Вибратор (завод)

Поделись знанием:
(перенаправлено с «ОЛИЗ»)
Перейти к: навигация, поиск
Приборостроительный завод "Вибратор"
Тип

ОАО

Основание

1929

Расположение

Россия Россия:Санкт-Петербург

Отрасль

приборостроение

Продукция

измерительные приборы

Сайт

[www.vbrspb.ru/ spb.ru]

К:Компании, основанные в 1929 году

Приборостроительный завод «Вибратор» (ОАО «Вибратор») — приборостроительный завод в Санкт-Петербурге, основан в 1929 году, специализируется на разработке и производстве контрольно-измерительных приборов.





История

1929—1941 годы

29 декабря 1929 года[1][2][К 1]  в Ленинграде на базе завода Электроприбор организована Отраслевая лаборатория измерений (ОЛИЗ) — первое в СССР специализированное предприятие по разработке и производству электроизмерительных приборов[1]. Директором ОЛИЗ был назначен М. Л. Цукерман, техническим руководителем стал профессор Н. Н. Пономарёв[5].

В 1929—1935 годы — ОЛИЗ разрабатывает:

  • малогабаритные амперметры, вольтметры типа МУ;
  • автомобильные амперметры типа ДКФ/1 и ДКФ/2;
  • авиационные вольтамперметры МА/1;
  • измерители горючего А/Б;
  • измерители скорости воздуха А/В;
  • измерители давления А/Д;
  • авиационные тахометры АТ/1 и АТ/2;
  • большой самопишущий прибор БСП;
  • бытовой индукционный счётчик однофазного тока Б2.

Приборы, разработанные ОЛИЗ, серийно изготавливались на заводе Электроприбор и некоторых других предприятиях Ленинграда: заводах "Эталон" и "Геологоразведка", мастерских электротехникума. Часть приборов изготавливалась в экспериментальных мастерских самого ОЛИЗа[4].

В 1937 году началось строительство Краснодарского завода электроизмерительных приборов (ЗИП), который был задуман как крупнейшее предприятие по массовому выпуску электроизмерительных приборов для нужд народного хозяйства. Специалисты ОЛИЗ принимали участие в разработке технического задания для строительства этого завода. Им же была поручена разработка приборов для серийного выпуска на мощностях ЗИП. Под руководством начальника лаборатории приборов постоянного тока Я. С. Авербуха и главного конструктора ОЛИЗ В. Е. Башаева, были созданы:

  • малогабаритные амперметры и вольтметры серии М4, М5, М6;
  • высокочастотные термоэлектрические амперметры серии Т4, Т5

для танковых, самолётных и полевых радиостанций. Впервые в отечественной практике для изготовления корпусов приборов была применена пластмасса[6]. В ОЛИЗ изготавливались комплекты технологической инструментальной оснастки для нового производства[4]. В 1937—1938 годах на базе ОЛИЗ были организованы курсы по изучению технологии приборостроения, методов конструирования и расчетов электроизмерительных приборов. В 1939 году ЗИП освоил серийный выпуск перечисленных приборов[6]. В 1940 году большая группа специалистов ОЛИЗа была переведена в Краснодар для ускорения строительства и пуска ЗИП[4]. В январе 1941 года решением наркомата электропромышленности ОЛИЗ реорганизован во Всесоюзный институт по электроприборостроению — ВИЭП. Директором был назначен М. Л. Цукерман.

1941—1945 годы

В июль 1941 года часть ВИЭП во главе с директором эвакуирована в г. Саранск[К 2]. Оставшаяся в городе часть стала называться Ленинградский институт электроприборостроения. Директором был назначен А. М. Дамский. На 1 сентября 1941 года в институте осталось 230 человек. Институт перестраивает свою работу на выпуск военной продукции для нужд Ленинградского фронта. В институте организовано производство:

  • малогабаритных приборов М63[К 3] для радиостанций;
  • корпусов 82-х миллиметровых осколочно-чугунных мин;
  • корпусов противотанковых магнитных мин.

Поскольку почти всё металлорежущие оборудование было эвакуировано, институту были переданы ремонтные цеха Ленфильма, ближайшего трамвайного парка, авторемонтные мастерские.

После прекращения подачи электроэнергии и остановки производства в декабре 1941 года сотрудники института были заняты на строительство укреплений в черте города, оказывали помощь в оборудовании подшефного госпиталя, разборке деревянных домов на топливо. Специалисты института ремонтировали приборы на линкоре «Октябрьская революция» и подводных лодках стоящих в дельте Невы.

В апрель 1942 года институт вновь начал получать электроэнергию. Возобновилось изготовление приборов М63. На 20 апреля в институте осталось 177 человек, тем не мене, уже в мае удалось выпустить 900 приборов. Всего в течение 1942 года было выпущено 7000 приборов М63, а в 1943 — 25000 шт[3].

Декабрь 1942 года — институт реорганизован в Государственный союзный завод № 531. Заводу было передано построенное перед войной здание музыкального промышленного училища Петроградской набережной, д.18, а так-же предоставлено право сбора оборудования, оставшегося на территории эвакуированных предприятий города. Был произведён дополнительный набор неквалифицированных рабочих из числа женщин-домохозяек и подростков. В 1943 году заводу переданы оборудование и около 100 работников ликвидированной проектно-монтажной конторы треста "Теплоконтроль", в феврале 1944 для завода демобилизовано 100 нестроевиков[3].

31 января 1943 года умер от истощения научный руководитель ОЛИЗ Н.Н. Пономарёв. Всего за годы блокады от голода, бомб и артиллерийских обстрелов погибло 33 работника завода.

1943 год — издается тиражом 1000 экз. книга «Теория, расчёт и конструирование электроизмерительных приборов», написанная ведущими специалистами ОЛИЗ под руководством профессора Н. Н. Пономарева накануне войны[К 4].

В течение 1944 года для нужд фронта, кроме приборов М63, было выпущено более 8000 приборов 15 наименований, в том числе, судовые электроизмерительные приборы, тахометры и мегомметры. Всего за 4 года блокады завод изготовил около 100 000 приборов.

1945—1954 годы

Предприятием разработаны приборы:

  • М415 — малогабаритные магнитоэлектрические амперметры и вольтметры в герметичном пластмассовом корпусе для ВМФ;
  • МПО-2 — восьмиканальный переносной электромеханический осциллограф (основные разработчики — Б. А. Селибер, В. О. Арутюнов, Н. И. Воскобойник);
  • переносные многопредельные амперметры М80 и милливольтметры М81 класса 0,2;
  • переносный магнитометр ПМ-2 (основные разработчики — В. В. Орешников, Н. А. Щагин, Г. И. Кавалеров и С. М. Пигин);
  • лабораторные электростатические и термоэлектрические приборы С95 и Т14, Т15 для измерения напряжения и токов высокой частоты;
  • полуавтоматический поверочный компенсатор типа Р2 с добавочными шунтами Р6 и делителями напряжения Р5. Для того времени это было единственное метрологическое средство, позволяющее поверять и регулировать приборы постоянного тока с погрешностью 0,02 %. Крупносерийное производство было организовано на Краснодарском заводе «ЗИП»;
  • фотокомпенсационный компаратор Ф13 для поверки приборов переменного тока — амперметров, вольтметров, ваттметров в диапазоне частот от 20 до 20000 Гц;
  • электростатические вольтметры переменного тока с широким диапазоном частот до 10 МГц.

В 1951 году на технической и кадровой базе завода № 531 и на его площадях[К 5] был создан Всесоюзный научно-исследовательский институт электроизмерительных приборов (ВНИИЭП). Директором был назначен В. В. Орешников.

1954 год — завод № 531 был переименован в Ленинградский завод «Вибратор» (от технического названия осциллографических гальванометров, которые в это время назывались «вибраторы» в литературе по электроизмерительной технике)[К 6].

1954 год — организован цех товаров народного потребления и завод освоил производство экспонометров «Ленинград», которые в течение нескольких десятилетий пользовались широким спросом у фотолюбителей.

1954—1964 годы

Предприятием разработаны приборы:

  • серия переносных многопредельных приборов на растяжках М1104-М1109 класса 0,2 и М1150-М1152 класса 0,1;
  • группа термоэлектрических приборов типов Т14, Т15, Т16, Т17 для измерения токов и напряжений частотой до десятков МГц для нужд электронной промышленности (ведущий инженер С. М. Вознесенский, серийное производство передано на Омский завод «Электроточприбор»);
  • высокочувствительные милливольтметры и микроамперметры Т130-Т133 переменного тока на 10 МГц (по изобретению Г. Г. Степаненкова и В. И. Червяковой);
  • малогабаритные панельные микроамперметры М130 и М132 c пределами измерения 10 мкА класса 1,0 и 1,5 для дозиметрической аппаратуры (разработаны лабораторией В. И. Четвертаковой, переданы для серийного производства на Омский завод «Электроточприбор» [выпускалось до 30 тысяч штук в месяц]);
  • щитовые микроамперметры постоянного тока М135 со световым отсчётным устройством на пределы измерения 0,2 мкА и 1 мкА, класса точности 0,5 для нужд атомной промышленности;
  • серия осциллографических гальванометров типов М1010 и М1011 с жидкостным успокоением;
  • 12-ти канальный осцилограф Н105;
  • механокардиограф Н106;
  • акустический самописец Н110 с диапазоном до 200 кГц для ВМФ (разработчик Р. И. Шумилов);
  • цифровые вольтметры Щ1311 и Щ1411 класса точности 0,1 и 0,05; релейные с проекционным оптическим цифровым устройством (1962 год);
  • модернизированные цифровые вольтметры Щ1411М и Щ1311М уже выполненные на полупроводниковых приборах и феррит-транзисторных элементах (1964 год);
  • электростатический киловольтметр С100 с пределами измерения — 25-50-75 кВ (1957 год, под руководством В. И. Червяковой);
  • электростатический киловольтметр С101 с пределами измерения 100-200-300 кВ (1964 год разработчики Г. Г. Степаненков и Г. Н. Цекун, ведущий конструктор — М. С. Матвеев);
  • переносные фотогальванические компенсационные приборы Ф118 — нановольтметр с пределом измерения 0,1 мкВ и 10 нА (1964—1965 годы);
  • микровеберметр Ф190.

1955—1956 годы — в состав предприятия вошли 2 новых производственных корпуса по адресу улица Чапаева д. 5 и Петроградская набережная д. 18.

В 1965 году численность сотрудников предприятия превысила 4000 человек.

1964—1980 годы

Предприятием разработаны приборы:

  • серия цифровых вольтметров высокой точности — Щ1511, Щ1412, Щ1512, Щ1513, Щ1312;
  • регистрирующие приборы Н109, Н115, К109;
  • аварийный осциллограф Н13;
  • аппаратура для измерения магнитных и электрических полей кораблей — К719, К721, К703М, станции «КИМС» (разработаны ВНИИЭП);
  • одно-двух и трёхшкальные микроамперметры и вольтметров типов ИПо1, ИД2, ИД6 для космических управляемых аппаратов и двухкоординатный ИД3 для ручного управления стыковкой космических кораблей (начало 1970-х годов, под руководством Б. А. Селибера и А. Д. Леокумовича);
  • люксметры Ю16 и Ю17;
  • бесконтактные тахометры К18;
  • амперметры и вольтметры типа М151 и Д151 с сопротивлением изоляции до 9 кВ для электровозов;
  • щитовые ударостойкие приборы серий М1500, М1600, Д1500, Д1600;
  • высокочувствительные амперметры и вольтметры Ф138, Ф139, Ф199, Ф136 и электронный микроамперметр Ф195.

Товары народного потребления:

  • фотоэкспонометры Ю11/2, Ю11/4;
  • электробигуди Б121 и Б122;
  • квартирные звонки Б19-«Гонг».

1968 год — под руководством Б. А. Селибера (ведущий конструктор — Ю. А. Алексеев.) разработаны узкопрофильные приборы М1730. На основе решений реализованных в М1730 был разработан унифицированный комплекс аналоговых сигнализирующих контактных приборов (АСК), насчитывавший 35 типов приборов:

  • М1730, М1731 (серийное производство на заводе «Вибратор»);
  • М1830, М1530, М1740 (серийное производство на заводе Электроточприбор г. Омск);
  • Э390, Д390, П1730 (серийное производство ЗИП г. Краснодар);
  • М1737, М1738, М1733, М1736, М1734 для ВМФ (ведущий разработчик — Г. Г. Степаненков, серийное производство на заводе «Вибратор»);
  • многошкальные приборы типа М1631-М1634.

За 10 лет (с 1973 по 1983 годы) только «Вибратор» выпустил более 400 тысяч приборов М1730 и М1731. Этими приборами было оборудовано свыше 20 тепловых и гидроэлектростанций, все атомные электростанции СССР, построенные в 1970-е годы, а также зарубежные АЭС, построенные специалистами СССР.

1971 год — предприятию выделена площадка в прмзоне «Парнас» для строительства промплощадки для литейного и механического производства и складских помещений для материалов и комплектации (введена в строй в 1975 году).

1971 год — по итогам выполнения пятилетнего плана завод «Вибратор» награждён орденом Октябрьской революции.

В декабре 1972 года за достижение наивысших результатов во Всесоюзном социалистическом соревновании в ознаименование 50-летия образования СССР коллектив «Вибратора» награждён Юбилейным почётным знаком[7].

1980—1998 годы

Предприятием разработаны приборы:

  • унифицированная серия щитовых ударостойких приборов — М14хх, М16хх, Ц14хх, Ц16хх для ВМФ и М1611 и Ц1611 для железнодорожного транспорта (выпускаются до настоящего времени);
  • группа высокоточных переносных (лабораторных) цифровых вольтметров Щ1516, Щ1518;
  • группа высокочувствительных электронных многопредельных переносных приборов Ф139, Ф136, Ф195;
  • бесконтактные тахометры К1803, К1803.1, К1804, К1806 для ВМФ (выпускаются до настоящего времени);
  • люксметры Ю116 и Ю117;
  • электростатический киловольтметр С197.

1989—1996 годы — на фоне снижения спроса и падения производства предприятие распадается на несколько юридических лиц, которые в 1994 году учреждают ПАООТ «Вибратор», в том же году происходит приватизация предприятия.

1998 год — в рамках программы по выводу промышленных предприятий из центра города завод «Вибратор» теряет основную производственную площадку на Петроградской набережной, оборудование перемещается на площадку в промзоне «Парнас», которая с этого момента становится основной и единственной.

1998-настоящее время

2000 год — ПАООТ «Вибратор» реорганизуется в ОАО «Вибратор». Предприятием разработаны и выпускаются приборы:

  • серия узкопрофильных электронных приборов (Ф1764, Ф1765 и др.) для замены приборов М1730;
  • серия щитовых показывающих приборов Ф1761 и Ф1762 для мозаичных щитов управления АЭС Бушер;
  • электронный видеографический регистратор Ф1771 Regigraf для замены самописцев на АЭС и тепловых электростанциях.
  • Инновационная система диагностики роторных двигателей и генераторов по спектру потребляемого тока - "[xn--d1aqlc.xn--p1ai/ СДРМ]"

Напишите отзыв о статье "Вибратор (завод)"

Комментарии

  1. по другим источникам[3][4] 1930 год
  2. эвакуированная часть ОЛИЗа в Саранске получила название Завод «ОЗП», в августе 1944 года завод «ОЗП» со всем оборудованием передан Краснодарскому ЗИП
  3. прибор разработан ОЛИЗ перед войной, в послевоенный период массово выпускался Краснодарским ЗИПом до 1956 года
  4. переданная в редакцию рукопись во время войны была утеряна, но в типографии удалось разыскать готовый набор книги
  5. до 1980 года
  6. см. например: Дамский A.M. Вибратор для осциллографирования мгновенной мощности. 1938

Примечания

  1. 1 2 Кильдияров, 2009.
  2. [www.vbrspb.ru/userfiles/file/History/85_Vibrator.pdf Спецвыпуск газеты Атомный проект к 85-летнему юбилею завода "Вибратор"] // Атомный проект : Журнал. — Нижний Новгород, 2014. — № 9. — С. 2-12.
  3. 1 2 3 Шкабардня, 2004.
  4. 1 2 3 4 Разгуляев, 2002.
  5. [iit.ftk.spbstu.ru/history2.php/ история кафедры измерительных информационных технологий факультета технической кибернетики Санкт-Петербургского Политехнического университета]. кафедра ИИТУ СПбГПУ (2003-2004). Проверено 26 июня 2015.
  6. 1 2 Тер-Аванесов В.Е.. [www.listok-veterana.ru/ISTORIYA_SKB_T-Avanesov.htm История СКБ до 1975 г.] «Листок Ветерана» — бесплатная газета для ветеранов и пенсионеров конструкторского бюро ПО Краснодарский ЗИП. www.listok-veterana.ru/. Yurimov (27 января 2010). Проверено 31 марта 2015.
  7. [www.vbrspb.ru/22/page365.html История предприятия]

Литература

  • Кильдияров А.В., Степаненков Г.Г. Приборостроительному заводу "Вибратор" - 80 лет // Приборы : Журнал. — М., 2009. — № 11. — С. 1-6.
  • Пономарёв Н. Н., Арутюнов В. О., Дамский А. М., Селибер Б. А. и др. Теория, расчёт и конструирование электроизмерительных приборов / од редакцией Н.Н. Пономарёва.. — Л., 1943. — 648 с.
  • Разгуляев Е.П. ВНИИЭП и сибирское приборостроение // Приборы : Журнал. — М., 2002. — № 9. — С. 9-14.
  • Селибер Б.А. Электроприборостроители - фронту в Великую Отечественную войну // Приборы и системы управления : Журнал. — М., 1985. — № 4.
  • Приборостроение — ХХ век / сост. М.С. Шкабардня. — М.: Совершенно секретно, 2004. — С. 362-371. — 768 с. — ISBN 5890481363.


Ссылки

  • [www.vbrspb.ru/ Официальный сайт ОАО "Вибратор"]. ОАО "Вибратор" (2005-2015). Проверено 22 июня 2015.

Отрывок, характеризующий Вибратор (завод)

В последнее время, после приезда государя из армии, произошло некоторое волнение в этих противоположных кружках салонах и произведены были некоторые демонстрации друг против друга, но направление кружков осталось то же. В кружок Анны Павловны принимались из французов только закоренелые легитимисты, и здесь выражалась патриотическая мысль о том, что не надо ездить во французский театр и что содержание труппы стоит столько же, сколько содержание целого корпуса. За военными событиями следилось жадно, и распускались самые выгодные для нашей армии слухи. В кружке Элен, румянцевском, французском, опровергались слухи о жестокости врага и войны и обсуживались все попытки Наполеона к примирению. В этом кружке упрекали тех, кто присоветывал слишком поспешные распоряжения о том, чтобы приготавливаться к отъезду в Казань придворным и женским учебным заведениям, находящимся под покровительством императрицы матери. Вообще все дело войны представлялось в салоне Элен пустыми демонстрациями, которые весьма скоро кончатся миром, и царствовало мнение Билибина, бывшего теперь в Петербурге и домашним у Элен (всякий умный человек должен был быть у нее), что не порох, а те, кто его выдумали, решат дело. В этом кружке иронически и весьма умно, хотя весьма осторожно, осмеивали московский восторг, известие о котором прибыло вместе с государем в Петербург.
В кружке Анны Павловны, напротив, восхищались этими восторгами и говорили о них, как говорит Плутарх о древних. Князь Василий, занимавший все те же важные должности, составлял звено соединения между двумя кружками. Он ездил к ma bonne amie [своему достойному другу] Анне Павловне и ездил dans le salon diplomatique de ma fille [в дипломатический салон своей дочери] и часто, при беспрестанных переездах из одного лагеря в другой, путался и говорил у Анны Павловны то, что надо было говорить у Элен, и наоборот.
Вскоре после приезда государя князь Василий разговорился у Анны Павловны о делах войны, жестоко осуждая Барклая де Толли и находясь в нерешительности, кого бы назначить главнокомандующим. Один из гостей, известный под именем un homme de beaucoup de merite [человек с большими достоинствами], рассказав о том, что он видел нынче выбранного начальником петербургского ополчения Кутузова, заседающего в казенной палате для приема ратников, позволил себе осторожно выразить предположение о том, что Кутузов был бы тот человек, который удовлетворил бы всем требованиям.
Анна Павловна грустно улыбнулась и заметила, что Кутузов, кроме неприятностей, ничего не дал государю.
– Я говорил и говорил в Дворянском собрании, – перебил князь Василий, – но меня не послушали. Я говорил, что избрание его в начальники ополчения не понравится государю. Они меня не послушали.
– Все какая то мания фрондировать, – продолжал он. – И пред кем? И все оттого, что мы хотим обезьянничать глупым московским восторгам, – сказал князь Василий, спутавшись на минуту и забыв то, что у Элен надо было подсмеиваться над московскими восторгами, а у Анны Павловны восхищаться ими. Но он тотчас же поправился. – Ну прилично ли графу Кутузову, самому старому генералу в России, заседать в палате, et il en restera pour sa peine! [хлопоты его пропадут даром!] Разве возможно назначить главнокомандующим человека, который не может верхом сесть, засыпает на совете, человека самых дурных нравов! Хорошо он себя зарекомендовал в Букарещте! Я уже не говорю о его качествах как генерала, но разве можно в такую минуту назначать человека дряхлого и слепого, просто слепого? Хорош будет генерал слепой! Он ничего не видит. В жмурки играть… ровно ничего не видит!
Никто не возражал на это.
24 го июля это было совершенно справедливо. Но 29 июля Кутузову пожаловано княжеское достоинство. Княжеское достоинство могло означать и то, что от него хотели отделаться, – и потому суждение князя Василья продолжало быть справедливо, хотя он и не торопился ого высказывать теперь. Но 8 августа был собран комитет из генерал фельдмаршала Салтыкова, Аракчеева, Вязьмитинова, Лопухина и Кочубея для обсуждения дел войны. Комитет решил, что неудачи происходили от разноначалий, и, несмотря на то, что лица, составлявшие комитет, знали нерасположение государя к Кутузову, комитет, после короткого совещания, предложил назначить Кутузова главнокомандующим. И в тот же день Кутузов был назначен полномочным главнокомандующим армий и всего края, занимаемого войсками.
9 го августа князь Василий встретился опять у Анны Павловны с l'homme de beaucoup de merite [человеком с большими достоинствами]. L'homme de beaucoup de merite ухаживал за Анной Павловной по случаю желания назначения попечителем женского учебного заведения императрицы Марии Федоровны. Князь Василий вошел в комнату с видом счастливого победителя, человека, достигшего цели своих желаний.
– Eh bien, vous savez la grande nouvelle? Le prince Koutouzoff est marechal. [Ну с, вы знаете великую новость? Кутузов – фельдмаршал.] Все разногласия кончены. Я так счастлив, так рад! – говорил князь Василий. – Enfin voila un homme, [Наконец, вот это человек.] – проговорил он, значительно и строго оглядывая всех находившихся в гостиной. L'homme de beaucoup de merite, несмотря на свое желание получить место, не мог удержаться, чтобы не напомнить князю Василью его прежнее суждение. (Это было неучтиво и перед князем Василием в гостиной Анны Павловны, и перед Анной Павловной, которая так же радостно приняла эту весть; но он не мог удержаться.)
– Mais on dit qu'il est aveugle, mon prince? [Но говорят, он слеп?] – сказал он, напоминая князю Василью его же слова.
– Allez donc, il y voit assez, [Э, вздор, он достаточно видит, поверьте.] – сказал князь Василий своим басистым, быстрым голосом с покашливанием, тем голосом и с покашливанием, которым он разрешал все трудности. – Allez, il y voit assez, – повторил он. – И чему я рад, – продолжал он, – это то, что государь дал ему полную власть над всеми армиями, над всем краем, – власть, которой никогда не было ни у какого главнокомандующего. Это другой самодержец, – заключил он с победоносной улыбкой.
– Дай бог, дай бог, – сказала Анна Павловна. L'homme de beaucoup de merite, еще новичок в придворном обществе, желая польстить Анне Павловне, выгораживая ее прежнее мнение из этого суждения, сказал.
– Говорят, что государь неохотно передал эту власть Кутузову. On dit qu'il rougit comme une demoiselle a laquelle on lirait Joconde, en lui disant: «Le souverain et la patrie vous decernent cet honneur». [Говорят, что он покраснел, как барышня, которой бы прочли Жоконду, в то время как говорил ему: «Государь и отечество награждают вас этой честью».]
– Peut etre que la c?ur n'etait pas de la partie, [Может быть, сердце не вполне участвовало,] – сказала Анна Павловна.
– О нет, нет, – горячо заступился князь Василий. Теперь уже он не мог никому уступить Кутузова. По мнению князя Василья, не только Кутузов был сам хорош, но и все обожали его. – Нет, это не может быть, потому что государь так умел прежде ценить его, – сказал он.
– Дай бог только, чтобы князь Кутузов, – сказала Анпа Павловна, – взял действительную власть и не позволял бы никому вставлять себе палки в колеса – des batons dans les roues.
Князь Василий тотчас понял, кто был этот никому. Он шепотом сказал:
– Я верно знаю, что Кутузов, как непременное условие, выговорил, чтобы наследник цесаревич не был при армии: Vous savez ce qu'il a dit a l'Empereur? [Вы знаете, что он сказал государю?] – И князь Василий повторил слова, будто бы сказанные Кутузовым государю: «Я не могу наказать его, ежели он сделает дурно, и наградить, ежели он сделает хорошо». О! это умнейший человек, князь Кутузов, et quel caractere. Oh je le connais de longue date. [и какой характер. О, я его давно знаю.]
– Говорят даже, – сказал l'homme de beaucoup de merite, не имевший еще придворного такта, – что светлейший непременным условием поставил, чтобы сам государь не приезжал к армии.
Как только он сказал это, в одно мгновение князь Василий и Анна Павловна отвернулись от него и грустно, со вздохом о его наивности, посмотрели друг на друга.


В то время как это происходило в Петербурге, французы уже прошли Смоленск и все ближе и ближе подвигались к Москве. Историк Наполеона Тьер, так же, как и другие историки Наполеона, говорит, стараясь оправдать своего героя, что Наполеон был привлечен к стенам Москвы невольно. Он прав, как и правы все историки, ищущие объяснения событий исторических в воле одного человека; он прав так же, как и русские историки, утверждающие, что Наполеон был привлечен к Москве искусством русских полководцев. Здесь, кроме закона ретроспективности (возвратности), представляющего все прошедшее приготовлением к совершившемуся факту, есть еще взаимность, путающая все дело. Хороший игрок, проигравший в шахматы, искренно убежден, что его проигрыш произошел от его ошибки, и он отыскивает эту ошибку в начале своей игры, но забывает, что в каждом его шаге, в продолжение всей игры, были такие же ошибки, что ни один его ход не был совершенен. Ошибка, на которую он обращает внимание, заметна ему только потому, что противник воспользовался ею. Насколько же сложнее этого игра войны, происходящая в известных условиях времени, и где не одна воля руководит безжизненными машинами, а где все вытекает из бесчисленного столкновения различных произволов?
После Смоленска Наполеон искал сражения за Дорогобужем у Вязьмы, потом у Царева Займища; но выходило, что по бесчисленному столкновению обстоятельств до Бородина, в ста двадцати верстах от Москвы, русские не могли принять сражения. От Вязьмы было сделано распоряжение Наполеоном для движения прямо на Москву.
Moscou, la capitale asiatique de ce grand empire, la ville sacree des peuples d'Alexandre, Moscou avec ses innombrables eglises en forme de pagodes chinoises! [Москва, азиатская столица этой великой империи, священный город народов Александра, Москва с своими бесчисленными церквами, в форме китайских пагод!] Эта Moscou не давала покоя воображению Наполеона. На переходе из Вязьмы к Цареву Займищу Наполеон верхом ехал на своем соловом энглизированном иноходчике, сопутствуемый гвардией, караулом, пажами и адъютантами. Начальник штаба Бертье отстал для того, чтобы допросить взятого кавалерией русского пленного. Он галопом, сопутствуемый переводчиком Lelorgne d'Ideville, догнал Наполеона и с веселым лицом остановил лошадь.
– Eh bien? [Ну?] – сказал Наполеон.
– Un cosaque de Platow [Платовский казак.] говорит, что корпус Платова соединяется с большой армией, что Кутузов назначен главнокомандующим. Tres intelligent et bavard! [Очень умный и болтун!]
Наполеон улыбнулся, велел дать этому казаку лошадь и привести его к себе. Он сам желал поговорить с ним. Несколько адъютантов поскакало, и через час крепостной человек Денисова, уступленный им Ростову, Лаврушка, в денщицкой куртке на французском кавалерийском седле, с плутовским и пьяным, веселым лицом подъехал к Наполеону. Наполеон велел ему ехать рядом с собой и начал спрашивать:
– Вы казак?
– Казак с, ваше благородие.
«Le cosaque ignorant la compagnie dans laquelle il se trouvait, car la simplicite de Napoleon n'avait rien qui put reveler a une imagination orientale la presence d'un souverain, s'entretint avec la plus extreme familiarite des affaires de la guerre actuelle», [Казак, не зная того общества, в котором он находился, потому что простота Наполеона не имела ничего такого, что бы могло открыть для восточного воображения присутствие государя, разговаривал с чрезвычайной фамильярностью об обстоятельствах настоящей войны.] – говорит Тьер, рассказывая этот эпизод. Действительно, Лаврушка, напившийся пьяным и оставивший барина без обеда, был высечен накануне и отправлен в деревню за курами, где он увлекся мародерством и был взят в плен французами. Лаврушка был один из тех грубых, наглых лакеев, видавших всякие виды, которые считают долгом все делать с подлостью и хитростью, которые готовы сослужить всякую службу своему барину и которые хитро угадывают барские дурные мысли, в особенности тщеславие и мелочность.
Попав в общество Наполеона, которого личность он очень хорошо и легко признал. Лаврушка нисколько не смутился и только старался от всей души заслужить новым господам.
Он очень хорошо знал, что это сам Наполеон, и присутствие Наполеона не могло смутить его больше, чем присутствие Ростова или вахмистра с розгами, потому что не было ничего у него, чего бы не мог лишить его ни вахмистр, ни Наполеон.
Он врал все, что толковалось между денщиками. Многое из этого была правда. Но когда Наполеон спросил его, как же думают русские, победят они Бонапарта или нет, Лаврушка прищурился и задумался.
Он увидал тут тонкую хитрость, как всегда во всем видят хитрость люди, подобные Лаврушке, насупился и помолчал.
– Оно значит: коли быть сраженью, – сказал он задумчиво, – и в скорости, так это так точно. Ну, а коли пройдет три дня апосля того самого числа, тогда, значит, это самое сражение в оттяжку пойдет.
Наполеону перевели это так: «Si la bataille est donnee avant trois jours, les Francais la gagneraient, mais que si elle serait donnee plus tard, Dieu seul sait ce qui en arrivrait», [«Ежели сражение произойдет прежде трех дней, то французы выиграют его, но ежели после трех дней, то бог знает что случится».] – улыбаясь передал Lelorgne d'Ideville. Наполеон не улыбнулся, хотя он, видимо, был в самом веселом расположении духа, и велел повторить себе эти слова.
Лаврушка заметил это и, чтобы развеселить его, сказал, притворяясь, что не знает, кто он.
– Знаем, у вас есть Бонапарт, он всех в мире побил, ну да об нас другая статья… – сказал он, сам не зная, как и отчего под конец проскочил в его словах хвастливый патриотизм. Переводчик передал эти слова Наполеону без окончания, и Бонапарт улыбнулся. «Le jeune Cosaque fit sourire son puissant interlocuteur», [Молодой казак заставил улыбнуться своего могущественного собеседника.] – говорит Тьер. Проехав несколько шагов молча, Наполеон обратился к Бертье и сказал, что он хочет испытать действие, которое произведет sur cet enfant du Don [на это дитя Дона] известие о том, что тот человек, с которым говорит этот enfant du Don, есть сам император, тот самый император, который написал на пирамидах бессмертно победоносное имя.
Известие было передано.
Лаврушка (поняв, что это делалось, чтобы озадачить его, и что Наполеон думает, что он испугается), чтобы угодить новым господам, тотчас же притворился изумленным, ошеломленным, выпучил глаза и сделал такое же лицо, которое ему привычно было, когда его водили сечь. «A peine l'interprete de Napoleon, – говорит Тьер, – avait il parle, que le Cosaque, saisi d'une sorte d'ebahissement, no profera plus une parole et marcha les yeux constamment attaches sur ce conquerant, dont le nom avait penetre jusqu'a lui, a travers les steppes de l'Orient. Toute sa loquacite s'etait subitement arretee, pour faire place a un sentiment d'admiration naive et silencieuse. Napoleon, apres l'avoir recompense, lui fit donner la liberte, comme a un oiseau qu'on rend aux champs qui l'ont vu naitre». [Едва переводчик Наполеона сказал это казаку, как казак, охваченный каким то остолбенением, не произнес более ни одного слова и продолжал ехать, не спуская глаз с завоевателя, имя которого достигло до него через восточные степи. Вся его разговорчивость вдруг прекратилась и заменилась наивным и молчаливым чувством восторга. Наполеон, наградив казака, приказал дать ему свободу, как птице, которую возвращают ее родным полям.]
Наполеон поехал дальше, мечтая о той Moscou, которая так занимала его воображение, a l'oiseau qu'on rendit aux champs qui l'on vu naitre [птица, возвращенная родным полям] поскакал на аванпосты, придумывая вперед все то, чего не было и что он будет рассказывать у своих. Того же, что действительно с ним было, он не хотел рассказывать именно потому, что это казалось ему недостойным рассказа. Он выехал к казакам, расспросил, где был полк, состоявший в отряде Платова, и к вечеру же нашел своего барина Николая Ростова, стоявшего в Янкове и только что севшего верхом, чтобы с Ильиным сделать прогулку по окрестным деревням. Он дал другую лошадь Лаврушке и взял его с собой.


Княжна Марья не была в Москве и вне опасности, как думал князь Андрей.
После возвращения Алпатыча из Смоленска старый князь как бы вдруг опомнился от сна. Он велел собрать из деревень ополченцев, вооружить их и написал главнокомандующему письмо, в котором извещал его о принятом им намерении оставаться в Лысых Горах до последней крайности, защищаться, предоставляя на его усмотрение принять или не принять меры для защиты Лысых Гор, в которых будет взят в плен или убит один из старейших русских генералов, и объявил домашним, что он остается в Лысых Горах.
Но, оставаясь сам в Лысых Горах, князь распорядился об отправке княжны и Десаля с маленьким князем в Богучарово и оттуда в Москву. Княжна Марья, испуганная лихорадочной, бессонной деятельностью отца, заменившей его прежнюю опущенность, не могла решиться оставить его одного и в первый раз в жизни позволила себе не повиноваться ему. Она отказалась ехать, и на нее обрушилась страшная гроза гнева князя. Он напомнил ей все, в чем он был несправедлив против нее. Стараясь обвинить ее, он сказал ей, что она измучила его, что она поссорила его с сыном, имела против него гадкие подозрения, что она задачей своей жизни поставила отравлять его жизнь, и выгнал ее из своего кабинета, сказав ей, что, ежели она не уедет, ему все равно. Он сказал, что знать не хочет о ее существовании, но вперед предупреждает ее, чтобы она не смела попадаться ему на глаза. То, что он, вопреки опасений княжны Марьи, не велел насильно увезти ее, а только не приказал ей показываться на глаза, обрадовало княжну Марью. Она знала, что это доказывало то, что в самой тайне души своей он был рад, что она оставалась дома и не уехала.