Прогресс М-18М

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Прогресс М-18М
11Ф615А60

ТГК «Прогресс М-18М» приближается к станции
Заказчик

Роскосмос

Производитель

РКК «Энергия»

Задачи

доставка грузов на МКС

Спутник

Земли

Запуск

11 февраля 2013 14:41 UTC

Ракета-носитель

Союз-У

Стартовая площадка

Байконур, Пл. № 1, ПУ № 5 (СК 17П32-5)

Сход с орбиты

26 июля 2013

NSSDC ID

[nssdc.gsfc.nasa.gov/nmc/spacecraftOrbit.do?id=2013-007A 2013-007A]

SCN

[www.n2yo.com/satellite/?s=39082 39082]

[www.mcc.rsa.ru/progress_m18m.htm Сайт проекта]

Прогресс М-18М — транспортный грузовой космический корабль (ТГК) серии «Прогресс», запущен к Международной космической станции по короткой схеме полёта (6 часов). 50-й российский корабль снабжения МКС[1]. Серийный номер 418.





Цель полёта

Доставка грузов на ОС МКС.

Хроника полёта

  • 11.02.2013 в 18 часов 41 минуту 46 секунд по московскому времени с космодрома Байконур осуществлён пуск ракеты-носителя «Союз-У» с транспортным грузовым кораблём (ТГК) «Прогресс М-18М»;
  • 12.02.2013 в 00 часов 35 минут 21 секунду по московскому времени была осуществлена стыковка «Прогресс М-18М» с Международной космической станцией;
  • 26.07.2013 в 00:44 мск «Прогресс М-18М» вошел в плотные слои атмосферы.

Перечень грузов

Суммарная масса всех доставляемых грузов: 2638 кг

См. также

Напишите отзыв о статье "Прогресс М-18М"

Примечания

  1. [space.kursknet.ru/cosmos/russian/cargoes/prmm18.sht Грузовой корабль «Прогресс М-18М»](недоступная ссылка — история).

Ссылки

  • [www.mcc.rsa.ru/progress_m18m.htm Центр управления полётами]
  • [www.tvroscosmos.ru/frm/video/start135.php Подготовка к пуску ракеты космического назначения «Союз-У» с транспортным грузовым кораблем «Прогресс М-18М»] Видео телестудии Роскосмоса.
Серия КА «Прогресс М»
Предыдущий полёт:
Прогресс М-17М
Прогресс М-18М Следующий полёт:
Прогресс М-19М

Отрывок, характеризующий Прогресс М-18М

Когда он в первый день, встав рано утром, вышел на заре из балагана и увидал сначала темные купола, кресты Ново Девичьего монастыря, увидал морозную росу на пыльной траве, увидал холмы Воробьевых гор и извивающийся над рекою и скрывающийся в лиловой дали лесистый берег, когда ощутил прикосновение свежего воздуха и услыхал звуки летевших из Москвы через поле галок и когда потом вдруг брызнуло светом с востока и торжественно выплыл край солнца из за тучи, и купола, и кресты, и роса, и даль, и река, все заиграло в радостном свете, – Пьер почувствовал новое, не испытанное им чувство радости и крепости жизни.
И чувство это не только не покидало его во все время плена, но, напротив, возрастало в нем по мере того, как увеличивались трудности его положения.
Чувство это готовности на все, нравственной подобранности еще более поддерживалось в Пьере тем высоким мнением, которое, вскоре по его вступлении в балаган, установилось о нем между его товарищами. Пьер с своим знанием языков, с тем уважением, которое ему оказывали французы, с своей простотой, отдававший все, что у него просили (он получал офицерские три рубля в неделю), с своей силой, которую он показал солдатам, вдавливая гвозди в стену балагана, с кротостью, которую он выказывал в обращении с товарищами, с своей непонятной для них способностью сидеть неподвижно и, ничего не делая, думать, представлялся солдатам несколько таинственным и высшим существом. Те самые свойства его, которые в том свете, в котором он жил прежде, были для него если не вредны, то стеснительны – его сила, пренебрежение к удобствам жизни, рассеянность, простота, – здесь, между этими людьми, давали ему положение почти героя. И Пьер чувствовал, что этот взгляд обязывал его.


В ночь с 6 го на 7 е октября началось движение выступавших французов: ломались кухни, балаганы, укладывались повозки и двигались войска и обозы.
В семь часов утра конвой французов, в походной форме, в киверах, с ружьями, ранцами и огромными мешками, стоял перед балаганами, и французский оживленный говор, пересыпаемый ругательствами, перекатывался по всей линии.
В балагане все были готовы, одеты, подпоясаны, обуты и ждали только приказания выходить. Больной солдат Соколов, бледный, худой, с синими кругами вокруг глаз, один, не обутый и не одетый, сидел на своем месте и выкатившимися от худобы глазами вопросительно смотрел на не обращавших на него внимания товарищей и негромко и равномерно стонал. Видимо, не столько страдания – он был болен кровавым поносом, – сколько страх и горе оставаться одному заставляли его стонать.
Пьер, обутый в башмаки, сшитые для него Каратаевым из цибика, который принес француз для подшивки себе подошв, подпоясанный веревкою, подошел к больному и присел перед ним на корточки.
– Что ж, Соколов, они ведь не совсем уходят! У них тут гошпиталь. Может, тебе еще лучше нашего будет, – сказал Пьер.
– О господи! О смерть моя! О господи! – громче застонал солдат.
– Да я сейчас еще спрошу их, – сказал Пьер и, поднявшись, пошел к двери балагана. В то время как Пьер подходил к двери, снаружи подходил с двумя солдатами тот капрал, который вчера угощал Пьера трубкой. И капрал и солдаты были в походной форме, в ранцах и киверах с застегнутыми чешуями, изменявшими их знакомые лица.