Микимото, Кокити

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск

Микимото Кокити (яп. 御木本 幸吉 Микимото Ко:кити?, 10 марта 1858 — 21 сентября 1954) — японский предприниматель. Известен тем, что впервые получил искусственный жемчуг из морских моллюсков. Барельеф Кокити Микимото в 1985 году был размещен в Патентном бюро среди экспонатов серии «Десять великих изобретателей Японии».



Биография

Кокити Микимото родился 25 января 1858 года в посёлке Осато (大里町) на побережье Тоба в провинции Сима (в настоящее время в город Тоба префектуры Миэ). Его отец владел небольшой харчевней «Авако», где подавалась в основном лапша домашнего изготовления. В 13 лет Кокити бросил школу и начал продавать лапшу вразнос, а потом стал продавцом в овощной лавке. Женился Кокити на 17-летней Умэ, дочери учителя фехтования местного рода Тоба. В 1888 году, воспользовавшись приданым жены, он приобрёл небольшую ферму по разведению устриц на островке Одзима в узком заливе Симмэй, так как с юношества интересовался знаменитой местной продукцией — жемчугом залива Исе. Из-за высоких цен люди вели хищнический вылов устриц-жемчужниц, популяция которых с каждым годом уменьшалась и уже была на грани полного исчезновения.

В 1888 году в бухте Симмэй была создана первая плантация по выращиванию жемчуга. В апреле 1890 года в токийском парке Уэно проводилась 3-я национальная ярмарка. Микимото представил на ней живых устриц, жемчуг и жемчужные украшения. На этой ярмарке он познакомился с известным специалистом в области морской биологии, профессором Какити Мицукури из Токийского университета (по другим данным, это был доктор Ёсикити Миносаку), от которого он получил совет не только продавать выращенных устриц, но и попытаться освоить на своей ферме искусственное выращивание жемчуга, и последовал ему.

Он вводил инородные тела в раковины устриц, помещал их в бамбуковые корзины и погружал в море. Для проведения экспериментов были выбраны два места: бухта Симмэй в заливе Аго и остров Одзима, который сейчас называют Жемчужным островом (ミキモト真珠島). Микимото постоянно обрабатывал раковины и вел за ними наблюдение — открывал раковины и обнаруживал, что многие отторгали инородные тела.

Красный прилив, возникший в ноябре 1892 года, вызвал гибель раковин, которые Микимото выращивал в бухте Симмэй у острова Бэнтэндзима.

В 1893 году была получена искусственная жемчужина полукруглой формы. Патент на полукруглый жемчуг был получен 27 января 1896 года. Из-за того, что не было прецедента выдачи патентов на изобретение, касающееся биологических объектов, весь процесс оформления занял 15 месяцев.

Микимото решил расширить свой проект, и на необитаемом острове в заливе Аго была создана жемчужная ферма. Позже остров был назван Татокудзима — «Остров большой выгоды». Жемчужная индустрия развивалась и привела к экономическому росту этого региона. Но весной 1905 года ещё один красный прилив вызвал гибель 850 тысяч устриц.

Микимото с новой силой окунулся в работу. Он тщательно следил за ростом культивируемых жемчужин, изучал различные аспекты выращивания жемчуга, думая над тем, как сделать ярче расцветку и блеск, как ускорить рост устриц-жемчужниц. Неоднократные эксперименты позволили ему разработать совершенный метод покрытия искусственно имплантированного ядра слоями перламутра. Заключительный процесс состоял в покрытии ядра мантией устрицы и имплантации его в другую раковину, где оно постепенно покрывалось слоями перламутра. Патент на этот метод под номером 13673 был зарегистрирован 13 февраля 1908 года.

Создание круглого искусственно выращенного жемчуга было величайшей гордостью Микимото. 15 лет прошло с момента получения полукруглой жемчужины. Микимото достиг своей цели весной спустя 11 лет после того, как поклялся умирающей жене, что добьется успеха. Он обещал это жене, посвятившей свою жизнь борьбе мужа ради успехаК:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)[источник не указан 2340 дней].

Бронзовая статуя Кокити Микимото стоит сейчас на Жемчужном острове, и обращена лицом к Тихому океану.

Еще одним важным открытием Микимото было изобретение в 1924 году метода сбора раковин устриц-деток для размножения устриц, а также изобретение корзины для разведения устриц и корзины для подводного содержания раковин. Корзина для разведения устриц стала результатом его борьбы с опустошительными красными приливами, сейчас она широко используется везде, где занимаются искусственным разведением жемчуга.

Умер в возрасте 96 лет в 1954 году.

Напишите отзыв о статье "Микимото, Кокити"

Ссылки

  • www.mikimotoamerica.com/history/index.html
  • patlah.ru/etm/etm-01/dom-promsl/uvelir/dragocennost/drag-09.htm
К:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)

Отрывок, характеризующий Микимото, Кокити

– Очень рад тебя видеть, пройди туда, где они собрались, и подожди меня. – Государь прошел в кабинет. За ним прошел князь Петр Михайлович Волконский, барон Штейн, и за ними затворились двери. Князь Андрей, пользуясь разрешением государя, прошел с Паулучи, которого он знал еще в Турции, в гостиную, где собрался совет.
Князь Петр Михайлович Волконский занимал должность как бы начальника штаба государя. Волконский вышел из кабинета и, принеся в гостиную карты и разложив их на столе, передал вопросы, на которые он желал слышать мнение собранных господ. Дело было в том, что в ночь было получено известие (впоследствии оказавшееся ложным) о движении французов в обход Дрисского лагеря.
Первый начал говорить генерал Армфельд, неожиданно, во избежание представившегося затруднения, предложив совершенно новую, ничем (кроме как желанием показать, что он тоже может иметь мнение) не объяснимую позицию в стороне от Петербургской и Московской дорог, на которой, по его мнению, армия должна была, соединившись, ожидать неприятеля. Видно было, что этот план давно был составлен Армфельдом и что он теперь изложил его не столько с целью отвечать на предлагаемые вопросы, на которые план этот не отвечал, сколько с целью воспользоваться случаем высказать его. Это было одно из миллионов предположений, которые так же основательно, как и другие, можно было делать, не имея понятия о том, какой характер примет война. Некоторые оспаривали его мнение, некоторые защищали его. Молодой полковник Толь горячее других оспаривал мнение шведского генерала и во время спора достал из бокового кармана исписанную тетрадь, которую он попросил позволения прочесть. В пространно составленной записке Толь предлагал другой – совершенно противный и плану Армфельда и плану Пфуля – план кампании. Паулучи, возражая Толю, предложил план движения вперед и атаки, которая одна, по его словам, могла вывести нас из неизвестности и западни, как он называл Дрисский лагерь, в которой мы находились. Пфуль во время этих споров и его переводчик Вольцоген (его мост в придворном отношении) молчали. Пфуль только презрительно фыркал и отворачивался, показывая, что он никогда не унизится до возражения против того вздора, который он теперь слышит. Но когда князь Волконский, руководивший прениями, вызвал его на изложение своего мнения, он только сказал:
– Что же меня спрашивать? Генерал Армфельд предложил прекрасную позицию с открытым тылом. Или атаку von diesem italienischen Herrn, sehr schon! [этого итальянского господина, очень хорошо! (нем.) ] Или отступление. Auch gut. [Тоже хорошо (нем.) ] Что ж меня спрашивать? – сказал он. – Ведь вы сами знаете все лучше меня. – Но когда Волконский, нахмурившись, сказал, что он спрашивает его мнение от имени государя, то Пфуль встал и, вдруг одушевившись, начал говорить:
– Все испортили, все спутали, все хотели знать лучше меня, а теперь пришли ко мне: как поправить? Нечего поправлять. Надо исполнять все в точности по основаниям, изложенным мною, – говорил он, стуча костлявыми пальцами по столу. – В чем затруднение? Вздор, Kinder spiel. [детские игрушки (нем.) ] – Он подошел к карте и стал быстро говорить, тыкая сухим пальцем по карте и доказывая, что никакая случайность не может изменить целесообразности Дрисского лагеря, что все предвидено и что ежели неприятель действительно пойдет в обход, то неприятель должен быть неминуемо уничтожен.
Паулучи, не знавший по немецки, стал спрашивать его по французски. Вольцоген подошел на помощь своему принципалу, плохо говорившему по французски, и стал переводить его слова, едва поспевая за Пфулем, который быстро доказывал, что все, все, не только то, что случилось, но все, что только могло случиться, все было предвидено в его плане, и что ежели теперь были затруднения, то вся вина была только в том, что не в точности все исполнено. Он беспрестанно иронически смеялся, доказывал и, наконец, презрительно бросил доказывать, как бросает математик поверять различными способами раз доказанную верность задачи. Вольцоген заменил его, продолжая излагать по французски его мысли и изредка говоря Пфулю: «Nicht wahr, Exellenz?» [Не правда ли, ваше превосходительство? (нем.) ] Пфуль, как в бою разгоряченный человек бьет по своим, сердито кричал на Вольцогена:
– Nun ja, was soll denn da noch expliziert werden? [Ну да, что еще тут толковать? (нем.) ] – Паулучи и Мишо в два голоса нападали на Вольцогена по французски. Армфельд по немецки обращался к Пфулю. Толь по русски объяснял князю Волконскому. Князь Андрей молча слушал и наблюдал.