почти вся страна занята массивным хребтом, главная часть которого, занимающая западную часть Мегариды, высотой до 1350 м, в древности носила название ή Γεράνεια, ныне Μακρύ πλάγι; на севере он соединяется с голым утесистым хребтом Киферона. К западу от Герании отделяется τα Όνεια δρη, образующая полуостров, далеко выступающий в Коринфский залив и носивший название Переи (ή Πειραία). Только в восточной части Мегариды, между Геранией и горами Κέρατα, простирается небольшая равнина, среди которой на двух холмах находился главный город Мегариды, Мегара.

Представляя единственное соединительное звено между средней Грецией и Пелопоннесом и вследствие этого сильно страдая во время войн пелопоннесцев с афинянами или фиванцами, Мегарида не обладала удобными путями сообщения. Три дороги — из которых одна пролегала по утесистому и неприступному по большей части западному берегу, другая по ущельям гор посредине страны, третья по восточному берегу — были одинаково затруднительны и легко могли быть преграждены. Наибольшее значение имела и теперь имеетК:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)[источник не указан 1976 дней] последняя из трех дорог, ведущая через Мегару и её равнину с одной стороны в Аттику, с другой — к наиболее удобному перевалу через Киферон и оттуда на Фивы. Но в западной своей части она пролегала по почти отвесным скалам горного хребта, круто спускающегося здесь к морю, и на протяжении около 8 веков представляла узкую тропу, которая только благодаря искусственным сооружениям императора Адриана сделалась доступной для повозок: это так называемые Скироновы скалы, с которых, по преданию, Скирон сбрасывал в море проходящих, пока не был сам сброшен Тесеем. Теперь здесь проходит шоссе и железная дорога.

Из городов Мегариды, кроме Мегары с её гаванью, известны на западном берегу гавань Паги (Παγαί) и Эгосфена (Αίγόσθενα) — город в северо-западном углу Мегариды, временами ведший самостоятельное политическое существование в союзе с некоторыми беотийскими городами; его стены и башни сохранились и по настоящее время. Жители Мегариды в древности слыли, особенно у афинян, грубыми и невежественными, хитрыми и вероломными, и часто служили предметом острот афинских комиков, но отличались трудолюбием и считались хорошими моряками.

Напишите отзыв о статье "Мегарида"

Отрывок, характеризующий Мегарида

– Вот и командир, – сказал Лихачев. Из караулки вышел Денисов и, окликнув Петю, приказал собираться.


Быстро в полутьме разобрали лошадей, подтянули подпруги и разобрались по командам. Денисов стоял у караулки, отдавая последние приказания. Пехота партии, шлепая сотней ног, прошла вперед по дороге и быстро скрылась между деревьев в предрассветном тумане. Эсаул что то приказывал казакам. Петя держал свою лошадь в поводу, с нетерпением ожидая приказания садиться. Обмытое холодной водой, лицо его, в особенности глаза горели огнем, озноб пробегал по спине, и во всем теле что то быстро и равномерно дрожало.
– Ну, готово у вас все? – сказал Денисов. – Давай лошадей.
Лошадей подали. Денисов рассердился на казака за то, что подпруги были слабы, и, разбранив его, сел. Петя взялся за стремя. Лошадь, по привычке, хотела куснуть его за ногу, но Петя, не чувствуя своей тяжести, быстро вскочил в седло и, оглядываясь на тронувшихся сзади в темноте гусар, подъехал к Денисову.
– Василий Федорович, вы мне поручите что нибудь? Пожалуйста… ради бога… – сказал он. Денисов, казалось, забыл про существование Пети. Он оглянулся на него.
– Об одном тебя пг'ошу, – сказал он строго, – слушаться меня и никуда не соваться.
Во все время переезда Денисов ни слова не говорил больше с Петей и ехал молча. Когда подъехали к опушке леса, в поле заметно уже стало светлеть. Денисов поговорил что то шепотом с эсаулом, и казаки стали проезжать мимо Пети и Денисова. Когда они все проехали, Денисов тронул свою лошадь и поехал под гору. Садясь на зады и скользя, лошади спускались с своими седоками в лощину. Петя ехал рядом с Денисовым. Дрожь во всем его теле все усиливалась. Становилось все светлее и светлее, только туман скрывал отдаленные предметы. Съехав вниз и оглянувшись назад, Денисов кивнул головой казаку, стоявшему подле него.
– Сигнал! – проговорил он.
Казак поднял руку, раздался выстрел. И в то же мгновение послышался топот впереди поскакавших лошадей, крики с разных сторон и еще выстрелы.
В то же мгновение, как раздались первые звуки топота и крика, Петя, ударив свою лошадь и выпустив поводья, не слушая Денисова, кричавшего на него, поскакал вперед. Пете показалось, что вдруг совершенно, как середь дня, ярко рассвело в ту минуту, как послышался выстрел. Он подскакал к мосту. Впереди по дороге скакали казаки. На мосту он столкнулся с отставшим казаком и поскакал дальше. Впереди какие то люди, – должно быть, это были французы, – бежали с правой стороны дороги на левую. Один упал в грязь под ногами Петиной лошади.