Почтовый музей

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск

Почтовый музей — музей, как правило, государственный, занимающийся собиранием, изучением, хранением и экспонированием предметов и документов, имеющих отношение к истории развития почтовой связи и телеграфного дела, почтовых сооружений, почтовой техники и оборудования и деятельности почты[1]. Нередко подобные музеи называются музеями связи, так как в их экспозициях, помимо истории почты, освещены другие виды телекоммуникаций.





Описание

Обычно в центральном почтовом музее государства осуществляется хранение государственной коллекции знаков почтовой оплаты. Помимо собственных постоянных экспозиций почтовые музеи периодически принимают участие в филателистических выставках, экспонируя фрагменты своих коллекций[2].

В качестве примеров крупных почтовых музеев можно назвать музейные учреждения, которые находятся в следующих городах мира[1]:

История

С 1870-х годов в ряде стран стали возникать национальные почтовые музеи, в которых собирались и хранились государственные коллекции знаков почтовой оплаты[3][4].

Первый почтовый музей появился в 1872 году в Германии, в Берлине. С 1886 года существует крупнейшая в мире коллекция и выставка почтовых марок и других знаков почтовой оплаты[1]. Вслед за Берлинским музеем аналогичные музеи были организованы во Франции и Болгарии[3][4].

В Российской империи первый музей связи — Телеграфный музей в Санкт-Петербурге — был основан также в 1872 году[4][5]. В 1884 году здесь был создан Почтово-телеграфный музей, а при нём — почтовый отдел[3][4]. В советское время этот музей был преобразован в Центральный музей связи имени А. С. Попова и выполнял функции государственного почтового музея СССР[2][4]. В нём было собрано свыше 4 млн почтовых марок, маркированных конвертов, карточек и др.[3][4]

См. также

Напишите отзыв о статье "Почтовый музей"

Примечания

  1. 1 2 3 Музей почтовый // Филателистический словарь / В. Граллерт, В. Грушке; Сокр. пер. с нем. Ю. М. Соколова и Е. П. Сашенкова. — М.: Связь, 1977. — С. 111. — 271 с. — 63 000 экз.
  2. 1 2 Почтовый музей // [dic.academic.ru/dic.nsf/dic_philately/2213/ Большой филателистический словарь] / Н. И. Владинец, Л. И. Ильичёв, И. Я. Левитас, П. Ф. Мазур, И. Н. Меркулов, И. А. Моросанов, Ю. К. Мякота, С. А. Панасян, Ю. М. Рудников, М. Б. Слуцкий, В. А. Якобс; под общ. ред. Н. И. Владинца и В. А. Якобса. — М.: Радио и связь, 1988. — 320 с. — 40 000 экз. — ISBN 5-256-00175-2.  (Проверено 28 октября 2011)
  3. 1 2 3 4 Владинец Н. И. [enc-dic.com/print/enc_sovet/Filatelija-93834.html Филателия] // Большая советская энциклопедия(Проверено 28 октября 2011)
  4. 1 2 3 4 5 6 Илюшин А. С. [megabook.ru/article/Филателия Филателия]. Megabook. Мегаэнциклопедия Кирилла и Мефодия. М.: Компания «Кирилл и Мефодий». Проверено 15 октября 2015. [www.webcitation.org/6cIq8g4ox Архивировано из первоисточника 15 октября 2015].
  5. [www.rustelecom-museum.ru/main/default.asp?page=3&langID=57 Краткая историческая справка]. О музее. Государственное учреждение Центральный музей связи имени А. С. Попова. Проверено 5 мая 2010. [www.webcitation.org/679rvKlIo Архивировано из первоисточника 24 апреля 2012].

Ссылки

  • [www.russianpost.ru/rp/company/ru/home/museum Почтовые музеи — взгляд из прошлого в будущее]. Почтовые музеи. Компания. Почта России. Проверено 8 октября 2010. [www.webcitation.org/679rwdbLq Архивировано из первоисточника 24 апреля 2012].
  • [www.museum.ru/mus/name.asp?words=%EF%EE%F7%F2%E0&keywords=1&type=0&region=0 Средств связи. Музеи России по типам]. Музеи России. Электронное издание «Культурное Наследие»; Российская сеть культурного наследия. Проверено 5 мая 2010. [www.webcitation.org/679rxTtvC Архивировано из первоисточника 24 апреля 2012].
  • [www.postalmuseum.si.edu/resources/6f_links.html#2 Philatelic and History Museums] (англ.). Links. Research Resources. National Postal Museum; Smithsonian Institution. Проверено 5 мая 2010. [www.webcitation.org/679ryZKGi Архивировано из первоисточника 24 апреля 2012].

Отрывок, характеризующий Почтовый музей

Молчание это было прервано одним из братьев, который, подведя Пьера к ковру, начал из тетради читать ему объяснение всех изображенных на нем фигур: солнца, луны, молотка. отвеса, лопаты, дикого и кубического камня, столба, трех окон и т. д. Потом Пьеру назначили его место, показали ему знаки ложи, сказали входное слово и наконец позволили сесть. Великий мастер начал читать устав. Устав был очень длинен, и Пьер от радости, волнения и стыда не был в состоянии понимать того, что читали. Он вслушался только в последние слова устава, которые запомнились ему.
«В наших храмах мы не знаем других степеней, – читал „великий мастер, – кроме тех, которые находятся между добродетелью и пороком. Берегись делать какое нибудь различие, могущее нарушить равенство. Лети на помощь к брату, кто бы он ни был, настави заблуждающегося, подними упадающего и не питай никогда злобы или вражды на брата. Будь ласков и приветлив. Возбуждай во всех сердцах огнь добродетели. Дели счастье с ближним твоим, и да не возмутит никогда зависть чистого сего наслаждения. Прощай врагу твоему, не мсти ему, разве только деланием ему добра. Исполнив таким образом высший закон, ты обрящешь следы древнего, утраченного тобой величества“.
Кончил он и привстав обнял Пьера и поцеловал его. Пьер, с слезами радости на глазах, смотрел вокруг себя, не зная, что отвечать на поздравления и возобновления знакомств, с которыми окружили его. Он не признавал никаких знакомств; во всех людях этих он видел только братьев, с которыми сгорал нетерпением приняться за дело.
Великий мастер стукнул молотком, все сели по местам, и один прочел поучение о необходимости смирения.
Великий мастер предложил исполнить последнюю обязанность, и важный сановник, который носил звание собирателя милостыни, стал обходить братьев. Пьеру хотелось записать в лист милостыни все деньги, которые у него были, но он боялся этим выказать гордость, и записал столько же, сколько записывали другие.
Заседание было кончено, и по возвращении домой, Пьеру казалось, что он приехал из какого то дальнего путешествия, где он провел десятки лет, совершенно изменился и отстал от прежнего порядка и привычек жизни.


На другой день после приема в ложу, Пьер сидел дома, читая книгу и стараясь вникнуть в значение квадрата, изображавшего одной своей стороною Бога, другою нравственное, третьею физическое и четвертою смешанное. Изредка он отрывался от книги и квадрата и в воображении своем составлял себе новый план жизни. Вчера в ложе ему сказали, что до сведения государя дошел слух о дуэли, и что Пьеру благоразумнее бы было удалиться из Петербурга. Пьер предполагал ехать в свои южные имения и заняться там своими крестьянами. Он радостно обдумывал эту новую жизнь, когда неожиданно в комнату вошел князь Василий.
– Мой друг, что ты наделал в Москве? За что ты поссорился с Лёлей, mon сher? [дорогой мoй?] Ты в заблуждении, – сказал князь Василий, входя в комнату. – Я всё узнал, я могу тебе сказать верно, что Элен невинна перед тобой, как Христос перед жидами. – Пьер хотел отвечать, но он перебил его. – И зачем ты не обратился прямо и просто ко мне, как к другу? Я всё знаю, я всё понимаю, – сказал он, – ты вел себя, как прилично человеку, дорожащему своей честью; может быть слишком поспешно, но об этом мы не будем судить. Одно ты помни, в какое положение ты ставишь ее и меня в глазах всего общества и даже двора, – прибавил он, понизив голос. – Она живет в Москве, ты здесь. Помни, мой милый, – он потянул его вниз за руку, – здесь одно недоразуменье; ты сам, я думаю, чувствуешь. Напиши сейчас со мною письмо, и она приедет сюда, всё объяснится, а то я тебе скажу, ты очень легко можешь пострадать, мой милый.
Князь Василий внушительно взглянул на Пьера. – Мне из хороших источников известно, что вдовствующая императрица принимает живой интерес во всем этом деле. Ты знаешь, она очень милостива к Элен.
Несколько раз Пьер собирался говорить, но с одной стороны князь Василий не допускал его до этого, с другой стороны сам Пьер боялся начать говорить в том тоне решительного отказа и несогласия, в котором он твердо решился отвечать своему тестю. Кроме того слова масонского устава: «буди ласков и приветлив» вспоминались ему. Он морщился, краснел, вставал и опускался, работая над собою в самом трудном для него в жизни деле – сказать неприятное в глаза человеку, сказать не то, чего ожидал этот человек, кто бы он ни был. Он так привык повиноваться этому тону небрежной самоуверенности князя Василия, что и теперь он чувствовал, что не в силах будет противостоять ей; но он чувствовал, что от того, что он скажет сейчас, будет зависеть вся дальнейшая судьба его: пойдет ли он по старой, прежней дороге, или по той новой, которая так привлекательно была указана ему масонами, и на которой он твердо верил, что найдет возрождение к новой жизни.