Журнал для всех (СССР)

Поделись знанием:
(перенаправлено с «Пролетарский авангард»)
Перейти к: навигация, поиск
Журнал для всех
Специализация:

литературный

Периодичность:

ежемесячный

Язык:

русский

Главный редактор:

В. Бахметьев

Учредители:

Кузница

Издатель:

Земля и фабрика

Страна:

СССР СССР

Дата основания:

1928

К:Печатные издания, возникшие в 1928 году

«Журнал для всех» — ежемесячник литературы, искусства, науки и общественной жизни, издававшийся группой «Кузница» в 1928—1932 годах (с № 2 за 1930 год — под названием «Пролетарский авангард»).



История

В апреле 1928 года «Кузница» начала реорганизацию на массовой основе. В связи с этим был задуман журнал массового типа. В состав редколлегии вошли В. Бахметьев (ответственный редактор), Ф. Березовский, Ф. Гладков, Н. Ляшко, В. Нарбут, И. Сольц (с 1929 остались только Бахметьев, Гладков и Ляшко). Первый номер, вышедший в сентябре 1928 огромным тиражом 100000 экземпляров (максимальный тираж литературного журнала в 1928 составлял 25000 экз.), обещал знакомить читателей с «романами, повестями, рассказами и стихами лучших современных писателей и поэтов СССР». На обложке был напечатан список писателей, приглашённых к участию в журнале — В. Вересаев, М. Горький, Вс. Иванов, Л. Леонов, Ю. Олеша, А. Толстой, А. Фадеев, К. Федин и др.

Однако этой программы хватило лишь на два номера, в которых были опубликованы повесть Вс. Иванова «Особняк» и рассказ Б. Пильняка «Город ветров». В дальнейшем состав участников редко выходил за узкие рамки «пролетарских писателей». Одновременно редакция вела войну на два фронта: как против РАПП, так и против попутчиков. Основным автором критических статей был сам Бахметьев, публиковавший их под различными псевдонимами. Были опубликованы повести и рассказы Ф. Гладкова, Н. Ляшко, А. Новикова-Прибоя, А. Перегудова, Матэ Залки, Г. Никифорова, С. Малашкина, С. Заяицкого, В. Шишкова, В. Вересаева; очерки И. Жиги; стихи С. Щипачёва, П. Радимова, С. Обрадовича, Э. Багрицкого, Н. Асеева, И. Ерошина, П. Орешина, С. Маркова, В. Луговского, Г. Вяткина; переводы из Н. Хикмета, А. Барбюса, В. Стефаника.

В 1929 году тираж журнала упал до 35-30 тысяч, в 1930 до 15 тысяч. С февральского номера название журнала изменилось на «Пролетарский авангард», но никаких изменений в редакционной политике не последовало. Группа «Кузница» распалась в конце 1930 года и влилась в РАПП, но журнал продолжал выходить до октября 1932 года.

Напишите отзыв о статье "Журнал для всех (СССР)"

Литература

  • Скворцова Л. А. Журналы «Кузницы» // Очерки истории русской советской журналистики (1917—1932). — М.: Наука, 1966. — С. 360—366.

Ссылки

Отрывок, характеризующий Журнал для всех (СССР)


Богучарово было всегда, до поселения в нем князя Андрея, заглазное именье, и мужики богучаровские имели совсем другой характер от лысогорских. Они отличались от них и говором, и одеждой, и нравами. Они назывались степными. Старый князь хвалил их за их сносливость в работе, когда они приезжали подсоблять уборке в Лысых Горах или копать пруды и канавы, но не любил их за их дикость.
Последнее пребывание в Богучарове князя Андрея, с его нововведениями – больницами, школами и облегчением оброка, – не смягчило их нравов, а, напротив, усилило в них те черты характера, которые старый князь называл дикостью. Между ними всегда ходили какие нибудь неясные толки, то о перечислении их всех в казаки, то о новой вере, в которую их обратят, то о царских листах каких то, то о присяге Павлу Петровичу в 1797 году (про которую говорили, что тогда еще воля выходила, да господа отняли), то об имеющем через семь лет воцариться Петре Феодоровиче, при котором все будет вольно и так будет просто, что ничего не будет. Слухи о войне в Бонапарте и его нашествии соединились для них с такими же неясными представлениями об антихристе, конце света и чистой воле.
В окрестности Богучарова были всё большие села, казенные и оброчные помещичьи. Живущих в этой местности помещиков было очень мало; очень мало было также дворовых и грамотных, и в жизни крестьян этой местности были заметнее и сильнее, чем в других, те таинственные струи народной русской жизни, причины и значение которых бывают необъяснимы для современников. Одно из таких явлений было проявившееся лет двадцать тому назад движение между крестьянами этой местности к переселению на какие то теплые реки. Сотни крестьян, в том числе и богучаровские, стали вдруг распродавать свой скот и уезжать с семействами куда то на юго восток. Как птицы летят куда то за моря, стремились эти люди с женами и детьми туда, на юго восток, где никто из них не был. Они поднимались караванами, поодиночке выкупались, бежали, и ехали, и шли туда, на теплые реки. Многие были наказаны, сосланы в Сибирь, многие с холода и голода умерли по дороге, многие вернулись сами, и движение затихло само собой так же, как оно и началось без очевидной причины. Но подводные струи не переставали течь в этом народе и собирались для какой то новой силы, имеющей проявиться так же странно, неожиданно и вместе с тем просто, естественно и сильно. Теперь, в 1812 м году, для человека, близко жившего с народом, заметно было, что эти подводные струи производили сильную работу и были близки к проявлению.
Алпатыч, приехав в Богучарово несколько времени перед кончиной старого князя, заметил, что между народом происходило волнение и что, противно тому, что происходило в полосе Лысых Гор на шестидесятиверстном радиусе, где все крестьяне уходили (предоставляя казакам разорять свои деревни), в полосе степной, в богучаровской, крестьяне, как слышно было, имели сношения с французами, получали какие то бумаги, ходившие между ними, и оставались на местах. Он знал через преданных ему дворовых людей, что ездивший на днях с казенной подводой мужик Карп, имевший большое влияние на мир, возвратился с известием, что казаки разоряют деревни, из которых выходят жители, но что французы их не трогают. Он знал, что другой мужик вчера привез даже из села Вислоухова – где стояли французы – бумагу от генерала французского, в которой жителям объявлялось, что им не будет сделано никакого вреда и за все, что у них возьмут, заплатят, если они останутся. В доказательство того мужик привез из Вислоухова сто рублей ассигнациями (он не знал, что они были фальшивые), выданные ему вперед за сено.
Наконец, важнее всего, Алпатыч знал, что в тот самый день, как он приказал старосте собрать подводы для вывоза обоза княжны из Богучарова, поутру была на деревне сходка, на которой положено было не вывозиться и ждать. А между тем время не терпело. Предводитель, в день смерти князя, 15 го августа, настаивал у княжны Марьи на том, чтобы она уехала в тот же день, так как становилось опасно. Он говорил, что после 16 го он не отвечает ни за что. В день же смерти князя он уехал вечером, но обещал приехать на похороны на другой день. Но на другой день он не мог приехать, так как, по полученным им самим известиям, французы неожиданно подвинулись, и он только успел увезти из своего имения свое семейство и все ценное.