Месяцев, Николай Николаевич

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Николай Николаевич Месяцев<tr><td colspan="2" style="text-align: center; border-top: solid darkgray 1px;"></td></tr>
Чрезвычайный и Полномочный Посол СССР в Австралии
1970 — 1972
Предшественник: Николай Яковлевич Тараканов
Преемник: Дмитрий Петрович Мусин
Председатель Государственного комитета Совета Министров СССР (Комитета при СМ СССР) по радиовещанию и телевидению
30 октября 1964 — 17 апреля 1970
Предшественник: Михаил Аверкиевич Харламов
Преемник: Сергей Георгиевич Лапин
 
Рождение: 3 июля 1920(1920-07-03)
Вольск, Саратовская губерния, РСФСР
Смерть: 3 сентября 2011(2011-09-03) (91 год)
Москва, Российская Федерация
Отец: Николай Андреевич Месяцев
Мать: Анна Ивановна Месяцева
Супруга: Алла Николаевна Месяцева
Дети: Александр, Алексей
Партия: ВКП(б) (с 1941)
Образование: Военно-юридическая академия РККА
Учёная степень: кандидат юридических наук
 
Награды:

Никола́й Никола́евич Ме́сяцев (3 июля 1920 года, Вольск Саратовская губерния — 3 сентября 2011 года, Москва) — советский государственный и партийный деятель, председатель Государственного комитета Совета Министров СССР (Комитета при СМ СССР) по радиовещанию и телевидению (1964—1970).





Биография

Родился в многодетной семье рабочего. С 1926 года жил в Москве. Окончил военно-морской факультет Военно-юридической академии Красной Армии (1941).

В 1941—45 годах работал сначала в 3-м управлении Наркомата ВМФ СССР, после в Управлении особых отделов НКВД СССР, после в Отделе контрразведки СМЕРШ 5-й гвардейской танковой армии: младший следователь, следователь, начальник следственного отделения. В 1945—46 годах работал в Главном управлении контрразведки «СМЕРШ».

В 1946—47 годах сначала инструктор, потом ответственный организатор ЦК ВЛКСМ. В 1948—50 годах — второй секретарь ЦК ЛКСМ Молдавии. В 1950—52 годах — заместитель заведующего организационным отделом ЦК ВЛКСМ.

В 1953 году по поручению Сталина переведен в органы госбезопасности, с целью провести ревизию следствия по «делу врачей»[1]. Был назначен помощником начальника следственной части. Упоминается в мемуарах «Разведка и Кремль» Павла Судоплатова.

Окончил аспирантуру Академии общественных наук при ЦК КПСС (1952—55), кандидат юридических наук.

В 1955 году — заведующий отделом пропаганды и агитации ЦК ВЛКСМ, в 1955—59 годах — секретарь ЦК ВЛКСМ.

В 1959—62 годах — первый заместитель председателя Всесоюзного общества по распространению политических и научных знаний «Знание».

В 1962—63 годах — советник-посланник Посольства СССР в Китайской Народной Республике.

В 1963—64 годах — заместитель заведующего отделом ЦК КПСС по связям с коммунистическими и рабочими партиями социалистических стран (заведующим тогда был Ю. В. Андропов).

В 1964—70 годах — председатель Гостелерадио СССР. [www.ostankino.ru/magazin/archive/n-2/text-57.html?print_version=1 ] (недоступная ссылка с 23-05-2013 (4024 дня)) Возглавляя эту важную государственную отрасль, он стоял у истоков создания в стране Общесоюзного телевизионного центра в Останкино. В его строительстве и техническом оснащении участвовало около 600 заводов страны. Было построено три больших жилых дома для сотрудников комитета. После завершения строительства телецентра под руководством Месяцева была разработана и осуществлена концепция единого многопрограммного телерадиовещания с подачей телевизионного сигнала с помощью космических спутников связи на районы Сибири и Дальнего Востока. Месяцев многое сделал, чтобы повысить качество вещания для различных слоев и возрастных групп населения, предпринимал усилия по развитию обратной связи со зрителями и слушателями. В своей работе он делал упор на творческий подход, содержательность передач. Советский Союз стал могучей телевизионной державой. Принимал непосредственное участие в создании ряда телевизионных и радиопрограмм, в частности 50-серийного фильма «Летопись полувека», «Минута молчания» (памяти павших) и многих других. Был смещен с должности Л. И. Брежневым как член группировки «комсомольцев» А. Н. Шелепина.

В 1970—72 годах — Чрезвычайный и полномочный посол СССР в Австралийском Союзе.

В 1972 году — посол по особым поручениям Министерства иностранных дел СССР.

Исключен из КПСС 1 августа 1972 года с формулировкой: «За грубое нарушение норм партийной морали в бытность Чрезвычайным и Полномочным послом СССР в Австралийском Союзе и неискренность при рассмотрении персонального дела».

  • По воспоминаниям бывшего корреспондента ТАСС Бориса Чехонина, в Москве КГБ был распущен слух: Месяцев был отозван за попытку изнасилования в сиднейской гостинице приезжей советской балерины. Однако реальной причиной наказания, по мнению Чехонина, явился несчастный случай — гибель в результате ДТП в нетрезвом виде молодого сотрудника посольской резидентуры КГБ Михаила Цуканова, сына Г. Э. Цуканова, влиятельного в ЦК КПСС помощника Л. И. Брежнева[2].

В 1972—88 годах — старший научный сотрудник, в 1988 г. — заведующий отделом исторических наук Института научной информации по общественным наукам (ИНИОН) Академии Наук СССР.

Восстановлен в рядах КПСС 18 мая 1984 года.

Избирался членом редколлегий журналов «Молодой коммунист» и «Журналист», секретарем Союза журналистов СССР, членом Комитета по Ленинским и Государственным премиям в области литературы и искусства, членом Президиума профсоюза работников культуры.

Член ВКП(б) — КПСС в 19411972 годах и в 19841991 годах. Кандидат в члены ЦК КПСС в 1966—71 годах. Депутат Верховного Совета СССР в 1966—70 годах. Чрезвычайный и полномочный посол СССР (1970).

С декабря 1988 года — персональный пенсионер союзного значения.

Семья

Родители — Николай Андреевич (1872—1926) и Анна Ивановна (1884—1943) Месяцевы.

Супруга — Алла Николаевна Месяцева (1923—1994); сыновья — Александр (1948 г.р.) и Алексей (1954 г.р.); 2 внука (оба — Николаи). Правнучка Алиса (2011 г.р.)

Награды

Кавалер шести орденов: Отечественной войны 1-й степени (1985), двух Отечественной войны 2-й степени, трёх Трудового Красного Знамени, и медалей, включая «За боевые заслуги», «За оборону Москвы» и «За взятие Кёнигсберга».

Сочинения

Месяцев Н. Н. Горизонты и лабиринты моей жизни. — М.: Вагриус, 2005.

Напишите отзыв о статье "Месяцев, Николай Николаевич"

Ссылки

  • [www.tvmuseum.ru/catalog.asp?ob_no=8174&pg=2 Музей телевидения и радио. Месяцев Николай Николаевич]
  • [www.knowbysight.info/MMM/03933.asp Справочник по истории Коммунистической партии и Советского Союза 1898—1991]
  • [www.sovross.ru/modules.php?name=News&file=print&sid=57738 Беседа с легендарным «комсомольцем» Н. Н. Месяцевым накануне его 90-летия]

Примечания

  1. [sovross.ru/modules.php?name=News&file=article&sid=57738 Официальный сайт газеты Советская Россия - Горизонты в лабиринте]
  2. [www.kommersant.ru/doc.aspx?DocsID=558051 Евгений Жирнов: «Дело мести»] — Коммерсантъ-ВЛАСТЬ, № 12, 2005.

Отрывок, характеризующий Месяцев, Николай Николаевич

– Что такое? – спросила графиня, как будто не зная, о чем говорит гостья, хотя она раз пятнадцать уже слышала причину огорчения графа Безухого.
– Вот нынешнее воспитание! Еще за границей, – проговорила гостья, – этот молодой человек предоставлен был самому себе, и теперь в Петербурге, говорят, он такие ужасы наделал, что его с полицией выслали оттуда.
– Скажите! – сказала графиня.
– Он дурно выбирал свои знакомства, – вмешалась княгиня Анна Михайловна. – Сын князя Василия, он и один Долохов, они, говорят, Бог знает что делали. И оба пострадали. Долохов разжалован в солдаты, а сын Безухого выслан в Москву. Анатоля Курагина – того отец как то замял. Но выслали таки из Петербурга.
– Да что, бишь, они сделали? – спросила графиня.
– Это совершенные разбойники, особенно Долохов, – говорила гостья. – Он сын Марьи Ивановны Долоховой, такой почтенной дамы, и что же? Можете себе представить: они втроем достали где то медведя, посадили с собой в карету и повезли к актрисам. Прибежала полиция их унимать. Они поймали квартального и привязали его спина со спиной к медведю и пустили медведя в Мойку; медведь плавает, а квартальный на нем.
– Хороша, ma chere, фигура квартального, – закричал граф, помирая со смеху.
– Ах, ужас какой! Чему тут смеяться, граф?
Но дамы невольно смеялись и сами.
– Насилу спасли этого несчастного, – продолжала гостья. – И это сын графа Кирилла Владимировича Безухова так умно забавляется! – прибавила она. – А говорили, что так хорошо воспитан и умен. Вот всё воспитание заграничное куда довело. Надеюсь, что здесь его никто не примет, несмотря на его богатство. Мне хотели его представить. Я решительно отказалась: у меня дочери.
– Отчего вы говорите, что этот молодой человек так богат? – спросила графиня, нагибаясь от девиц, которые тотчас же сделали вид, что не слушают. – Ведь у него только незаконные дети. Кажется… и Пьер незаконный.
Гостья махнула рукой.
– У него их двадцать незаконных, я думаю.
Княгиня Анна Михайловна вмешалась в разговор, видимо, желая выказать свои связи и свое знание всех светских обстоятельств.
– Вот в чем дело, – сказала она значительно и тоже полушопотом. – Репутация графа Кирилла Владимировича известна… Детям своим он и счет потерял, но этот Пьер любимый был.
– Как старик был хорош, – сказала графиня, – еще прошлого года! Красивее мужчины я не видывала.
– Теперь очень переменился, – сказала Анна Михайловна. – Так я хотела сказать, – продолжала она, – по жене прямой наследник всего именья князь Василий, но Пьера отец очень любил, занимался его воспитанием и писал государю… так что никто не знает, ежели он умрет (он так плох, что этого ждут каждую минуту, и Lorrain приехал из Петербурга), кому достанется это огромное состояние, Пьеру или князю Василию. Сорок тысяч душ и миллионы. Я это очень хорошо знаю, потому что мне сам князь Василий это говорил. Да и Кирилл Владимирович мне приходится троюродным дядей по матери. Он и крестил Борю, – прибавила она, как будто не приписывая этому обстоятельству никакого значения.
– Князь Василий приехал в Москву вчера. Он едет на ревизию, мне говорили, – сказала гостья.
– Да, но, entre nous, [между нами,] – сказала княгиня, – это предлог, он приехал собственно к графу Кирилле Владимировичу, узнав, что он так плох.
– Однако, ma chere, это славная штука, – сказал граф и, заметив, что старшая гостья его не слушала, обратился уже к барышням. – Хороша фигура была у квартального, я воображаю.
И он, представив, как махал руками квартальный, опять захохотал звучным и басистым смехом, колебавшим всё его полное тело, как смеются люди, всегда хорошо евшие и особенно пившие. – Так, пожалуйста же, обедать к нам, – сказал он.


Наступило молчание. Графиня глядела на гостью, приятно улыбаясь, впрочем, не скрывая того, что не огорчится теперь нисколько, если гостья поднимется и уедет. Дочь гостьи уже оправляла платье, вопросительно глядя на мать, как вдруг из соседней комнаты послышался бег к двери нескольких мужских и женских ног, грохот зацепленного и поваленного стула, и в комнату вбежала тринадцатилетняя девочка, запахнув что то короткою кисейною юбкою, и остановилась по средине комнаты. Очевидно было, она нечаянно, с нерассчитанного бега, заскочила так далеко. В дверях в ту же минуту показались студент с малиновым воротником, гвардейский офицер, пятнадцатилетняя девочка и толстый румяный мальчик в детской курточке.
Граф вскочил и, раскачиваясь, широко расставил руки вокруг бежавшей девочки.
– А, вот она! – смеясь закричал он. – Именинница! Ma chere, именинница!
– Ma chere, il y a un temps pour tout, [Милая, на все есть время,] – сказала графиня, притворяясь строгою. – Ты ее все балуешь, Elie, – прибавила она мужу.
– Bonjour, ma chere, je vous felicite, [Здравствуйте, моя милая, поздравляю вас,] – сказала гостья. – Quelle delicuse enfant! [Какое прелестное дитя!] – прибавила она, обращаясь к матери.
Черноглазая, с большим ртом, некрасивая, но живая девочка, с своими детскими открытыми плечиками, которые, сжимаясь, двигались в своем корсаже от быстрого бега, с своими сбившимися назад черными кудрями, тоненькими оголенными руками и маленькими ножками в кружевных панталончиках и открытых башмачках, была в том милом возрасте, когда девочка уже не ребенок, а ребенок еще не девушка. Вывернувшись от отца, она подбежала к матери и, не обращая никакого внимания на ее строгое замечание, спрятала свое раскрасневшееся лицо в кружевах материной мантильи и засмеялась. Она смеялась чему то, толкуя отрывисто про куклу, которую вынула из под юбочки.
– Видите?… Кукла… Мими… Видите.
И Наташа не могла больше говорить (ей всё смешно казалось). Она упала на мать и расхохоталась так громко и звонко, что все, даже чопорная гостья, против воли засмеялись.
– Ну, поди, поди с своим уродом! – сказала мать, притворно сердито отталкивая дочь. – Это моя меньшая, – обратилась она к гостье.
Наташа, оторвав на минуту лицо от кружевной косынки матери, взглянула на нее снизу сквозь слезы смеха и опять спрятала лицо.
Гостья, принужденная любоваться семейною сценой, сочла нужным принять в ней какое нибудь участие.
– Скажите, моя милая, – сказала она, обращаясь к Наташе, – как же вам приходится эта Мими? Дочь, верно?
Наташе не понравился тон снисхождения до детского разговора, с которым гостья обратилась к ней. Она ничего не ответила и серьезно посмотрела на гостью.
Между тем всё это молодое поколение: Борис – офицер, сын княгини Анны Михайловны, Николай – студент, старший сын графа, Соня – пятнадцатилетняя племянница графа, и маленький Петруша – меньшой сын, все разместились в гостиной и, видимо, старались удержать в границах приличия оживление и веселость, которыми еще дышала каждая их черта. Видно было, что там, в задних комнатах, откуда они все так стремительно прибежали, у них были разговоры веселее, чем здесь о городских сплетнях, погоде и comtesse Apraksine. [о графине Апраксиной.] Изредка они взглядывали друг на друга и едва удерживались от смеха.
Два молодые человека, студент и офицер, друзья с детства, были одних лет и оба красивы, но не похожи друг на друга. Борис был высокий белокурый юноша с правильными тонкими чертами спокойного и красивого лица; Николай был невысокий курчавый молодой человек с открытым выражением лица. На верхней губе его уже показывались черные волосики, и во всем лице выражались стремительность и восторженность.
Николай покраснел, как только вошел в гостиную. Видно было, что он искал и не находил, что сказать; Борис, напротив, тотчас же нашелся и рассказал спокойно, шутливо, как эту Мими куклу он знал еще молодою девицей с неиспорченным еще носом, как она в пять лет на его памяти состарелась и как у ней по всему черепу треснула голова. Сказав это, он взглянул на Наташу. Наташа отвернулась от него, взглянула на младшего брата, который, зажмурившись, трясся от беззвучного смеха, и, не в силах более удерживаться, прыгнула и побежала из комнаты так скоро, как только могли нести ее быстрые ножки. Борис не рассмеялся.