Метисы

Поделись знанием:
(перенаправлено с «Метис»)
Перейти к: навигация, поиск
(слева направо): Рамуш-Орта, Жозе (Бразильский метис), Марли, Боб (мулат)[1]

Мети́сы (фр. métis, от позднелат. misticius — смешанный, от лат. misceo — смешиваю) — потомки от межрасовых браков. В антропологическом отношении метисы обычно занимают промежуточное положение между смешивающимися расами. В Америке метисами называют потомков от браков европеоидов и индейцев. В Средней Азии монголоидов и европеоидов. Бразильские метисы — от браков португальцев с индейцами тупи, составившие большинство населения страны, — известны под названием «мамелюкос», а индейцев с африканцами — «пардо».[2] В странах с преимущественно однородным населением метисы могут стать жертвами расистов.





История

Исторически, процесс смешения представителей разных рас связан с перемещением людей из разных стран и континентов. Большие географические открытия дали первый массовый толчок этому явлению. Значительную роль в процессе смешивания разных национальностей сыграла рабовладельческая торговля — Голландии, Англии, Португалии, Испании. Метис, как определении, означает лишь название потомка от родителей разных рас. Потомок от родителей европеоидной и негроидной расы носит название — мулат. Потомок европеоидной расы и монголоидной — евроазиат.[3]Во многих странах отмечается роста численности метисов, по отношению к другим представителям. К примеру, в Бразилии в 1950 году численность европеоидов 27 %, мулатов и метисов — 60 %, в то время как, в 2000 году европеоидов и метисов 54 %, а мулатов — 38 %. Также, на этом фоне, показательным является процесс уменьшения негроидного населения и представителей коренных народов по отношению к остальным.[4]

Географическое распределение

Метисы присутствуют практически во всех странах Западного полушария, в том числе составляют большинство населения таких стран, как Мексика, Никарагуа, Перу, Колумбия, Венесуэла, Эквадор, Парагвай, Панама, также в Средней Азии (Узбекистан, Туркмения, Киргизия, Казахстан), Урале и Поволжье[5].

Известные метисы

Тема метисов в искусстве

См. также

Напишите отзыв о статье "Метисы"

Примечания

  1. Gregory Stephens. On Racial Frontiers: The New Culture of Frederick Douglass, Ralph Ellison, and Bob Marley. — Энциклопедия. — Cambridge University Press, 1999. — С. 167. — 329 с. — ISBN 0521643937.
  2. Л. М. Минц. Народы мира. — Энциклопедия. — ОЛМА Медиа Групп, 2007. — С. 113. — 638 с. — ISBN 9785373010573.
  3. Дарья Ермакович. Хочу всё знать. Большая детская энциклопедия. — ЛитРес, 2015. — С. 168. — 320 с. — ISBN 5457402177.
  4. А.Г. ВИНОГРАДОВ. «Демография. Статистические таблицы. Часть 1. Население стран мира с древнейших времен до наших дней». — 2014. — С. 245. — 458 с. — ISBN 9781312040731.
  5. С. И. Брук «Население мира. Этнодемографический справочник», Москва 1986.
  6. ADAM GAUDRY. [thecanadianencyclopedia.com/en/article/dumont-gabriel/ Gabriel Dumont]. ABORIGINAL PEOPLES. The Canadian Encyclopedia (08/06/08).
  7. Philippe Matthews. [thepmshow.tv/channel/health-fitness/sharon-bruneau-from-bodybuilder-to-bombshell/ Sharon Bruneau – From Bodybuilder to Bombshell]. Health & Fitness. The Philippe Matthews Show (2011).
  8. [judowc.sporttu.com/athletes/kalib-starnes-2750440/preview Kalib Starnes]. About. World chempionship judo (2014).
 Смешение рас и касты в испанских и португальских колонияхпор
Негры <center>—— Европейцы
——
Европейцы
——
Индейцы
——
Негры
Мулат Креол Метис Самбо

</center>


Отрывок, характеризующий Метисы

– Другой штраф за галлицизм, – сказал русский писатель, бывший в гостиной. – «Удовольствие быть не по русски.
– Вы никому не делаете милости, – продолжала Жюли к ополченцу, не обращая внимания на замечание сочинителя. – За caustique виновата, – сказала она, – и плачу, но за удовольствие сказать вам правду я готова еще заплатить; за галлицизмы не отвечаю, – обратилась она к сочинителю: – у меня нет ни денег, ни времени, как у князя Голицына, взять учителя и учиться по русски. А вот и он, – сказала Жюли. – Quand on… [Когда.] Нет, нет, – обратилась она к ополченцу, – не поймаете. Когда говорят про солнце – видят его лучи, – сказала хозяйка, любезно улыбаясь Пьеру. – Мы только говорили о вас, – с свойственной светским женщинам свободой лжи сказала Жюли. – Мы говорили, что ваш полк, верно, будет лучше мамоновского.
– Ах, не говорите мне про мой полк, – отвечал Пьер, целуя руку хозяйке и садясь подле нее. – Он мне так надоел!
– Вы ведь, верно, сами будете командовать им? – сказала Жюли, хитро и насмешливо переглянувшись с ополченцем.
Ополченец в присутствии Пьера был уже не так caustique, и в лице его выразилось недоуменье к тому, что означала улыбка Жюли. Несмотря на свою рассеянность и добродушие, личность Пьера прекращала тотчас же всякие попытки на насмешку в его присутствии.
– Нет, – смеясь, отвечал Пьер, оглядывая свое большое, толстое тело. – В меня слишком легко попасть французам, да и я боюсь, что не влезу на лошадь…
В числе перебираемых лиц для предмета разговора общество Жюли попало на Ростовых.
– Очень, говорят, плохи дела их, – сказала Жюли. – И он так бестолков – сам граф. Разумовские хотели купить его дом и подмосковную, и все это тянется. Он дорожится.
– Нет, кажется, на днях состоится продажа, – сказал кто то. – Хотя теперь и безумно покупать что нибудь в Москве.
– Отчего? – сказала Жюли. – Неужели вы думаете, что есть опасность для Москвы?
– Отчего же вы едете?
– Я? Вот странно. Я еду, потому… ну потому, что все едут, и потом я не Иоанна д'Арк и не амазонка.
– Ну, да, да, дайте мне еще тряпочек.
– Ежели он сумеет повести дела, он может заплатить все долги, – продолжал ополченец про Ростова.
– Добрый старик, но очень pauvre sire [плох]. И зачем они живут тут так долго? Они давно хотели ехать в деревню. Натали, кажется, здорова теперь? – хитро улыбаясь, спросила Жюли у Пьера.
– Они ждут меньшого сына, – сказал Пьер. – Он поступил в казаки Оболенского и поехал в Белую Церковь. Там формируется полк. А теперь они перевели его в мой полк и ждут каждый день. Граф давно хотел ехать, но графиня ни за что не согласна выехать из Москвы, пока не приедет сын.
– Я их третьего дня видела у Архаровых. Натали опять похорошела и повеселела. Она пела один романс. Как все легко проходит у некоторых людей!
– Что проходит? – недовольно спросил Пьер. Жюли улыбнулась.
– Вы знаете, граф, что такие рыцари, как вы, бывают только в романах madame Suza.
– Какой рыцарь? Отчего? – краснея, спросил Пьер.
– Ну, полноте, милый граф, c'est la fable de tout Moscou. Je vous admire, ma parole d'honneur. [это вся Москва знает. Право, я вам удивляюсь.]
– Штраф! Штраф! – сказал ополченец.
– Ну, хорошо. Нельзя говорить, как скучно!
– Qu'est ce qui est la fable de tout Moscou? [Что знает вся Москва?] – вставая, сказал сердито Пьер.
– Полноте, граф. Вы знаете!
– Ничего не знаю, – сказал Пьер.
– Я знаю, что вы дружны были с Натали, и потому… Нет, я всегда дружнее с Верой. Cette chere Vera! [Эта милая Вера!]
– Non, madame, [Нет, сударыня.] – продолжал Пьер недовольным тоном. – Я вовсе не взял на себя роль рыцаря Ростовой, и я уже почти месяц не был у них. Но я не понимаю жестокость…
– Qui s'excuse – s'accuse, [Кто извиняется, тот обвиняет себя.] – улыбаясь и махая корпией, говорила Жюли и, чтобы за ней осталось последнее слово, сейчас же переменила разговор. – Каково, я нынче узнала: бедная Мари Волконская приехала вчера в Москву. Вы слышали, она потеряла отца?
– Неужели! Где она? Я бы очень желал увидать ее, – сказал Пьер.
– Я вчера провела с ней вечер. Она нынче или завтра утром едет в подмосковную с племянником.
– Ну что она, как? – сказал Пьер.
– Ничего, грустна. Но знаете, кто ее спас? Это целый роман. Nicolas Ростов. Ее окружили, хотели убить, ранили ее людей. Он бросился и спас ее…
– Еще роман, – сказал ополченец. – Решительно это общее бегство сделано, чтобы все старые невесты шли замуж. Catiche – одна, княжна Болконская – другая.