Перес, Даниэла

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Даниэла Перес
Daniella Perez
Имя при рождении:

Даниэла Перес Газола

Дата рождения:

11 августа 1970(1970-08-11)

Место рождения:

Рио-де-Жанейро, Бразилия

Дата смерти:

28 декабря 1992(1992-12-28) (22 года)

Место смерти:

Рио-де-Жанейро, Бразилия

Профессия:

актриса

Карьера:

1989—1992

Даниэ́ла Пе́рес Газо́ла (порт. Daniella Perez Gazolla; 18 августа 1970 — 28 декабря 1992) — бразильская актриса, дочь сценаристки Глории Перес.





Биография

Отец Даниэлы был удачливым предпринимателем, мать — известной писательницей, сценаристом, поэтом, драматургом. В четыре года девочка стала учиться классическому танцу, и в восемнадцать стала профессиональной танцовщицей. Что бы ни делала Даниэла, ко всему она относилась серьёзно и самозабвенно. В ней жила мечта стать актрисой кино, и она постепенно приближалась к её осуществлению.

Карьера и личная жизнь

Первую свою роль Даниэла получила в 1989 году на телеканале «Маншети» в сериале «Кананга». Ей надо было станцевать танго с главным героем, которого играл известный уже артист Раул Газолла. С Раулем у неё завязался роман, вскоре благополучно завершившийся свадьбой.

Первая маленькая роль не оказалась незамеченной и почти год спустя режиссёр-постановщик Вольф Майя, снимавший на телеканале «Глобу» телесериал «Суррогатная мать», пригласил Даниэлу на роль танцовщицы Кло. Молодая актриса согласилась с огромной радостью. Её успех в этой роли оказался ошеломляющим. И о ней заговорили все: ведущие телестудии стали приглашать юную актрису на заметные роли в своих постановках, рекламные агентства предлагали ей огромные деньги. Даниэла из множества предложений выбирала лишь те, которые казались ей подходящими, от многих сразу же отказывалась. Но все это было пока не то. Она трудилась, лелея мечту сняться в серьёзном кинофильме.

Даниэла была счастлива. Счастлива и в браке, и в профессии. Вместе с мужем, которого она обожала, она начала работу над подготовкой мюзикла «Танцуй со мной», и её план на ближайшее время был прост — выступить на сцене в мюзикле вместе с Раулом и родить ребёнка.

Как раз в то время, когда шли репетиции мюзикла, ей предложили сыграть роль Ясмин в телесериале «Душа и тело», ставившемся по сценарию матери. Это предложение Даниэле понравилось и она согласилась. Роль была трудной, психологически сложной, требовавшей полной отдачи, и Даниэла старалась, вкладывала в игру всю душу. Вскоре молодую, красивую и талантливую актрису полюбили миллионы телезрителей, ожидая её появления на экране каждый день.

Но работа не отодвигала на второй план семью, стоило погаснуть юпитерам на съемочной площадке, как она тут же бежала к мужу, радуясь каждой возможности быть с ним рядом. Рауль в это время снимался для телеканала «Глобу» в сериале «Да поможет тебе Господь», а поскольку их съемочные площадки часто размещались в одном и том же живописном местечке Жакарепагуа, все свободное от съемок время молодожены были неразлучны.

По сценарию фильма благосклонности главной героини домогаются три претендента. Одному из них, Бире, Ясмин в конце концов говорит: «Да», хотя многое в нём её и отталкивает.

Все зрители высказывали неодобрение, когда по воле автора сценария Ясмин сблизилась с этим красавчиком. Каждому хотелось открыть глаза героине на этого скользкого типа, бывшего поначалу стеснительным и застенчивым, а затем оказавшимся наглым и отвратительным. Эту роль исполнял двадцатитрехлетний Гильерме де Падуа.

Смерть

«В ночь на 29 декабря в кустах окраинного района Барра да Тижука обнаружено бездыханное тело Даниэлы Перес. Смерть наступила в результате кровотечения из шестнадцати проникающих ранений в шею, в лицо и в грудь, нанесенных ножницами…» — это известие, прозвучавшее с местного телеканала, стала трагедией для каждого бразильца.

Гильерме де Падуа и его жена Паула Томас убили 22-летнюю актрису. Это произошло, вероятно, по причине ревности Паулы своего мужа к Даниэле, которые изображали пару в теленовелле «Душой и телом». Гильерме де Падуа 18 раз ударил свою жертву ножницами в лицо, шею и грудь. Паула Томас находилась в то время на третьем месяце беременности. Их сын родился в мае 1993, на тот момент пара находилась в тюрьме. Паула освободилась в 1999 г., а Гильерме в 2003, однако они развелись ещё до освобождения Паулы. После этого они вступили в брак с другими людьми, Паула стала изучать закон, а Гильерме, который всегда мечтал стать знаменитым актёром, стал министром в Протестанской церкви в Белу-Оризонти, Бразилия.

Напишите отзыв о статье "Перес, Даниэла"

Ссылки

  • [clone.org.ru/articles/29.php Смерть Даниэлы Перес]

Отрывок, характеризующий Перес, Даниэла

– Г'афиня, я виноват перед вами, – продолжал Денисов прерывающимся голосом, – но знайте, что я так боготво'ю вашу дочь и всё ваше семейство, что две жизни отдам… – Он посмотрел на графиню и, заметив ее строгое лицо… – Ну п'ощайте, г'афиня, – сказал он, поцеловал ее руку и, не взглянув на Наташу, быстрыми, решительными шагами вышел из комнаты.

На другой день Ростов проводил Денисова, который не хотел более ни одного дня оставаться в Москве. Денисова провожали у цыган все его московские приятели, и он не помнил, как его уложили в сани и как везли первые три станции.
После отъезда Денисова, Ростов, дожидаясь денег, которые не вдруг мог собрать старый граф, провел еще две недели в Москве, не выезжая из дому, и преимущественно в комнате барышень.
Соня была к нему нежнее и преданнее чем прежде. Она, казалось, хотела показать ему, что его проигрыш был подвиг, за который она теперь еще больше любит его; но Николай теперь считал себя недостойным ее.
Он исписал альбомы девочек стихами и нотами, и не простившись ни с кем из своих знакомых, отослав наконец все 43 тысячи и получив росписку Долохова, уехал в конце ноября догонять полк, который уже был в Польше.



После своего объяснения с женой, Пьер поехал в Петербург. В Торжке на cтанции не было лошадей, или не хотел их смотритель. Пьер должен был ждать. Он не раздеваясь лег на кожаный диван перед круглым столом, положил на этот стол свои большие ноги в теплых сапогах и задумался.
– Прикажете чемоданы внести? Постель постелить, чаю прикажете? – спрашивал камердинер.
Пьер не отвечал, потому что ничего не слыхал и не видел. Он задумался еще на прошлой станции и всё продолжал думать о том же – о столь важном, что он не обращал никакого .внимания на то, что происходило вокруг него. Его не только не интересовало то, что он позже или раньше приедет в Петербург, или то, что будет или не будет ему места отдохнуть на этой станции, но всё равно было в сравнении с теми мыслями, которые его занимали теперь, пробудет ли он несколько часов или всю жизнь на этой станции.
Смотритель, смотрительша, камердинер, баба с торжковским шитьем заходили в комнату, предлагая свои услуги. Пьер, не переменяя своего положения задранных ног, смотрел на них через очки, и не понимал, что им может быть нужно и каким образом все они могли жить, не разрешив тех вопросов, которые занимали его. А его занимали всё одни и те же вопросы с самого того дня, как он после дуэли вернулся из Сокольников и провел первую, мучительную, бессонную ночь; только теперь в уединении путешествия, они с особенной силой овладели им. О чем бы он ни начинал думать, он возвращался к одним и тем же вопросам, которых он не мог разрешить, и не мог перестать задавать себе. Как будто в голове его свернулся тот главный винт, на котором держалась вся его жизнь. Винт не входил дальше, не выходил вон, а вертелся, ничего не захватывая, всё на том же нарезе, и нельзя было перестать вертеть его.
Вошел смотритель и униженно стал просить его сиятельство подождать только два часика, после которых он для его сиятельства (что будет, то будет) даст курьерских. Смотритель очевидно врал и хотел только получить с проезжего лишние деньги. «Дурно ли это было или хорошо?», спрашивал себя Пьер. «Для меня хорошо, для другого проезжающего дурно, а для него самого неизбежно, потому что ему есть нечего: он говорил, что его прибил за это офицер. А офицер прибил за то, что ему ехать надо было скорее. А я стрелял в Долохова за то, что я счел себя оскорбленным, а Людовика XVI казнили за то, что его считали преступником, а через год убили тех, кто его казнил, тоже за что то. Что дурно? Что хорошо? Что надо любить, что ненавидеть? Для чего жить, и что такое я? Что такое жизнь, что смерть? Какая сила управляет всем?», спрашивал он себя. И не было ответа ни на один из этих вопросов, кроме одного, не логического ответа, вовсе не на эти вопросы. Ответ этот был: «умрешь – всё кончится. Умрешь и всё узнаешь, или перестанешь спрашивать». Но и умереть было страшно.
Торжковская торговка визгливым голосом предлагала свой товар и в особенности козловые туфли. «У меня сотни рублей, которых мне некуда деть, а она в прорванной шубе стоит и робко смотрит на меня, – думал Пьер. И зачем нужны эти деньги? Точно на один волос могут прибавить ей счастья, спокойствия души, эти деньги? Разве может что нибудь в мире сделать ее и меня менее подверженными злу и смерти? Смерть, которая всё кончит и которая должна притти нынче или завтра – всё равно через мгновение, в сравнении с вечностью». И он опять нажимал на ничего не захватывающий винт, и винт всё так же вертелся на одном и том же месте.