Паррот, Иоганн Фридрих

Поделись знанием:
(перенаправлено с «Паррот, Иван Егорович»)
Перейти к: навигация, поиск
Иоганн Якоб Фридрих Вильгельм Паррот
нем. Johann Jakob Friedrich Wilhelm Parrot

Иван Егорович Паррот
Место смерти:

Дерпт

Систематик живой природы
Автор наименований ряда ботанических таксонов. В ботанической (бинарной) номенклатуре эти названия дополняются сокращением «Parrot».
[www.ipni.org/ipni/advPlantNameSearch.do?find_authorAbbrev=Parrot&find_includePublicationAuthors=on&find_includePublicationAuthors=off&find_includeBasionymAuthors=on&find_includeBasionymAuthors=off&find_isAPNIRecord=on&find_isAPNIRecord=false&find_isGCIRecord=on&find_isGCIRecord=false&find_isIKRecord=on&find_isIKRecord=false&find_rankToReturn=all&output_format=normal&find_sortByFamily=on&find_sortByFamily=off&query_type=by_query&back_page=plantsearch Список таких таксонов] на сайте IPNI
[www.ipni.org/ipni/idAuthorSearch.do?id=7368-1 Персональная страница] на сайте IPNI

Иоганн Якоб Фридрих Вильгельм Паррот (нем. Johann Jakob Friedrich Wilhelm Parrot, в России Иван Егорович Паррот; 17911841) — естествоиспытатель и врач, первым совершивший восхождение на Большой Арарат. Сын Георга Фридриха Паррота — ректора Дерптского университета.

Описал несколько ботанических таксонов. В честь учёного назван род растений Парротия (Parrotia) семейства Гамамелисовые.





Биография

Родился 14 октября 1791 года в Карлсруэ. Учился в Дерпте на отделении естественных наук, которое окончил с золотой медалью. В 1811 году, будучи ещё студентом, вместе с минералогом Отто Энгельгардтом совершил путешествие по южной России, Кавказу, Крыму, Молдавии и Валахии, измерил разницу уровня между Чёрным и Каспийским морями, производя всюду метеорологические и естественно-исторические наблюдения; результаты изложены в совместно с Энгельгардтом изданном сочинении: «Reise in die Krim und den Kaukasus» (Б., 2 т., 1815).

По окончании своей миссии Паррот снова занялся изучением медицины, естественных наук и физики и, получив в 1814 году степень доктора медицины, уехал в Германию для дальнейшего изучения медицины. В 1815 году Паррот вернулся и поступил на должность полевого врача в русскую армию; по возвращении войск из Франции вышел в отставку и снова принялся за научные занятия, работая в Берлине, Вене, Париже, Милане и Павии.

В то же время Паррот совершил несколько восхождений, например на Монте-Роза в Альпах и на Маладетта в Пиренеях. Прожив некоторое время в Гейльбронне, он в 1820 году вернулся в Россию и в 1821 году занял кафедру физиологии и патологии в Дерптском университете. Несмотря на усердные занятия медициной и на множество оставленных им работ по этой науке, Паррота влекло к занятиям физикой, и в 1826 году, по выходе в отставку его отца Иоганн Фридрих занял кафедру физики при том же университете.

В 1829 году Паррот с четырьмя студентами (среди которых были Хачатур Абовян, Василий Фёдоров) совершил знаменитое восхождение на Арарат; 27 сентября 1829 года они достигли вершины, где произвели целый ряд метеорологических и магнитных наблюдений[1].

Совершил также путешествие в Лапландию для изучения магнетизма. Парроту приписывается изобретение газометра и баротермометра.

Память

В 1935 г. Международный астрономический союз присвоил имя Паррота кратеру на видимой стороне Луны.

Напишите отзыв о статье "Паррот, Иоганн Фридрих"

Примечания

  1. [www.panarmenian.net/news/eng/?nid=36988 Turkey, Estonia mark first ascent to Mount Ararat]  (англ.)

Ссылки

При написании этой статьи использовался материал из Русского биографического словаря А. А. Половцова (1896—1918).

Отрывок, характеризующий Паррот, Иоганн Фридрих

Со дня приезда своей жены в Москву Пьер сбирался уехать куда нибудь, только чтобы не быть с ней. Вскоре после приезда Ростовых в Москву, впечатление, которое производила на него Наташа, заставило его поторопиться исполнить свое намерение. Он поехал в Тверь ко вдове Иосифа Алексеевича, которая обещала давно передать ему бумаги покойного.
Когда Пьер вернулся в Москву, ему подали письмо от Марьи Дмитриевны, которая звала его к себе по весьма важному делу, касающемуся Андрея Болконского и его невесты. Пьер избегал Наташи. Ему казалось, что он имел к ней чувство более сильное, чем то, которое должен был иметь женатый человек к невесте своего друга. И какая то судьба постоянно сводила его с нею.
«Что такое случилось? И какое им до меня дело? думал он, одеваясь, чтобы ехать к Марье Дмитриевне. Поскорее бы приехал князь Андрей и женился бы на ней!» думал Пьер дорогой к Ахросимовой.
На Тверском бульваре кто то окликнул его.
– Пьер! Давно приехал? – прокричал ему знакомый голос. Пьер поднял голову. В парных санях, на двух серых рысаках, закидывающих снегом головашки саней, промелькнул Анатоль с своим всегдашним товарищем Макариным. Анатоль сидел прямо, в классической позе военных щеголей, закутав низ лица бобровым воротником и немного пригнув голову. Лицо его было румяно и свежо, шляпа с белым плюмажем была надета на бок, открывая завитые, напомаженные и осыпанные мелким снегом волосы.
«И право, вот настоящий мудрец! подумал Пьер, ничего не видит дальше настоящей минуты удовольствия, ничто не тревожит его, и оттого всегда весел, доволен и спокоен. Что бы я дал, чтобы быть таким как он!» с завистью подумал Пьер.
В передней Ахросимовой лакей, снимая с Пьера его шубу, сказал, что Марья Дмитриевна просят к себе в спальню.
Отворив дверь в залу, Пьер увидал Наташу, сидевшую у окна с худым, бледным и злым лицом. Она оглянулась на него, нахмурилась и с выражением холодного достоинства вышла из комнаты.
– Что случилось? – спросил Пьер, входя к Марье Дмитриевне.
– Хорошие дела, – отвечала Марья Дмитриевна: – пятьдесят восемь лет прожила на свете, такого сраму не видала. – И взяв с Пьера честное слово молчать обо всем, что он узнает, Марья Дмитриевна сообщила ему, что Наташа отказала своему жениху без ведома родителей, что причиной этого отказа был Анатоль Курагин, с которым сводила ее жена Пьера, и с которым она хотела бежать в отсутствие своего отца, с тем, чтобы тайно обвенчаться.
Пьер приподняв плечи и разинув рот слушал то, что говорила ему Марья Дмитриевна, не веря своим ушам. Невесте князя Андрея, так сильно любимой, этой прежде милой Наташе Ростовой, променять Болконского на дурака Анатоля, уже женатого (Пьер знал тайну его женитьбы), и так влюбиться в него, чтобы согласиться бежать с ним! – Этого Пьер не мог понять и не мог себе представить.
Милое впечатление Наташи, которую он знал с детства, не могло соединиться в его душе с новым представлением о ее низости, глупости и жестокости. Он вспомнил о своей жене. «Все они одни и те же», сказал он сам себе, думая, что не ему одному достался печальный удел быть связанным с гадкой женщиной. Но ему всё таки до слез жалко было князя Андрея, жалко было его гордости. И чем больше он жалел своего друга, тем с большим презрением и даже отвращением думал об этой Наташе, с таким выражением холодного достоинства сейчас прошедшей мимо него по зале. Он не знал, что душа Наташи была преисполнена отчаяния, стыда, унижения, и что она не виновата была в том, что лицо ее нечаянно выражало спокойное достоинство и строгость.