Портуньол

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Портуньол (портуньоль)
Страны:

Уругвай, Бразилия, Португалия

Общее число говорящих:

несколько миллионов

Классификация
Категория:

Смешанные языки

Контактный язык на основе испанского и португальского

Письменность:

латиница

См. также: Проект:Лингвистика
Синий: испаноговорящая территория.
Желтый: португалоговорящие территории.
Зеленый: портуньолК:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)[источник не указан 1589 дней].
Карта показывает границу между Португалией (слева) и Испанией (справа) на иберийском полуострове - регион в котором говорят на портуньоле.


Портуньо́л, или портуньо́ль (исп. Portuñol, порт. Portunhol, также известный как исп. fronterizo, порт. fronteiriço, букв. «приграничный» или misturado букв. «смешанный») — смешанный разговорный язык на границах ареалов близкородственных испанского и португальского языков (Латинская Америка, особенно северный Уругвай, Бразилия, а также в Европе — в Португалии).





Общие сведения

Портуньол является лингва-франка, или упрощенной смесью из двух языков, что позволяет людям, которые говорят на испанском или португальском, и не владеют на другим языком, общаться друг с другом[1].

Если носитель одного из языков пытаться говорить на другом языке, то часто возникают «помехи» от родного языка, который вызывает явление «Переключение кодов»[2].

Поскольку португальский и испанский являются близкими романскими языками, такие диалоги можно вести относительно свободно. Эти языки имеют почти идентичные синтаксические структуры и схожий словарный запас, что означает, что при смешивании возникает одна макро-грамматика[2]. Например, фраза en el hueco de la noite longa e langue иллюстрирует переключение кодов между испанским артиклем la и португальским существительным noite[2].

Языковой контакт между испанским и португальским языками — результат длительного контакта между двумя языками в приграничных регионах и условиях многоязычной торговли[2]. Такие регионы включают пограничные районы между Португалией и Испанией на Пиренейском полуострове, а также в районах между португалоязычной Бразилией испаноязычными регионами[3] соседними странами, например Уругвай и Парагвай[3]. Поскольку Портуньол возникает спонтанно в результате случайного смешения испанского и португальского языков, он бывает весьма разнообразным;[4] Не существует единого диалекта или стандарта Портуньола. Однако, как правило, присутствие испанского в портуньоле сильнее[1].

В последние годы портуньол начал появляться не только в повседневной речи, но и в других сферах. Он стал литературным средством, особенно в Уругвае и Бразилии. Мария Иисус Фернандес Гарсия описывает его как «лингвистический отдых от настоящего языка». Тем не менее, она говорит о том, что литература только изредка обеспечивает истинное представление о портуньоле, и что авторы часто выбирают только некоторые характерные особенности портуньола[4]. Одним из важных литературных произведений, написанных на портуньоле, является Mar paraguayo бразильского автора Вилсона Буэно. Приведенный ниже отрывок показывает смешение испанский и португальского в этом романе:

Примеры использования

Португальский Портуньол Испанский
Hoje me vejo diante de seu olhar de morto, este homem que me faz dançar castanholas na cama, que me faz sofrer, que me faz, que me construiu de dor e sangue, o sangue que verteu minha vida amarga. Desde seus ombros, meu destino igual àquele feito de um punhal na chave direita do coração.1 Agora neste momento, eu não sei o que falar com sua cara dura, roxos2 os olhos soterrados, estes que eram meus olhos. Hoy me vejo adelante de su olhar de muerto, este hombre que me hace dançar castanholas en la cama, que me hace sofrir, que me hace, que me há construído de dolor y sangre, la sangre que vertiô mi vida amarga. Desde sus ombros, mi destino igual quel hecho de uno punhal en la clave derecha del corazón.1 Ahora en neste momento, yo no sê que hablar com su cara dura, rojos2 los olhos soterrados, estos que eram mis ojos.[5] Hoy me veo delante de su mirada de muerto, este hombre que me hace bailar castañuelas en la cama, que me hace sufrir, que me hace, que me ha construido de dolor y sangre, la sangre que vertió mi vida amarga. Desde sus hombros, mi destino igual aquél hecho de un puñal en la clave derecha del corazón.1 Ahora en este momento, yo no sé qué hablar con su cara dura, rojos2 los ojos soterrados, estos que eran mis ojos.
Notes:
2 rojo/roxo — ложные друзья переводчика, означают «красный» на испанском и «фиолетовый» на португальском. Из-за этого непонятно, какой цвет имел в виду автор.

Появление вызвавает два различных отношения к его существованию: с одной стороны, это рассматривается как результат лени людей, не желающих выучить другой язык; с другой стороны он рассматривается как логичный продукт глобализации[2].

По мнению Франсиско А. Маркоса Марина (Francisco A. Marcos Marín), сложно предвидеть будущее портуньола, так как сложно выделить, какие из тенденций являются постоянными, а какие — нет[1].

См. также

Напишите отзыв о статье "Портуньол"

Примечания

  1. 1 2 3 Marcos Marín, Francisco. "De lenguas y fronteras: el espanglish y el portuñol."Nueva revista de política, cultura y arte 74 (2001): 70-79.
  2. 1 2 3 4 5 Lipski, John M (2006). «[www.lingref.com/cpp/hls/8/paper1251.pdf Too close for comfort? the genesis of "portuñol/portunhol"]» (PDF). Selected Proceedings of the 8th Hispanic Linguistics Symposium (Cascadilla Proceedings Project): 1–22. Проверено 2008-12-29.
  3. 1 2 Lewis, M. Paul, Gary F. Simons, and Charles D. Fennig (eds.), 2013. Ethnologue: Languages of the World, Seventeenth edition. Dallas, Texas: SIL International. Online version: www.ethnologue.com.
  4. 1 2 Fernández García, Mª Jesús. «Portuñol y literatura.» Revista de estudios extremeños 62.II (2006): 555—577.
  5. Bueno, Wilson. 1992. Mar paraguayo. São Paulo: Editora Iluminuras, pg. 15

Отрывок, характеризующий Портуньол

– Un enfant dans cette maison. N'avez vous pas vu un enfant? [Ребенка в этом доме. Не видали ли вы ребенка?] – сказал Пьер.
– Tiens, qu'est ce qu'il chante celui la? Va te promener, [Этот что еще толкует? Убирайся к черту,] – послышались голоса, и один из солдат, видимо, боясь, чтобы Пьер не вздумал отнимать у них серебро и бронзы, которые были в ящике, угрожающе надвинулся на него.
– Un enfant? – закричал сверху француз. – J'ai entendu piailler quelque chose au jardin. Peut etre c'est sou moutard au bonhomme. Faut etre humain, voyez vous… [Ребенок? Я слышал, что то пищало в саду. Может быть, это его ребенок. Что ж, надо по человечеству. Мы все люди…]
– Ou est il? Ou est il? [Где он? Где он?] – спрашивал Пьер.
– Par ici! Par ici! [Сюда, сюда!] – кричал ему француз из окна, показывая на сад, бывший за домом. – Attendez, je vais descendre. [Погодите, я сейчас сойду.]
И действительно, через минуту француз, черноглазый малый с каким то пятном на щеке, в одной рубашке выскочил из окна нижнего этажа и, хлопнув Пьера по плечу, побежал с ним в сад.
– Depechez vous, vous autres, – крикнул он своим товарищам, – commence a faire chaud. [Эй, вы, живее, припекать начинает.]
Выбежав за дом на усыпанную песком дорожку, француз дернул за руку Пьера и указал ему на круг. Под скамейкой лежала трехлетняя девочка в розовом платьице.
– Voila votre moutard. Ah, une petite, tant mieux, – сказал француз. – Au revoir, mon gros. Faut etre humain. Nous sommes tous mortels, voyez vous, [Вот ваш ребенок. А, девочка, тем лучше. До свидания, толстяк. Что ж, надо по человечеству. Все люди,] – и француз с пятном на щеке побежал назад к своим товарищам.
Пьер, задыхаясь от радости, подбежал к девочке и хотел взять ее на руки. Но, увидав чужого человека, золотушно болезненная, похожая на мать, неприятная на вид девочка закричала и бросилась бежать. Пьер, однако, схватил ее и поднял на руки; она завизжала отчаянно злобным голосом и своими маленькими ручонками стала отрывать от себя руки Пьера и сопливым ртом кусать их. Пьера охватило чувство ужаса и гадливости, подобное тому, которое он испытывал при прикосновении к какому нибудь маленькому животному. Но он сделал усилие над собою, чтобы не бросить ребенка, и побежал с ним назад к большому дому. Но пройти уже нельзя было назад той же дорогой; девки Аниски уже не было, и Пьер с чувством жалости и отвращения, прижимая к себе как можно нежнее страдальчески всхлипывавшую и мокрую девочку, побежал через сад искать другого выхода.


Когда Пьер, обежав дворами и переулками, вышел назад с своей ношей к саду Грузинского, на углу Поварской, он в первую минуту не узнал того места, с которого он пошел за ребенком: так оно было загромождено народом и вытащенными из домов пожитками. Кроме русских семей с своим добром, спасавшихся здесь от пожара, тут же было и несколько французских солдат в различных одеяниях. Пьер не обратил на них внимания. Он спешил найти семейство чиновника, с тем чтобы отдать дочь матери и идти опять спасать еще кого то. Пьеру казалось, что ему что то еще многое и поскорее нужно сделать. Разгоревшись от жара и беготни, Пьер в эту минуту еще сильнее, чем прежде, испытывал то чувство молодости, оживления и решительности, которое охватило его в то время, как он побежал спасать ребенка. Девочка затихла теперь и, держась ручонками за кафтан Пьера, сидела на его руке и, как дикий зверек, оглядывалась вокруг себя. Пьер изредка поглядывал на нее и слегка улыбался. Ему казалось, что он видел что то трогательно невинное и ангельское в этом испуганном и болезненном личике.
На прежнем месте ни чиновника, ни его жены уже не было. Пьер быстрыми шагами ходил между народом, оглядывая разные лица, попадавшиеся ему. Невольно он заметил грузинское или армянское семейство, состоявшее из красивого, с восточным типом лица, очень старого человека, одетого в новый крытый тулуп и новые сапоги, старухи такого же типа и молодой женщины. Очень молодая женщина эта показалась Пьеру совершенством восточной красоты, с ее резкими, дугами очерченными черными бровями и длинным, необыкновенно нежно румяным и красивым лицом без всякого выражения. Среди раскиданных пожитков, в толпе на площади, она, в своем богатом атласном салопе и ярко лиловом платке, накрывавшем ее голову, напоминала нежное тепличное растение, выброшенное на снег. Она сидела на узлах несколько позади старухи и неподвижно большими черными продолговатыми, с длинными ресницами, глазами смотрела в землю. Видимо, она знала свою красоту и боялась за нее. Лицо это поразило Пьера, и он, в своей поспешности, проходя вдоль забора, несколько раз оглянулся на нее. Дойдя до забора и все таки не найдя тех, кого ему было нужно, Пьер остановился, оглядываясь.
Фигура Пьера с ребенком на руках теперь была еще более замечательна, чем прежде, и около него собралось несколько человек русских мужчин и женщин.
– Или потерял кого, милый человек? Сами вы из благородных, что ли? Чей ребенок то? – спрашивали у него.
Пьер отвечал, что ребенок принадлежал женщине и черном салопе, которая сидела с детьми на этом месте, и спрашивал, не знает ли кто ее и куда она перешла.
– Ведь это Анферовы должны быть, – сказал старый дьякон, обращаясь к рябой бабе. – Господи помилуй, господи помилуй, – прибавил он привычным басом.
– Где Анферовы! – сказала баба. – Анферовы еще с утра уехали. А это либо Марьи Николавны, либо Ивановы.