Опрос 3 марта 1991 года о независимости Латвии

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск

Опрос 3 марта 1991 года за независимость Латвии (латыш. 1991. gada 3. marta aptauja) — опрос населения Латвии, организованный 3 марта 1991 года, на котором был задан вопрос: «Вы за демократическую и независимую Латвию?». В народном голосовании участвовали 1 666 128 (87,56 %) жителей Латвии, имеющих право голоса, из которых 1 227 562 (73,68 %) проголосовали «ЗА» и 411 374 (24,69 %) проголосовали «ПРОТИВ»[1]. В голосовании имели право участвовать гражданские лица, приписанные к воинским частям СССР, дислоцированным в Латвии[2].

«Вы за демократическую и независимую Латвию?»
Да или нет Голосов Процент
Да 1 227 562 73,68 %
Нет 411 374 24,69 %
Всего голосов 1 666 128 100,00 %
Явка 87,56 %
Электорат 1 902 802
Источник: [3]




История

4 мая 1990 новоизбранным Верховным Советом ЛССР была принята Декларация о восстановлении независимости Латвийской Республики. Одновременно был созван Конгресс Граждан Латвийской Республики, в выборах которого, в отличие от выборов в Верховный Совет, участвовали только лица, бывшие гражданами Латвии до её присоединения к СССР и их потомки. 12 февраля 1991 года Верховный Совет ЛССР принял постановления: «О проведении опроса жителей Латвии» и «О порядке проведения опроса жителей Латвии»[4]. 3 марта 1991 г. на опросе большинство жителей Латвии (включая будущих «неграждан») высказались за демократию и независимость. Реально независимость была восстановлена 21 августа 1991, после неудавшейся попытки переворота ГКЧП в Москве.

Результаты

9 февраля 1991 года в Литве был проведён опрос, а 3 марта в Эстонии референдум о независимости. В отличие от Литвы и Эстонии, в Латвии не было ни одного города или района, где большинство зарегистрированных избирателей выбрало бы ответ «ПРОТИВ», даже в Даугавпилсе[5], где от списка Народного фронта Латвии в Верховный Совет не было выбрано ни одного депутата.

Латвия Литва Эстония
Голосовало % жителей облад. правом голоса 87,56 84,74 82,86
За (%) 73,68 90,47 77,83
Против (%) 24,69 6,56 21,43
Недействительные бюллетени (%) 1,63 2,97 0,74

В 1991 году в Латвии проживало примерно 48 % представителей национальных меньшинств, в Литве — примерно 20 %, а в Эстонии — примерно 40 %.

Общее количество военнослужащих и членов их семей (гражданских лиц, приписанных к воинским частям и имеющих право участвовать в данном опросе), которые в дальнейшем были выведены из Латвии в 1992—1994 годах, составляло около 90 тыс. человек[6], из которых примерно 50 тыс. составляли сами военнослужащие[7].

Меньшая, по сравнению с латышами, поддержка независимости среди представителей национальных меньшинств, была одной из причин, почему Народный фронт Латвии и более поздние латвийские партии в дальнейшем заняли более жесткую позицию в предоставлении им гражданства[8]. В результате, после обретения Латвией независимости, автоматически гражданство не было дано большей части представителей национальных меньшинств, в том числе и тем, кто голосовал за независимость Латвии.

См. также

Напишите отзыв о статье "Опрос 3 марта 1991 года о независимости Латвии"

Примечания

  1. . «Neatkarīgā Cīņa» 1991. gada 9. martā
  2. [www.likumi.lv/doc.php?id=65213 LATVIJAS REPUBLIKAS AUGSTĀKĀS PADOMES LĒMUMS Par kārtību, kādā notiek Latvijas iedzīvotāju aptauja]
  3. [home.lanet.lv/~politics/raksti/3.MARTS/3.MARTS.htm Puriņš G., Šulcs U., Vai 2001. gada Rīgas domes vēlēšanu rezultāti bija pārsteigums - etniskie balsojumi, atskatoties uz 1991. gada 3. marta aptaujas pieredzi.]
  4. [www.russkie.org/index.php?module=fullitem&id=8361 Сергей Михайлов, Рига. Подлинная история опроса 3 марта 1991 года]
  5. [home.lu.lv/~politics/raksti/3.MARTS/5.pielik.htm 5. grafiks: Pret Latvijas neatkarību nobalsojušo skaits no G. Puriņš, U. Šulcs. VAI 2001. GADA RĪGAS DOMES VĒLĒŠANU REZULTĀTI BIJA PĀRSTEIGUMS]
  6. [www.vestnik.mgimo.ru/fileserver/12/08_simonyan.pdf Русскоязычное население в странах Балтии]
  7. [ortus.rtu.lv/science/en/publications/1638/fulltext.pdf Latvijas iedzīvotāju un nodarbināto skaita prognozēšana]
  8. [lit.lib.ru/m/marxjash_r_m/text_0110.shtml Марьяш Р. Калейдоскоп моей памяти. Глава десятая. У власти.]


Отрывок, характеризующий Опрос 3 марта 1991 года о независимости Латвии

Толь написал диспозицию: die erste Colonne marschiert [первая колонна направится туда то] и т. д. И, как всегда, сделалось все не по диспозиции. Принц Евгений Виртембергский расстреливал с горы мимо бегущие толпы французов и требовал подкрепления, которое не приходило. Французы, по ночам обегая русских, рассыпались, прятались в леса и пробирались, кто как мог, дальше.
Милорадович, который говорил, что он знать ничего не хочет о хозяйственных делах отряда, которого никогда нельзя было найти, когда его было нужно, «chevalier sans peur et sans reproche» [«рыцарь без страха и упрека»], как он сам называл себя, и охотник до разговоров с французами, посылал парламентеров, требуя сдачи, и терял время и делал не то, что ему приказывали.
– Дарю вам, ребята, эту колонну, – говорил он, подъезжая к войскам и указывая кавалеристам на французов. И кавалеристы на худых, ободранных, еле двигающихся лошадях, подгоняя их шпорами и саблями, рысцой, после сильных напряжений, подъезжали к подаренной колонне, то есть к толпе обмороженных, закоченевших и голодных французов; и подаренная колонна кидала оружие и сдавалась, чего ей уже давно хотелось.
Под Красным взяли двадцать шесть тысяч пленных, сотни пушек, какую то палку, которую называли маршальским жезлом, и спорили о том, кто там отличился, и были этим довольны, но очень сожалели о том, что не взяли Наполеона или хоть какого нибудь героя, маршала, и упрекали в этом друг друга и в особенности Кутузова.
Люди эти, увлекаемые своими страстями, были слепыми исполнителями только самого печального закона необходимости; но они считали себя героями и воображали, что то, что они делали, было самое достойное и благородное дело. Они обвиняли Кутузова и говорили, что он с самого начала кампании мешал им победить Наполеона, что он думает только об удовлетворении своих страстей и не хотел выходить из Полотняных Заводов, потому что ему там было покойно; что он под Красным остановил движенье только потому, что, узнав о присутствии Наполеона, он совершенно потерялся; что можно предполагать, что он находится в заговоре с Наполеоном, что он подкуплен им, [Записки Вильсона. (Примеч. Л.Н. Толстого.) ] и т. д., и т. д.
Мало того, что современники, увлекаемые страстями, говорили так, – потомство и история признали Наполеона grand, a Кутузова: иностранцы – хитрым, развратным, слабым придворным стариком; русские – чем то неопределенным – какой то куклой, полезной только по своему русскому имени…


В 12 м и 13 м годах Кутузова прямо обвиняли за ошибки. Государь был недоволен им. И в истории, написанной недавно по высочайшему повелению, сказано, что Кутузов был хитрый придворный лжец, боявшийся имени Наполеона и своими ошибками под Красным и под Березиной лишивший русские войска славы – полной победы над французами. [История 1812 года Богдановича: характеристика Кутузова и рассуждение о неудовлетворительности результатов Красненских сражений. (Примеч. Л.Н. Толстого.) ]
Такова судьба не великих людей, не grand homme, которых не признает русский ум, а судьба тех редких, всегда одиноких людей, которые, постигая волю провидения, подчиняют ей свою личную волю. Ненависть и презрение толпы наказывают этих людей за прозрение высших законов.
Для русских историков – странно и страшно сказать – Наполеон – это ничтожнейшее орудие истории – никогда и нигде, даже в изгнании, не выказавший человеческого достоинства, – Наполеон есть предмет восхищения и восторга; он grand. Кутузов же, тот человек, который от начала и до конца своей деятельности в 1812 году, от Бородина и до Вильны, ни разу ни одним действием, ни словом не изменяя себе, являет необычайный s истории пример самоотвержения и сознания в настоящем будущего значения события, – Кутузов представляется им чем то неопределенным и жалким, и, говоря о Кутузове и 12 м годе, им всегда как будто немножко стыдно.