Нижненемецкий язык

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Нижненемецкий язык
Самоназвание:

Nederdüütsch, Plattdüütsch, Plautdietsch

Страны:

Германия
Нидерланды
Дания

Общее число говорящих:

ок. 5 млн чел. (кон. 2000-х, оценка)

Классификация
Категория:

Языки Евразии

Индоевропейская семья

Германская ветвь
Западногерманская группа
Нижненемецкая подгруппа
Письменность:

латиница

Языковые коды
ISO 639-1:

ISO 639-2:

nds

ISO 639-3:

nds

См. также: Проект:Лингвистика

Нижненеме́цкий язык (нижненемецкие диалекты; самоназв. Nederdüütsch, Plattdüütsch, Plautdietsch; нем. Niederdeutsch, Plattdeutsch) — язык, представляющий собой совокупность диалектов, распространённых преимущественно на севере Германии и северо-востоке Нидерландов, а также в Дании. Относится к западногерманской группе германской ветви индоевропейских языков. Фонетически сильно отличается от литературного немецкого языка (верхненемецкого), однако близок нидерландскому языку (последний иногда включается в его состав, в рамках нижнефранкской группы).

Язык и диалекты, которые входят в его состав, не попали под влияние второго сдвига согласных, что обусловило различное развитие верхне- и нижненемецких диалектов. Вплоть до начала XX века на нижненемецком языке существовала богатая литература, он активно использовался в быту. Будучи официальным языком Ганзы и Кальмарской унии (а после её распада — Швеции и датско-норвежской унии до середины XVIII века), сильно повлиял на материковые литературные скандинавские языки. В этот период происходило развитие языковой истории среднего нижненемецкого (примерно 1200—1600) и распространение любекского диалекта ввиду того, что Любек был главным городом Ганзы. Термин «средний нижненемецкий» означает не только письменность, но и многие диалекты того времени (которые, однако, трудно восстановить сегодня). Средне-нижненемецкая письменность сохранилась в большом числе письменных документов, книг и записей. После распада Ганзы дальнейшее использование стало преимущественно устным. Уже с XVI века роль общенационального языка постепенно переходит к (верхне)немецкому языку, в связи с чем нижненемецкий начинает вытесняться. Индустриализация и урбанизация Германии в конце XIX века привела к началу активного упадка нижненемецкого языка. В настоящее время является родным языком для меньшинства населения Северной Германии, в основном пожилого сельского населения. Его судьба сильно схожа с судьбой окситанского языка во Франции.

В настоящее время литературный язык (не имеющий большого распространения) развивается по отдельности в Германии и Нидерландах.

Являлся родным языком археолога Генриха Шлимана.





Немецко-платский диалект

Немецко-платский диалект Plautdietsch (нижне-прусский вариант восточного нижненемецкого языка) используется во многих странах мира (потомками немецких эмигрантов) — прежде всего в Латинской Америке: в Парагвае, Мексике, Белизе, Боливии, Бразилии, Казахстане.

Фонология

По сравнению с немецким литературным языком в нижненемецком отсутствуют гласные /ɛː, yː, œ, øː/, во многих диалектах также /ʏ/. Дифтонгов обычно три: /ɔɪ, ɔʊ, yə/, а также дифтонгические сочетания с вокализованным r: iɐ, eɐ, oɐ, uɐ и др.

В консонантизме нет аффрикат, увулярного R, в большинстве диалектов — палатального ç (ich-laut), имеется фрикативная /ɣ/, в меннонитском диалекте — полный палатальный ряд /c, ɟ, ç j, ɲ/.

Исторически основным отличием от верхнемецкого ареала (собственно немецкого языка) является отсутствие верхненемецкого передвижения согласных: Tied «время» — нем. Zeit, eten «есть» — нем. essen, slapen «спать» — нем. schlafen, maken «делать» — нем. machen.

Также характерны:

  • сохранение старых германских ē, ō (Bräf «письмо» — нем. Brief),
  • монофтонгизация дифтонгов ai, au во всех позициях (Bom «дерево» — нем. Baum),
  • сохранение узких долгих гласных (Huus «дом» — нем. Haus, Is «лёд» — нем. Eis, Lüüd 'люди' — нем. Leute),
  • выпадение носовых перед спирантами с удлинением гласного (fif «пять» — ср. англ. five и нем. fünf).

См. также

Напишите отзыв о статье "Нижненемецкий язык"

Литература

  • Домашнев А. И., Найдич Л. Э. Немецкие диалекты // Языки Российской Федерации и соседних государств: Энциклопедия: Т. 2. М., 2001.
  • Пирогов Н. А. [www.philology.ru/linguistics3/pirogov-11.htm Статус нижненемецких диалектов и их функции в обществе] // Политическая лингвистика. Вып. 2(36). Екатеринбург, 2011.
  • Goossens J. (ред.), Niederdeutsch. Band 1: Sprache. Neumünster 1983.
  • Lindow W. u.a. Niederdeutsche Grammatik. Leer, 1998.
  • Stellmacher D. Niederdeutsche Sprache. Berlin, 2000.
  • Thies H. Plattdeutsche Grammatik. Formen und Funktionen. A-Z. Neumünster, 2011.
Словари
  • Lindow W. Plattdeutsches Wörterbuch. Leer, 1984.
  • Sass J. Der neue Sass — Plattdeutsches Wörterbuch — Plattdeutsch — Hochdeutsch, Hochdeutsch — Plattdeutsch. 6. Auflage. Neumünster, 2011.

Ссылки

«Википедия» содержит раздел
на нижненемецком языке
«Wikipedia:Hööftsiet»

В Викисловаре список слов нижненемецкого языка содержится в категории «Нижненемецкий язык»
  • [vorota.de/WEB505.AxCMS История развития и особенности нижненемецкого языка (Plattdeutsch)]
  • [www.ornis-press.ru/index.php?article_id=910 «Кендах, лойве Лиид!» В Ананьевке сохраняют платдойч]
  • [www.ornis-press.ru/index.php?article_id=687 Платдойч жив. Пока… На Алтае снимали фильм о носителях менонитского языка]
  • [www.wiedbuek.de Онлайн словарь: «Русский-Plautdietsch»] (Автор: Владимир Яковлевич Пеннер)

Отрывок, характеризующий Нижненемецкий язык

– Ох! достанется гусарам! – говорил Несвицкий, – не дальше картечного выстрела теперь.
– Напрасно он так много людей повел, – сказал свитский офицер.
– И в самом деле, – сказал Несвицкий. – Тут бы двух молодцов послать, всё равно бы.
– Ах, ваше сиятельство, – вмешался Жерков, не спуская глаз с гусар, но всё с своею наивною манерой, из за которой нельзя было догадаться, серьезно ли, что он говорит, или нет. – Ах, ваше сиятельство! Как вы судите! Двух человек послать, а нам то кто же Владимира с бантом даст? А так то, хоть и поколотят, да можно эскадрон представить и самому бантик получить. Наш Богданыч порядки знает.
– Ну, – сказал свитский офицер, – это картечь!
Он показывал на французские орудия, которые снимались с передков и поспешно отъезжали.
На французской стороне, в тех группах, где были орудия, показался дымок, другой, третий, почти в одно время, и в ту минуту, как долетел звук первого выстрела, показался четвертый. Два звука, один за другим, и третий.
– О, ох! – охнул Несвицкий, как будто от жгучей боли, хватая за руку свитского офицера. – Посмотрите, упал один, упал, упал!
– Два, кажется?
– Был бы я царь, никогда бы не воевал, – сказал Несвицкий, отворачиваясь.
Французские орудия опять поспешно заряжали. Пехота в синих капотах бегом двинулась к мосту. Опять, но в разных промежутках, показались дымки, и защелкала и затрещала картечь по мосту. Но в этот раз Несвицкий не мог видеть того, что делалось на мосту. С моста поднялся густой дым. Гусары успели зажечь мост, и французские батареи стреляли по ним уже не для того, чтобы помешать, а для того, что орудия были наведены и было по ком стрелять.
– Французы успели сделать три картечные выстрела, прежде чем гусары вернулись к коноводам. Два залпа были сделаны неверно, и картечь всю перенесло, но зато последний выстрел попал в середину кучки гусар и повалил троих.
Ростов, озабоченный своими отношениями к Богданычу, остановился на мосту, не зная, что ему делать. Рубить (как он всегда воображал себе сражение) было некого, помогать в зажжении моста он тоже не мог, потому что не взял с собою, как другие солдаты, жгута соломы. Он стоял и оглядывался, как вдруг затрещало по мосту будто рассыпанные орехи, и один из гусар, ближе всех бывший от него, со стоном упал на перилы. Ростов побежал к нему вместе с другими. Опять закричал кто то: «Носилки!». Гусара подхватили четыре человека и стали поднимать.
– Оооо!… Бросьте, ради Христа, – закричал раненый; но его всё таки подняли и положили.
Николай Ростов отвернулся и, как будто отыскивая чего то, стал смотреть на даль, на воду Дуная, на небо, на солнце. Как хорошо показалось небо, как голубо, спокойно и глубоко! Как ярко и торжественно опускающееся солнце! Как ласково глянцовито блестела вода в далеком Дунае! И еще лучше были далекие, голубеющие за Дунаем горы, монастырь, таинственные ущелья, залитые до макуш туманом сосновые леса… там тихо, счастливо… «Ничего, ничего бы я не желал, ничего бы не желал, ежели бы я только был там, – думал Ростов. – Во мне одном и в этом солнце так много счастия, а тут… стоны, страдания, страх и эта неясность, эта поспешность… Вот опять кричат что то, и опять все побежали куда то назад, и я бегу с ними, и вот она, вот она, смерть, надо мной, вокруг меня… Мгновенье – и я никогда уже не увижу этого солнца, этой воды, этого ущелья»…
В эту минуту солнце стало скрываться за тучами; впереди Ростова показались другие носилки. И страх смерти и носилок, и любовь к солнцу и жизни – всё слилось в одно болезненно тревожное впечатление.
«Господи Боже! Тот, Кто там в этом небе, спаси, прости и защити меня!» прошептал про себя Ростов.
Гусары подбежали к коноводам, голоса стали громче и спокойнее, носилки скрылись из глаз.
– Что, бг'ат, понюхал пог'оху?… – прокричал ему над ухом голос Васьки Денисова.
«Всё кончилось; но я трус, да, я трус», подумал Ростов и, тяжело вздыхая, взял из рук коновода своего отставившего ногу Грачика и стал садиться.
– Что это было, картечь? – спросил он у Денисова.
– Да еще какая! – прокричал Денисов. – Молодцами г'аботали! А г'абота сквег'ная! Атака – любезное дело, г'убай в песи, а тут, чог'т знает что, бьют как в мишень.
И Денисов отъехал к остановившейся недалеко от Ростова группе: полкового командира, Несвицкого, Жеркова и свитского офицера.
«Однако, кажется, никто не заметил», думал про себя Ростов. И действительно, никто ничего не заметил, потому что каждому было знакомо то чувство, которое испытал в первый раз необстреленный юнкер.
– Вот вам реляция и будет, – сказал Жерков, – глядишь, и меня в подпоручики произведут.
– Доложите князу, что я мост зажигал, – сказал полковник торжественно и весело.
– А коли про потерю спросят?
– Пустячок! – пробасил полковник, – два гусара ранено, и один наповал , – сказал он с видимою радостью, не в силах удержаться от счастливой улыбки, звучно отрубая красивое слово наповал .


Преследуемая стотысячною французскою армией под начальством Бонапарта, встречаемая враждебно расположенными жителями, не доверяя более своим союзникам, испытывая недостаток продовольствия и принужденная действовать вне всех предвидимых условий войны, русская тридцатипятитысячная армия, под начальством Кутузова, поспешно отступала вниз по Дунаю, останавливаясь там, где она бывала настигнута неприятелем, и отбиваясь ариергардными делами, лишь насколько это было нужно для того, чтоб отступать, не теряя тяжестей. Были дела при Ламбахе, Амштетене и Мельке; но, несмотря на храбрость и стойкость, признаваемую самим неприятелем, с которою дрались русские, последствием этих дел было только еще быстрейшее отступление. Австрийские войска, избежавшие плена под Ульмом и присоединившиеся к Кутузову у Браунау, отделились теперь от русской армии, и Кутузов был предоставлен только своим слабым, истощенным силам. Защищать более Вену нельзя было и думать. Вместо наступательной, глубоко обдуманной, по законам новой науки – стратегии, войны, план которой был передан Кутузову в его бытность в Вене австрийским гофкригсратом, единственная, почти недостижимая цель, представлявшаяся теперь Кутузову, состояла в том, чтобы, не погубив армии подобно Маку под Ульмом, соединиться с войсками, шедшими из России.