Мовчан, Павел Михайлович

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Павел Михайлович Мовчан
укр. Павло Михайлович Мовчан<tr><td colspan="2" style="text-align: center; border-top: solid darkgray 1px;"></td></tr>
Народный депутат Украины VI созыва
23 ноября 2007 года — 12 декабря 2012 года
Народный депутат Украины I-IV созывов
15 мая 1990 года — 25 мая 2006 года
 
Рождение: 15 июля 1939(1939-07-15) (84 года)
с. Великая Ольшанка, Васильковский район, Киевская область, УССР, СССР
Партия: Народный Рух Украины, бепартийный
Профессия: журналист, поэт, сценарист
 
Награды:

Павел Михайлович Мовчан (*15 июля 1939, Большая Ольшанка) — советский общественный деятель, журналист и политик; поэт, переводчик, сценарист. Заслуженный деятель искусств Украины (1993); председатель ВУТ «Просвита» им. Т. Шевченко; член Центрального провода УНП (с января 2003); шеф-редактор газеты «Слово Просвещения»; член Комитета Национальных премий Украины им. Т. Шевченко (с ноября 2005). Член Союза писателей Украины (с 1972). Лауреат Государственной премии Украины имени Т. Шевченко (1992).





Биография

Родился 15 июля 1939 (с. Великая Ольшанка, Васильковский район Киевской области); украинец; отец Михаил Устинович (1902—†1977) и мать Пелагея Лазаревна (1905—†1987) — колхозники; жена Голота Любовь Васильевна (1949) — литератор, журналист; сын Богдан (1966) — переводчик; дочь Паулина (1987).

Образование: Литературный институт им. М. Горького (г. Москва, 1965), журналист; Высшие сценарно-режиссерские курсы при Госкино СССР (1969-1971).

В 1958-60 гг. — студент Киевского университета им. Т.Шевченко. В 1960-65 гг. - студент Литературного института им. Горького. В 1966 — исполняющий обязанности заведующего отдела редакции журнала «Дніпро». С 1966 — разнорабочий, экспедитор, моряк рыболовецкого сейнера. С 1967 — обучение на 2-летних сценарно-режиссерских курсах при Госкино СССР. С 1969 — литработник, сценарист киностудии им. Довженко. С 1971 — разнорабочий, литработник, журналист, безработный. С 1988 — секретарь правления Союза писателей Украины и Киевской организации Союза писателей Украины.

Народный депутат Украины 1 созыва с марта 1990 (2-й тур) до апреля 1994, Березняковский избирательный округ № 2, г. Киев. Входил в "Народную Раду". Инициатор создания Общественного объединения помощи Литовской Республике. На время выборов секретарь правления Киевской организации Союза писателей Украины. 1-й тур: явка 73.6 %, 44.4 %. 2-й тур: явка 69.2 %, за 51.8 %. 8 соперников. Председатель подкомиссии по вопросам гласности Комиссии по вопросам Чернобыльской катастрофы.

Народный депутат Украины 2-го созыва с марта 1994 (1-й тур) до апреля 1998, Коломыйский избирательный округ № 198, Ивано-Франковская область, выдвинут трудовым коллективом. 1-й тур: з'явка 84.2 %, за 57.91 %. 12 соперников. Председатель подкомитета по межпарламентским связям Комитета по иностранным делам и связям с СНГ. Член фракции НРУ (с октября 1996 — член группы «Государственность»).

Народный депутат Украины 3-го созыва март 1998-апрель 2002, избирательный округ № 152, Ровенская область. Явка 72.0 %, 17.9 %, 20 соперников. Март 1998 — кандидат в народные депутаты Украины от НРУ, № 16 в списке. Член Комитета по иностранным делам и связям с СНГ (июль 1998-февраль 2000). Член фракции НРУ (с мая 1998; с апреля 2000 — фракция УНР); первый заместитель председателя Комитета по иностранным делам (с февраля 2000).

Народный депутат Украины 4-го созыва апрель 2002-апрель 2006 от блока.Ющенко «Наша Украина», № 58 в списке (член Движения-УНР). Член фракции «Наша Украина» (май 2002-март 2005), член фракции УНП (март 2005-апрель 2006), первый заместитель председателя Комитета по вопросам культуры и духовности (июнь 2002-апрель 2006).

Март 2006 - кандидат в народные депутаты от Украинского народного блока Костенко и Плюща, № 16 в списке.

Народный депутат Украины 6-го созыва с ноября 2007 от Блока Ю. Тимошенко, № 131 в списке. На время выборов: пенсионер, беспартийный. За поддержку во время голосования инициатив Партии регионов его исключили из фракции БЮТ-«Батькивщина».[1] В 2011 году перешел в депутатскую группу «Реформы ради будущего», выразил готовность «поддержать системные реформы» президента Виктора Януковича.[2]

Член Союза писателей Украины (с 1972). Поэт, переводчик, сценарист. Член Совета по вопросам языковой политики при Президенте Украины (февраль 1997-ноябрь 2001). Член президиума Центрального провода НРУ (с марта 1999), Член Центрального провода НРУ (октябрь 1997-март 1999). Член президиума Центрального провода Руха (УНР) (декабрь 1999-январь 2003).

Автор сборников: «Нате!» (1963), «Летающее дерево» (1972), «Зело» (1973), «Нить-бархотка» (для детей, 1975), «Память» (1977), «Опыт» (1980), «Круговорот», «В день молодого солнца» (1981), «Голос» (1982), «Желудь» (1983; 1990 — русски), «Календарь», «Полевичок» (для детей, 1985), «Свет» (1986), «Порог» (1988), «Соль» (1989), «Средоточие» (1989), «Отпечатки» (1992), «Крест» (1993); сборник эссе и литературно-критических статей: «Ключ разумения» (1990), «Язык — явление космическое» (1994); переводы Г. Матевосяна, В. Распутина, Ю. Марцинкявичюса, М. Карима тому подобное.

Владеет туркменским, польским, русским, сербским языком.

Автор идеи мультсериала «Лис Никита» на мотивы творчества Ивана Франко. Автор сценария мультфильма «Котигорошко»[3].

Награды

Напишите отзыв о статье "Мовчан, Павел Михайлович"

Примечания

  1. [imk.ua/ua/exclusive/22-02-2011/227621/ П.]
  2. [zik.com.ua/ua/news/2011/02/22/273629 Голова «Просвіти» Павло Мовчан хоче допомогти Януковичу]
  3. [www.umoloda.kiev.ua/number/2137/222/76140/ Ліна Кушнір. «Їм нічого не допоможе, ні Афон, ні Кирил».] Голова «Просвіти» Павло Мовчан — про те, чому новообрана ВР буде недовговічною, чому нинішня влада приречена та чому не хоче йти в депутати. / «Україна молода», номер 132 за 7 вересня 2012
  4. Указ Президента України від 15 липня 2009 року № 550/2009 [zakon.rada.gov.ua/laws/show/550/2009 «Про нагородження П.]
  5. Указ Президента України від 23 серпня 2005 року № 1193/2005 [zakon.rada.gov.ua/laws/show/1193/2005 «Про відзначення державними нагородами України з нагоди 14-ї річниці незалежності України»]
  6. Указ Президента України від 8 грудня 1998 року № 1336/98 [zakon.rada.gov.ua/laws/show/1336/98 «Про нагородження відзнакою Президента України «Орден князя Ярослава Мудрого»»]
  7. Указ Президента України від 22 серпня 1996 року № 757/96 [zakon.rada.gov.ua/laws/show/757/96 «Про присвоєння почесних звань України працівникам культури і мистецтва»]
  8. [zakon4.rada.gov.ua/laws/show/86-92-п Постанова Кабінету Міністрів України від 27 лютого 1992 р. № 86 «Про присудження Державних премій України імені Т. Шевченка 1992 року»]
  9. [www.president.gov.ua/documents/3362016-20405 УКАЗ ПРЕЗИДЕНТА УКРАЇНИ №336/2016 — Офіційне інтернет-представництво Президента України], Офіційне інтернет-представництво Президента України. Проверено 23 октября 2016.

Ссылки

  • [poetry.uazone.net/movchan/ Поэзия Павла Мовчана]
  • [dovidka.com.ua/fcontent.php?pacode=311&topic=45985 Политическая Украина сегодня]
  • [www.slovoprosvity.org/ Слово Просвиты]
  • [newzz.in.ua/main/1148857813-pavel-movchannasha-psixika-deformirovana-yazykom.html Павел Мовчан: Наша психика деформирована... языком // Newzz.in.ua]
  • [www.experts.in.ua/baza/analitic/index.php?ELEMENT_ID=37874&PAGEN_2=2 Уничтожение ТУМу было первым мощным ударом по национальному движению в Украине]

Отрывок, характеризующий Мовчан, Павел Михайлович

Наташа подошла под благословенье, и настоятель посоветовал обратиться за помощью к богу и его угоднику.
Тотчас после ухода настоятеля Нашата взяла за руку свою подругу и пошла с ней в пустую комнату.
– Соня, да? он будет жив? – сказала она. – Соня, как я счастлива и как я несчастна! Соня, голубчик, – все по старому. Только бы он был жив. Он не может… потому что, потому… что… – И Наташа расплакалась.
– Так! Я знала это! Слава богу, – проговорила Соня. – Он будет жив!
Соня была взволнована не меньше своей подруги – и ее страхом и горем, и своими личными, никому не высказанными мыслями. Она, рыдая, целовала, утешала Наташу. «Только бы он был жив!» – думала она. Поплакав, поговорив и отерев слезы, обе подруги подошли к двери князя Андрея. Наташа, осторожно отворив двери, заглянула в комнату. Соня рядом с ней стояла у полуотворенной двери.
Князь Андрей лежал высоко на трех подушках. Бледное лицо его было покойно, глаза закрыты, и видно было, как он ровно дышал.
– Ах, Наташа! – вдруг почти вскрикнула Соня, хватаясь за руку своей кузины и отступая от двери.
– Что? что? – спросила Наташа.
– Это то, то, вот… – сказала Соня с бледным лицом и дрожащими губами.
Наташа тихо затворила дверь и отошла с Соней к окну, не понимая еще того, что ей говорили.
– Помнишь ты, – с испуганным и торжественным лицом говорила Соня, – помнишь, когда я за тебя в зеркало смотрела… В Отрадном, на святках… Помнишь, что я видела?..
– Да, да! – широко раскрывая глаза, сказала Наташа, смутно вспоминая, что тогда Соня сказала что то о князе Андрее, которого она видела лежащим.
– Помнишь? – продолжала Соня. – Я видела тогда и сказала всем, и тебе, и Дуняше. Я видела, что он лежит на постели, – говорила она, при каждой подробности делая жест рукою с поднятым пальцем, – и что он закрыл глаза, и что он покрыт именно розовым одеялом, и что он сложил руки, – говорила Соня, убеждаясь, по мере того как она описывала виденные ею сейчас подробности, что эти самые подробности она видела тогда. Тогда она ничего не видела, но рассказала, что видела то, что ей пришло в голову; но то, что она придумала тогда, представлялось ей столь же действительным, как и всякое другое воспоминание. То, что она тогда сказала, что он оглянулся на нее и улыбнулся и был покрыт чем то красным, она не только помнила, но твердо была убеждена, что еще тогда она сказала и видела, что он был покрыт розовым, именно розовым одеялом, и что глаза его были закрыты.
– Да, да, именно розовым, – сказала Наташа, которая тоже теперь, казалось, помнила, что было сказано розовым, и в этом самом видела главную необычайность и таинственность предсказания.
– Но что же это значит? – задумчиво сказала Наташа.
– Ах, я не знаю, как все это необычайно! – сказала Соня, хватаясь за голову.
Через несколько минут князь Андрей позвонил, и Наташа вошла к нему; а Соня, испытывая редко испытанное ею волнение и умиление, осталась у окна, обдумывая всю необычайность случившегося.
В этот день был случай отправить письма в армию, и графиня писала письмо сыну.
– Соня, – сказала графиня, поднимая голову от письма, когда племянница проходила мимо нее. – Соня, ты не напишешь Николеньке? – сказала графиня тихим, дрогнувшим голосом, и во взгляде ее усталых, смотревших через очки глаз Соня прочла все, что разумела графиня этими словами. В этом взгляде выражались и мольба, и страх отказа, и стыд за то, что надо было просить, и готовность на непримиримую ненависть в случае отказа.
Соня подошла к графине и, став на колени, поцеловала ее руку.
– Я напишу, maman, – сказала она.
Соня была размягчена, взволнована и умилена всем тем, что происходило в этот день, в особенности тем таинственным совершением гаданья, которое она сейчас видела. Теперь, когда она знала, что по случаю возобновления отношений Наташи с князем Андреем Николай не мог жениться на княжне Марье, она с радостью почувствовала возвращение того настроения самопожертвования, в котором она любила и привыкла жить. И со слезами на глазах и с радостью сознания совершения великодушного поступка она, несколько раз прерываясь от слез, которые отуманивали ее бархатные черные глаза, написала то трогательное письмо, получение которого так поразило Николая.


На гауптвахте, куда был отведен Пьер, офицер и солдаты, взявшие его, обращались с ним враждебно, но вместе с тем и уважительно. Еще чувствовалось в их отношении к нему и сомнение о том, кто он такой (не очень ли важный человек), и враждебность вследствие еще свежей их личной борьбы с ним.
Но когда, в утро другого дня, пришла смена, то Пьер почувствовал, что для нового караула – для офицеров и солдат – он уже не имел того смысла, который имел для тех, которые его взяли. И действительно, в этом большом, толстом человеке в мужицком кафтане караульные другого дня уже не видели того живого человека, который так отчаянно дрался с мародером и с конвойными солдатами и сказал торжественную фразу о спасении ребенка, а видели только семнадцатого из содержащихся зачем то, по приказанию высшего начальства, взятых русских. Ежели и было что нибудь особенное в Пьере, то только его неробкий, сосредоточенно задумчивый вид и французский язык, на котором он, удивительно для французов, хорошо изъяснялся. Несмотря на то, в тот же день Пьера соединили с другими взятыми подозрительными, так как отдельная комната, которую он занимал, понадобилась офицеру.
Все русские, содержавшиеся с Пьером, были люди самого низкого звания. И все они, узнав в Пьере барина, чуждались его, тем более что он говорил по французски. Пьер с грустью слышал над собою насмешки.
На другой день вечером Пьер узнал, что все эти содержащиеся (и, вероятно, он в том же числе) должны были быть судимы за поджигательство. На третий день Пьера водили с другими в какой то дом, где сидели французский генерал с белыми усами, два полковника и другие французы с шарфами на руках. Пьеру, наравне с другими, делали с той, мнимо превышающею человеческие слабости, точностью и определительностью, с которой обыкновенно обращаются с подсудимыми, вопросы о том, кто он? где он был? с какою целью? и т. п.
Вопросы эти, оставляя в стороне сущность жизненного дела и исключая возможность раскрытия этой сущности, как и все вопросы, делаемые на судах, имели целью только подставление того желобка, по которому судящие желали, чтобы потекли ответы подсудимого и привели его к желаемой цели, то есть к обвинению. Как только он начинал говорить что нибудь такое, что не удовлетворяло цели обвинения, так принимали желобок, и вода могла течь куда ей угодно. Кроме того, Пьер испытал то же, что во всех судах испытывает подсудимый: недоумение, для чего делали ему все эти вопросы. Ему чувствовалось, что только из снисходительности или как бы из учтивости употреблялась эта уловка подставляемого желобка. Он знал, что находился во власти этих людей, что только власть привела его сюда, что только власть давала им право требовать ответы на вопросы, что единственная цель этого собрания состояла в том, чтоб обвинить его. И поэтому, так как была власть и было желание обвинить, то не нужно было и уловки вопросов и суда. Очевидно было, что все ответы должны были привести к виновности. На вопрос, что он делал, когда его взяли, Пьер отвечал с некоторою трагичностью, что он нес к родителям ребенка, qu'il avait sauve des flammes [которого он спас из пламени]. – Для чего он дрался с мародером? Пьер отвечал, что он защищал женщину, что защита оскорбляемой женщины есть обязанность каждого человека, что… Его остановили: это не шло к делу. Для чего он был на дворе загоревшегося дома, на котором его видели свидетели? Он отвечал, что шел посмотреть, что делалось в Москве. Его опять остановили: у него не спрашивали, куда он шел, а для чего он находился подле пожара? Кто он? повторили ему первый вопрос, на который он сказал, что не хочет отвечать. Опять он отвечал, что не может сказать этого.
– Запишите, это нехорошо. Очень нехорошо, – строго сказал ему генерал с белыми усами и красным, румяным лицом.
На четвертый день пожары начались на Зубовском валу.
Пьера с тринадцатью другими отвели на Крымский Брод, в каретный сарай купеческого дома. Проходя по улицам, Пьер задыхался от дыма, который, казалось, стоял над всем городом. С разных сторон виднелись пожары. Пьер тогда еще не понимал значения сожженной Москвы и с ужасом смотрел на эти пожары.
В каретном сарае одного дома у Крымского Брода Пьер пробыл еще четыре дня и во время этих дней из разговора французских солдат узнал, что все содержащиеся здесь ожидали с каждым днем решения маршала. Какого маршала, Пьер не мог узнать от солдат. Для солдата, очевидно, маршал представлялся высшим и несколько таинственным звеном власти.
Эти первые дни, до 8 го сентября, – дня, в который пленных повели на вторичный допрос, были самые тяжелые для Пьера.

Х
8 го сентября в сарай к пленным вошел очень важный офицер, судя по почтительности, с которой с ним обращались караульные. Офицер этот, вероятно, штабный, с списком в руках, сделал перекличку всем русским, назвав Пьера: celui qui n'avoue pas son nom [тот, который не говорит своего имени]. И, равнодушно и лениво оглядев всех пленных, он приказал караульному офицеру прилично одеть и прибрать их, прежде чем вести к маршалу. Через час прибыла рота солдат, и Пьера с другими тринадцатью повели на Девичье поле. День был ясный, солнечный после дождя, и воздух был необыкновенно чист. Дым не стлался низом, как в тот день, когда Пьера вывели из гауптвахты Зубовского вала; дым поднимался столбами в чистом воздухе. Огня пожаров нигде не было видно, но со всех сторон поднимались столбы дыма, и вся Москва, все, что только мог видеть Пьер, было одно пожарище. Со всех сторон виднелись пустыри с печами и трубами и изредка обгорелые стены каменных домов. Пьер приглядывался к пожарищам и не узнавал знакомых кварталов города. Кое где виднелись уцелевшие церкви. Кремль, неразрушенный, белел издалека с своими башнями и Иваном Великим. Вблизи весело блестел купол Ново Девичьего монастыря, и особенно звонко слышался оттуда благовест. Благовест этот напомнил Пьеру, что было воскресенье и праздник рождества богородицы. Но казалось, некому было праздновать этот праздник: везде было разоренье пожарища, и из русского народа встречались только изредка оборванные, испуганные люди, которые прятались при виде французов.