Пекин

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Город
Пекин
北京
Страна
Китай
Статус
Координаты
Внутреннее деление
18 адм. единиц уездного уровня
273 адм. единицы волостного уровня
Секретарь горкома КПК / мэр
Площадь
16 801 км²
Тип климата
Умеренный
Официальный язык
Население
21 705 000[1] человек (2015)
Плотность
1292 чел./км²
Национальный состав
Ханьцы — 96 %, маньчжуры — 2 %,
хуэй — 2 %, монголы — 0,3 %
Названия жителей
Пеки́нец, пеки́нка, пеки́нцы[2]
Часовой пояс
Телефонный код
+86 10
Почтовые индексы
100000 — 102600
Автомобильный код
京A, C, E, F, H
京B (такси)
京G (негородская зона)
京O (полиция и власти)
ISO 3166-2
CN-11
Официальный сайт

[www.beijing.gov.cn/ jing.gov.cn]  (кит.)</div>

Символы города: деревья

Пеки́н (кит. 北京, пиньинь: Běijīng, палл.: Бэйцзин, буквально: «Северная столица») — столица и один из городов центрального подчинения Китайской Народной Республики. Пекин с трёх сторон окружён провинцией Хэбэй и граничит с Тяньцзинем на юго-востоке.

Это крупнейший железно- и автодорожный узел и один из основных авиаузлов страны. Кроме того, Пекин является политическим, образовательным и культурным центром КНР, в то время как главными экономическими центрами считаются Шанхай и Гонконг. Вместе с тем в последнее время Пекин всё больше берёт на себя роль локомотива предпринимательской деятельности и основного поля для создания инновационных предприятий.

Пекин входит в число четырёх древних столиц Китая. В 2008 году в Пекине прошли Летние Олимпийские игры. В 2022 году в городе пройдут Зимние Олимпийские игры.





Название

Пекин (в нормативном северном произношении — Бэйцзин, кит. упр. 北京, пиньинь: Běijīng) буквально означает «Северная столица», следуя общей для Восточной Азии традиции, согласно которой столичный статус прямо отражается в названии. Другие города, получившие названия подобным образом: Нанкин в Китае (南京 — «Южная столица»), Донгкинь (ныне Ханой) во Вьетнаме и Токио в Японии (с одинаковым иероглифическим написанием 東京 и одинаковым значением — «Восточная столица»). Название другого японского города Киото (京都) и старое название Сеула Кёнсон (京城) значат просто «столица», или «стольный город».

Название Пекин не соответствует современному китайскому произношению. На официальном диалекте путунхуа (который в основном соответствует пекинской фонетической норме) название города произносится как Бэйцзин. В английском и некоторых других языках во второй половине XX века название города было приведено в соответствие с реальным произношением и как правило записывается как Beijing. Однако в русском и во многих языках по-прежнему используется старое название (например, порт. Pequim, нидерл. Peking и т. д.). То же написание сохраняется в официальном англоязычном названии Пекинского университета. «Пекином» город впервые назвали французские миссионеры четыреста лет назад, когда в северных китайских диалектах ещё не произошёл сдвиг согласных, когда практически все звуки [kʲ] трансформировались в [tɕ]. В южных диалектах этого сдвига не произошло, и, например, в кантонском название столицы Китая до сих пор произносится как «Бакгин».

На протяжении истории Пекин был известен в Китае под разными именами. С 1368 по 1405 годы[3] и затем с 1928 до 1949 его называли Бэйпин (кит. упр. 北平, пиньинь: Beiping, буквально: «Северное спокойствие»). В обоих случаях это было связано с переносом столицы из Пекина в Нанкин (первый раз императором Хунъу империи Мин, а второй — гоминьдановским правительством Китайской Республики) и утратой Пекином столичного статуса.

В 1949 году после провозглашения Китайской Народной Республики Коммунистическая партия Китая вернула название Пекин (Бэйцзин), подчеркнув этим возвращение городу столичных функций. Правительство Китайской Республики, бежавшее на Тайвань, официально никогда не признавало смены названия, и в 1950-е и 1960-е на Тайване Пекин часто продолжали называть Бэйпином, указывая на нелегитимность КНР. Однако сегодня почти все тайваньцы, включая власти Тайваня, используют название «Пекин»[прояснить], хотя на некоторых картах, изданных на Тайване, по-прежнему можно увидеть старое название, а также административное деление Китая, существовавшее до 1949 года.

Поэтическое название Пекина — Яньцзин (кит. упр. 燕京, пиньинь: Yānjīng, буквально: «Столица Янь») уходит корнями к древним временам эпохи Чжоу, когда в этих местах существовало царство Янь. Это название отражено в названии местной марки пива (Yanjing Beer) и в названии Яньцзинского университета (позднее вошёл в состав Пекинского университета). Во времена монгольской империи Юань город носил название Ханбалык (Хан-Балык, Камбалук, Кабалут), его можно встретить в записках Марко Поло в написании Cambuluc.

География

Пекин расположен у северной вершины приблизительно треугольной Великой китайской равнины. Равнина простирается с южной и восточный стороны города. Горы, расположенные к северу и западу от Пекина, защищают город и главную сельскохозяйственную житницу северного Китая от наступления монгольских пустынь и степей. Северо-западные районы административной территории Пекина, в особенности уезд Яньцин и район Хуайжоу, включают горы Цзюньдушань, в то время как западные районы города окаймляют горы Сишань. При сооружении Великой китайской стены, которая на этом участке тянется по хребтам гор вдоль северной границы Пекина, были использованы эти ландшафтные преимущества для защиты от северных кочевых племён. Гора Дунлин, входящая в горы Сишань и находящаяся на границе с провинцией Хэбэй, является самой высокой точкой Пекина, её высота 2303 м. Среди крупных рек, протекающих по территории Пекина река Юндинхэ и река Чаобайхэ — обе являются частью бассейна реки Хайхэ и текут в южном направлении. Кроме того Пекин является северным конечным пунктом Великого китайского канала, проходящего через Великую китайскую равнину и оканчивающегося на юге в Ханчжоу. Водохранилище Миюнь, построенное в верховьях реки Чаобайхэ, — самое большое в Пекине, оно является ключевым элементом системы водоснабжения города.

Городская зона Пекина расположена на 39°54′20″ с. ш. 116°23′29″ в. д. / 39.90556° с. ш. 116.39139° в. д. / 39.90556; 116.39139 (G) [www.openstreetmap.org/?mlat=39.90556&mlon=116.39139&zoom=14 (O)] (Я) в центрально-южной части административной территории Пекина и занимает меньшую, но постоянно увеличивающуюся часть её площади. Она расходится кругами, заключёнными между концентрическими кольцевыми дорогами Пекина, пятая и самая большая из которых — Шестая кольцевая автодорога Пекина (нумерация автоколец начинается с 2) проходит уже через города-спутники китайской столицы. Ворота Тяньаньмэнь и одноимённая площадь формируют центр города. С севера к ним примыкает Запретный Город — бывшая резиденция китайских императоров. К западу от Тяньаньмэнь расположена правительственная резиденция Чжунаньхай. С востока на запад центр Пекина пересекает улица Чанъаньцзе — одна из главных транспортных артерий города.

Климат

Пекин расположен в подверженном муссонам влажном континентальном климате (Dwa согласно классификации климата Кёппена) или умеренном муссонном климате (согласно классификации климата Алисова), для которого характерно жаркое влажное лето благодаря влиянию восточноазиатских муссонов и холодная ветреная сухая зима, формирующаяся под влиянием сибирских антициклонов. Средняя температура в январе составляет −7 … −4°C, в июле — 25 … 26°C. В год выпадает более 600 миллиметров осадков, 75 % которых выпадает летом[4], поэтому в Пекине зачастую зимой может быть ниже −10 °С, и при этом отсутствовать снег.

Серьёзной проблемой в Пекине является сильное загрязнение воздуха и его низкое качество вследствие выбросов промышленных предприятий и транспорта. Песок, образующийся вследствие эрозии пустынь в северном и северо-восточном Китае, приводит к сезонным песчаным бурям, которые способны парализовать жизнь в городе. Только за первые четыре месяца 2006 года в Пекине было восемь песчаных бурь[5]. Борьба с загрязнением стала одной из главных задач властей в ходе подготовки к Олимпийским играм 2008.

Климат Пекина
Показатель Янв. Фев. Март Апр. Май Июнь Июль Авг. Сен. Окт. Нояб. Дек. Год
Абсолютный максимум, °C 14,3 19,8 29,5 33,0 41,1 40,6 41,9 38,3 35,0 31,0 23,3 19,5 41,9
Средний максимум, °C 1,9 5,6 12,2 20,6 26,5 30,4 31,3 30,2 26,2 19,3 10,2 3,7 18,2
Средняя температура, °C −3,1 0,3 6,7 14,8 20,8 24,9 26,7 25,5 20,8 13,7 5,0 −0,9 12,9
Средний минимум, °C −7,5 −4,6 1,2 8,7 14,7 19,6 22,4 21,3 15,6 8,3 0,1 −5,3 7,9
Абсолютный минимум, °C −22,8 −27,4 −15 −2,9 2,5 9,8 16,0 11,4 3,7 −3,8 −15,9 −18,3 −27,4
Норма осадков, мм 3 5 10 25 38 73 161 140 49 23 10 2 538
Источник: [www.pogoda.ru.net/climate2/54511.htm Погода и Климат][6]
Солнечное сияние, часов за месяц[7].
Месяц Янв Фев Мар Апр Май Июн Июл Авг Сен Окт Ноя Дек Год
Солнечное сияние, ч 202 195 242 246 288 273 223 229 243 226 192 186 2745

История

Города в районе Пекина существовали с первого тысячелетия до нашей эры. На территории современной столицы Китая располагался город Цзи (кит. трад. , упр. ) — столица царства Янь, одного из государств периода Воюющих царств (473—221 гг. до н. э.).

После падения Янь последующие государства Хань и Цзинь включали эту местность в состав различных округов. Во времена империи Тан эта территория становится местом расположения штаб-квартиры цзедуши Фаньяна, военного губернатора северной части современной провинции Хэбэй. В 755 году здесь началось восстание Ань Лушаня, которое часто рассматривается в качестве отправной точки падения империи Тан.

В 936 году северокитайское государство Поздняя Цзинь отдало большую часть северных приграничных земель, включая территорию современного Пекина, киданьской империи Ляо. В 938 году империя Ляо учредила вторую столицу своего государства на месте нынешнего Пекина, назвав её Наньцзин («Южная столица»). В 1125 году чжурчжэньская империя Цзинь присоединила государство Ляо, и в 1153 году переместило свою столицу в Наньцзин, переименовав его в Чжунду (中都 — «Центральная столица»). Она располагалась в районе современного Тяньнинсы, чуть к юго-западу от центра Пекина.

В 1215 году Чжунду был сожжён дотла монгольскими войсками (по приказу Чингисхана) и заново отстроен немного севернее в 1267 году. Готовясь к завоеванию всего Китая, будущий основатель империи Юань хан Хубилай сделал город своей столицей и назвал его по-китайски Даду (кит. упр. 大都, пиньинь: Dàdū, буквально: «Великая столица»), а по-монгольски — Ханбалык (Великая резиденция хана). Именно в это время Китай посетил Марко Поло, и в его записях этот город встречается под названием Cambuluc. До этого столицы китайского государства обычно располагались в центральных районах страны, однако главная база Хубилая располагалась в Монголии, поэтому он выбрал именно это место из-за близости к ней. Это решение хана возвысило статус города, находившегося на северной окраине исторического Китая. Даду располагался немного к северу от современного центра Пекина, между северными отрезками нынешних Второй и Третьей кольцевых дорог. В этом районе до сих пор стоят остатки монгольских крепостных стен.

В 1368 году империя Юань пала, город был опять разрушен, но позднее вновь отстроен империей Мин, и вокруг него был учреждён округ Шуньтянь (順天). В 1421 году третий император Мин — Юнлэ — вновь перенёс столицу из Нанкина в этот город, переименовав его в Пекин (кит. упр. 北京, палл.: Бэйцзин, буквально: «Северная столица»). Город стал также известен под названием Цзинши (京師 — «столица»). Во времена империи Мин Пекин приобрёл свои современные очертания, а минская крепостная стена служила городской стеной Пекина до недавнего времени, когда её снесли для строительства на её месте Второй кольцевой автодороги.

Считается, что Пекин был крупнейшим городом мира в периоды с 1425 по 1650 и с 1710 по 1825 годы[8]. Запретный город, резиденция минских и цинских императоров, был построен в 1406—1420 гг., после этого был построен Храм Неба (1420 г.) и другие значительные сооружения. Главный вход в Запретный город — Врата Небесного Спокойствия (Ворота Тяньаньмэнь), ставшие государственным символом Китайской Народной Республики и изображённые на её гербе, дважды горели во времена династии Мин и были окончательно восстановлены в 1651 году.

Вторгшиеся в Китай маньчжуры свергли империю Мин и основали империю Цин. Пекин оставался столицей цинского Китая на протяжении всего правления династии. Как и во времена предыдущей империи, город также называли Цинши, или по-маньчжурски — Гэмун Хэцэн. При оккупации Пекина в 1860 г. англичане и французы разграбили и сожгли императорский дворец Юаньминъюань. В 1900 году город пережил осаду и вторжение объединённой армии западных держав во время Боксёрского восстания.

В 1911 году в Китае произошла буржуазная Синьхайская революция, которая свергла цинское владычество и установила республику, и изначально планировался перенос столицы в Нанкин. Однако после того, как высокий цинский сановник Юань Шикай встал на сторону революционеров и заставил императора отречься, тем самым обеспечив успех революции, революционеры в Нанкине согласились с тем, чтобы Юань Шикай стал президентом учреждённой Китайской Республики и чтобы столица оставалась в Пекине.

Юань Шикай стал постепенно консолидировать власть в своих руках, что в 1915 году завершилось объявлением им о создании Китайской Империи, а себя — императором. Это решение отвернуло от него многих революционеров, а сам он умер годом спустя. После его смерти Китай распался на регионы, контролируемые местными военачальниками, между сильнейшими из которых начались частые столкновения за контроль над Пекином (Чжили-Аньхойская война, Первая Чжили-Фэнтяньская война и Вторая Чжили-Фэнтяньская война).

После успеха Северного похода гоминьдана, который усмирил северных военачальников, в 1928 году столица Китайской Республики была официально перенесена в Нанкин, а Пекин был переименован в Бэйпин — (кит. упр. 北平, пиньинь: Běipíng, буквально: «Северное спокойствие»), что должно было подчеркнуть нелегитимность военного правительства в Пекине.

Во время Второй японско-китайской войны 29 июля 1937 года Пекин оказался в руках японцев. Во время оккупации городу было возвращено название «Пекин», и в нём было учреждено марионеточное Временное правительство Китайской Республики, в подчинение которому были определены этнически китайские части оккупированого японцами севера Китая. Затем оно было объединено с главным оккупационным правительством Ван Цзинвэя в Нанкине. Японская императорская армия разместила в городе отряд 1855 по бактериологическим исследованиям, который был подразделением отряда 731. В них японские медики проводили эксперименты на людях.

15 августа 1945 года одновременно с капитуляцей Японии во Второй мировой войне Пекин вновь был переименован в Бэйпин.

31 января 1949 года во время гражданской войны город был без боя взят коммунистами. 1 октября того же года КПК под предводительством Мао Цзэдуна на площади Тяньаньмэнь объявила о создании Китайской Народной Республики. За несколько дней до этого Народный политический консультативный совет Китая принял решение об учреждении столицы в Бэйпине и возвращении ему названия Пекин (Бэйцзин).

На момент образования административной единицы «город центрального подчинения Пекин» в неё входила лишь городская зона и ближайшие пригороды. Городская зона была разделена на множество мелких районов, которые находились внутри современной Второй кольцевой автодороги. С тех пор несколько уездов вошли в территорию города центрального подчинения, увеличив таким образом его площадь в несколько раз и придав его границам нынешние очертания. Крепостная стена Пекина была разрушена в период 1965—1969 гг. для строительства на её месте Второй кольцевой автодороги.

После начала экономических реформ Дэн Сяопина городская зона Пекина значительно увеличилась. Если до этого она заключалась внутри современных Второй и Третьей кольцевых автодорог, то теперь она постепенно выходит за недавно построенную Пятую кольцевую автодрогу и приближается к строящейся Шестой, занимая территории, ранее использовавшиеся для земледелия и осваивая их в качестве жилых или деловых районов. Новый деловой центр появился в районе Гомао, районы Ванфуцзин и Сидань превратились в бурно развивающиеся торговые зоны, а деревня Чжунгуаньцунь стала одним из главных центров электронной промышленности Китая.

В последние годы расширение городской территории и урбанизация вместе с развитием принесли и немало проблем, в том числе дорожные заторы, загрязнение воздуха, разрушение исторической застройки и значительный приток мигрантов из более бедных регионов страны, в особенности, из сельских районов.

В начале 2005 года правительство приняло план, который призван остановить разрастание Пекина во все стороны. Было решено отказаться от дальнейшего развития города в виде концентрических колец, сосредоточив его в двух полукруглых полосах к западу и к востоку от центра города.

Административное деление

Административная территория города центрального подчинения Пекин делится на 14 районов и 2 уезда.

Карта Статус Название Иероглифы Население
(2010)[9]
Площадь
(км²)
Плотность
(на км²)
Район Дунчэн 东城区 919 000 40,6 22 635
Район Сичэн 西城区 1 243 000 46,5 26 731
Район Чаоян 朝阳区 3 545 000 470,8 7 530
Район Хайдянь 海淀区 3 281 000 426,0 7 702
Район Фэнтай 丰台区 2 112 000 304,2 6 943
Район Шицзиншань 石景山区 616 000 89,8 6 860
Район Тунчжоу 通州区 1 184 000 870,0 1 361
Район Шуньи 顺义区 877 000 980,0 895
Район Чанпин 昌平区 1 661 000 1 430,0 1 162
Район Дасин 大兴区 1 365 000 1 012,0 1 349
Район Мэньтоугоу 门头沟区 290 000 1 331,3 218
Район Фаншань 房山区 945 000 1 866,7 506
Район Пингу 平谷区 416 000 1 075,0 387
Район Хуайжоу 怀柔区 373 000 2 557,3 146
Уезд Миюнь 密云县 468 000 2 335,6 200
Уезд Яньцин 延庆县 317 000 1 980,0 160
Легенда


Кроме того, многие части Пекина имеют традиционные исторические названия (не являясь при этом элементами официального административного деления):

Название многих мест оканчивается на мэнь (门), что означает «ворота». В этих районах располагались одноимённые ворота старой крепостной стены города.

Население

Население всей административной территории Пекина, определяемое как общее число людей, на легальных основаниях проживающих там более 6 месяцев, на 31 декабря 2012 года составило 20 млн 693 тыс. человек. Из них 12 млн 955 тысяч были обладателями пекинской прописки, остальные 7 млн 738 тысяч человек проживали по временным разрешениям[10]. Кроме того, в Пекине живёт и работает свыше 10 млн.[11] трудовых мигрантов, главным образом, из сельских районов, называемых миньгунами (кит. упр. 民工, пиньинь: míngōng — буквально «рабочие из крестьян»), которые живут в городе незаконно, из-за чего их также называют хэйжэнь (кит. упр. 黑人, пиньинь: hēirén — буквально «чёрные люди»). Это самая незащищённая и дискриминируемая часть общества, одновременно источник дешёвой рабочей силы и преступности ([www.commonlanguageproject.net/flash/Fang_Beijing/ флэш-фильм о миньгунах — трудовых мигрантах в Пекине]). Население собственно городской зоны составляет около 7,5 млн человек.

Среди пекинцев 95 % составляют ханьцы (то есть этнические китайцы). Основные национальные меньшинства составляют маньчжуры, хуэйцы (дунгане), монголы и др. В Пекине также есть Тибетская средняя школа второй ступени для тибетских детей.

В Пекине проживает значительное количество иностранцев, главным образом бизнесмены, представители иностранных компаний и студенты. Большинство иностранцев селится в густонаселённых северных, северовосточных и восточных районах города. В последние годы наблюдается большой приток граждан Южной Кореи, которые уже составляют самую большую иностранную диаспору в Китае. Большинство корейцев проживает в районах Ванцзин и Удаокоу.

Национальный состав Пекина, перепись 2000 года[12]
Национальность Численность Процент
Ханьцы 12 983 696 95,69 %
Маньчжуры 250 286 1,84 %
Хуэйцы (дунгане) 235 837 1,74 %
Монголы 37 464 0,28 %
Корейцы 20 369 0,15 %
Туцзя 8372 0,062 %
Чжуаны 7322 0,054 %
Мяо 5291 0,039 %
Уйгуры 3129 0,023 %
Тибетцы 2920 0,022 %

Исключая военнослужащих НОАК на действительной службе.

Согласно предварительным итогам переписи населения 2010 года в Пекине проживали представители всех 56 официально признаваемых в КНР национальностей. Из 19 612 тысяч жителей 18 811 тыс. человек были ханьцами, а национальные меньшинства составили 801 тыс. чел. (4,1 % всего населения города), по сравнению с 2000 годом численность национальных меньшинств выросла на 216 тыс. человек или на 36,8 %. Среди национальных меньшинств наиболее многочисленны маньчжуры, хуэйцы, монголы, корейцы и туцзя; они в сумме составляют 90,2 % всех национальных меньшинств[13].

Административно-политическое устройство

Экономика

В 2005 году номинальный ВВП Пекина достиг 681,45 млрд юаней (около 84 млрд долларов США), рост по сравнению с предыдущим годом составил 11,1 %. ВВП на душу населения составил 44 969 юаней — на 8,1 % больше, чем в 2004, и вдвое больше, чем в 2000 году. Первичный, вторичный и третичный сектора экономики в 2005 году составляют соответственно 9,77 млрд, 210,05 млрд и 461,63 млрд юаней. Чистый доход городских жителей на душу населения составил 7 860 юаней, увеличившись в реальном исчислении по сравнению с предыдущим годом на 9,6 %. Располагаемый доход на душу населения 20 % жителей с наименьшими доходами увеличился на 16,5 %, что на 11,4 процентных пункта, чем увеличение дохода 20 % жителей с наибольшими доходами. Коэффициент Энгеля для городских жителей Пекина в 2005 году составил 31,8 %, для сельских — 32,8 %, снизившись по сравнению с 2000 годом на 4,5 и 3,9 процентных пункта соответственно[14].

Одними из самых быстрорастущих секторов экономики Пекина являются недвижимость и автомобили. В 2005 году было реализовано 28,032 млн м² жилой недвижимости на сумму 175,88 млрд юаней. Общее число автомобилей, зарегистрированных в Пекине, в 2004 году достигло 2 146 000, из которых 1 540 000 были в частном владении (увеличение за год на 18,7 %).

Центральный деловой район Пекина расположен в районе Гомао. В нём находится большое количество торговых центров, элитного жилья и региональных штаб-квартир различных корпораций. Пекинская финансовая улица в районах Фусинмэнь и Фучэнмэнь — традиционный финансовый центр города. Основными торговыми районами являются Ванфуцзин и Сидань. Район Чжунгуаньцунь, которую уже называют «Силиконовой долиной Китая», развивается как важный центр электронной и компьютерной промышленности, а также исследований в области фармацевтики. В то же время район Ичжуан, расположенный к юго-востоку от городской зоны, становится новым центром фармацевтической и IT-промышленности, а также технологии материалов[14].

Городские районы Пекина также известны огромным количеством пиратских товаров, копирующих всё, начиная от последних дизайнерских разработок одежды и заканчивая DVD с новейшими фильмами, которые можно найти на рынках по всему городу.

Основной промышленной зоной города является район Шицзиншань, расположенный на западной окраине города. В сельских районах Пекина основу земледелия составляют пшеница и кукуруза. В районах, близких к городской зоне, также выращивают овощи для снабжения ими города.

В последнее время Пекин приобретает всё большую известность в качестве центра инновационного предпринимательства и успешного венчурного бизнеса. Этот рост усиливается благодаря большому количеству китайских и зарубежных фирм, специализирующихся на венчурном финансировании, таких как Sequoia Capital, штаб-квартиры которых расположены в районе Чаоян. Несмотря на то, что экономическим центром Китая считается Шанхай, во многом это происходит благодаря тому, что там расположено большое количество крупных компаний, однако центром предпринимательства в Китае называют Пекин. Кроме того, Пекин является мировым лидером в производстве меламина и меламиновых соединений (аммелина, аммелида и циануровой кислоты).

Пекин продолжает развиваться быстрыми темпами, однако экономический рост также создал немало проблем для города. В последние годы Пекин стал частым свидетелем смога, а также программ по энергосбережению, инициируемых властями. Пекинцы и гости города часто жалуются на плохое качество воды и высокую стоимость коммунальных услуг, таких как электричество и бытовой газ. В целях борьбы со смогом основным промышленным предприятиям в пригородах Пекина было предписано сделать своё производство чище либо покинуть территорию Пекина. Большинство заводов не смогли позволить себе переоборудование и переместились в другие города Китая, например, Сиань.

В Пекине ежегодно проходит много значимых форумов, например, Российско-Китайский экономический форум, для участия в которых приглашаются не только политики, но и бизнесмены. Экономические форумы стимулируют подписание контрактов между российскими и китайскими компаниями, что ведет к достижению важной задачи — увеличению внешнеторгового оборота между Китаем и Россией.

Транспорт

Вместе с ростом города, вызванным экономическими реформами, Пекин превратился в важный транспортный узел. Через город и вокруг него проходят пять дорожных колец, девять скоростных автодорог, одиннадцать государственных автомагистралей, семь железнодорожных линий. На административной территории Пекина также расположен крупный международный аэропорт.

Железная дорога

Пекин обслуживают три крупных вокзала: Пекинский вокзал, Южный пекинский вокзал (высокоскоростное сообщение) и Западный пекинский вокзал. Кроме того, есть три железнодорожные станции, находящиеся в городской зоне: Пекин-Восточный, Пекин-Северный и Фэнтай. В пригородной зоне также расположены несколько станций.

На 1 августа 2006 года Пекинский вокзал ежедневно принимал 167 составов, а Западный пекинский вокзал — 176 составов.

Пекин — железнодорожный узел. Железнодорожные пути ведут из Пекина в Гуанчжоу, Шанхай, Харбин, Баотоу, Тайюань, Чэндэ и Циньхуандао.

Большинство международных пассажирских поездов, в том числе в Москву и Пхеньян, отправляются из Пекина. Из Пекина также отправляются прямые поезда в Цзюлун (САР Гонконг).

В 2008 году открыта скоростная железная дорога Пекин-Тяньцзинь.

Дороги и скоростные магистрали

Пекин связан автодорожной сетью со всеми частями Китая. Девять скоростных автодорог (и ещё шесть проектируемых или строящихся) и одиннадцать государственных автомагистралей выходят из Пекина. Сам Пекин обладает пятью автокольцами, которые скорее напоминают по форме квадраты, поскольку для Пекина характерна прямоугольная структура, при этом улицы расположены по сторонам света.

Одна из наибольших транспортных проблем Пекина связана с автомобильными пробками, которые стали повседневным явлением в городе в час пик, а местами и вне его. Чаще всего пробки наблюдаются на кольцевых автодорогах и главных улицах в районе проспекта Чанъаньцзе.

В последние годы проводится масштабная реконструкция дорог внутри Третьего кольца, в ходе которой улицы между кольцами перестраиваются как бессветофорные скоростные дороги и соединяются со скоростными трассами вне Третьего кольца. Это должно решить проблему «перескакивания между кольцами» для водителей Пекина. В качестве одной из мер для разрешения транспортной проблемы было введение выделенных полос для общественного транспорта, по которым в часы пик запрещено движение других автомобилей.

Проспект Чанъаньцзе проходит через весь Пекин с востока на запад, пересекая площадь Тяньаньмэнь. Его зачастую называют «Первой улицей Китая».

Аэропорты

Главный аэропорт Пекина называется «Столица» (аэропорт «Шоуду», Beijing Capital Airport, PEK)[15]. Он расположен в районе Шуньи, в 20 км к северо-востоку от городской зоны Пекина. Столичный аэропорт обслуживает большинство внутренних и практически все международные рейсы. Это главные воздушные ворота Китая и базовый аэропорт национального перевозчика Air China. Он связан с городом скоростной дорогой «Аэропорт», путь по которой до центра города занимает около 40 минут. К Олимпиаде 2008 до аэропорта были построены ещё одна скоростная автотрасса, а также линия легкорельсового транспорта.

На административной территории Пекина также расположены следующие аэропорты: аэропорт Лянсян, аэропорт Наньюань, аэропорт Сицзяо, аэропорт Шахэ и аэропорт Бадалин. В основном, они используются в военных целях.

Общественный транспорт

Метрополитен Пекина состоит из семнадцати линий. Несколько линий открылись к началу Олимпиады 2008 года. В 2004 году в Пекине насчитывалось 599 автобусных и троллейбусных маршрутов[16].

1 января 2007 года система оплаты проезда была упрощена следующим образом:

Оплата наличными:

Маршруты 1—199 (в основном, в центре города) 1 юань за поездку.

Маршруты 200—299 (ночные): 2 юаня за поездку.

Маршруты 300—899 (в основном, на окраинах и в пригородах): 1 юань за первые 12 км, далее — по 0,5 юаня за каждые 5 км.

Маршруты 900—999 (в основном, из центра города в сельские районы): 1 юань за каждые 10 км.

Предоплаченная смарт-карта Икатун:

Маршруты 1—499: 0,4 юаня за поездку.

Маршруты 500—899: 0,4 юаня за первые 12 км, далее — по 0,2 юаня за каждые 5 км.

Маршруты 900—999: 0,8 юаня за каждые 10 км.

Также продаются проездные на 3, 7 и 14 дней.

Ранее проезд в автобусах с кондиционером стоил дороже, однако этот сбор был отменён.

Проезд в метро стоит от 3 до 8 юаней. Зависит стоимость от количества станций в вашем маршруте. Исключение — линия, ведущая в аэропорт, поездка на которой стоит 25 юаней.

В Пекине на автодорогах всегда можно увидеть такси. В городе также существуют нелегальные частные такси. На 30 апреля 2011 года стоимость проезда на официальном такси составляла 10 юаней за первые 3 км или меньше плюс 2 юаня за каждый последующий километр. За время простоя также начисляется такса. Если дистанция поездки превышает 3 км, то дополнительно взимается топливный сбор 2 юаня[17]. Большинство моделей машин такси — это Hyundai Elantra и Volkswagen Jetta (Bora). После введения новых правил, цена за первые 3 км стартует от 13 юаней с последуюшим добавлением в 2.3 юаня за дополнительный километр, а также добавочная стоимость в 1 юань в конце проезда. После 15 км плата за каждый последующий километр увеличивается на 50 %. Между 11 вечера и 5 утра действует увеличенный ночной тариф: начальная цена — 11 юаней, такса за километр — 2,4 юаня.

Архитектура

В городской зоне Пекина превалируют три архитектурных стиля. Во-первых, это традиционная архитектура императорского Китая, одним из лучших примеров которой являются Ворота Небесного Спокойствия (Ворота Тяньаньмэнь) — архитектурный символ Китая, а также Запретный Город и Храм Неба. Вторым является стиль 50-70-х гг. XX века, который очень напоминает советские постройки того же времени. И, наконец, современные архитектурные формы, главным образом расположенные в Центральном деловом районе. Самым высоким зданием является 74-этажный небоскрёб Китайского Всемирного Торгового Центра, строится 106-этажный небоскрёб Чайна-Цзунь.

Поразительное смешение старых и новых архитектурных стилей можно наблюдать в районе под названием Зона искусств 798, в которой дизайн 1950-х сливается с новыми веяниями. Влияние американских городских форм и общественных ценностей ощущается в пригородном поселении Оранжевый уезд в часе езды к северу от Пекина.

Для Пекина традиционными являются постройки в стиле сыхэюань (кит. 四合院). Они состоят из квадратного участка, на котором вплотную к его границам буквой «П» располагается дом с двориком внутри. Во дворах часто можно увидет гранатовое или другое дерево, а также цветы в горшках или аквариум с рыбами. Сыхэюани, примыкая друг к другу, формируют переулки-хутуны (кит. 胡同), соединяющие разные части старого города Пекина. Обычно они прямые и идут с востока на запад так, чтобы ворота на участки выходили на север и юг, что соответствует принципам фэншуй. Они бывают разной ширины, некоторые настолько узки, что по ним одновременно могут пройти лишь несколько пешеходов.

Когда-то весь Пекин состоял из сыхэюаней и хутунов, но теперь они быстро исчезают, целые кварталы хутунов сносятся и на их месте вырастают высотные здания, а жителям хутунов предоставляются равные или большие по площади квартиры. Однако многие говорят о том, что ощущение общности и жизни в хутунах заменить невозможно. Некоторые наиболее исторические и живописные хутуны охраняются и восстанавливаются государством. Один из таких примеров — хутун Наньчицзы.

Культура

Для коренных пекинцев родным является пекинский диалект, входящий в группу северных диалектов китайского языка. Диалект Пекина послужил базой для путунхуа (официального нормативного языка Китайской Народной Республики) и гоюй (официальных языков Тайваня и Сингапура). Диалекты сельских районов Пекина отличаются от речи горожан и приближаются к наречиям соседней провинции Хэбэй.

Пекинская опера (кит. трад. 京劇, упр. 京剧, пиньинь: Jīngjù, палл.: цзинцзюй) — один из самых известных видов искусства в Пекине. Пекинская опера считается одним из главных достижений китайской культуры. Она представляет собой сочетание песен, диалогов и сцен действия, состоящих из жестов, движения, боевых приёмов и акробатики. Большая часть диалогов пекинской оперы звучит на архаичном сценическом диалекте, который довольно сильно отличается и от путунхуа, и от пекинского диалекта; это создаёт серьёзные трудности для её понимания, в том числе и для носителей языка. Вследствие во многих театрах пекинской оперы теперь установлены электронные табло, на которых отображаются титры на китайском и английском языках.

Пекинская кухня — известная разновидность китайской кухни. Пожалуй, самое знаменитое её блюдо это пекинская утка. Другое известное блюдо пекинской кухни — маньхань цюаньси (满汉全席 — «маньчжуро-китайский полный банкет»), которое обычно подавалась цинским императорам, которые были этническими маньчжурами. Оно до сих пор остаётся очень дорогим и престижным.

В Пекине также есть много чайных. Китайский чай представлен множеством сортов и считается, что чай дорогих сортов обладает сильным целебным действием.

Пекинская техника перегородчатой эмали цзинтайлань — один из традиционных видов народного мастерства Китая. В Китае также пользуются известностью пекинские лакированные изделия с нанесёнными на их поверхность узорами и резьбой.

Фулин цзябин — традиционная пекинская закуска, представляющая собой блин (бин) с начинкой, приготовленной из фулина (тутового гриба) — традиционного ингредиента китайской медицины.

Стереотипы о пекинцах

Другие китайцы обычно считают пекинцев открытыми, уверенными в себе, обладающими чувством юмора, галантными, интересующимися политикой, искусством, культурой и другими «большими» делами, необременёнными денежными заботами и подсчётами и любящими играть главную роль в различных делах. Про них также говорят, что они аристократичны, высокомерны, спокойны, надменно относятся к «провинциалам», любят помыкать другими и придают значение социальному положению себя и других. Существование подобных стереотипов может объясняться столичным статусом Пекина на протяжении большей части последних 800 лет и, как следствие, большой концентрацией чиновников и знати.

Достопримечательности и туризм

Несмотря на войны и беспорядки девятнадцатого и двадцатого веков, включая ущерб, причинённый европейским вторжением, японской оккупацией и Культурной революцией, а также интенсивной урбанизацией последних лет, приведшей к сносу многих хутунов, в Пекине осталось немало достопримечательностей, обладающих древней историей.

Наиболее известными из них являются Врата Небесного Спокойствия как сами по себе, так и как главный вход в Запретный Город, а также как часть ансамбля площади Тяньаньмэнь. Среди других всемирно известных достопримечательностей участок Бадалин Великой китайской стены, Летний дворец и Храм Неба.

В городской зоне Пекина

Здания, памятники и исторические места

Храмы, церкви и мечети

Парки и сады

Торговые и деловые районы

Вне городской зоны

Гостиницы

В течение двух десятилетий после основания КНР в 1949 году в Пекине практически не было гостиниц в западном понимании этого слова. Проживание для приезжавших на время предоставлялись так называемыми чжаодайсо — гостевыми домами, подчинявшимися тому или иному ведомству или государственному органу. Некоторые из них используются и по сей день.

В конце 1970-х был дан старт политике реформ и открытости Дэн Сяопина, и для привлечения и обслуживания международного бизнеса началось строительство множества гостиниц и другой туристической инфраструктуры. На сегодняшний день Пекин является одним из самых часто посещаемых городов и важных экономических, политических и культурных центров Азии, в городе работает огромное число гостиниц, многие из которых соответствуют высочайшим международным стандартам.

Наиболее известной гостиницей является государственный Отель Пекин. Среди других известных гостиниц Great Wall Sheraton Hotel, Kempinski Hotel Beijing Lufthansa Centre, Отель Цзяньго, Raffles Beijing Hotel, China World Hotel, St. Regis, Grand Hyatt at Oriental Plaza и Peninsula Palace Hotel, которым управляет гонконгская Peninsula Group.

Недорогие молодёжные хостелы в последние годы приобретают всё большую популярность во всём мире, в том числе и в Пекине. Большинство хостелов расположено на восточном отрезке Третьей кольцевой автодороги или в центре города в старых хутунах.

Ночная жизнь

Ночная жизнь Пекина богата различными развлечениями. Большинство ночных клубов расположено в районе улицы Саньлитунь либо около Стадиона рабочих, к северу и западу от него.

Бурную ночную жизнь также можно наблюдать в районе Удаокоу, на северо-западе Пекина. В основном его посещают корейцы и другие иностранцы, главным образом, студенты.

Наиболее известные районы баров и ночных клубов, открытых допоздна:

Образование

В Пекине расположено большое число колледжей и университетов, включая несколько университетов международного значения, в частности, два самых престижных университета Китая: Пекинский университет и Университет Цинхуа.

Благодаря статусу Пекина как политической и культурной столицы Китая в Пекине сконцентрирована значительная часть высших учебных заведений страны — по меньшей мере 59. В Пекине обучается множество иностранных студентов из Кореи, Японии, Северной Америки, Европы и Юго-Восточной Азии. В пекинских вузах также обучается немало российских студентов. Количество иностранных студентов, обучающихся в Пекине растёт с каждым годом. Ниже приведён список высших учебных заведений Пекина, находящихся в ведомстве Министерства образования:

Средства массовой информации

Радио и телевидение

Пекинское телевидение (BTV) вещает на десяти каналах, носящих номера от 1 до 10. В отличие от Центрального телевидения Китая у Пекинского телевидения нет общегородского канала, вещающего на английском языке.

На трёх радиостанциях Пекина есть передачи на английском: Hit FM на частоте FM 88.7, Easy FM, канал Международного радио Китая на FM 91.5, и новая радиостанция Radio 774 на AM 774.

Другие радиостанции Пекина:

Радиостанции Пекина
Частота/Интернет Описание
Синьвэнь — Интернет-стрим Новости
Гудянь — Интернет-стрим Классическая музыка
Цзинцзи — Интернет-стрим Экономика Пекина
Тунсу — Интернет-стрим Поп-музыка
Цзяотун — Интернет-стрим Дорожные новости
Цзяосюэ — Интернет-стрим Образовательная радиостанция
Вэньи — Интернет-стрим Китайская литература
Вэньсюэ инши — Интернет-стрим Китайское кино
Тиюй — Интернет-стрим Спорт
Сицюйцзунъи — Интернет-стрим Драматические произведения
Иньюэ — Интернет-стрим/97.4 FM Музыка
Ячжоу люсин — Интернет-стрим Азиатская поп-музыка
Шэнхо — Интернет-стрим Городская жизнь
Цинъинюэ — Интернет-стрим Лёгкая музыка
Вайюй — Интернет-стрим Иностранные языки
DAB — Интернет-стрим Цифровое радио
Цинмэн — Интернет-стрим Романтическая музыка

[www.bjradio.com.cn/ Интернет-сайт этих радиостанций]

Пресса

Хорошо известная Вечерняя газета Пекина (Бэйцзин ваньбао) распространяется каждый день после полудня, в ней рассказывается о последних новостях Пекина. Среди других газет можно отметить: Пекинские новости (Xin Jing Bao), Beijing Star Daily, Пекинские утренние новости, Пекинская молодёжная газета (Бэйцзин циннянь бао), а также англоязычные еженедельные издания Beijing Weekend и Beijing Today (англоязычная версия Молодёжной газеты). В Пекине также выходят общекитайские газеты Жэньминь жибао и англоязычная China Daily.

Издания для иностранных гостей и сообщества экспатов включают следующие англоязычные периодические издания: City Weekend, Beijing This Month, Beijing Talk, that's Beijing и MetroZine.

Всемирно известный журнал Rolling Stone разместит редакторский корпус китайской версии журнала в Пекине.

В международных гостиницах и магазинах «Дружба» можно приобрести иностранные издания (в основном на английском и японском), как правило, с полным содержимым.

Спорт

В августе-сентябре 2008 года в Пекине прошли летние Олимпийские игры и летние Паралимпийские игры. На Олимпийских играх впервые в истории сборная Китая заняла первое общекомандное место, выиграв 51 золотую медаль, значительно опредив команды США (36 золотых медалей) и России (23 золотые медали). Пекинские летние Игры стали третьими на территории Азии после Токио-1964 и Сеула-1988.

Профессиональные спортивные команды Пекина:

Выставки

Международные отношения

Города-побратимы

Города-партнёры

См. также

Напишите отзыв о статье "Пекин"

Примечания

  1. [russian.news.cn/2016-01/20/c_135025411.htm Рост численности постоянного населения Пекина замедлился, достигнув 21,7 млн человек на конец 2015 года]
  2. Городецкая И. Л., Левашов Е. А. Русские названия жителей: Словарь-справочник. — М.: АСТ, 2003. — С. 226. — 363 с. — ISBN 5-17-016914-0.; см. также [gramota.ru/slovari/dic/?lop=x&bts=x&zar=x&ag=x&ab=x&sin=x&lv=x&az=x&pe=x&word=%EF%E5%EA%E8%ED%EA%E0 здесь]
  3. www.bartleby.com/67/2470.html
  4. [www.beijing.gov.cn/bjgm/default.htm] (недоступная ссылка с 09-07-2013 (1618 дней) — историякопия)
  5. [news.bbc.co.uk/2/hi/asia-pacific/4915690.stm BBC NEWS | Asia-Pacific | Beijing hit by eighth sandstorm]
  6. ранее использовался источник [www.worldweather.org/001/c00237.htm Погода и Климат] с незначительно отличающимися от указанных данными.
  7. [www.hko.gov.hk/wxinfo/climat/world/eng/asia/china/beijing_e.htm Гонконгская обсерватория]
  8. [geography.about.com/library/weekly/aa011201a.htm Largest Cities Through History]
  9. [www.bjstats.gov.cn/xwgb/tjgb/pcgb/201105/t20110504_201363.htm 北京市2010年第六次全国人口普查主要数据公报]
  10. [russian.news.cn/social/2013-01/20/c_132115342.htm Численность постоянного населения Пекина составила более 20,69 млн человек.] Синьхуа сообщило: "На конец 2012 года общая численность постоянного населения Пекина составила 20,693 млн человек, увеличившись на 507 тыс. человек по сравнению с уровнем, зарегистрированным на конец предыдущего года. Среди них 7,738 млн переселенцев, проживающих в столице более полугода, при увеличении на 316 тыс. человек. "
  11. [russian.news.cn/china/2011-01/30/c_13713499.htm Власти Пекина намерены сдерживать чрезмерный рост численности населения города]. Xinhua News Agency. [www.webcitation.org/618VWixzF Архивировано из первоисточника 23 августа 2011].
  12. Department of Population, Social, Science and Technology Statistics of the National Bureau of Statistics of China (国家统计局人口和社会科技统计司) and Department of Economic Development of the State Ethnic Affairs Commission of China (国家民族事务委员会经济发展司), eds. Tabulation on Nationalities of 2000 Population Census of China (《2000年人口普查中国民族人口资料》). 2 vols. Beijing: Nationalities Publishing House (民族出版社), 2003. (ISBN 7-105-05425-5)
  13. [russian.news.cn/social/2011-05/31/c_13902161.htm В Пекине проживают представители всех 56 национальностей Китая]
  14. 1 2 [www.bjstats.gov.cn/tjyl/tjgb/200601240023.htm] (недоступная ссылка с 09-07-2013 (1618 дней) — историякопия)
  15. Василий Бабуров. Ворота Поднебесной (статья о Столичном аэропорте Пекина) // «Архитектурный вестник», № 6 (93) 2006 [archvestnik.ru/ru/magazine/286]
  16. [www.bjstats.gov.cn/tjyl/tjgb/200501210039.htm] (недоступная ссылка с 09-07-2013 (1618 дней) — историякопия)
  17. [www.chinadaily.com.cn/china/2011-04/08/content_12292577.htm Beijing taxi fuel tax rises to 2 yuan]
  18. [www.gazeta.ru/sport/2016/06/24/a_8325803.shtml Китайский клуб вступает в КХЛ]

Ссылки

Отрывок, характеризующий Пекин

– Если он благородный человек, то он или должен объявить свое намерение, или перестать видеться с тобой; и ежели ты не хочешь этого сделать, то я сделаю это, я напишу ему, я скажу папа, – решительно сказала Соня.
– Да я жить не могу без него! – закричала Наташа.
– Наташа, я не понимаю тебя. И что ты говоришь! Вспомни об отце, о Nicolas.
– Мне никого не нужно, я никого не люблю, кроме его. Как ты смеешь говорить, что он неблагороден? Ты разве не знаешь, что я его люблю? – кричала Наташа. – Соня, уйди, я не хочу с тобой ссориться, уйди, ради Бога уйди: ты видишь, как я мучаюсь, – злобно кричала Наташа сдержанно раздраженным и отчаянным голосом. Соня разрыдалась и выбежала из комнаты.
Наташа подошла к столу и, не думав ни минуты, написала тот ответ княжне Марье, который она не могла написать целое утро. В письме этом она коротко писала княжне Марье, что все недоразуменья их кончены, что, пользуясь великодушием князя Андрея, который уезжая дал ей свободу, она просит ее забыть всё и простить ее ежели она перед нею виновата, но что она не может быть его женой. Всё это ей казалось так легко, просто и ясно в эту минуту.

В пятницу Ростовы должны были ехать в деревню, а граф в среду поехал с покупщиком в свою подмосковную.
В день отъезда графа, Соня с Наташей были званы на большой обед к Карагиным, и Марья Дмитриевна повезла их. На обеде этом Наташа опять встретилась с Анатолем, и Соня заметила, что Наташа говорила с ним что то, желая не быть услышанной, и всё время обеда была еще более взволнована, чем прежде. Когда они вернулись домой, Наташа начала первая с Соней то объяснение, которого ждала ее подруга.
– Вот ты, Соня, говорила разные глупости про него, – начала Наташа кротким голосом, тем голосом, которым говорят дети, когда хотят, чтобы их похвалили. – Мы объяснились с ним нынче.
– Ну, что же, что? Ну что ж он сказал? Наташа, как я рада, что ты не сердишься на меня. Говори мне всё, всю правду. Что же он сказал?
Наташа задумалась.
– Ах Соня, если бы ты знала его так, как я! Он сказал… Он спрашивал меня о том, как я обещала Болконскому. Он обрадовался, что от меня зависит отказать ему.
Соня грустно вздохнула.
– Но ведь ты не отказала Болконскому, – сказала она.
– А может быть я и отказала! Может быть с Болконским всё кончено. Почему ты думаешь про меня так дурно?
– Я ничего не думаю, я только не понимаю этого…
– Подожди, Соня, ты всё поймешь. Увидишь, какой он человек. Ты не думай дурное ни про меня, ни про него.
– Я ни про кого не думаю дурное: я всех люблю и всех жалею. Но что же мне делать?
Соня не сдавалась на нежный тон, с которым к ней обращалась Наташа. Чем размягченнее и искательнее было выражение лица Наташи, тем серьезнее и строже было лицо Сони.
– Наташа, – сказала она, – ты просила меня не говорить с тобой, я и не говорила, теперь ты сама начала. Наташа, я не верю ему. Зачем эта тайна?
– Опять, опять! – перебила Наташа.
– Наташа, я боюсь за тебя.
– Чего бояться?
– Я боюсь, что ты погубишь себя, – решительно сказала Соня, сама испугавшись того что она сказала.
Лицо Наташи опять выразило злобу.
– И погублю, погублю, как можно скорее погублю себя. Не ваше дело. Не вам, а мне дурно будет. Оставь, оставь меня. Я ненавижу тебя.
– Наташа! – испуганно взывала Соня.
– Ненавижу, ненавижу! И ты мой враг навсегда!
Наташа выбежала из комнаты.
Наташа не говорила больше с Соней и избегала ее. С тем же выражением взволнованного удивления и преступности она ходила по комнатам, принимаясь то за то, то за другое занятие и тотчас же бросая их.
Как это ни тяжело было для Сони, но она, не спуская глаз, следила за своей подругой.
Накануне того дня, в который должен был вернуться граф, Соня заметила, что Наташа сидела всё утро у окна гостиной, как будто ожидая чего то и что она сделала какой то знак проехавшему военному, которого Соня приняла за Анатоля.
Соня стала еще внимательнее наблюдать свою подругу и заметила, что Наташа была всё время обеда и вечер в странном и неестественном состоянии (отвечала невпопад на делаемые ей вопросы, начинала и не доканчивала фразы, всему смеялась).
После чая Соня увидала робеющую горничную девушку, выжидавшую ее у двери Наташи. Она пропустила ее и, подслушав у двери, узнала, что опять было передано письмо. И вдруг Соне стало ясно, что у Наташи был какой нибудь страшный план на нынешний вечер. Соня постучалась к ней. Наташа не пустила ее.
«Она убежит с ним! думала Соня. Она на всё способна. Нынче в лице ее было что то особенно жалкое и решительное. Она заплакала, прощаясь с дяденькой, вспоминала Соня. Да это верно, она бежит с ним, – но что мне делать?» думала Соня, припоминая теперь те признаки, которые ясно доказывали, почему у Наташи было какое то страшное намерение. «Графа нет. Что мне делать, написать к Курагину, требуя от него объяснения? Но кто велит ему ответить? Писать Пьеру, как просил князь Андрей в случае несчастия?… Но может быть, в самом деле она уже отказала Болконскому (она вчера отослала письмо княжне Марье). Дяденьки нет!» Сказать Марье Дмитриевне, которая так верила в Наташу, Соне казалось ужасно. «Но так или иначе, думала Соня, стоя в темном коридоре: теперь или никогда пришло время доказать, что я помню благодеяния их семейства и люблю Nicolas. Нет, я хоть три ночи не буду спать, а не выйду из этого коридора и силой не пущу ее, и не дам позору обрушиться на их семейство», думала она.


Анатоль последнее время переселился к Долохову. План похищения Ростовой уже несколько дней был обдуман и приготовлен Долоховым, и в тот день, когда Соня, подслушав у двери Наташу, решилась оберегать ее, план этот должен был быть приведен в исполнение. Наташа в десять часов вечера обещала выйти к Курагину на заднее крыльцо. Курагин должен был посадить ее в приготовленную тройку и везти за 60 верст от Москвы в село Каменку, где был приготовлен расстриженный поп, который должен был обвенчать их. В Каменке и была готова подстава, которая должна была вывезти их на Варшавскую дорогу и там на почтовых они должны были скакать за границу.
У Анатоля были и паспорт, и подорожная, и десять тысяч денег, взятые у сестры, и десять тысяч, занятые через посредство Долохова.
Два свидетеля – Хвостиков, бывший приказный, которого употреблял для игры Долохов и Макарин, отставной гусар, добродушный и слабый человек, питавший беспредельную любовь к Курагину – сидели в первой комнате за чаем.
В большом кабинете Долохова, убранном от стен до потолка персидскими коврами, медвежьими шкурами и оружием, сидел Долохов в дорожном бешмете и сапогах перед раскрытым бюро, на котором лежали счеты и пачки денег. Анатоль в расстегнутом мундире ходил из той комнаты, где сидели свидетели, через кабинет в заднюю комнату, где его лакей француз с другими укладывал последние вещи. Долохов считал деньги и записывал.
– Ну, – сказал он, – Хвостикову надо дать две тысячи.
– Ну и дай, – сказал Анатоль.
– Макарка (они так звали Макарина), этот бескорыстно за тебя в огонь и в воду. Ну вот и кончены счеты, – сказал Долохов, показывая ему записку. – Так?
– Да, разумеется, так, – сказал Анатоль, видимо не слушавший Долохова и с улыбкой, не сходившей у него с лица, смотревший вперед себя.
Долохов захлопнул бюро и обратился к Анатолю с насмешливой улыбкой.
– А знаешь что – брось всё это: еще время есть! – сказал он.
– Дурак! – сказал Анатоль. – Перестань говорить глупости. Ежели бы ты знал… Это чорт знает, что такое!
– Право брось, – сказал Долохов. – Я тебе дело говорю. Разве это шутка, что ты затеял?
– Ну, опять, опять дразнить? Пошел к чорту! А?… – сморщившись сказал Анатоль. – Право не до твоих дурацких шуток. – И он ушел из комнаты.
Долохов презрительно и снисходительно улыбался, когда Анатоль вышел.
– Ты постой, – сказал он вслед Анатолю, – я не шучу, я дело говорю, поди, поди сюда.
Анатоль опять вошел в комнату и, стараясь сосредоточить внимание, смотрел на Долохова, очевидно невольно покоряясь ему.
– Ты меня слушай, я тебе последний раз говорю. Что мне с тобой шутить? Разве я тебе перечил? Кто тебе всё устроил, кто попа нашел, кто паспорт взял, кто денег достал? Всё я.
– Ну и спасибо тебе. Ты думаешь я тебе не благодарен? – Анатоль вздохнул и обнял Долохова.
– Я тебе помогал, но всё же я тебе должен правду сказать: дело опасное и, если разобрать, глупое. Ну, ты ее увезешь, хорошо. Разве это так оставят? Узнается дело, что ты женат. Ведь тебя под уголовный суд подведут…
– Ах! глупости, глупости! – опять сморщившись заговорил Анатоль. – Ведь я тебе толковал. А? – И Анатоль с тем особенным пристрастием (которое бывает у людей тупых) к умозаключению, до которого они дойдут своим умом, повторил то рассуждение, которое он раз сто повторял Долохову. – Ведь я тебе толковал, я решил: ежели этот брак будет недействителен, – cказал он, загибая палец, – значит я не отвечаю; ну а ежели действителен, всё равно: за границей никто этого не будет знать, ну ведь так? И не говори, не говори, не говори!
– Право, брось! Ты только себя свяжешь…
– Убирайся к чорту, – сказал Анатоль и, взявшись за волосы, вышел в другую комнату и тотчас же вернулся и с ногами сел на кресло близко перед Долоховым. – Это чорт знает что такое! А? Ты посмотри, как бьется! – Он взял руку Долохова и приложил к своему сердцу. – Ah! quel pied, mon cher, quel regard! Une deesse!! [О! Какая ножка, мой друг, какой взгляд! Богиня!!] A?
Долохов, холодно улыбаясь и блестя своими красивыми, наглыми глазами, смотрел на него, видимо желая еще повеселиться над ним.
– Ну деньги выйдут, тогда что?
– Тогда что? А? – повторил Анатоль с искренним недоумением перед мыслью о будущем. – Тогда что? Там я не знаю что… Ну что глупости говорить! – Он посмотрел на часы. – Пора!
Анатоль пошел в заднюю комнату.
– Ну скоро ли вы? Копаетесь тут! – крикнул он на слуг.
Долохов убрал деньги и крикнув человека, чтобы велеть подать поесть и выпить на дорогу, вошел в ту комнату, где сидели Хвостиков и Макарин.
Анатоль в кабинете лежал, облокотившись на руку, на диване, задумчиво улыбался и что то нежно про себя шептал своим красивым ртом.
– Иди, съешь что нибудь. Ну выпей! – кричал ему из другой комнаты Долохов.
– Не хочу! – ответил Анатоль, всё продолжая улыбаться.
– Иди, Балага приехал.
Анатоль встал и вошел в столовую. Балага был известный троечный ямщик, уже лет шесть знавший Долохова и Анатоля, и служивший им своими тройками. Не раз он, когда полк Анатоля стоял в Твери, с вечера увозил его из Твери, к рассвету доставлял в Москву и увозил на другой день ночью. Не раз он увозил Долохова от погони, не раз он по городу катал их с цыганами и дамочками, как называл Балага. Не раз он с их работой давил по Москве народ и извозчиков, и всегда его выручали его господа, как он называл их. Не одну лошадь он загнал под ними. Не раз он был бит ими, не раз напаивали они его шампанским и мадерой, которую он любил, и не одну штуку он знал за каждым из них, которая обыкновенному человеку давно бы заслужила Сибирь. В кутежах своих они часто зазывали Балагу, заставляли его пить и плясать у цыган, и не одна тысяча их денег перешла через его руки. Служа им, он двадцать раз в году рисковал и своей жизнью и своей шкурой, и на их работе переморил больше лошадей, чем они ему переплатили денег. Но он любил их, любил эту безумную езду, по восемнадцати верст в час, любил перекувырнуть извозчика и раздавить пешехода по Москве, и во весь скок пролететь по московским улицам. Он любил слышать за собой этот дикий крик пьяных голосов: «пошел! пошел!» тогда как уж и так нельзя было ехать шибче; любил вытянуть больно по шее мужика, который и так ни жив, ни мертв сторонился от него. «Настоящие господа!» думал он.
Анатоль и Долохов тоже любили Балагу за его мастерство езды и за то, что он любил то же, что и они. С другими Балага рядился, брал по двадцати пяти рублей за двухчасовое катанье и с другими только изредка ездил сам, а больше посылал своих молодцов. Но с своими господами, как он называл их, он всегда ехал сам и никогда ничего не требовал за свою работу. Только узнав через камердинеров время, когда были деньги, он раз в несколько месяцев приходил поутру, трезвый и, низко кланяясь, просил выручить его. Его всегда сажали господа.
– Уж вы меня вызвольте, батюшка Федор Иваныч или ваше сиятельство, – говорил он. – Обезлошадничал вовсе, на ярманку ехать уж ссудите, что можете.
И Анатоль и Долохов, когда бывали в деньгах, давали ему по тысяче и по две рублей.
Балага был русый, с красным лицом и в особенности красной, толстой шеей, приземистый, курносый мужик, лет двадцати семи, с блестящими маленькими глазами и маленькой бородкой. Он был одет в тонком синем кафтане на шелковой подкладке, надетом на полушубке.
Он перекрестился на передний угол и подошел к Долохову, протягивая черную, небольшую руку.
– Федору Ивановичу! – сказал он, кланяясь.
– Здорово, брат. – Ну вот и он.
– Здравствуй, ваше сиятельство, – сказал он входившему Анатолю и тоже протянул руку.
– Я тебе говорю, Балага, – сказал Анатоль, кладя ему руки на плечи, – любишь ты меня или нет? А? Теперь службу сослужи… На каких приехал? А?
– Как посол приказал, на ваших на зверьях, – сказал Балага.
– Ну, слышишь, Балага! Зарежь всю тройку, а чтобы в три часа приехать. А?
– Как зарежешь, на чем поедем? – сказал Балага, подмигивая.
– Ну, я тебе морду разобью, ты не шути! – вдруг, выкатив глаза, крикнул Анатоль.
– Что ж шутить, – посмеиваясь сказал ямщик. – Разве я для своих господ пожалею? Что мочи скакать будет лошадям, то и ехать будем.
– А! – сказал Анатоль. – Ну садись.
– Что ж, садись! – сказал Долохов.
– Постою, Федор Иванович.
– Садись, врешь, пей, – сказал Анатоль и налил ему большой стакан мадеры. Глаза ямщика засветились на вино. Отказываясь для приличия, он выпил и отерся шелковым красным платком, который лежал у него в шапке.
– Что ж, когда ехать то, ваше сиятельство?
– Да вот… (Анатоль посмотрел на часы) сейчас и ехать. Смотри же, Балага. А? Поспеешь?
– Да как выезд – счастлив ли будет, а то отчего же не поспеть? – сказал Балага. – Доставляли же в Тверь, в семь часов поспевали. Помнишь небось, ваше сиятельство.
– Ты знаешь ли, на Рожество из Твери я раз ехал, – сказал Анатоль с улыбкой воспоминания, обращаясь к Макарину, который во все глаза умиленно смотрел на Курагина. – Ты веришь ли, Макарка, что дух захватывало, как мы летели. Въехали в обоз, через два воза перескочили. А?
– Уж лошади ж были! – продолжал рассказ Балага. – Я тогда молодых пристяжных к каурому запрег, – обратился он к Долохову, – так веришь ли, Федор Иваныч, 60 верст звери летели; держать нельзя, руки закоченели, мороз был. Бросил вожжи, держи, мол, ваше сиятельство, сам, так в сани и повалился. Так ведь не то что погонять, до места держать нельзя. В три часа донесли черти. Издохла левая только.


Анатоль вышел из комнаты и через несколько минут вернулся в подпоясанной серебряным ремнем шубке и собольей шапке, молодцовато надетой на бекрень и очень шедшей к его красивому лицу. Поглядевшись в зеркало и в той самой позе, которую он взял перед зеркалом, став перед Долоховым, он взял стакан вина.
– Ну, Федя, прощай, спасибо за всё, прощай, – сказал Анатоль. – Ну, товарищи, друзья… он задумался… – молодости… моей, прощайте, – обратился он к Макарину и другим.
Несмотря на то, что все они ехали с ним, Анатоль видимо хотел сделать что то трогательное и торжественное из этого обращения к товарищам. Он говорил медленным, громким голосом и выставив грудь покачивал одной ногой. – Все возьмите стаканы; и ты, Балага. Ну, товарищи, друзья молодости моей, покутили мы, пожили, покутили. А? Теперь, когда свидимся? за границу уеду. Пожили, прощай, ребята. За здоровье! Ура!.. – сказал он, выпил свой стакан и хлопнул его об землю.
– Будь здоров, – сказал Балага, тоже выпив свой стакан и обтираясь платком. Макарин со слезами на глазах обнимал Анатоля. – Эх, князь, уж как грустно мне с тобой расстаться, – проговорил он.
– Ехать, ехать! – закричал Анатоль.
Балага было пошел из комнаты.
– Нет, стой, – сказал Анатоль. – Затвори двери, сесть надо. Вот так. – Затворили двери, и все сели.
– Ну, теперь марш, ребята! – сказал Анатоль вставая.
Лакей Joseph подал Анатолю сумку и саблю, и все вышли в переднюю.
– А шуба где? – сказал Долохов. – Эй, Игнатка! Поди к Матрене Матвеевне, спроси шубу, салоп соболий. Я слыхал, как увозят, – сказал Долохов, подмигнув. – Ведь она выскочит ни жива, ни мертва, в чем дома сидела; чуть замешкаешься, тут и слезы, и папаша, и мамаша, и сейчас озябла и назад, – а ты в шубу принимай сразу и неси в сани.
Лакей принес женский лисий салоп.
– Дурак, я тебе сказал соболий. Эй, Матрешка, соболий! – крикнул он так, что далеко по комнатам раздался его голос.
Красивая, худая и бледная цыганка, с блестящими, черными глазами и с черными, курчавыми сизого отлива волосами, в красной шали, выбежала с собольим салопом на руке.
– Что ж, мне не жаль, ты возьми, – сказала она, видимо робея перед своим господином и жалея салопа.
Долохов, не отвечая ей, взял шубу, накинул ее на Матрешу и закутал ее.
– Вот так, – сказал Долохов. – И потом вот так, – сказал он, и поднял ей около головы воротник, оставляя его только перед лицом немного открытым. – Потом вот так, видишь? – и он придвинул голову Анатоля к отверстию, оставленному воротником, из которого виднелась блестящая улыбка Матреши.
– Ну прощай, Матреша, – сказал Анатоль, целуя ее. – Эх, кончена моя гульба здесь! Стешке кланяйся. Ну, прощай! Прощай, Матреша; ты мне пожелай счастья.
– Ну, дай то вам Бог, князь, счастья большого, – сказала Матреша, с своим цыганским акцентом.
У крыльца стояли две тройки, двое молодцов ямщиков держали их. Балага сел на переднюю тройку, и, высоко поднимая локти, неторопливо разобрал вожжи. Анатоль и Долохов сели к нему. Макарин, Хвостиков и лакей сели в другую тройку.
– Готовы, что ль? – спросил Балага.
– Пущай! – крикнул он, заматывая вокруг рук вожжи, и тройка понесла бить вниз по Никитскому бульвару.
– Тпрру! Поди, эй!… Тпрру, – только слышался крик Балаги и молодца, сидевшего на козлах. На Арбатской площади тройка зацепила карету, что то затрещало, послышался крик, и тройка полетела по Арбату.
Дав два конца по Подновинскому Балага стал сдерживать и, вернувшись назад, остановил лошадей у перекрестка Старой Конюшенной.
Молодец соскочил держать под уздцы лошадей, Анатоль с Долоховым пошли по тротуару. Подходя к воротам, Долохов свистнул. Свисток отозвался ему и вслед за тем выбежала горничная.
– На двор войдите, а то видно, сейчас выйдет, – сказала она.
Долохов остался у ворот. Анатоль вошел за горничной на двор, поворотил за угол и вбежал на крыльцо.
Гаврило, огромный выездной лакей Марьи Дмитриевны, встретил Анатоля.
– К барыне пожалуйте, – басом сказал лакей, загораживая дорогу от двери.
– К какой барыне? Да ты кто? – запыхавшимся шопотом спрашивал Анатоль.
– Пожалуйте, приказано привесть.
– Курагин! назад, – кричал Долохов. – Измена! Назад!
Долохов у калитки, у которой он остановился, боролся с дворником, пытавшимся запереть за вошедшим Анатолем калитку. Долохов последним усилием оттолкнул дворника и схватив за руку выбежавшего Анатоля, выдернул его за калитку и побежал с ним назад к тройке.


Марья Дмитриевна, застав заплаканную Соню в коридоре, заставила ее во всем признаться. Перехватив записку Наташи и прочтя ее, Марья Дмитриевна с запиской в руке взошла к Наташе.
– Мерзавка, бесстыдница, – сказала она ей. – Слышать ничего не хочу! – Оттолкнув удивленными, но сухими глазами глядящую на нее Наташу, она заперла ее на ключ и приказав дворнику пропустить в ворота тех людей, которые придут нынче вечером, но не выпускать их, а лакею приказав привести этих людей к себе, села в гостиной, ожидая похитителей.
Когда Гаврило пришел доложить Марье Дмитриевне, что приходившие люди убежали, она нахмурившись встала и заложив назад руки, долго ходила по комнатам, обдумывая то, что ей делать. В 12 часу ночи она, ощупав ключ в кармане, пошла к комнате Наташи. Соня, рыдая, сидела в коридоре.
– Марья Дмитриевна, пустите меня к ней ради Бога! – сказала она. Марья Дмитриевна, не отвечая ей, отперла дверь и вошла. «Гадко, скверно… В моем доме… Мерзавка, девчонка… Только отца жалко!» думала Марья Дмитриевна, стараясь утолить свой гнев. «Как ни трудно, уж велю всем молчать и скрою от графа». Марья Дмитриевна решительными шагами вошла в комнату. Наташа лежала на диване, закрыв голову руками, и не шевелилась. Она лежала в том самом положении, в котором оставила ее Марья Дмитриевна.
– Хороша, очень хороша! – сказала Марья Дмитриевна. – В моем доме любовникам свидания назначать! Притворяться то нечего. Ты слушай, когда я с тобой говорю. – Марья Дмитриевна тронула ее за руку. – Ты слушай, когда я говорю. Ты себя осрамила, как девка самая последняя. Я бы с тобой то сделала, да мне отца твоего жалко. Я скрою. – Наташа не переменила положения, но только всё тело ее стало вскидываться от беззвучных, судорожных рыданий, которые душили ее. Марья Дмитриевна оглянулась на Соню и присела на диване подле Наташи.
– Счастье его, что он от меня ушел; да я найду его, – сказала она своим грубым голосом; – слышишь ты что ли, что я говорю? – Она поддела своей большой рукой под лицо Наташи и повернула ее к себе. И Марья Дмитриевна, и Соня удивились, увидав лицо Наташи. Глаза ее были блестящи и сухи, губы поджаты, щеки опустились.
– Оставь… те… что мне… я… умру… – проговорила она, злым усилием вырвалась от Марьи Дмитриевны и легла в свое прежнее положение.
– Наталья!… – сказала Марья Дмитриевна. – Я тебе добра желаю. Ты лежи, ну лежи так, я тебя не трону, и слушай… Я не стану говорить, как ты виновата. Ты сама знаешь. Ну да теперь отец твой завтра приедет, что я скажу ему? А?
Опять тело Наташи заколебалось от рыданий.
– Ну узнает он, ну брат твой, жених!
– У меня нет жениха, я отказала, – прокричала Наташа.
– Всё равно, – продолжала Марья Дмитриевна. – Ну они узнают, что ж они так оставят? Ведь он, отец твой, я его знаю, ведь он, если его на дуэль вызовет, хорошо это будет? А?
– Ах, оставьте меня, зачем вы всему помешали! Зачем? зачем? кто вас просил? – кричала Наташа, приподнявшись на диване и злобно глядя на Марью Дмитриевну.
– Да чего ж ты хотела? – вскрикнула опять горячась Марья Дмитриевна, – что ж тебя запирали что ль? Ну кто ж ему мешал в дом ездить? Зачем же тебя, как цыганку какую, увозить?… Ну увез бы он тебя, что ж ты думаешь, его бы не нашли? Твой отец, или брат, или жених. А он мерзавец, негодяй, вот что!
– Он лучше всех вас, – вскрикнула Наташа, приподнимаясь. – Если бы вы не мешали… Ах, Боже мой, что это, что это! Соня, за что? Уйдите!… – И она зарыдала с таким отчаянием, с каким оплакивают люди только такое горе, которого они чувствуют сами себя причиной. Марья Дмитриевна начала было опять говорить; но Наташа закричала: – Уйдите, уйдите, вы все меня ненавидите, презираете. – И опять бросилась на диван.
Марья Дмитриевна продолжала еще несколько времени усовещивать Наташу и внушать ей, что всё это надо скрыть от графа, что никто не узнает ничего, ежели только Наташа возьмет на себя всё забыть и не показывать ни перед кем вида, что что нибудь случилось. Наташа не отвечала. Она и не рыдала больше, но с ней сделались озноб и дрожь. Марья Дмитриевна подложила ей подушку, накрыла ее двумя одеялами и сама принесла ей липового цвета, но Наташа не откликнулась ей. – Ну пускай спит, – сказала Марья Дмитриевна, уходя из комнаты, думая, что она спит. Но Наташа не спала и остановившимися раскрытыми глазами из бледного лица прямо смотрела перед собою. Всю эту ночь Наташа не спала, и не плакала, и не говорила с Соней, несколько раз встававшей и подходившей к ней.
На другой день к завтраку, как и обещал граф Илья Андреич, он приехал из Подмосковной. Он был очень весел: дело с покупщиком ладилось и ничто уже не задерживало его теперь в Москве и в разлуке с графиней, по которой он соскучился. Марья Дмитриевна встретила его и объявила ему, что Наташа сделалась очень нездорова вчера, что посылали за доктором, но что теперь ей лучше. Наташа в это утро не выходила из своей комнаты. С поджатыми растрескавшимися губами, сухими остановившимися глазами, она сидела у окна и беспокойно вглядывалась в проезжающих по улице и торопливо оглядывалась на входивших в комнату. Она очевидно ждала известий об нем, ждала, что он сам приедет или напишет ей.
Когда граф взошел к ней, она беспокойно оборотилась на звук его мужских шагов, и лицо ее приняло прежнее холодное и даже злое выражение. Она даже не поднялась на встречу ему.
– Что с тобой, мой ангел, больна? – спросил граф. Наташа помолчала.
– Да, больна, – отвечала она.
На беспокойные расспросы графа о том, почему она такая убитая и не случилось ли чего нибудь с женихом, она уверяла его, что ничего, и просила его не беспокоиться. Марья Дмитриевна подтвердила графу уверения Наташи, что ничего не случилось. Граф, судя по мнимой болезни, по расстройству дочери, по сконфуженным лицам Сони и Марьи Дмитриевны, ясно видел, что в его отсутствие должно было что нибудь случиться: но ему так страшно было думать, что что нибудь постыдное случилось с его любимою дочерью, он так любил свое веселое спокойствие, что он избегал расспросов и всё старался уверить себя, что ничего особенного не было и только тужил о том, что по случаю ее нездоровья откладывался их отъезд в деревню.


Со дня приезда своей жены в Москву Пьер сбирался уехать куда нибудь, только чтобы не быть с ней. Вскоре после приезда Ростовых в Москву, впечатление, которое производила на него Наташа, заставило его поторопиться исполнить свое намерение. Он поехал в Тверь ко вдове Иосифа Алексеевича, которая обещала давно передать ему бумаги покойного.
Когда Пьер вернулся в Москву, ему подали письмо от Марьи Дмитриевны, которая звала его к себе по весьма важному делу, касающемуся Андрея Болконского и его невесты. Пьер избегал Наташи. Ему казалось, что он имел к ней чувство более сильное, чем то, которое должен был иметь женатый человек к невесте своего друга. И какая то судьба постоянно сводила его с нею.
«Что такое случилось? И какое им до меня дело? думал он, одеваясь, чтобы ехать к Марье Дмитриевне. Поскорее бы приехал князь Андрей и женился бы на ней!» думал Пьер дорогой к Ахросимовой.
На Тверском бульваре кто то окликнул его.
– Пьер! Давно приехал? – прокричал ему знакомый голос. Пьер поднял голову. В парных санях, на двух серых рысаках, закидывающих снегом головашки саней, промелькнул Анатоль с своим всегдашним товарищем Макариным. Анатоль сидел прямо, в классической позе военных щеголей, закутав низ лица бобровым воротником и немного пригнув голову. Лицо его было румяно и свежо, шляпа с белым плюмажем была надета на бок, открывая завитые, напомаженные и осыпанные мелким снегом волосы.
«И право, вот настоящий мудрец! подумал Пьер, ничего не видит дальше настоящей минуты удовольствия, ничто не тревожит его, и оттого всегда весел, доволен и спокоен. Что бы я дал, чтобы быть таким как он!» с завистью подумал Пьер.
В передней Ахросимовой лакей, снимая с Пьера его шубу, сказал, что Марья Дмитриевна просят к себе в спальню.
Отворив дверь в залу, Пьер увидал Наташу, сидевшую у окна с худым, бледным и злым лицом. Она оглянулась на него, нахмурилась и с выражением холодного достоинства вышла из комнаты.
– Что случилось? – спросил Пьер, входя к Марье Дмитриевне.
– Хорошие дела, – отвечала Марья Дмитриевна: – пятьдесят восемь лет прожила на свете, такого сраму не видала. – И взяв с Пьера честное слово молчать обо всем, что он узнает, Марья Дмитриевна сообщила ему, что Наташа отказала своему жениху без ведома родителей, что причиной этого отказа был Анатоль Курагин, с которым сводила ее жена Пьера, и с которым она хотела бежать в отсутствие своего отца, с тем, чтобы тайно обвенчаться.
Пьер приподняв плечи и разинув рот слушал то, что говорила ему Марья Дмитриевна, не веря своим ушам. Невесте князя Андрея, так сильно любимой, этой прежде милой Наташе Ростовой, променять Болконского на дурака Анатоля, уже женатого (Пьер знал тайну его женитьбы), и так влюбиться в него, чтобы согласиться бежать с ним! – Этого Пьер не мог понять и не мог себе представить.
Милое впечатление Наташи, которую он знал с детства, не могло соединиться в его душе с новым представлением о ее низости, глупости и жестокости. Он вспомнил о своей жене. «Все они одни и те же», сказал он сам себе, думая, что не ему одному достался печальный удел быть связанным с гадкой женщиной. Но ему всё таки до слез жалко было князя Андрея, жалко было его гордости. И чем больше он жалел своего друга, тем с большим презрением и даже отвращением думал об этой Наташе, с таким выражением холодного достоинства сейчас прошедшей мимо него по зале. Он не знал, что душа Наташи была преисполнена отчаяния, стыда, унижения, и что она не виновата была в том, что лицо ее нечаянно выражало спокойное достоинство и строгость.
– Да как обвенчаться! – проговорил Пьер на слова Марьи Дмитриевны. – Он не мог обвенчаться: он женат.
– Час от часу не легче, – проговорила Марья Дмитриевна. – Хорош мальчик! То то мерзавец! А она ждет, второй день ждет. По крайней мере ждать перестанет, надо сказать ей.
Узнав от Пьера подробности женитьбы Анатоля, излив свой гнев на него ругательными словами, Марья Дмитриевна сообщила ему то, для чего она вызвала его. Марья Дмитриевна боялась, чтобы граф или Болконский, который мог всякую минуту приехать, узнав дело, которое она намерена была скрыть от них, не вызвали на дуэль Курагина, и потому просила его приказать от ее имени его шурину уехать из Москвы и не сметь показываться ей на глаза. Пьер обещал ей исполнить ее желание, только теперь поняв опасность, которая угрожала и старому графу, и Николаю, и князю Андрею. Кратко и точно изложив ему свои требования, она выпустила его в гостиную. – Смотри же, граф ничего не знает. Ты делай, как будто ничего не знаешь, – сказала она ему. – А я пойду сказать ей, что ждать нечего! Да оставайся обедать, коли хочешь, – крикнула Марья Дмитриевна Пьеру.
Пьер встретил старого графа. Он был смущен и расстроен. В это утро Наташа сказала ему, что она отказала Болконскому.
– Беда, беда, mon cher, – говорил он Пьеру, – беда с этими девками без матери; уж я так тужу, что приехал. Я с вами откровенен буду. Слышали, отказала жениху, ни у кого не спросивши ничего. Оно, положим, я никогда этому браку очень не радовался. Положим, он хороший человек, но что ж, против воли отца счастья бы не было, и Наташа без женихов не останется. Да всё таки долго уже так продолжалось, да и как же это без отца, без матери, такой шаг! А теперь больна, и Бог знает, что! Плохо, граф, плохо с дочерьми без матери… – Пьер видел, что граф был очень расстроен, старался перевести разговор на другой предмет, но граф опять возвращался к своему горю.
Соня с встревоженным лицом вошла в гостиную.
– Наташа не совсем здорова; она в своей комнате и желала бы вас видеть. Марья Дмитриевна у нее и просит вас тоже.
– Да ведь вы очень дружны с Болконским, верно что нибудь передать хочет, – сказал граф. – Ах, Боже мой, Боже мой! Как всё хорошо было! – И взявшись за редкие виски седых волос, граф вышел из комнаты.
Марья Дмитриевна объявила Наташе о том, что Анатоль был женат. Наташа не хотела верить ей и требовала подтверждения этого от самого Пьера. Соня сообщила это Пьеру в то время, как она через коридор провожала его в комнату Наташи.
Наташа, бледная, строгая сидела подле Марьи Дмитриевны и от самой двери встретила Пьера лихорадочно блестящим, вопросительным взглядом. Она не улыбнулась, не кивнула ему головой, она только упорно смотрела на него, и взгляд ее спрашивал его только про то: друг ли он или такой же враг, как и все другие, по отношению к Анатолю. Сам по себе Пьер очевидно не существовал для нее.
– Он всё знает, – сказала Марья Дмитриевна, указывая на Пьера и обращаясь к Наташе. – Он пускай тебе скажет, правду ли я говорила.
Наташа, как подстреленный, загнанный зверь смотрит на приближающихся собак и охотников, смотрела то на того, то на другого.
– Наталья Ильинична, – начал Пьер, опустив глаза и испытывая чувство жалости к ней и отвращения к той операции, которую он должен был делать, – правда это или не правда, это для вас должно быть всё равно, потому что…
– Так это не правда, что он женат!
– Нет, это правда.
– Он женат был и давно? – спросила она, – честное слово?
Пьер дал ей честное слово.
– Он здесь еще? – спросила она быстро.
– Да, я его сейчас видел.
Она очевидно была не в силах говорить и делала руками знаки, чтобы оставили ее.


Пьер не остался обедать, а тотчас же вышел из комнаты и уехал. Он поехал отыскивать по городу Анатоля Курагина, при мысли о котором теперь вся кровь у него приливала к сердцу и он испытывал затруднение переводить дыхание. На горах, у цыган, у Comoneno – его не было. Пьер поехал в клуб.
В клубе всё шло своим обыкновенным порядком: гости, съехавшиеся обедать, сидели группами и здоровались с Пьером и говорили о городских новостях. Лакей, поздоровавшись с ним, доложил ему, зная его знакомство и привычки, что место ему оставлено в маленькой столовой, что князь Михаил Захарыч в библиотеке, а Павел Тимофеич не приезжали еще. Один из знакомых Пьера между разговором о погоде спросил у него, слышал ли он о похищении Курагиным Ростовой, про которое говорят в городе, правда ли это? Пьер, засмеявшись, сказал, что это вздор, потому что он сейчас только от Ростовых. Он спрашивал у всех про Анатоля; ему сказал один, что не приезжал еще, другой, что он будет обедать нынче. Пьеру странно было смотреть на эту спокойную, равнодушную толпу людей, не знавшую того, что делалось у него в душе. Он прошелся по зале, дождался пока все съехались, и не дождавшись Анатоля, не стал обедать и поехал домой.
Анатоль, которого он искал, в этот день обедал у Долохова и совещался с ним о том, как поправить испорченное дело. Ему казалось необходимо увидаться с Ростовой. Вечером он поехал к сестре, чтобы переговорить с ней о средствах устроить это свидание. Когда Пьер, тщетно объездив всю Москву, вернулся домой, камердинер доложил ему, что князь Анатоль Васильич у графини. Гостиная графини была полна гостей.
Пьер не здороваясь с женою, которую он не видал после приезда (она больше чем когда нибудь ненавистна была ему в эту минуту), вошел в гостиную и увидав Анатоля подошел к нему.
– Ah, Pierre, – сказала графиня, подходя к мужу. – Ты не знаешь в каком положении наш Анатоль… – Она остановилась, увидав в опущенной низко голове мужа, в его блестящих глазах, в его решительной походке то страшное выражение бешенства и силы, которое она знала и испытала на себе после дуэли с Долоховым.
– Где вы – там разврат, зло, – сказал Пьер жене. – Анатоль, пойдемте, мне надо поговорить с вами, – сказал он по французски.
Анатоль оглянулся на сестру и покорно встал, готовый следовать за Пьером.
Пьер, взяв его за руку, дернул к себе и пошел из комнаты.
– Si vous vous permettez dans mon salon, [Если вы позволите себе в моей гостиной,] – шопотом проговорила Элен; но Пьер, не отвечая ей вышел из комнаты.
Анатоль шел за ним обычной, молодцоватой походкой. Но на лице его было заметно беспокойство.
Войдя в свой кабинет, Пьер затворил дверь и обратился к Анатолю, не глядя на него.
– Вы обещали графине Ростовой жениться на ней и хотели увезти ее?
– Мой милый, – отвечал Анатоль по французски (как и шел весь разговор), я не считаю себя обязанным отвечать на допросы, делаемые в таком тоне.
Лицо Пьера, и прежде бледное, исказилось бешенством. Он схватил своей большой рукой Анатоля за воротник мундира и стал трясти из стороны в сторону до тех пор, пока лицо Анатоля не приняло достаточное выражение испуга.
– Когда я говорю, что мне надо говорить с вами… – повторял Пьер.
– Ну что, это глупо. А? – сказал Анатоль, ощупывая оторванную с сукном пуговицу воротника.
– Вы негодяй и мерзавец, и не знаю, что меня воздерживает от удовольствия разможжить вам голову вот этим, – говорил Пьер, – выражаясь так искусственно потому, что он говорил по французски. Он взял в руку тяжелое пресспапье и угрожающе поднял и тотчас же торопливо положил его на место.
– Обещали вы ей жениться?
– Я, я, я не думал; впрочем я никогда не обещался, потому что…
Пьер перебил его. – Есть у вас письма ее? Есть у вас письма? – повторял Пьер, подвигаясь к Анатолю.
Анатоль взглянул на него и тотчас же, засунув руку в карман, достал бумажник.
Пьер взял подаваемое ему письмо и оттолкнув стоявший на дороге стол повалился на диван.
– Je ne serai pas violent, ne craignez rien, [Не бойтесь, я насилия не употреблю,] – сказал Пьер, отвечая на испуганный жест Анатоля. – Письма – раз, – сказал Пьер, как будто повторяя урок для самого себя. – Второе, – после минутного молчания продолжал он, опять вставая и начиная ходить, – вы завтра должны уехать из Москвы.
– Но как же я могу…
– Третье, – не слушая его, продолжал Пьер, – вы никогда ни слова не должны говорить о том, что было между вами и графиней. Этого, я знаю, я не могу запретить вам, но ежели в вас есть искра совести… – Пьер несколько раз молча прошел по комнате. Анатоль сидел у стола и нахмурившись кусал себе губы.
– Вы не можете не понять наконец, что кроме вашего удовольствия есть счастье, спокойствие других людей, что вы губите целую жизнь из того, что вам хочется веселиться. Забавляйтесь с женщинами подобными моей супруге – с этими вы в своем праве, они знают, чего вы хотите от них. Они вооружены против вас тем же опытом разврата; но обещать девушке жениться на ней… обмануть, украсть… Как вы не понимаете, что это так же подло, как прибить старика или ребенка!…
Пьер замолчал и взглянул на Анатоля уже не гневным, но вопросительным взглядом.
– Этого я не знаю. А? – сказал Анатоль, ободряясь по мере того, как Пьер преодолевал свой гнев. – Этого я не знаю и знать не хочу, – сказал он, не глядя на Пьера и с легким дрожанием нижней челюсти, – но вы сказали мне такие слова: подло и тому подобное, которые я comme un homme d'honneur [как честный человек] никому не позволю.
Пьер с удивлением посмотрел на него, не в силах понять, чего ему было нужно.
– Хотя это и было с глазу на глаз, – продолжал Анатоль, – но я не могу…
– Что ж, вам нужно удовлетворение? – насмешливо сказал Пьер.
– По крайней мере вы можете взять назад свои слова. А? Ежели вы хотите, чтоб я исполнил ваши желанья. А?
– Беру, беру назад, – проговорил Пьер и прошу вас извинить меня. Пьер взглянул невольно на оторванную пуговицу. – И денег, ежели вам нужно на дорогу. – Анатоль улыбнулся.
Это выражение робкой и подлой улыбки, знакомой ему по жене, взорвало Пьера.
– О, подлая, бессердечная порода! – проговорил он и вышел из комнаты.
На другой день Анатоль уехал в Петербург.


Пьер поехал к Марье Дмитриевне, чтобы сообщить об исполнении ее желанья – об изгнании Курагина из Москвы. Весь дом был в страхе и волнении. Наташа была очень больна, и, как Марья Дмитриевна под секретом сказала ему, она в ту же ночь, как ей было объявлено, что Анатоль женат, отравилась мышьяком, который она тихонько достала. Проглотив его немного, она так испугалась, что разбудила Соню и объявила ей то, что она сделала. Во время были приняты нужные меры против яда, и теперь она была вне опасности; но всё таки слаба так, что нельзя было думать везти ее в деревню и послано было за графиней. Пьер видел растерянного графа и заплаканную Соню, но не мог видеть Наташи.
Пьер в этот день обедал в клубе и со всех сторон слышал разговоры о попытке похищения Ростовой и с упорством опровергал эти разговоры, уверяя всех, что больше ничего не было, как только то, что его шурин сделал предложение Ростовой и получил отказ. Пьеру казалось, что на его обязанности лежит скрыть всё дело и восстановить репутацию Ростовой.
Он со страхом ожидал возвращения князя Андрея и каждый день заезжал наведываться о нем к старому князю.
Князь Николай Андреич знал через m lle Bourienne все слухи, ходившие по городу, и прочел ту записку к княжне Марье, в которой Наташа отказывала своему жениху. Он казался веселее обыкновенного и с большим нетерпением ожидал сына.
Чрез несколько дней после отъезда Анатоля, Пьер получил записку от князя Андрея, извещавшего его о своем приезде и просившего Пьера заехать к нему.
Князь Андрей, приехав в Москву, в первую же минуту своего приезда получил от отца записку Наташи к княжне Марье, в которой она отказывала жениху (записку эту похитила у княжны Марьи и передала князю m lle Вourienne) и услышал от отца с прибавлениями рассказы о похищении Наташи.
Князь Андрей приехал вечером накануне. Пьер приехал к нему на другое утро. Пьер ожидал найти князя Андрея почти в том же положении, в котором была и Наташа, и потому он был удивлен, когда, войдя в гостиную, услыхал из кабинета громкий голос князя Андрея, оживленно говорившего что то о какой то петербургской интриге. Старый князь и другой чей то голос изредка перебивали его. Княжна Марья вышла навстречу к Пьеру. Она вздохнула, указывая глазами на дверь, где был князь Андрей, видимо желая выразить свое сочувствие к его горю; но Пьер видел по лицу княжны Марьи, что она была рада и тому, что случилось, и тому, как ее брат принял известие об измене невесты.
– Он сказал, что ожидал этого, – сказала она. – Я знаю, что гордость его не позволит ему выразить своего чувства, но всё таки лучше, гораздо лучше он перенес это, чем я ожидала. Видно, так должно было быть…
– Но неужели совершенно всё кончено? – сказал Пьер.
Княжна Марья с удивлением посмотрела на него. Она не понимала даже, как можно было об этом спрашивать. Пьер вошел в кабинет. Князь Андрей, весьма изменившийся, очевидно поздоровевший, но с новой, поперечной морщиной между бровей, в штатском платье, стоял против отца и князя Мещерского и горячо спорил, делая энергические жесты. Речь шла о Сперанском, известие о внезапной ссылке и мнимой измене которого только что дошло до Москвы.
– Теперь судят и обвиняют его (Сперанского) все те, которые месяц тому назад восхищались им, – говорил князь Андрей, – и те, которые не в состоянии были понимать его целей. Судить человека в немилости очень легко и взваливать на него все ошибки другого; а я скажу, что ежели что нибудь сделано хорошего в нынешнее царствованье, то всё хорошее сделано им – им одним. – Он остановился, увидав Пьера. Лицо его дрогнуло и тотчас же приняло злое выражение. – И потомство отдаст ему справедливость, – договорил он, и тотчас же обратился к Пьеру.
– Ну ты как? Все толстеешь, – говорил он оживленно, но вновь появившаяся морщина еще глубже вырезалась на его лбу. – Да, я здоров, – отвечал он на вопрос Пьера и усмехнулся. Пьеру ясно было, что усмешка его говорила: «здоров, но здоровье мое никому не нужно». Сказав несколько слов с Пьером об ужасной дороге от границ Польши, о том, как он встретил в Швейцарии людей, знавших Пьера, и о господине Десале, которого он воспитателем для сына привез из за границы, князь Андрей опять с горячностью вмешался в разговор о Сперанском, продолжавшийся между двумя стариками.
– Ежели бы была измена и были бы доказательства его тайных сношений с Наполеоном, то их всенародно объявили бы – с горячностью и поспешностью говорил он. – Я лично не люблю и не любил Сперанского, но я люблю справедливость. – Пьер узнавал теперь в своем друге слишком знакомую ему потребность волноваться и спорить о деле для себя чуждом только для того, чтобы заглушить слишком тяжелые задушевные мысли.
Когда князь Мещерский уехал, князь Андрей взял под руку Пьера и пригласил его в комнату, которая была отведена для него. В комнате была разбита кровать, лежали раскрытые чемоданы и сундуки. Князь Андрей подошел к одному из них и достал шкатулку. Из шкатулки он достал связку в бумаге. Он всё делал молча и очень быстро. Он приподнялся, прокашлялся. Лицо его было нахмурено и губы поджаты.
– Прости меня, ежели я тебя утруждаю… – Пьер понял, что князь Андрей хотел говорить о Наташе, и широкое лицо его выразило сожаление и сочувствие. Это выражение лица Пьера рассердило князя Андрея; он решительно, звонко и неприятно продолжал: – Я получил отказ от графини Ростовой, и до меня дошли слухи об искании ее руки твоим шурином, или тому подобное. Правда ли это?
– И правда и не правда, – начал Пьер; но князь Андрей перебил его.
– Вот ее письма и портрет, – сказал он. Он взял связку со стола и передал Пьеру.
– Отдай это графине… ежели ты увидишь ее.
– Она очень больна, – сказал Пьер.
– Так она здесь еще? – сказал князь Андрей. – А князь Курагин? – спросил он быстро.
– Он давно уехал. Она была при смерти…
– Очень сожалею об ее болезни, – сказал князь Андрей. – Он холодно, зло, неприятно, как его отец, усмехнулся.
– Но господин Курагин, стало быть, не удостоил своей руки графиню Ростову? – сказал князь Андрей. Он фыркнул носом несколько раз.
– Он не мог жениться, потому что он был женат, – сказал Пьер.
Князь Андрей неприятно засмеялся, опять напоминая своего отца.
– А где же он теперь находится, ваш шурин, могу ли я узнать? – сказал он.
– Он уехал в Петер…. впрочем я не знаю, – сказал Пьер.
– Ну да это всё равно, – сказал князь Андрей. – Передай графине Ростовой, что она была и есть совершенно свободна, и что я желаю ей всего лучшего.
Пьер взял в руки связку бумаг. Князь Андрей, как будто вспоминая, не нужно ли ему сказать еще что нибудь или ожидая, не скажет ли чего нибудь Пьер, остановившимся взглядом смотрел на него.
– Послушайте, помните вы наш спор в Петербурге, – сказал Пьер, помните о…
– Помню, – поспешно отвечал князь Андрей, – я говорил, что падшую женщину надо простить, но я не говорил, что я могу простить. Я не могу.
– Разве можно это сравнивать?… – сказал Пьер. Князь Андрей перебил его. Он резко закричал:
– Да, опять просить ее руки, быть великодушным, и тому подобное?… Да, это очень благородно, но я не способен итти sur les brisees de monsieur [итти по стопам этого господина]. – Ежели ты хочешь быть моим другом, не говори со мною никогда про эту… про всё это. Ну, прощай. Так ты передашь…
Пьер вышел и пошел к старому князю и княжне Марье.
Старик казался оживленнее обыкновенного. Княжна Марья была такая же, как и всегда, но из за сочувствия к брату, Пьер видел в ней радость к тому, что свадьба ее брата расстроилась. Глядя на них, Пьер понял, какое презрение и злобу они имели все против Ростовых, понял, что нельзя было при них даже и упоминать имя той, которая могла на кого бы то ни было променять князя Андрея.
За обедом речь зашла о войне, приближение которой уже становилось очевидно. Князь Андрей не умолкая говорил и спорил то с отцом, то с Десалем, швейцарцем воспитателем, и казался оживленнее обыкновенного, тем оживлением, которого нравственную причину так хорошо знал Пьер.


В этот же вечер, Пьер поехал к Ростовым, чтобы исполнить свое поручение. Наташа была в постели, граф был в клубе, и Пьер, передав письма Соне, пошел к Марье Дмитриевне, интересовавшейся узнать о том, как князь Андрей принял известие. Через десять минут Соня вошла к Марье Дмитриевне.
– Наташа непременно хочет видеть графа Петра Кирилловича, – сказала она.
– Да как же, к ней что ль его свести? Там у вас не прибрано, – сказала Марья Дмитриевна.
– Нет, она оделась и вышла в гостиную, – сказала Соня.
Марья Дмитриевна только пожала плечами.
– Когда это графиня приедет, измучила меня совсем. Ты смотри ж, не говори ей всего, – обратилась она к Пьеру. – И бранить то ее духу не хватает, так жалка, так жалка!
Наташа, исхудавшая, с бледным и строгим лицом (совсем не пристыженная, какою ее ожидал Пьер) стояла по середине гостиной. Когда Пьер показался в двери, она заторопилась, очевидно в нерешительности, подойти ли к нему или подождать его.
Пьер поспешно подошел к ней. Он думал, что она ему, как всегда, подаст руку; но она, близко подойдя к нему, остановилась, тяжело дыша и безжизненно опустив руки, совершенно в той же позе, в которой она выходила на середину залы, чтоб петь, но совсем с другим выражением.
– Петр Кирилыч, – начала она быстро говорить – князь Болконский был вам друг, он и есть вам друг, – поправилась она (ей казалось, что всё только было, и что теперь всё другое). – Он говорил мне тогда, чтобы обратиться к вам…
Пьер молча сопел носом, глядя на нее. Он до сих пор в душе своей упрекал и старался презирать ее; но теперь ему сделалось так жалко ее, что в душе его не было места упреку.
– Он теперь здесь, скажите ему… чтобы он прост… простил меня. – Она остановилась и еще чаще стала дышать, но не плакала.
– Да… я скажу ему, – говорил Пьер, но… – Он не знал, что сказать.
Наташа видимо испугалась той мысли, которая могла притти Пьеру.
– Нет, я знаю, что всё кончено, – сказала она поспешно. – Нет, это не может быть никогда. Меня мучает только зло, которое я ему сделала. Скажите только ему, что я прошу его простить, простить, простить меня за всё… – Она затряслась всем телом и села на стул.
Еще никогда не испытанное чувство жалости переполнило душу Пьера.
– Я скажу ему, я всё еще раз скажу ему, – сказал Пьер; – но… я бы желал знать одно…
«Что знать?» спросил взгляд Наташи.
– Я бы желал знать, любили ли вы… – Пьер не знал как назвать Анатоля и покраснел при мысли о нем, – любили ли вы этого дурного человека?
– Не называйте его дурным, – сказала Наташа. – Но я ничего – ничего не знаю… – Она опять заплакала.
И еще больше чувство жалости, нежности и любви охватило Пьера. Он слышал как под очками его текли слезы и надеялся, что их не заметят.
– Не будем больше говорить, мой друг, – сказал Пьер.
Так странно вдруг для Наташи показался этот его кроткий, нежный, задушевный голос.
– Не будем говорить, мой друг, я всё скажу ему; но об одном прошу вас – считайте меня своим другом, и ежели вам нужна помощь, совет, просто нужно будет излить свою душу кому нибудь – не теперь, а когда у вас ясно будет в душе – вспомните обо мне. – Он взял и поцеловал ее руку. – Я счастлив буду, ежели в состоянии буду… – Пьер смутился.
– Не говорите со мной так: я не стою этого! – вскрикнула Наташа и хотела уйти из комнаты, но Пьер удержал ее за руку. Он знал, что ему нужно что то еще сказать ей. Но когда он сказал это, он удивился сам своим словам.
– Перестаньте, перестаньте, вся жизнь впереди для вас, – сказал он ей.
– Для меня? Нет! Для меня всё пропало, – сказала она со стыдом и самоунижением.
– Все пропало? – повторил он. – Ежели бы я был не я, а красивейший, умнейший и лучший человек в мире, и был бы свободен, я бы сию минуту на коленях просил руки и любви вашей.
Наташа в первый раз после многих дней заплакала слезами благодарности и умиления и взглянув на Пьера вышла из комнаты.
Пьер тоже вслед за нею почти выбежал в переднюю, удерживая слезы умиления и счастья, давившие его горло, не попадая в рукава надел шубу и сел в сани.
– Теперь куда прикажете? – спросил кучер.
«Куда? спросил себя Пьер. Куда же можно ехать теперь? Неужели в клуб или гости?» Все люди казались так жалки, так бедны в сравнении с тем чувством умиления и любви, которое он испытывал; в сравнении с тем размягченным, благодарным взглядом, которым она последний раз из за слез взглянула на него.
– Домой, – сказал Пьер, несмотря на десять градусов мороза распахивая медвежью шубу на своей широкой, радостно дышавшей груди.
Было морозно и ясно. Над грязными, полутемными улицами, над черными крышами стояло темное, звездное небо. Пьер, только глядя на небо, не чувствовал оскорбительной низости всего земного в сравнении с высотою, на которой находилась его душа. При въезде на Арбатскую площадь, огромное пространство звездного темного неба открылось глазам Пьера. Почти в середине этого неба над Пречистенским бульваром, окруженная, обсыпанная со всех сторон звездами, но отличаясь от всех близостью к земле, белым светом, и длинным, поднятым кверху хвостом, стояла огромная яркая комета 1812 го года, та самая комета, которая предвещала, как говорили, всякие ужасы и конец света. Но в Пьере светлая звезда эта с длинным лучистым хвостом не возбуждала никакого страшного чувства. Напротив Пьер радостно, мокрыми от слез глазами, смотрел на эту светлую звезду, которая, как будто, с невыразимой быстротой пролетев неизмеримые пространства по параболической линии, вдруг, как вонзившаяся стрела в землю, влепилась тут в одно избранное ею место, на черном небе, и остановилась, энергично подняв кверху хвост, светясь и играя своим белым светом между бесчисленными другими, мерцающими звездами. Пьеру казалось, что эта звезда вполне отвечала тому, что было в его расцветшей к новой жизни, размягченной и ободренной душе.


С конца 1811 го года началось усиленное вооружение и сосредоточение сил Западной Европы, и в 1812 году силы эти – миллионы людей (считая тех, которые перевозили и кормили армию) двинулись с Запада на Восток, к границам России, к которым точно так же с 1811 го года стягивались силы России. 12 июня силы Западной Европы перешли границы России, и началась война, то есть совершилось противное человеческому разуму и всей человеческой природе событие. Миллионы людей совершали друг, против друга такое бесчисленное количество злодеяний, обманов, измен, воровства, подделок и выпуска фальшивых ассигнаций, грабежей, поджогов и убийств, которого в целые века не соберет летопись всех судов мира и на которые, в этот период времени, люди, совершавшие их, не смотрели как на преступления.
Что произвело это необычайное событие? Какие были причины его? Историки с наивной уверенностью говорят, что причинами этого события были обида, нанесенная герцогу Ольденбургскому, несоблюдение континентальной системы, властолюбие Наполеона, твердость Александра, ошибки дипломатов и т. п.
Следовательно, стоило только Меттерниху, Румянцеву или Талейрану, между выходом и раутом, хорошенько постараться и написать поискуснее бумажку или Наполеону написать к Александру: Monsieur mon frere, je consens a rendre le duche au duc d'Oldenbourg, [Государь брат мой, я соглашаюсь возвратить герцогство Ольденбургскому герцогу.] – и войны бы не было.
Понятно, что таким представлялось дело современникам. Понятно, что Наполеону казалось, что причиной войны были интриги Англии (как он и говорил это на острове Св. Елены); понятно, что членам английской палаты казалось, что причиной войны было властолюбие Наполеона; что принцу Ольденбургскому казалось, что причиной войны было совершенное против него насилие; что купцам казалось, что причиной войны была континентальная система, разорявшая Европу, что старым солдатам и генералам казалось, что главной причиной была необходимость употребить их в дело; легитимистам того времени то, что необходимо было восстановить les bons principes [хорошие принципы], а дипломатам того времени то, что все произошло оттого, что союз России с Австрией в 1809 году не был достаточно искусно скрыт от Наполеона и что неловко был написан memorandum за № 178. Понятно, что эти и еще бесчисленное, бесконечное количество причин, количество которых зависит от бесчисленного различия точек зрения, представлялось современникам; но для нас – потомков, созерцающих во всем его объеме громадность совершившегося события и вникающих в его простой и страшный смысл, причины эти представляются недостаточными. Для нас непонятно, чтобы миллионы людей христиан убивали и мучили друг друга, потому что Наполеон был властолюбив, Александр тверд, политика Англии хитра и герцог Ольденбургский обижен. Нельзя понять, какую связь имеют эти обстоятельства с самым фактом убийства и насилия; почему вследствие того, что герцог обижен, тысячи людей с другого края Европы убивали и разоряли людей Смоленской и Московской губерний и были убиваемы ими.
Для нас, потомков, – не историков, не увлеченных процессом изыскания и потому с незатемненным здравым смыслом созерцающих событие, причины его представляются в неисчислимом количестве. Чем больше мы углубляемся в изыскание причин, тем больше нам их открывается, и всякая отдельно взятая причина или целый ряд причин представляются нам одинаково справедливыми сами по себе, и одинаково ложными по своей ничтожности в сравнении с громадностью события, и одинаково ложными по недействительности своей (без участия всех других совпавших причин) произвести совершившееся событие. Такой же причиной, как отказ Наполеона отвести свои войска за Вислу и отдать назад герцогство Ольденбургское, представляется нам и желание или нежелание первого французского капрала поступить на вторичную службу: ибо, ежели бы он не захотел идти на службу и не захотел бы другой, и третий, и тысячный капрал и солдат, настолько менее людей было бы в войске Наполеона, и войны не могло бы быть.
Ежели бы Наполеон не оскорбился требованием отступить за Вислу и не велел наступать войскам, не было бы войны; но ежели бы все сержанты не пожелали поступить на вторичную службу, тоже войны не могло бы быть. Тоже не могло бы быть войны, ежели бы не было интриг Англии, и не было бы принца Ольденбургского и чувства оскорбления в Александре, и не было бы самодержавной власти в России, и не было бы французской революции и последовавших диктаторства и империи, и всего того, что произвело французскую революцию, и так далее. Без одной из этих причин ничего не могло бы быть. Стало быть, причины эти все – миллиарды причин – совпали для того, чтобы произвести то, что было. И, следовательно, ничто не было исключительной причиной события, а событие должно было совершиться только потому, что оно должно было совершиться. Должны были миллионы людей, отрекшись от своих человеческих чувств и своего разума, идти на Восток с Запада и убивать себе подобных, точно так же, как несколько веков тому назад с Востока на Запад шли толпы людей, убивая себе подобных.
Действия Наполеона и Александра, от слова которых зависело, казалось, чтобы событие совершилось или не совершилось, – были так же мало произвольны, как и действие каждого солдата, шедшего в поход по жребию или по набору. Это не могло быть иначе потому, что для того, чтобы воля Наполеона и Александра (тех людей, от которых, казалось, зависело событие) была исполнена, необходимо было совпадение бесчисленных обстоятельств, без одного из которых событие не могло бы совершиться. Необходимо было, чтобы миллионы людей, в руках которых была действительная сила, солдаты, которые стреляли, везли провиант и пушки, надо было, чтобы они согласились исполнить эту волю единичных и слабых людей и были приведены к этому бесчисленным количеством сложных, разнообразных причин.
Фатализм в истории неизбежен для объяснения неразумных явлений (то есть тех, разумность которых мы не понимаем). Чем более мы стараемся разумно объяснить эти явления в истории, тем они становятся для нас неразумнее и непонятнее.
Каждый человек живет для себя, пользуется свободой для достижения своих личных целей и чувствует всем существом своим, что он может сейчас сделать или не сделать такое то действие; но как скоро он сделает его, так действие это, совершенное в известный момент времени, становится невозвратимым и делается достоянием истории, в которой оно имеет не свободное, а предопределенное значение.
Есть две стороны жизни в каждом человеке: жизнь личная, которая тем более свободна, чем отвлеченнее ее интересы, и жизнь стихийная, роевая, где человек неизбежно исполняет предписанные ему законы.
Человек сознательно живет для себя, но служит бессознательным орудием для достижения исторических, общечеловеческих целей. Совершенный поступок невозвратим, и действие его, совпадая во времени с миллионами действий других людей, получает историческое значение. Чем выше стоит человек на общественной лестнице, чем с большими людьми он связан, тем больше власти он имеет на других людей, тем очевиднее предопределенность и неизбежность каждого его поступка.
«Сердце царево в руце божьей».
Царь – есть раб истории.
История, то есть бессознательная, общая, роевая жизнь человечества, всякой минутой жизни царей пользуется для себя как орудием для своих целей.
Наполеон, несмотря на то, что ему более чем когда нибудь, теперь, в 1812 году, казалось, что от него зависело verser или не verser le sang de ses peuples [проливать или не проливать кровь своих народов] (как в последнем письме писал ему Александр), никогда более как теперь не подлежал тем неизбежным законам, которые заставляли его (действуя в отношении себя, как ему казалось, по своему произволу) делать для общего дела, для истории то, что должно было совершиться.


Источник — «http://wiki-org.ru/wiki/index.php?title=Пекин&oldid=81379454»