Нойвирт, Михал

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Михал Нойвирт
Позиция

вратарь

Рост

185 см

Вес

91 кг

Хват

левый

Гражданство

Чехия

Родился

23 марта 1988(1988-03-23) (36 лет)
Усти-над-Лабем, Чехословакия

Драфт НХЛ

в 2006 году выбран во 2-м раунде под общим 34-м номером клубом «Вашингтон Кэпиталз»

Игровая карьера

Ми́хал Но́йвирт (чеш. Michal Neuvirth; 23 марта 1988, Усти-над-Лабем, Чехословакия) — чешский хоккеист, вратарь клуба Национальной хоккейной лиги (НХЛ) «Филадельфия Флайерз».





Карьера

Начал выступать за молодёжную команду пражской «Спарты». На драфте НХЛ 2006 года был выбран в 2 раунде под общим 34 номером командой «Вашингтон Кэпиталз». Прошёл все этапы юниорского хоккея, вплоть до попадания в НХЛ.

5 марта 2014 года «Вашингтон» обменял Нойвирта и защитника Ростислава Клеслу в «Баффало Сейбрз» на выбор в третьем раунде драфта 2015 года и вратаря Ярослава Галака[1]

В 2005 году получил вызов в молодёжную сборную Чехии, на Чемпионат мира по хоккею с шайбой среди молодёжных команд до 17 лет, в которой провёл 5 матчей. В 2006 году получил вызов в молодёжную сборную Чехии Чемпионат мира по хоккею с шайбой среди молодёжных команд до 18 лет, в которой провёл 6 матчей и стал бронзовым обладателем соревнований. В 2008 году получил вызов в молодёжную сборную Чехии Чемпионат мира по хоккею с шайбой среди молодёжных команд до 20 лет, в которой провёл 4 матча.

Статистика

Клубная карьера

Регулярный сезон Плей-офф
Сезон Команда Лига И В П Н/ОТ Мин ПШ И"0" КН  %ОБ И В П Мин ПШ И"0" КН  %ОБ
2004/05 Спарта Прага U20 Экстралига U20 (Ч) 10 - - - 501 20 1 2.40 92.1
2005/06 Спарта Прага U20 Экстралига U20 (Ч) 42 - - - 2516 82 5 1.96 93.8 3 - - 179 9 0 3.02 89.0
2006/07 Плимут Уэйлерз OHL 41 26 8 4 2223 86 4 2.32 93.2 18 14 4 1080 44 0 2.45 93.2
2006/07 Плимут Уэйлерз МК 5 2 3 219 11 0 3.02 90.2
2007/08 Плимут Уэйлерз OHL 10 5 4 1 600 26 0 2.60 92.8
2007/08 Уинсор Спитфайрз OHL 8 6 1 1 482 17 0 2.12 91.8
2007/08 Ошава Дженералз OHL 15 6 2 6 844 57 0 4.05 89.8 9 7 2 507 21 0 2.48 93.2
2008/09 Херши Беарс АХЛ 17 9 5 2 1001 45 1 2.70 91.3 22 16 6 1346 43 4 1.92 93.2
2008/09 Саут Каролина Стингрейс ECHL 13 6 7 0 762 29 2 2.28 91.8
2008/09 Вашингтон Кэпиталз НХЛ 5 2 1 0 220 11 0 3.00 89.2
2009/10 Вашингтон Кэпиталз НХЛ 17 9 4 0 872 40 0 2.75 91.4
2009/10 Херши Беарс АХЛ 22 15 6 0 1231 46 1 2.24 91.9 18 14 4 1133 39 1 2.07 92.0
2010/11 Вашингтон Кэпиталз НХЛ 48 27 12 4 2689 110 4 2.45 91.4 9 4 5 590 23 1 2.34 91.2
2011/12 Вашингтон Кэпиталз НХЛ 38 13 13 5 2020 95 3 2.82 90.3 0
2012/13 Спарта Прага Экстралига (Ч) 24 11 13 1342 55 1 2.45 92.6
2012/13 Вашингтон Кэпиталз НХЛ 13 4 5 2 723 33 0 2.74 91.0 0
2013/14 Вашингтон Кэпиталз НХЛ 13 4 6 2 767 36 0 2.82 91.4
2013/14 Херши Беарс АХЛ 1 1 0 0 60 4 0 4.02 89.2
2013/14 Баффало Сейбрз НХЛ 2 0 2 0 117 5 0 2.56 94.9
2014/15 Баффало Сейбрз НХЛ 27 6 17 3 1544 77 0 2.99 91.8
2014/15 Нью-Йорк Айлендерс НХЛ 5 1 3 1 306 15 0 2.94 88.1 1 0 0 11 0 0 0.00 100
2015/16 Филадельфия Флайерз НХЛ 32 18 8 4 1825 69 3 2.27 92.4 3 2 1 178 2 1 0.67 98.1
Всего в НХЛ 200 84 70 21 11 084 491 10 2.66 91.4 13 6 6 779 25 2 1.92 93.3
Всего в Экстралиге (Ч) 24 11 13 1342 55 1 2.45 92.6

Международные соревнования

Год Сборная Турнир Место И В П Н/ПО Мин ПШ И"0" КН  %ОБ
2006 Чехия (юниор.) ЮЧМ (до 18) 6 3 2 1 320 13 0 2.44 92.7
2008 Чехия (мол.) МЧМ (до 20) 5 4 2 2 0 240 10 0 2.50 91.0
2016 Чехия КМ 6 2 0 1 0 60 6 0 6.00 88.0
Всего (юниор. и мол.) 10 5 4 1 560 23 0 2.46 91.7
Всего (осн.) 2 0 1 0 60 6 0 6.00 88.0

Достижения

Командные

Юниорская карьера
Год Команда Достижение
2007 Плимут Уэйлерз Обладатель Кубка Джей Росса Робертсона
АХЛ
Год Команда Достижение
2009, 2010 Херши Беарс Обладатель Кубка Колдера (2)
Международные
Год Команда Достижение
2006 Канада (юниор.) Бронзовый призёр Юниорского чемпионата мира

Личные

Юниорская карьера
Год Команда Достижение
2007 Плимут Уэйлерз Лучший процент отраженных бросков OHL
2007 Плимут Уэйлерз Лучший коэффициент надежности OHL
2007 Плимут Уэйлерз Обладатель «Эф-Дабл-Ю "Динти" Мур Трофи»
2007 Плимут Уэйлерз Обладатель «Дэйв Пинкни Трофи»
2007 Плимут Уэйлерз Попадание во вторую Сборную молодых звёзд OHL
2007 Плимут Уэйлерз Попадание во вторую Сборную всех звёзд OHL
ECHL
Год Команда Достижение
2009 Саут Каролина Стингрейс Участник Матча всех звёзд
АХЛ
Год Команда Достижение
2009 Херши Беарс Обладатель «Джэк Эй Баттерфилд Трофи»

Напишите отзыв о статье "Нойвирт, Михал"

Примечания

  1. [sabres.nhl.com/club/news.htm?id=707965 SABRES ACQUIRE NEUVIRTH & KLESLA FROM CAPS - Buffalo Sabres - News] (англ.). Sabres.com (5 March 2014). Проверено 26 июня 2015.

Ссылки

  • [www.legendsofhockey.net/LegendsOfHockey/jsp/SearchPlayer.jsp?player=21957 Статья об игроке] (англ.). Legends of Hockey.net.
  • [www.eliteprospects.com/player.php?player=9279 Профиль игрока] (англ.). Eliteprospects.com.
  • [www.eurohockey.com/player/86419-michal-neuvirth.html Профиль игрока] (англ.). Eurohockey.com.
  • [www.hockeydb.com/ihdb/stats/pdisplay.php?pid=95383 Профиль игрока] (англ.). Hockey Database.com.
  • [www.tsn.ca/nhl/teams/players/bio/?id=5861 Профиль игрока] (англ.). TSN.ca.
  • [www.nhl.com/ice/ru/player.htm?id=8473607 Профиль игрока] (рус.). NHL.com.

Отрывок, характеризующий Нойвирт, Михал

– Выдай его мужикам, выдай все, что им нужно: я тебе именем брата разрешаю, – сказала княжна Марья.
Дрон ничего не ответил и глубоко вздохнул.
– Ты раздай им этот хлеб, ежели его довольно будет для них. Все раздай. Я тебе приказываю именем брата, и скажи им: что, что наше, то и ихнее. Мы ничего не пожалеем для них. Так ты скажи.
Дрон пристально смотрел на княжну, в то время как она говорила.
– Уволь ты меня, матушка, ради бога, вели от меня ключи принять, – сказал он. – Служил двадцать три года, худого не делал; уволь, ради бога.
Княжна Марья не понимала, чего он хотел от нее и от чего он просил уволить себя. Она отвечала ему, что она никогда не сомневалась в его преданности и что она все готова сделать для него и для мужиков.


Через час после этого Дуняша пришла к княжне с известием, что пришел Дрон и все мужики, по приказанию княжны, собрались у амбара, желая переговорить с госпожою.
– Да я никогда не звала их, – сказала княжна Марья, – я только сказала Дронушке, чтобы раздать им хлеба.
– Только ради бога, княжна матушка, прикажите их прогнать и не ходите к ним. Все обман один, – говорила Дуняша, – а Яков Алпатыч приедут, и поедем… и вы не извольте…
– Какой же обман? – удивленно спросила княжна
– Да уж я знаю, только послушайте меня, ради бога. Вот и няню хоть спросите. Говорят, не согласны уезжать по вашему приказанию.
– Ты что нибудь не то говоришь. Да я никогда не приказывала уезжать… – сказала княжна Марья. – Позови Дронушку.
Пришедший Дрон подтвердил слова Дуняши: мужики пришли по приказанию княжны.
– Да я никогда не звала их, – сказала княжна. – Ты, верно, не так передал им. Я только сказала, чтобы ты им отдал хлеб.
Дрон, не отвечая, вздохнул.
– Если прикажете, они уйдут, – сказал он.
– Нет, нет, я пойду к ним, – сказала княжна Марья
Несмотря на отговариванье Дуняши и няни, княжна Марья вышла на крыльцо. Дрон, Дуняша, няня и Михаил Иваныч шли за нею. «Они, вероятно, думают, что я предлагаю им хлеб с тем, чтобы они остались на своих местах, и сама уеду, бросив их на произвол французов, – думала княжна Марья. – Я им буду обещать месячину в подмосковной, квартиры; я уверена, что Andre еще больше бы сделав на моем месте», – думала она, подходя в сумерках к толпе, стоявшей на выгоне у амбара.
Толпа, скучиваясь, зашевелилась, и быстро снялись шляпы. Княжна Марья, опустив глаза и путаясь ногами в платье, близко подошла к ним. Столько разнообразных старых и молодых глаз было устремлено на нее и столько было разных лиц, что княжна Марья не видала ни одного лица и, чувствуя необходимость говорить вдруг со всеми, не знала, как быть. Но опять сознание того, что она – представительница отца и брата, придало ей силы, и она смело начала свою речь.
– Я очень рада, что вы пришли, – начала княжна Марья, не поднимая глаз и чувствуя, как быстро и сильно билось ее сердце. – Мне Дронушка сказал, что вас разорила война. Это наше общее горе, и я ничего не пожалею, чтобы помочь вам. Я сама еду, потому что уже опасно здесь и неприятель близко… потому что… Я вам отдаю все, мои друзья, и прошу вас взять все, весь хлеб наш, чтобы у вас не было нужды. А ежели вам сказали, что я отдаю вам хлеб с тем, чтобы вы остались здесь, то это неправда. Я, напротив, прошу вас уезжать со всем вашим имуществом в нашу подмосковную, и там я беру на себя и обещаю вам, что вы не будете нуждаться. Вам дадут и домы и хлеба. – Княжна остановилась. В толпе только слышались вздохи.
– Я не от себя делаю это, – продолжала княжна, – я это делаю именем покойного отца, который был вам хорошим барином, и за брата, и его сына.
Она опять остановилась. Никто не прерывал ее молчания.
– Горе наше общее, и будем делить всё пополам. Все, что мое, то ваше, – сказала она, оглядывая лица, стоявшие перед нею.
Все глаза смотрели на нее с одинаковым выражением, значения которого она не могла понять. Было ли это любопытство, преданность, благодарность, или испуг и недоверие, но выражение на всех лицах было одинаковое.
– Много довольны вашей милостью, только нам брать господский хлеб не приходится, – сказал голос сзади.
– Да отчего же? – сказала княжна.
Никто не ответил, и княжна Марья, оглядываясь по толпе, замечала, что теперь все глаза, с которыми она встречалась, тотчас же опускались.
– Отчего же вы не хотите? – спросила она опять.
Никто не отвечал.
Княжне Марье становилось тяжело от этого молчанья; она старалась уловить чей нибудь взгляд.
– Отчего вы не говорите? – обратилась княжна к старому старику, который, облокотившись на палку, стоял перед ней. – Скажи, ежели ты думаешь, что еще что нибудь нужно. Я все сделаю, – сказала она, уловив его взгляд. Но он, как бы рассердившись за это, опустил совсем голову и проговорил:
– Чего соглашаться то, не нужно нам хлеба.
– Что ж, нам все бросить то? Не согласны. Не согласны… Нет нашего согласия. Мы тебя жалеем, а нашего согласия нет. Поезжай сама, одна… – раздалось в толпе с разных сторон. И опять на всех лицах этой толпы показалось одно и то же выражение, и теперь это было уже наверное не выражение любопытства и благодарности, а выражение озлобленной решительности.
– Да вы не поняли, верно, – с грустной улыбкой сказала княжна Марья. – Отчего вы не хотите ехать? Я обещаю поселить вас, кормить. А здесь неприятель разорит вас…
Но голос ее заглушали голоса толпы.
– Нет нашего согласия, пускай разоряет! Не берем твоего хлеба, нет согласия нашего!
Княжна Марья старалась уловить опять чей нибудь взгляд из толпы, но ни один взгляд не был устремлен на нее; глаза, очевидно, избегали ее. Ей стало странно и неловко.
– Вишь, научила ловко, за ней в крепость иди! Дома разори да в кабалу и ступай. Как же! Я хлеб, мол, отдам! – слышались голоса в толпе.
Княжна Марья, опустив голову, вышла из круга и пошла в дом. Повторив Дрону приказание о том, чтобы завтра были лошади для отъезда, она ушла в свою комнату и осталась одна с своими мыслями.


Долго эту ночь княжна Марья сидела у открытого окна в своей комнате, прислушиваясь к звукам говора мужиков, доносившегося с деревни, но она не думала о них. Она чувствовала, что, сколько бы она ни думала о них, она не могла бы понять их. Она думала все об одном – о своем горе, которое теперь, после перерыва, произведенного заботами о настоящем, уже сделалось для нее прошедшим. Она теперь уже могла вспоминать, могла плакать и могла молиться. С заходом солнца ветер затих. Ночь была тихая и свежая. В двенадцатом часу голоса стали затихать, пропел петух, из за лип стала выходить полная луна, поднялся свежий, белый туман роса, и над деревней и над домом воцарилась тишина.
Одна за другой представлялись ей картины близкого прошедшего – болезни и последних минут отца. И с грустной радостью она теперь останавливалась на этих образах, отгоняя от себя с ужасом только одно последнее представление его смерти, которое – она чувствовала – она была не в силах созерцать даже в своем воображении в этот тихий и таинственный час ночи. И картины эти представлялись ей с такой ясностью и с такими подробностями, что они казались ей то действительностью, то прошедшим, то будущим.
То ей живо представлялась та минута, когда с ним сделался удар и его из сада в Лысых Горах волокли под руки и он бормотал что то бессильным языком, дергал седыми бровями и беспокойно и робко смотрел на нее.
«Он и тогда хотел сказать мне то, что он сказал мне в день своей смерти, – думала она. – Он всегда думал то, что он сказал мне». И вот ей со всеми подробностями вспомнилась та ночь в Лысых Горах накануне сделавшегося с ним удара, когда княжна Марья, предчувствуя беду, против его воли осталась с ним. Она не спала и ночью на цыпочках сошла вниз и, подойдя к двери в цветочную, в которой в эту ночь ночевал ее отец, прислушалась к его голосу. Он измученным, усталым голосом говорил что то с Тихоном. Ему, видно, хотелось поговорить. «И отчего он не позвал меня? Отчего он не позволил быть мне тут на месте Тихона? – думала тогда и теперь княжна Марья. – Уж он не выскажет никогда никому теперь всего того, что было в его душе. Уж никогда не вернется для него и для меня эта минута, когда бы он говорил все, что ему хотелось высказать, а я, а не Тихон, слушала бы и понимала его. Отчего я не вошла тогда в комнату? – думала она. – Может быть, он тогда же бы сказал мне то, что он сказал в день смерти. Он и тогда в разговоре с Тихоном два раза спросил про меня. Ему хотелось меня видеть, а я стояла тут, за дверью. Ему было грустно, тяжело говорить с Тихоном, который не понимал его. Помню, как он заговорил с ним про Лизу, как живую, – он забыл, что она умерла, и Тихон напомнил ему, что ее уже нет, и он закричал: „Дурак“. Ему тяжело было. Я слышала из за двери, как он, кряхтя, лег на кровать и громко прокричал: „Бог мой!Отчего я не взошла тогда? Что ж бы он сделал мне? Что бы я потеряла? А может быть, тогда же он утешился бы, он сказал бы мне это слово“. И княжна Марья вслух произнесла то ласковое слово, которое он сказал ей в день смерти. «Ду ше нь ка! – повторила княжна Марья это слово и зарыдала облегчающими душу слезами. Она видела теперь перед собою его лицо. И не то лицо, которое она знала с тех пор, как себя помнила, и которое она всегда видела издалека; а то лицо – робкое и слабое, которое она в последний день, пригибаясь к его рту, чтобы слышать то, что он говорил, в первый раз рассмотрела вблизи со всеми его морщинами и подробностями.