Патетическое трио

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Патетическое трио
для кларнета, фагота и фортепиоано
Композитор

Михаил Глинка

Тональность

Ре минор

Форма

трио

Время и место сочинения

Милан, 1832

Первое исполнение

Милан

Первая публикация

Edition Jurgenson, 1878

Продолжительность

15—16 минут

Инструменты

кларнет (или скрипка),
фагот (или виолончель),
фортепиано

Части

I. Allegro moderato
II. Scherzo - Trio
III. Largo
IV. Allegro con spirito

Патетическое трио (фр. Trio Pathétique) Ре минор для кларнета (или скрипки), фагота (или виолончели) и фортепиано — камерное произведение Михаила Ивановича Глинки. Написанное в 1832 году, Патетическое трио стало последним обращением двадцативосьмилетнего композитора к музыке для камерного ансамбля. Всю оставшуюся жизнь Глинка посвятил созданию сценических, оркестровых, вокальных, хоровых и фортепианных произведений.

«Патетическое трио»
Стэнли Чеппл (фортепиано)
Уильям Макколл (кларнет)
Артур Гроссман (фагот)
Помощь по воспроизведению

Трио было написано Глинкой осенью 1832 года[сн 1] во время путешествия по Италии, предпринятого композитором для поправки здоровья. Изучая в это время композицию в Миланской консерватории (позднее названной именем Джузеппе Верди), композитор испытал влияние итальянских композиторов Доницетти и Беллини, чем отчасти объясняется не вполне характерная для Глинки стилистика этого произведения[сн 2][1]. Вскоре после завершения работы над трио, в Милане состоялась его мировая премьера. Его первыми исполнителями стали музыканты оркестра театра Ла Скала кларнетист Пьетро Тассистро, фаготист Антонио Канту и сам Глинка, исполнивший партию фортепиано[2]. Позже, по настоянию своего издателя, Глинка осуществил редакцию этого произведения для стандартного фортепианного трио, состоящего из скрипки, виолончели и фортепиано[3]. Поскольку партии в этих редакциях взаимозаменяемы, Патетическое трио иногда исполняется кларнетом, виолончелью и фортепиано[4].

Среди наиболее известных аудиозаписей оригинальной редакции трио — запись в исполнении кларнетиста Карла Лайстера, фаготист Милана Турковича и пианиста Ференца Богнара[5].





Напишите отзыв о статье "Патетическое трио"

Примечания

Комментарии

  1. Некоторые источники ошибочно датируют его 1827 годом.
  2. Кроме того, некоторые особенности произведения объясняется угнетённым состоянием, в котором из-за тяжёлой болезни находился композитор во время написания трио.

Источники

  1. Michael Jameson [www.allmusic.com/work/trio-pathtique-for-clarinet-or-violin-bassoon-or-cello--piano-in-d-minor-g-iv173-c38891/description Trio pathétique, for clarinet (or violin), bassoon (or cello) & piano in D minor, G. iv173] (англ.) на сайте Allmusic (проверено 26 февраля 2012).
  2. James M. Keller. [books.google.ru/books?id=6OCOvvu0O1wC&pg=PR3&hl=ru&source=gbs_selected_pages&cad=3#v=onepage&q&f=false Chamber music: a listener's guide]. — Oxford University Press. — P. 202—204. — ISBN 978-0-19-538253-2.  (англ.)
  3. [www.editionsilvertrust.com/glinka-trio-pathetique.htm Mikhail Glinka Trio Pathetique in d minor]  (англ.) // Edition Silvertrust
  4. [www.allmusic.com/album/beethoven-brahms-glinka-trios-for-clarinet-cello-and-piano-w115161 Beethoven, Brahms, Glinka: Trios for Clarinet, Cello and Piano] (англ.) на сайте Allmusic (проверено 26 февраля 2012).
  5. [www.allmusic.com/album/glinka-trio-pathtique-w134519 Glinka: Trio Pathétique] (англ.) на сайте Allmusic (проверено 26 февраля 2012).

Литература

  • James M. Keller. Mikhail Ivanovich Glinka // [books.google.ru/books?id=6OCOvvu0O1wC&pg=PR3&hl=ru&source=gbs_selected_pages&cad=3#v=onepage&q&f=false Chamber music: a listener's guide]. — Oxford University Press. — P. 202—204. — ISBN 978-0-19-538253-2.  (англ.)

Ссылки


Отрывок, характеризующий Патетическое трио

Французский полковник с трудом удерживал зевоту, но был учтив и, видимо, понимал все значение Балашева. Он провел его мимо своих солдат за цепь и сообщил, что желание его быть представленну императору будет, вероятно, тотчас же исполнено, так как императорская квартира, сколько он знает, находится недалеко.
Они проехали деревню Рыконты, мимо французских гусарских коновязей, часовых и солдат, отдававших честь своему полковнику и с любопытством осматривавших русский мундир, и выехали на другую сторону села. По словам полковника, в двух километрах был начальник дивизии, который примет Балашева и проводит его по назначению.
Солнце уже поднялось и весело блестело на яркой зелени.
Только что они выехали за корчму на гору, как навстречу им из под горы показалась кучка всадников, впереди которой на вороной лошади с блестящею на солнце сбруей ехал высокий ростом человек в шляпе с перьями и черными, завитыми по плечи волосами, в красной мантии и с длинными ногами, выпяченными вперед, как ездят французы. Человек этот поехал галопом навстречу Балашеву, блестя и развеваясь на ярком июньском солнце своими перьями, каменьями и золотыми галунами.
Балашев уже был на расстоянии двух лошадей от скачущего ему навстречу с торжественно театральным лицом всадника в браслетах, перьях, ожерельях и золоте, когда Юльнер, французский полковник, почтительно прошептал: «Le roi de Naples». [Король Неаполитанский.] Действительно, это был Мюрат, называемый теперь неаполитанским королем. Хотя и было совершенно непонятно, почему он был неаполитанский король, но его называли так, и он сам был убежден в этом и потому имел более торжественный и важный вид, чем прежде. Он так был уверен в том, что он действительно неаполитанский король, что, когда накануне отъезда из Неаполя, во время его прогулки с женою по улицам Неаполя, несколько итальянцев прокричали ему: «Viva il re!», [Да здравствует король! (итал.) ] он с грустной улыбкой повернулся к супруге и сказал: «Les malheureux, ils ne savent pas que je les quitte demain! [Несчастные, они не знают, что я их завтра покидаю!]
Но несмотря на то, что он твердо верил в то, что он был неаполитанский король, и что он сожалел о горести своих покидаемых им подданных, в последнее время, после того как ему ведено было опять поступить на службу, и особенно после свидания с Наполеоном в Данциге, когда августейший шурин сказал ему: «Je vous ai fait Roi pour regner a maniere, mais pas a la votre», [Я вас сделал королем для того, чтобы царствовать не по своему, а по моему.] – он весело принялся за знакомое ему дело и, как разъевшийся, но не зажиревший, годный на службу конь, почуяв себя в упряжке, заиграл в оглоблях и, разрядившись как можно пестрее и дороже, веселый и довольный, скакал, сам не зная куда и зачем, по дорогам Польши.
Увидав русского генерала, он по королевски, торжественно, откинул назад голову с завитыми по плечи волосами и вопросительно поглядел на французского полковника. Полковник почтительно передал его величеству значение Балашева, фамилию которого он не мог выговорить.
– De Bal macheve! – сказал король (своей решительностью превозмогая трудность, представлявшуюся полковнику), – charme de faire votre connaissance, general, [очень приятно познакомиться с вами, генерал] – прибавил он с королевски милостивым жестом. Как только король начал говорить громко и быстро, все королевское достоинство мгновенно оставило его, и он, сам не замечая, перешел в свойственный ему тон добродушной фамильярности. Он положил свою руку на холку лошади Балашева.
– Eh, bien, general, tout est a la guerre, a ce qu'il parait, [Ну что ж, генерал, дело, кажется, идет к войне,] – сказал он, как будто сожалея об обстоятельстве, о котором он не мог судить.
– Sire, – отвечал Балашев. – l'Empereur mon maitre ne desire point la guerre, et comme Votre Majeste le voit, – говорил Балашев, во всех падежах употребляя Votre Majeste, [Государь император русский не желает ее, как ваше величество изволите видеть… ваше величество.] с неизбежной аффектацией учащения титула, обращаясь к лицу, для которого титул этот еще новость.