Парламент Австралии

Поделись знанием:


Ты - не раб!
Закрытый образовательный курс для детей элиты: "Истинное обустройство мира".
http://noslave.org

Перейти к: навигация, поиск
Эта статья является частью темы
Политика и правительство Австралии

ПорталПроект


просмотробсуждениеправить

Парламент Австралии — высший законодательный орган Австралийского Союза. Являясь двухпалатным, австралийский парламент в значительной степени смоделирован согласно Вестминстерской традиции, хотя на структуру и функции сильно повлиял опыт США (прежде всего, структура Конгресса США). Согласно части 1 главы 1 Конституции Австралии, в Парламент страны входят Королева Великобритании, Сенат и Палата представителей.

Нижняя палата Парламента, Палата представителей, в настоящее время состоит из 150 депутатов, каждый из которых представляет отдельный избирательный округ. Количество мест в палате не является фиксированным и может изменяться. Например, по результатам парламентских выборах 1993 года в палате было 147 мест, в 1996 году — 148 мест, а в 2001 году — 150 мест. Депутаты Палаты избираются на 3 года по мажоритарной избирательной системе абсолютного большинства с двухпартийным предпочтительным (преференциальным) голосованием.

Верхняя палата Парламента, Сенат, состоит из 76 членов по 12 от каждого штата и по 2 от каждой континентальной территории. Сенаторы избираются на основе пропорциональной избирательной системы.





История

Свою историю Парламент Австралии берёт ещё в середине XIX века, когда были сформированы парламенты будущих австралийских штатов (тогда ещё британских колоний): в 1856 году — парламенты Нового Южного Уэльса, Виктории и Тасмании, в 1857 году — Южной Австралии, в 1860 году — Квинсленда, в 1890 году — Западной Австралии. После образования в 1901 году Австралийского Союза произошло и формирование первого федерального Парламента Австралии, который был официально открыт в Мельбурне 9 мая 1901 года. В период с 1901 по 1927 года Парламент страны заседал в здании Парламента штата Виктория в Мельбурне, так как столичный город, определённый Конституцией, ещё не был построен. 9 мая 1927 года произошёл официальный переезд федерального Парламента в национальную столицу, город Канберру, переместившись 9 мая 1988 года в современное здание.

Структура Парламента

Королева и генерал-губернатор

Согласно главе 1 части 1 Королева Австралии является составным элементом австралийского парламента. Конституционные функции монарха делегируются генерал-губернатору, который назначается монархом по рекомендации премьер-министра страны. Одной из особенностей Конституции является то, что согласно ей генерал-губернатор наделён достаточно широкими полномочиями, например, он может отложить принятие законопроекта, передав его на рассмотрение королевы. Однако в действительности, согласно конституционному обычаю, генерал-губернатор выполняет только представительские функции и имеет лишь консультативный голос при обсуждении важнейших для страны решений.

Сенат

Верхней палатой австралийского парламента является Сенат, состоящий из 76 членов. Как и в Сенате США, в австралийском сенате все штаты страны имеют одинаковое представительство независимо от их численности населения. Согласно Конституции Австралии, парламент имеет право изменять количество сенаторов, но при условии, что первоначальные шесть австралийских штатов имеют в нём одинаковое представительство. Более того, Конституцией прописано, что минимальное количество представителей от каждого из этих шести штатов составляет шесть человек. Однако ни одно из этих положений Конституции не применимо к новым штатам или территориям Австралийского Союза. Согласно Закону о Парламенте, принятому в 1973 году, сенаторы избираются для представительства территорий (за исключением острова Норфолк). В настоящее время два сенатора от Северной территории представляют не только жителей своей территории, но и таких внешних территорий, как остров Рождества и Кокосовые острова. В свою очередь, два сенатора от Австралийской столичной территории представляют как столичную территорию, так и территорию Джервис-Бей.

До 1949 года каждый из шести штатов Австралии избирал по шесть сенаторов. После выборов 1949 года их число увеличилось до 10 сенаторов, а с 1984 года по настоящее время их число составляет 12 человек. Каждую территорию Австралии в настоящее время представляют по два сенатора. Выборы в Сенат проходят по партийным спискам. Сенаторы избираются на 6 лет, при этом каждые три года происходит обновление Сената ровно наполовину.

Палата представителей

Нижней палатой австралийского парламента является Палата представителей. Депутаты нижней палаты избираются по одномандатным округам сроком на 3 года по мажоритарной избирательной системе абсолютного большинства с двухпартийным предпочтительным (преференциальным) голосованием (англ. preferential voting). Правительство формируется из депутатов нижней палаты, причём лидер партии (или коалиции партий) большинства автоматически становится премьер-министром Австралии.

Согласно Конституции, парламенту разрешается изменять число членов Палаты представителей — оно, однако, должно примерно в два раза превышать численный состав Сената. Количество депутатов, представляющих штаты и территории, пропорционально количеству их численности населения, при этом ни один из первоначальных штатов не может быть представлен менее чем 5 депутатами, независимо от населения. Конституция не гарантирует парламентского представительства территориям, однако по решению парламента в 1922 году Северная территория получила одно место. Аналогичное решение было принято по Австралийской столичной территории в 1948 году. До 1968 года представители территорий были ограничены в праве голосования. В настоящее время от каждой территории избирается по два представителя.

В 19011949 годах Палата представителей состояла из 74 (позднее — 75) депутатов (Сенат из 36 депутатов), в 19491984 годах — от 121 до 127 (Сенат до 1975 года — 60, затем — 64). В 1977 году по решению Верховного суда состав палаты был уменьшен с 127 до 124. В 1984 году произошло одновременное увеличение численности обеих палат. С тех пор палата состоит из 148—150 депутатов.

Деятельность

Каждая из обеих палат Парламента выбирает своего председателя. В Сенате он называется президентом, а в Палате представителей — спикером. Выборы председателей проходят в виде тайного голосования, при этом ими, как правило, становятся представители правящей партии.

Конституцией Австралии регламентируется кворум для каждой из палат. Для Палаты представителей он составляет одну пятую часть от общего числа депутатов, а для Сената — одну четвёртую часть. Хотя в теории без достижения кворума какие-либо обсуждения законопроектов в палатах должны быть прекращены, на практике члены парламента с согласия присутствующих продолжают дебаты и в отсутствие некоторых парламентариев.

Решения в обеих палатах Парламента могут приниматься посредством устного голосования, когда депутаты, выкрикивая «Да» или «Нет», принимают или отклоняют законопроект. Решение в этом случае принимает председатель палаты. Если же в одной из палат найдётся хотя бы два человека, которые не согласятся с результатом, они могут потребовать «раздельного голосования»: в этой случае члены Палаты председателей или сенаторы, которые одобряют законопроект, садятся на правую сторону зала заседаний, а которые против — на левую. Затем происходит подсчёт специальными уполномоченными (организаторами правительственной и оппозиционной партий в Парламенте), после чего выносится окончательное решение. Спикер Палаты представителей лишён права голоса (он вправе отдать решающий голос только в случае равного разделения голосов). Президент же Сената имеет право принять участие в голосовании, однако он не имеет решающего голоса.

В случае конфликта между обеими палатами Парламента Австралии по поводу какого-либо законодательного акта Конституцией предусмотрен одновременный роспуск обеих палат: в австралийской конституционной практике это называется «двойным роспуском», или «double dissolution». Если и после выборов конфликт продолжится, то генерал-губернатор может провести совместное заседание обеих палат (это произошло в истории Австралии только однажды — после выборов 1974 года).

Функции

Основной функцией Парламента Австралии является принятие законов, то есть законодательная деятельность. Любой член Палаты представителей или Сената обладает правом законодательной инициативы. Это не касается финансовых законопроектов, которые в обязательном порядке вносятся в Палату представителей. На практике большая часть законопроектов вносится на рассмотрение палат министрами страны. Впоследствии все проекты должны быть рассмотрены и приняты в обеих палатах. Только после этого они становятся законами. Сенат наделён теми же законодательными полномочиями, что и Палата представителей. Однако он не может вносить изменения в финансовые законопроекты, которые или принимаются, или отклоняются.

Кроме законодательных функций Парламент Австралии выполняет и ряд других задач. Он может обсуждать срочные вопросы или вопросы государственной важности: это функция осуществляется через проведение собрания для дебатов по вопросам государственной политики. Кроме того, парламентарии могут вынести вотум недоверия всему правительству или отдельным министрам. Существует также так называемый «час вопросов», время отведённое парламенту для вопросов премьер-министру или другими министрам.

Партийное представительство

В стране существуют три крупные политические партии:

В 2008 возникла и стала влиятельной силой не только в Квинсленде (после победы на выборах в Законодательное собрание штата в 2012 сформировала правительство штата), но и в федеральном парламенте

Правящая партия Северной территории, представленная в обеих палатах Парламента Австралии:

Независимые депутаты и некоторые мелкие партии также представлены в парламенте — в основном в верхней палате, но их влияние незначительно. К ним относятся:

Начиная с парламентских выборов 1996 и до 2007 года у власти находилась коалиция Либеральной и Национальной партий, возглавляемая премьер-министром Джоном Говардом. В 2007 года руководство страны возглавил Кевин Радд, лидер Лейбористской партии. В 2010 году его сместила со своего поста заместитель Джулия Гиллард.

На выборах 2013 коалиция либералов, Национальной партии, Либеральной национальной партии Квинсленда и Аграрной либеральной партии одержала победу и сформировала правительство во главе с лидером Либеральной партии Тони Эбботтом.

По состоянию на октябрь 2014 во всех штатах и территориях страны, кроме штата Южная Австралия и Австралийской столичной территории (где у власти Лейбористская партия), у власти находятся партии либерально-национальной коалиции.

Напишите отзыв о статье "Парламент Австралии"

Ссылки

  • [www.aph.gov.au/ Официальный сайт Парламента Австралии] (англ.)
  • [web.archive.org/web/20050718231401/www.comlaw.gov.au/comlaw/comlaw.nsf/440c19285821b109ca256f3a001d59b7/57dea3835d797364ca256f9d0078c087/$FILE/ConstitutionAct.pdf Конституция Австралии] (англ.)

Отрывок, характеризующий Парламент Австралии

Диспозиция, составленная Вейротером в Аустерлицком сражении, была образец совершенства в сочинениях этого рода, но ее все таки осудили, осудили за ее совершенство, за слишком большую подробность.
Наполеон в Бородинском сражении исполнял свое дело представителя власти так же хорошо, и еще лучше, чем в других сражениях. Он не сделал ничего вредного для хода сражения; он склонялся на мнения более благоразумные; он не путал, не противоречил сам себе, не испугался и не убежал с поля сражения, а с своим большим тактом и опытом войны спокойно и достойно исполнял свою роль кажущегося начальствованья.


Вернувшись после второй озабоченной поездки по линии, Наполеон сказал:
– Шахматы поставлены, игра начнется завтра.
Велев подать себе пуншу и призвав Боссе, он начал с ним разговор о Париже, о некоторых изменениях, которые он намерен был сделать в maison de l'imperatrice [в придворном штате императрицы], удивляя префекта своею памятливостью ко всем мелким подробностям придворных отношений.
Он интересовался пустяками, шутил о любви к путешествиям Боссе и небрежно болтал так, как это делает знаменитый, уверенный и знающий свое дело оператор, в то время как он засучивает рукава и надевает фартук, а больного привязывают к койке: «Дело все в моих руках и в голове, ясно и определенно. Когда надо будет приступить к делу, я сделаю его, как никто другой, а теперь могу шутить, и чем больше я шучу и спокоен, тем больше вы должны быть уверены, спокойны и удивлены моему гению».
Окончив свой второй стакан пунша, Наполеон пошел отдохнуть пред серьезным делом, которое, как ему казалось, предстояло ему назавтра.
Он так интересовался этим предстоящим ему делом, что не мог спать и, несмотря на усилившийся от вечерней сырости насморк, в три часа ночи, громко сморкаясь, вышел в большое отделение палатки. Он спросил о том, не ушли ли русские? Ему отвечали, что неприятельские огни всё на тех же местах. Он одобрительно кивнул головой.
Дежурный адъютант вошел в палатку.
– Eh bien, Rapp, croyez vous, que nous ferons do bonnes affaires aujourd'hui? [Ну, Рапп, как вы думаете: хороши ли будут нынче наши дела?] – обратился он к нему.
– Sans aucun doute, Sire, [Без всякого сомнения, государь,] – отвечал Рапп.
Наполеон посмотрел на него.
– Vous rappelez vous, Sire, ce que vous m'avez fait l'honneur de dire a Smolensk, – сказал Рапп, – le vin est tire, il faut le boire. [Вы помните ли, сударь, те слова, которые вы изволили сказать мне в Смоленске, вино откупорено, надо его пить.]
Наполеон нахмурился и долго молча сидел, опустив голову на руку.
– Cette pauvre armee, – сказал он вдруг, – elle a bien diminue depuis Smolensk. La fortune est une franche courtisane, Rapp; je le disais toujours, et je commence a l'eprouver. Mais la garde, Rapp, la garde est intacte? [Бедная армия! она очень уменьшилась от Смоленска. Фортуна настоящая распутница, Рапп. Я всегда это говорил и начинаю испытывать. Но гвардия, Рапп, гвардия цела?] – вопросительно сказал он.
– Oui, Sire, [Да, государь.] – отвечал Рапп.
Наполеон взял пастильку, положил ее в рот и посмотрел на часы. Спать ему не хотелось, до утра было еще далеко; а чтобы убить время, распоряжений никаких нельзя уже было делать, потому что все были сделаны и приводились теперь в исполнение.
– A t on distribue les biscuits et le riz aux regiments de la garde? [Роздали ли сухари и рис гвардейцам?] – строго спросил Наполеон.
– Oui, Sire. [Да, государь.]
– Mais le riz? [Но рис?]
Рапп отвечал, что он передал приказанья государя о рисе, но Наполеон недовольно покачал головой, как будто он не верил, чтобы приказание его было исполнено. Слуга вошел с пуншем. Наполеон велел подать другой стакан Раппу и молча отпивал глотки из своего.
– У меня нет ни вкуса, ни обоняния, – сказал он, принюхиваясь к стакану. – Этот насморк надоел мне. Они толкуют про медицину. Какая медицина, когда они не могут вылечить насморка? Корвизар дал мне эти пастильки, но они ничего не помогают. Что они могут лечить? Лечить нельзя. Notre corps est une machine a vivre. Il est organise pour cela, c'est sa nature; laissez y la vie a son aise, qu'elle s'y defende elle meme: elle fera plus que si vous la paralysiez en l'encombrant de remedes. Notre corps est comme une montre parfaite qui doit aller un certain temps; l'horloger n'a pas la faculte de l'ouvrir, il ne peut la manier qu'a tatons et les yeux bandes. Notre corps est une machine a vivre, voila tout. [Наше тело есть машина для жизни. Оно для этого устроено. Оставьте в нем жизнь в покое, пускай она сама защищается, она больше сделает одна, чем когда вы ей будете мешать лекарствами. Наше тело подобно часам, которые должны идти известное время; часовщик не может открыть их и только ощупью и с завязанными глазами может управлять ими. Наше тело есть машина для жизни. Вот и все.] – И как будто вступив на путь определений, definitions, которые любил Наполеон, он неожиданно сделал новое определение. – Вы знаете ли, Рапп, что такое военное искусство? – спросил он. – Искусство быть сильнее неприятеля в известный момент. Voila tout. [Вот и все.]
Рапп ничего не ответил.
– Demainnous allons avoir affaire a Koutouzoff! [Завтра мы будем иметь дело с Кутузовым!] – сказал Наполеон. – Посмотрим! Помните, в Браунау он командовал армией и ни разу в три недели не сел на лошадь, чтобы осмотреть укрепления. Посмотрим!
Он поглядел на часы. Было еще только четыре часа. Спать не хотелось, пунш был допит, и делать все таки было нечего. Он встал, прошелся взад и вперед, надел теплый сюртук и шляпу и вышел из палатки. Ночь была темная и сырая; чуть слышная сырость падала сверху. Костры не ярко горели вблизи, во французской гвардии, и далеко сквозь дым блестели по русской линии. Везде было тихо, и ясно слышались шорох и топот начавшегося уже движения французских войск для занятия позиции.
Наполеон прошелся перед палаткой, посмотрел на огни, прислушался к топоту и, проходя мимо высокого гвардейца в мохнатой шапке, стоявшего часовым у его палатки и, как черный столб, вытянувшегося при появлении императора, остановился против него.
– С которого года в службе? – спросил он с той привычной аффектацией грубой и ласковой воинственности, с которой он всегда обращался с солдатами. Солдат отвечал ему.
– Ah! un des vieux! [А! из стариков!] Получили рис в полк?
– Получили, ваше величество.
Наполеон кивнул головой и отошел от него.

В половине шестого Наполеон верхом ехал к деревне Шевардину.
Начинало светать, небо расчистило, только одна туча лежала на востоке. Покинутые костры догорали в слабом свете утра.
Вправо раздался густой одинокий пушечный выстрел, пронесся и замер среди общей тишины. Прошло несколько минут. Раздался второй, третий выстрел, заколебался воздух; четвертый, пятый раздались близко и торжественно где то справа.
Еще не отзвучали первые выстрелы, как раздались еще другие, еще и еще, сливаясь и перебивая один другой.
Наполеон подъехал со свитой к Шевардинскому редуту и слез с лошади. Игра началась.


Вернувшись от князя Андрея в Горки, Пьер, приказав берейтору приготовить лошадей и рано утром разбудить его, тотчас же заснул за перегородкой, в уголке, который Борис уступил ему.
Когда Пьер совсем очнулся на другое утро, в избе уже никого не было. Стекла дребезжали в маленьких окнах. Берейтор стоял, расталкивая его.
– Ваше сиятельство, ваше сиятельство, ваше сиятельство… – упорно, не глядя на Пьера и, видимо, потеряв надежду разбудить его, раскачивая его за плечо, приговаривал берейтор.
– Что? Началось? Пора? – заговорил Пьер, проснувшись.
– Изволите слышать пальбу, – сказал берейтор, отставной солдат, – уже все господа повышли, сами светлейшие давно проехали.
Пьер поспешно оделся и выбежал на крыльцо. На дворе было ясно, свежо, росисто и весело. Солнце, только что вырвавшись из за тучи, заслонявшей его, брызнуло до половины переломленными тучей лучами через крыши противоположной улицы, на покрытую росой пыль дороги, на стены домов, на окна забора и на лошадей Пьера, стоявших у избы. Гул пушек яснее слышался на дворе. По улице прорысил адъютант с казаком.
– Пора, граф, пора! – прокричал адъютант.
Приказав вести за собой лошадь, Пьер пошел по улице к кургану, с которого он вчера смотрел на поле сражения. На кургане этом была толпа военных, и слышался французский говор штабных, и виднелась седая голова Кутузова с его белой с красным околышем фуражкой и седым затылком, утонувшим в плечи. Кутузов смотрел в трубу вперед по большой дороге.
Войдя по ступенькам входа на курган, Пьер взглянул впереди себя и замер от восхищенья перед красотою зрелища. Это была та же панорама, которою он любовался вчера с этого кургана; но теперь вся эта местность была покрыта войсками и дымами выстрелов, и косые лучи яркого солнца, поднимавшегося сзади, левее Пьера, кидали на нее в чистом утреннем воздухе пронизывающий с золотым и розовым оттенком свет и темные, длинные тени. Дальние леса, заканчивающие панораму, точно высеченные из какого то драгоценного желто зеленого камня, виднелись своей изогнутой чертой вершин на горизонте, и между ними за Валуевым прорезывалась большая Смоленская дорога, вся покрытая войсками. Ближе блестели золотые поля и перелески. Везде – спереди, справа и слева – виднелись войска. Все это было оживленно, величественно и неожиданно; но то, что более всего поразило Пьера, – это был вид самого поля сражения, Бородина и лощины над Колочею по обеим сторонам ее.
Над Колочею, в Бородине и по обеим сторонам его, особенно влево, там, где в болотистых берегах Во йна впадает в Колочу, стоял тот туман, который тает, расплывается и просвечивает при выходе яркого солнца и волшебно окрашивает и очерчивает все виднеющееся сквозь него. К этому туману присоединялся дым выстрелов, и по этому туману и дыму везде блестели молнии утреннего света – то по воде, то по росе, то по штыкам войск, толпившихся по берегам и в Бородине. Сквозь туман этот виднелась белая церковь, кое где крыши изб Бородина, кое где сплошные массы солдат, кое где зеленые ящики, пушки. И все это двигалось или казалось движущимся, потому что туман и дым тянулись по всему этому пространству. Как в этой местности низов около Бородина, покрытых туманом, так и вне его, выше и особенно левее по всей линии, по лесам, по полям, в низах, на вершинах возвышений, зарождались беспрестанно сами собой, из ничего, пушечные, то одинокие, то гуртовые, то редкие, то частые клубы дымов, которые, распухая, разрастаясь, клубясь, сливаясь, виднелись по всему этому пространству.
Эти дымы выстрелов и, странно сказать, звуки их производили главную красоту зрелища.
Пуфф! – вдруг виднелся круглый, плотный, играющий лиловым, серым и молочно белым цветами дым, и бумм! – раздавался через секунду звук этого дыма.
«Пуф пуф» – поднимались два дыма, толкаясь и сливаясь; и «бум бум» – подтверждали звуки то, что видел глаз.
Пьер оглядывался на первый дым, который он оставил округлым плотным мячиком, и уже на месте его были шары дыма, тянущегося в сторону, и пуф… (с остановкой) пуф пуф – зарождались еще три, еще четыре, и на каждый, с теми же расстановками, бум… бум бум бум – отвечали красивые, твердые, верные звуки. Казалось то, что дымы эти бежали, то, что они стояли, и мимо них бежали леса, поля и блестящие штыки. С левой стороны, по полям и кустам, беспрестанно зарождались эти большие дымы с своими торжественными отголосками, и ближе еще, по низам и лесам, вспыхивали маленькие, не успевавшие округляться дымки ружей и точно так же давали свои маленькие отголоски. Трах та та тах – трещали ружья хотя и часто, но неправильно и бедно в сравнении с орудийными выстрелами.
Пьеру захотелось быть там, где были эти дымы, эти блестящие штыки и пушки, это движение, эти звуки. Он оглянулся на Кутузова и на его свиту, чтобы сверить свое впечатление с другими. Все точно так же, как и он, и, как ему казалось, с тем же чувством смотрели вперед, на поле сражения. На всех лицах светилась теперь та скрытая теплота (chaleur latente) чувства, которое Пьер замечал вчера и которое он понял совершенно после своего разговора с князем Андреем.
– Поезжай, голубчик, поезжай, Христос с тобой, – говорил Кутузов, не спуская глаз с поля сражения, генералу, стоявшему подле него.