Нор (департамент)

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Нор
фр. Nord
Герб
Страна

Франция Франция

Статус

Департамент

Входит в

О-де-Франс

Включает

6 округов, 41 кантон и 652 коммун

Административный центр

Лилль

Председатель Совета департамента

Жан-Рене Лесерф (СНД)

Население (2010)

2 579 208 (1-е место)

Плотность

449,1 чел./км² (10-е место)

Площадь

5743 км²
(59-е место)

Часовой пояс

UTC+1

Код ISO 3166-2

FR-59

Координаты: 50°23′00″ с. ш. 03°19′00″ в. д. / 50.38333° с. ш. 3.31667° в. д. / 50.38333; 3.31667 (G) [www.openstreetmap.org/?mlat=50.38333&mlon=3.31667&zoom=12 (O)] (Я)

Нор (фр. Nord, буквально — «север») — департамент на севере Франции, один из департаментов региона О-де-Франс. Порядковый номер — 59. Административный центр — Лилль. В южной части департамента Нор используется пикардийский диалект французского языка, называемый «ш’ти» (фр. le ch'ti).





География

Департамент Нор является частью региона О-де-Франс и граничит с французскими департаментами Па-де-Кале и Эна, Бельгией. С севера омывается водами Северного моря. Площадь территории 5743 км².

Главным городом департамента является Лилль, который вместе с Рубе, Туркуэном и Вильнев-д'Аск составляет основу кластера индустриальных и бывших шахтёрских городов с населением около миллиона человек. Другими крупными городами являются Валансьен, Дуэ и Дюнкерк.

Через департамент протекают реки Изер, Лис, Шельда (Эско), Скарп, Самбра.

История

Нор — один из первых 83 департаментов, созданных в марте 1790 г. Находится на территории трех регионов — французских частей графств Фландрия и Эно, а также архиепископства Камбре, перешедших к Франции по соглашениям 1659 (Пиренейский мир), 1668 (Ахенский мир) и 1678 (Нимвегенские мирные договоры) годов.

C IV—V веков принятая в Римской империи практика привлечения германских племен для охраны территории вдоль дороги от Булони до Кельна создала в регионе германо-романский лингвистический барьер, сохранявшийся до VIII века. Саксонская колонизация региона сдвинула его в IX веке южнее, так что большинство жителей на территории к северу от Лилля говорили на местном диалекте нидерландского языка, а население к югу от этой черты использовали романские диалекты. Этот лингвистический барьер сохранился до сих пор в названиях ряда населенных пунктов региона. С IX века он стал смещаться на северо-восток, а в последнее время этот процесс усилился благодаря политике французского правительства, признающего французский единственным официальным государственным языком на всей территории страны. В настоящее время около 20 тысяч человек в районе Дюнкерка говорят на голландском диалекте западнофламандского языка, но тенденции показывают, что через несколько десятилетий он может исчезнуть.

Административное деление

Департамент включает 6 округов, 41 кантон и 652 коммуны.

Политика

Результаты голосования жителей департамента на Президентских выборах 2012 г.:

1-й тур: Франсуа Олланд (СП) — 27,97 %; Николя Саркози (СНД) — 24,70 %; Марин Ле Пен (НФ) — 21,91 %; Жан-Люк Меланшон (ЛФ) — 12,62 %; Франсуа Байру (ДД) — 7,48 %. Прочие кандидаты — менее 5 %.

2-й тур: Франсуа Олланд — 52,88 % (в целом по стране — 51,62 %); Николя Саркози — 47,12 % (в целом по стране — 48,38 %).



(2007 год — 1-й тур: Николя Саркози (СНД) — 29,30 %; Сеголен Руаяль (СП) — 24,83 %; Франсуа Байру (СФД) — 15,64 %; Жан-Мари Ле Пен (НФ) — 13,83 %. 2-й тур: Николя Саркози — 51,75 % (в целом по стране — 53,06 %); Сеголен Руаяль — 48,25 % (в целом по стране — 46,94 %)).

В результате выборов в Национальное собрание в 2012 г. 21 мандат от департамента Нор распределились следующим образом: СП — 7, СНД — 7, ФКП — 2, Новый центр — 1, Радикальная партия — 1, прочие левые — 3. (2007 год — 24 мандата: СП — 10, СНД — 8, ФКП — 2, Радикальная партия — 2, Новый центр — 1, прочие левые — 1).

На региональных выборах 2010 года во 2-м туре «левый блок» во главе с социалистом Даниэлем Першероном получил 51,18 %, «правые» во главе с представителем партии «Новый центр», сенатором Валери Летар — 28,05 %, Национальный фронт Марин Ле Пен — 20,78 %.

Совет департамента

После выборов 2015 года большинством в Совете департамента обладают правые партии. Председатель Совета департамента — сенатор Жан-Рене Лесерф (Jean-René Lecerf), Союз за народное движение.

Состав Совета департамента (2015—2021):

Партия Кол-во мест
   Союз за народное движение 24
   Прочие правые 17
   Социалистическая партия 16
   Союз демократов и независимых 11
   Коммунистическая партия 10
   Прочие левые 2
   Республиканское и гражданское движение 1
   Радикальная левая партия 1

Экономика

Департамент Нор был локомотивом промышленной революции во Франции в XIX веке, но в начале прошлого века сильно пострадал во время Первой мировой войны. В последнее время усилились экономические, социальные и экологические проблемы, связанные с фактическим прекращением добычи угля и наметившимся ранее спадом в тесктильной промышленности в районе Лилля-Рубе.

См. также

Напишите отзыв о статье "Нор (департамент)"

Ссылки

Отрывок, характеризующий Нор (департамент)

Николай догнал первую тройку. Они съехали с какой то горы, выехали на широко разъезженную дорогу по лугу около реки.
«Где это мы едем?» подумал Николай. – «По косому лугу должно быть. Но нет, это что то новое, чего я никогда не видал. Это не косой луг и не Дёмкина гора, а это Бог знает что такое! Это что то новое и волшебное. Ну, что бы там ни было!» И он, крикнув на лошадей, стал объезжать первую тройку.
Захар сдержал лошадей и обернул свое уже объиндевевшее до бровей лицо.
Николай пустил своих лошадей; Захар, вытянув вперед руки, чмокнул и пустил своих.
– Ну держись, барин, – проговорил он. – Еще быстрее рядом полетели тройки, и быстро переменялись ноги скачущих лошадей. Николай стал забирать вперед. Захар, не переменяя положения вытянутых рук, приподнял одну руку с вожжами.
– Врешь, барин, – прокричал он Николаю. Николай в скок пустил всех лошадей и перегнал Захара. Лошади засыпали мелким, сухим снегом лица седоков, рядом с ними звучали частые переборы и путались быстро движущиеся ноги, и тени перегоняемой тройки. Свист полозьев по снегу и женские взвизги слышались с разных сторон.
Опять остановив лошадей, Николай оглянулся кругом себя. Кругом была всё та же пропитанная насквозь лунным светом волшебная равнина с рассыпанными по ней звездами.
«Захар кричит, чтобы я взял налево; а зачем налево? думал Николай. Разве мы к Мелюковым едем, разве это Мелюковка? Мы Бог знает где едем, и Бог знает, что с нами делается – и очень странно и хорошо то, что с нами делается». Он оглянулся в сани.
– Посмотри, у него и усы и ресницы, всё белое, – сказал один из сидевших странных, хорошеньких и чужих людей с тонкими усами и бровями.
«Этот, кажется, была Наташа, подумал Николай, а эта m me Schoss; а может быть и нет, а это черкес с усами не знаю кто, но я люблю ее».
– Не холодно ли вам? – спросил он. Они не отвечали и засмеялись. Диммлер из задних саней что то кричал, вероятно смешное, но нельзя было расслышать, что он кричал.
– Да, да, – смеясь отвечали голоса.
– Однако вот какой то волшебный лес с переливающимися черными тенями и блестками алмазов и с какой то анфиладой мраморных ступеней, и какие то серебряные крыши волшебных зданий, и пронзительный визг каких то зверей. «А ежели и в самом деле это Мелюковка, то еще страннее то, что мы ехали Бог знает где, и приехали в Мелюковку», думал Николай.
Действительно это была Мелюковка, и на подъезд выбежали девки и лакеи со свечами и радостными лицами.
– Кто такой? – спрашивали с подъезда.
– Графские наряженные, по лошадям вижу, – отвечали голоса.


Пелагея Даниловна Мелюкова, широкая, энергическая женщина, в очках и распашном капоте, сидела в гостиной, окруженная дочерьми, которым она старалась не дать скучать. Они тихо лили воск и смотрели на тени выходивших фигур, когда зашумели в передней шаги и голоса приезжих.
Гусары, барыни, ведьмы, паясы, медведи, прокашливаясь и обтирая заиндевевшие от мороза лица в передней, вошли в залу, где поспешно зажигали свечи. Паяц – Диммлер с барыней – Николаем открыли пляску. Окруженные кричавшими детьми, ряженые, закрывая лица и меняя голоса, раскланивались перед хозяйкой и расстанавливались по комнате.
– Ах, узнать нельзя! А Наташа то! Посмотрите, на кого она похожа! Право, напоминает кого то. Эдуард то Карлыч как хорош! Я не узнала. Да как танцует! Ах, батюшки, и черкес какой то; право, как идет Сонюшке. Это еще кто? Ну, утешили! Столы то примите, Никита, Ваня. А мы так тихо сидели!
– Ха ха ха!… Гусар то, гусар то! Точно мальчик, и ноги!… Я видеть не могу… – слышались голоса.
Наташа, любимица молодых Мелюковых, с ними вместе исчезла в задние комнаты, куда была потребована пробка и разные халаты и мужские платья, которые в растворенную дверь принимали от лакея оголенные девичьи руки. Через десять минут вся молодежь семейства Мелюковых присоединилась к ряженым.
Пелагея Даниловна, распорядившись очисткой места для гостей и угощениями для господ и дворовых, не снимая очков, с сдерживаемой улыбкой, ходила между ряжеными, близко глядя им в лица и никого не узнавая. Она не узнавала не только Ростовых и Диммлера, но и никак не могла узнать ни своих дочерей, ни тех мужниных халатов и мундиров, которые были на них.
– А это чья такая? – говорила она, обращаясь к своей гувернантке и глядя в лицо своей дочери, представлявшей казанского татарина. – Кажется, из Ростовых кто то. Ну и вы, господин гусар, в каком полку служите? – спрашивала она Наташу. – Турке то, турке пастилы подай, – говорила она обносившему буфетчику: – это их законом не запрещено.
Иногда, глядя на странные, но смешные па, которые выделывали танцующие, решившие раз навсегда, что они наряженные, что никто их не узнает и потому не конфузившиеся, – Пелагея Даниловна закрывалась платком, и всё тучное тело ее тряслось от неудержимого доброго, старушечьего смеха. – Сашинет то моя, Сашинет то! – говорила она.
После русских плясок и хороводов Пелагея Даниловна соединила всех дворовых и господ вместе, в один большой круг; принесли кольцо, веревочку и рублик, и устроились общие игры.
Через час все костюмы измялись и расстроились. Пробочные усы и брови размазались по вспотевшим, разгоревшимся и веселым лицам. Пелагея Даниловна стала узнавать ряженых, восхищалась тем, как хорошо были сделаны костюмы, как шли они особенно к барышням, и благодарила всех за то, что так повеселили ее. Гостей позвали ужинать в гостиную, а в зале распорядились угощением дворовых.
– Нет, в бане гадать, вот это страшно! – говорила за ужином старая девушка, жившая у Мелюковых.
– Отчего же? – спросила старшая дочь Мелюковых.
– Да не пойдете, тут надо храбрость…
– Я пойду, – сказала Соня.
– Расскажите, как это было с барышней? – сказала вторая Мелюкова.
– Да вот так то, пошла одна барышня, – сказала старая девушка, – взяла петуха, два прибора – как следует, села. Посидела, только слышит, вдруг едет… с колокольцами, с бубенцами подъехали сани; слышит, идет. Входит совсем в образе человеческом, как есть офицер, пришел и сел с ней за прибор.
– А! А!… – закричала Наташа, с ужасом выкатывая глаза.
– Да как же, он так и говорит?
– Да, как человек, всё как должно быть, и стал, и стал уговаривать, а ей бы надо занять его разговором до петухов; а она заробела; – только заробела и закрылась руками. Он ее и подхватил. Хорошо, что тут девушки прибежали…
– Ну, что пугать их! – сказала Пелагея Даниловна.
– Мамаша, ведь вы сами гадали… – сказала дочь.
– А как это в амбаре гадают? – спросила Соня.
– Да вот хоть бы теперь, пойдут к амбару, да и слушают. Что услышите: заколачивает, стучит – дурно, а пересыпает хлеб – это к добру; а то бывает…
– Мама расскажите, что с вами было в амбаре?
Пелагея Даниловна улыбнулась.
– Да что, я уж забыла… – сказала она. – Ведь вы никто не пойдете?
– Нет, я пойду; Пепагея Даниловна, пустите меня, я пойду, – сказала Соня.
– Ну что ж, коли не боишься.
– Луиза Ивановна, можно мне? – спросила Соня.
Играли ли в колечко, в веревочку или рублик, разговаривали ли, как теперь, Николай не отходил от Сони и совсем новыми глазами смотрел на нее. Ему казалось, что он нынче только в первый раз, благодаря этим пробочным усам, вполне узнал ее. Соня действительно этот вечер была весела, оживлена и хороша, какой никогда еще не видал ее Николай.
«Так вот она какая, а я то дурак!» думал он, глядя на ее блестящие глаза и счастливую, восторженную, из под усов делающую ямочки на щеках, улыбку, которой он не видал прежде.