Патриарх (церковный сан)

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск

Патриа́рх (греч. πατριάρχης, от греч. πατήρ — «отец» и ἀρχή — «господство, начало, власть») — титул епископа-предстоятеля автокефальной православной Церкви в ряде Поместных Церквей. Также титул старшего епископа в некоторых иных Церквях.

Исторически, до Великого раскола, присваивался шести епископам Вселенской Церкви (Римскому, Константинопольскому, Александрийскому, Антиохийскому, Иерусалимскому и Болгарскому), которые обладали правами высшей церковно-правительственной юрисдикции в возглавляемых ими церквах. В любой автокефальной церкви Патриарх избирается Поместным собором или Архиерейским собором.





История

В Ветхом завете рассказывается о десяти допотопных патриархах — это Адам, Сиф, Енос, Каинан, Малелеил, Иаред, Енох, Мафусал, Ламех и Ной (Быт. 5:1-32). После потопа и до дарования Моисею закона патриархами были Авраам, Исаак и Иаков. Сыновья Иакова также называются двенадцатью патриархами. Во всех данных случаях значение слова патриарх имеет не религиозный, а родовой характер, то есть означает прародителей.

В период между заветами и новозаветное время титул патриарха носили председатели Синедриона.

В ранней христианской церкви во главе церкви стоял епископ. Титул Патриарха распространяется с V века, — его получают епископы, главенствующие над митрополитами. Термин фигурирует в документах IV Вселенского Собора (451 год).

В IX веке в Византии сложилось учение о Пентархии: В Церкви может быть лишь пять патриархов. Рассуждения о Пентархии проникли и в русскую Кормчую Книгу (Гл. 40) из Синопсиса Стефана Ефесского чрез Кормчую св. Саввы.

После Раскола 1054 года титул Патриарха закрепился преимущественно за Предстоятелями Восточной Церкви.

Полная титулатура Римского епископа до 2006 года включала среди прочих титул «Патриарх Запада».

В православии сан и звание Патриарха не имеет значения иной, высшей степени священства, нежели вообще епископская, хотя в Москве в XVII веке такой взгляд был весьма распространён. Просто патриарх — это главнейший епископ, первоиерарх в автокефальной церкви.

На Востоке

В Византийской империи Церковь возглавляли четыре Патриарха: епископы Константинополя (см. Константинопольские патриархи), Александрии, Антиохии и Иерусалима.

С возникновением самостоятельных славянских государств (Болгария, Сербия) и обретением автокефалии их Церквами во главе их также становились патриархи.

В России

В России первый Патриарх был поставлен московским Собором под председательством Константинопольского Патриарха Иеремии II в 1589 году.

Первым Патриархом Русской Церкви стал Патриарх Иов (годы патриаршества: 1589—1607). Во время интронизации он был снова рукоположен в епископы. В 1606 году был избран Патриарх Гермоген. Его из кандидатов, предложенных Архиерейским собором, выбрал царь Василий Иванович Шуйский.

Наибольшего могущества Патриаршая власть в России достигла при Патриархе Филарете — отце нового царя Михаила Фёдоровича. В период патриаршества Никона произошло столкновение между ним и царём Алексеем Михайловичем, причиной которого были притязания Патриарха Никона на полный судебный и имущественный иммунитет Русской Церкви.

Патриарха Иоасафа I, который заступил на Московскую Патриаршую кафедру в 1634 году, выбрал своим преемником с согласия царя сам Патриарх Филарет, но установленная форма Патриаршего избрания была соблюдена и над ним. Следующий Патриарх, Иосиф, был избран жребием.

Постепенное фактическое подчинение Патриархов светской власти завершилось при Петре I, который после смерти Патриарха Адриана в 1700 году назначил не Патриарха, а Блюстителя Патриаршего Престола, а в 1721 году учредил Святейший Правительствующий Синод.

Патриаршество было полностью восстановлено Поместным Собором Православной Российской Церкви 1917—1918. В 1917 году Патриархом был избран святитель Тихон (Беллавин). После кончины Патриарха Тихона в 1925 году избрание нового Патриарха не проводилось.

Уже в 1943 году был вновь созван Поместный собор. В Соборе приняли участие 19 иерархов. Кандидатура при голосовании была единственной — митрополит Сергий (Страгородский), который и был избран открытым голосованием. Затем Патриархами были Алексий I, Пимен, Алексий II. В 2009 году шестнадцатым Патриархом Московским и всея Руси был избран Кирилл.

Положение о Патриархе в Уставе Русской Православной Церкви

Основным документом о Патриаршестве в Русской Православной церкви является [www.pravmir.ru/patriarx-moskovskij-i-vseya-rusi/ Положение о Патриархе в Уставе Русской Православной Церкви]. Согласно этому документу, Предстоятель Русской Православной Церкви носит титул: «Святейший Патриарх Московский и всея Руси», имеет первенство чести среди епископов Русской Православной Церкви и подотчетен Поместному и Архиерейскому Соборам. Имя Патриарха Московского и всея Руси возносится за богослужениями во всех храмах Русской Православной Церкви по следующей формуле: «О Великом Господине и Отце нашем (имя рек), Святейшем Патриархе Московском и всея Руси».

В современном православии

Общепризнанные

Титул имеют предстоятели церквей:

Непризнанные (или частично признанные) титулы патриарха

Древлеправославие

В Католической церкви

В католицизме сан патриарха, в основном, имеют иерархи, возглавляющие Восточные католические церкви со статусом патриархата. На Западе титул употребляется редко, исключением являются главы Венецианской и Лиссабонской митрополий, которые исторически носят титул патриарха, иерусалимский патриарх латинского обряда, а также титулярные Патриархи Восточной и Западной Индий (последний вакантен с 1963 года).

Патриархи — главы восточнокатолических церквей — избираются синодом епископов данной Церкви. После избрания Патриарх немедленно интронизируется, после чего испрашивает сопричастия (церковного общения) у Папы римского (в этом единственное отличие патриарха от верховного архиепископа, кандидатура которого Папой утверждается). В иерархии Католической церкви патриархи Восточных церквей приравнены к кардиналам-епископам.

По состоянию на 9 августа 2015 года в католицизме титул патриарха носят четыре епископа латинского обряда (один из них — титулярный) и шесть предстоятелей восточных церквей.

Патриархия Литургический обряд Титул Страна Предстоятель
Коптская католическая церковь Коптский Патриарх Александрии Египет Ибрагим Исаак Сидрак
Маронитская католическая церковь Западно-сирийский Патриарх Антиохии Ливан Бешар Бутрос Раи
Сирийская католическая церковь Западно-сирийский Патриарх Антиохии Ливан Игнатий Иосиф III
Мелькитская католическая церковь Византийский Патриарх Антиохии Сирия Григорий III Лахам
Халдейская католическая церковь Восточно-сирийский Патриарх Вавилона Ирак Луис Рафаэль I Сако
Армянская католическая церковь Армянский Патриарх Киликии Ливан, Турция Григор Бедрос XX Габроян
Иерусалимский латинский патриархат Латинский Патриарх Иерусалима Израиль Фуад Туаль
Лиссабонский патриархат Латинский Патриарх Лиссабона Португалия Мануэл Жозе Макариу ду Нашсименту Клементи
Венецианский патриархат Латинский Патриарх Венеции Италия Франческо Моралья
Титулярный патриархат Восточной Индии Латинский Титулярный Патриархат Восточной Индии Индия Филипе Нерио Антонио Себстио до Росарио Феррао
Титулярный патриархат Западной Индии Латинский Титулярный Патриархат Западной Индии Испания вакантно с 1963 года

В Древневосточных церквях

Титул патриарха носят главы ряда Древневосточных церквей

Нетрадиционные патриархаты

Кроме патриархатов, сложившихся исторически, существует ряд церквей и религиозных течений, которые используют титул патриарха в своей религиозной иерархии. В большинстве своём это церкви, возникшие на протяжении последнего столетия и нередко не разделяющие ряд традиционных консервативных христианских позиций. К таковым относятся:

Напишите отзыв о статье "Патриарх (церковный сан)"

Литература

Ссылки

  • [www.pravmir.ru/patriarx-moskovskij-i-vseya-rusi/ Положение о Патриархе в Уставе Русской Православной церкви]
  • [www.pravmir.ru/article_3569.html Патриархи Русской Православной церкви: инфографика]
  • [www.pravmir.ru/article_3598.html Как избирались Патриархи на Руси]

Отрывок, характеризующий Патриарх (церковный сан)

«Так уж всё кончено! – думал он. – И как это всё сделалось? Так быстро! Теперь я знаю, что не для нее одной, не для себя одного, но и для всех это должно неизбежно свершиться. Они все так ждут этого , так уверены, что это будет, что я не могу, не могу обмануть их. Но как это будет? Не знаю; а будет, непременно будет!» думал Пьер, взглядывая на эти плечи, блестевшие подле самых глаз его.
То вдруг ему становилось стыдно чего то. Ему неловко было, что он один занимает внимание всех, что он счастливец в глазах других, что он с своим некрасивым лицом какой то Парис, обладающий Еленой. «Но, верно, это всегда так бывает и так надо, – утешал он себя. – И, впрочем, что же я сделал для этого? Когда это началось? Из Москвы я поехал вместе с князем Васильем. Тут еще ничего не было. Потом, отчего же мне было у него не остановиться? Потом я играл с ней в карты и поднял ее ридикюль, ездил с ней кататься. Когда же это началось, когда это всё сделалось? И вот он сидит подле нее женихом; слышит, видит, чувствует ее близость, ее дыхание, ее движения, ее красоту. То вдруг ему кажется, что это не она, а он сам так необыкновенно красив, что оттого то и смотрят так на него, и он, счастливый общим удивлением, выпрямляет грудь, поднимает голову и радуется своему счастью. Вдруг какой то голос, чей то знакомый голос, слышится и говорит ему что то другой раз. Но Пьер так занят, что не понимает того, что говорят ему. – Я спрашиваю у тебя, когда ты получил письмо от Болконского, – повторяет третий раз князь Василий. – Как ты рассеян, мой милый.
Князь Василий улыбается, и Пьер видит, что все, все улыбаются на него и на Элен. «Ну, что ж, коли вы все знаете», говорил сам себе Пьер. «Ну, что ж? это правда», и он сам улыбался своей кроткой, детской улыбкой, и Элен улыбается.
– Когда же ты получил? Из Ольмюца? – повторяет князь Василий, которому будто нужно это знать для решения спора.
«И можно ли говорить и думать о таких пустяках?» думает Пьер.
– Да, из Ольмюца, – отвечает он со вздохом.
От ужина Пьер повел свою даму за другими в гостиную. Гости стали разъезжаться и некоторые уезжали, не простившись с Элен. Как будто не желая отрывать ее от ее серьезного занятия, некоторые подходили на минуту и скорее отходили, запрещая ей провожать себя. Дипломат грустно молчал, выходя из гостиной. Ему представлялась вся тщета его дипломатической карьеры в сравнении с счастьем Пьера. Старый генерал сердито проворчал на свою жену, когда она спросила его о состоянии его ноги. «Эка, старая дура, – подумал он. – Вот Елена Васильевна так та и в 50 лет красавица будет».
– Кажется, что я могу вас поздравить, – прошептала Анна Павловна княгине и крепко поцеловала ее. – Ежели бы не мигрень, я бы осталась.
Княгиня ничего не отвечала; ее мучила зависть к счастью своей дочери.
Пьер во время проводов гостей долго оставался один с Элен в маленькой гостиной, где они сели. Он часто и прежде, в последние полтора месяца, оставался один с Элен, но никогда не говорил ей о любви. Теперь он чувствовал, что это было необходимо, но он никак не мог решиться на этот последний шаг. Ему было стыдно; ему казалось, что тут, подле Элен, он занимает чье то чужое место. Не для тебя это счастье, – говорил ему какой то внутренний голос. – Это счастье для тех, у кого нет того, что есть у тебя. Но надо было сказать что нибудь, и он заговорил. Он спросил у нее, довольна ли она нынешним вечером? Она, как и всегда, с простотой своей отвечала, что нынешние именины были для нее одними из самых приятных.
Кое кто из ближайших родных еще оставались. Они сидели в большой гостиной. Князь Василий ленивыми шагами подошел к Пьеру. Пьер встал и сказал, что уже поздно. Князь Василий строго вопросительно посмотрел на него, как будто то, что он сказал, было так странно, что нельзя было и расслышать. Но вслед за тем выражение строгости изменилось, и князь Василий дернул Пьера вниз за руку, посадил его и ласково улыбнулся.
– Ну, что, Леля? – обратился он тотчас же к дочери с тем небрежным тоном привычной нежности, который усвоивается родителями, с детства ласкающими своих детей, но который князем Василием был только угадан посредством подражания другим родителям.
И он опять обратился к Пьеру.
– Сергей Кузьмич, со всех сторон , – проговорил он, расстегивая верхнюю пуговицу жилета.
Пьер улыбнулся, но по его улыбке видно было, что он понимал, что не анекдот Сергея Кузьмича интересовал в это время князя Василия; и князь Василий понял, что Пьер понимал это. Князь Василий вдруг пробурлил что то и вышел. Пьеру показалось, что даже князь Василий был смущен. Вид смущенья этого старого светского человека тронул Пьера; он оглянулся на Элен – и она, казалось, была смущена и взглядом говорила: «что ж, вы сами виноваты».
«Надо неизбежно перешагнуть, но не могу, я не могу», думал Пьер, и заговорил опять о постороннем, о Сергее Кузьмиче, спрашивая, в чем состоял этот анекдот, так как он его не расслышал. Элен с улыбкой отвечала, что она тоже не знает.
Когда князь Василий вошел в гостиную, княгиня тихо говорила с пожилой дамой о Пьере.
– Конечно, c'est un parti tres brillant, mais le bonheur, ma chere… – Les Marieiages se font dans les cieux, [Конечно, это очень блестящая партия, но счастье, моя милая… – Браки совершаются на небесах,] – отвечала пожилая дама.
Князь Василий, как бы не слушая дам, прошел в дальний угол и сел на диван. Он закрыл глаза и как будто дремал. Голова его было упала, и он очнулся.
– Aline, – сказал он жене, – allez voir ce qu'ils font. [Алина, посмотри, что они делают.]
Княгиня подошла к двери, прошлась мимо нее с значительным, равнодушным видом и заглянула в гостиную. Пьер и Элен так же сидели и разговаривали.
– Всё то же, – отвечала она мужу.
Князь Василий нахмурился, сморщил рот на сторону, щеки его запрыгали с свойственным ему неприятным, грубым выражением; он, встряхнувшись, встал, закинул назад голову и решительными шагами, мимо дам, прошел в маленькую гостиную. Он скорыми шагами, радостно подошел к Пьеру. Лицо князя было так необыкновенно торжественно, что Пьер испуганно встал, увидав его.
– Слава Богу! – сказал он. – Жена мне всё сказала! – Он обнял одной рукой Пьера, другой – дочь. – Друг мой Леля! Я очень, очень рад. – Голос его задрожал. – Я любил твоего отца… и она будет тебе хорошая жена… Бог да благословит вас!…
Он обнял дочь, потом опять Пьера и поцеловал его дурно пахучим ртом. Слезы, действительно, омочили его щеки.
– Княгиня, иди же сюда, – прокричал он.
Княгиня вышла и заплакала тоже. Пожилая дама тоже утиралась платком. Пьера целовали, и он несколько раз целовал руку прекрасной Элен. Через несколько времени их опять оставили одних.
«Всё это так должно было быть и не могло быть иначе, – думал Пьер, – поэтому нечего спрашивать, хорошо ли это или дурно? Хорошо, потому что определенно, и нет прежнего мучительного сомнения». Пьер молча держал руку своей невесты и смотрел на ее поднимающуюся и опускающуюся прекрасную грудь.
– Элен! – сказал он вслух и остановился.
«Что то такое особенное говорят в этих случаях», думал он, но никак не мог вспомнить, что такое именно говорят в этих случаях. Он взглянул в ее лицо. Она придвинулась к нему ближе. Лицо ее зарумянилось.
– Ах, снимите эти… как эти… – она указывала на очки.
Пьер снял очки, и глаза его сверх той общей странности глаз людей, снявших очки, глаза его смотрели испуганно вопросительно. Он хотел нагнуться над ее рукой и поцеловать ее; но она быстрым и грубым движеньем головы пeрехватила его губы и свела их с своими. Лицо ее поразило Пьера своим изменившимся, неприятно растерянным выражением.
«Теперь уж поздно, всё кончено; да и я люблю ее», подумал Пьер.
– Je vous aime! [Я вас люблю!] – сказал он, вспомнив то, что нужно было говорить в этих случаях; но слова эти прозвучали так бедно, что ему стало стыдно за себя.
Через полтора месяца он был обвенчан и поселился, как говорили, счастливым обладателем красавицы жены и миллионов, в большом петербургском заново отделанном доме графов Безухих.


Старый князь Николай Андреич Болконский в декабре 1805 года получил письмо от князя Василия, извещавшего его о своем приезде вместе с сыном. («Я еду на ревизию, и, разумеется, мне 100 верст не крюк, чтобы посетить вас, многоуважаемый благодетель, – писал он, – и Анатоль мой провожает меня и едет в армию; и я надеюсь, что вы позволите ему лично выразить вам то глубокое уважение, которое он, подражая отцу, питает к вам».)
– Вот Мари и вывозить не нужно: женихи сами к нам едут, – неосторожно сказала маленькая княгиня, услыхав про это.
Князь Николай Андреич поморщился и ничего не сказал.
Через две недели после получения письма, вечером, приехали вперед люди князя Василья, а на другой день приехал и он сам с сыном.
Старик Болконский всегда был невысокого мнения о характере князя Василья, и тем более в последнее время, когда князь Василий в новые царствования при Павле и Александре далеко пошел в чинах и почестях. Теперь же, по намекам письма и маленькой княгини, он понял, в чем дело, и невысокое мнение о князе Василье перешло в душе князя Николая Андреича в чувство недоброжелательного презрения. Он постоянно фыркал, говоря про него. В тот день, как приехать князю Василью, князь Николай Андреич был особенно недоволен и не в духе. Оттого ли он был не в духе, что приезжал князь Василий, или оттого он был особенно недоволен приездом князя Василья, что был не в духе; но он был не в духе, и Тихон еще утром отсоветывал архитектору входить с докладом к князю.
– Слышите, как ходит, – сказал Тихон, обращая внимание архитектора на звуки шагов князя. – На всю пятку ступает – уж мы знаем…
Однако, как обыкновенно, в 9 м часу князь вышел гулять в своей бархатной шубке с собольим воротником и такой же шапке. Накануне выпал снег. Дорожка, по которой хаживал князь Николай Андреич к оранжерее, была расчищена, следы метлы виднелись на разметанном снегу, и лопата была воткнута в рыхлую насыпь снега, шедшую с обеих сторон дорожки. Князь прошел по оранжереям, по дворне и постройкам, нахмуренный и молчаливый.
– А проехать в санях можно? – спросил он провожавшего его до дома почтенного, похожего лицом и манерами на хозяина, управляющего.
– Глубок снег, ваше сиятельство. Я уже по прешпекту разметать велел.
Князь наклонил голову и подошел к крыльцу. «Слава тебе, Господи, – подумал управляющий, – пронеслась туча!»
– Проехать трудно было, ваше сиятельство, – прибавил управляющий. – Как слышно было, ваше сиятельство, что министр пожалует к вашему сиятельству?
Князь повернулся к управляющему и нахмуренными глазами уставился на него.
– Что? Министр? Какой министр? Кто велел? – заговорил он своим пронзительным, жестким голосом. – Для княжны, моей дочери, не расчистили, а для министра! У меня нет министров!
– Ваше сиятельство, я полагал…
– Ты полагал! – закричал князь, всё поспешнее и несвязнее выговаривая слова. – Ты полагал… Разбойники! прохвосты! Я тебя научу полагать, – и, подняв палку, он замахнулся ею на Алпатыча и ударил бы, ежели бы управляющий невольно не отклонился от удара. – Полагал! Прохвосты! – торопливо кричал он. Но, несмотря на то, что Алпатыч, сам испугавшийся своей дерзости – отклониться от удара, приблизился к князю, опустив перед ним покорно свою плешивую голову, или, может быть, именно от этого князь, продолжая кричать: «прохвосты! закидать дорогу!» не поднял другой раз палки и вбежал в комнаты.